Шанс

На следующий день, после задушевной беседы, в 4 часа дня Кира ждала двух иноземных товарищей в кленовой роще. Она только-только успела вернуться со школы, только-только успела перекусить, сменить сумку с гранитом науки на рюкзак с минимумом необходимых вещей, и кинулась на помощь товарищам. Это время после уроков можно было провести гораздо продуктивнее: сделать домашнее задание, уделить время на подготовку к экзаменам. Банально помочь по дому. Вариантов было полно. У нашей героини не просто была опция - по хорошему, она обязана была заняться чем-то из этого перечня. Вместо продуктивного времяпровождения, она выбрала глупости. Отдавала ли она себе в этом отчёт? Да! Чувствовала ли она угрызения совести? Нет! К её собственному удивлению, она не испытывала ни вины, ни сомнений. Не было ничего, кроме твёрдой уверенности в своих поступках. Вскоре среди клёнов показались её коллеги, и вот, уже втроём они проверяют разрушенные цветочные клумбы. Однако не прошло и получаса, как они пришли к разочарованию: никаких закономерностей в расположении нычек не было. Скверы, парки, пустыри, где они только не находили сладко пахнущих листьев. -Вот как же мы опростоволосились! Громогласно горевал Феликс пиная камушки в тихом углу парка. -Нашли бы эти заросли раньше дворовых бродяг - мигом бы выследили этого паразита! -Полно тебе сокрушаться. Попытался утешить друга Остин. -Раз тайна этих хранилищ вскрылась – ему надо будет сделать новые в уже новом месте. Кира сидела поотдаль и ковыряла землю носком кроссовка. Новые хранилища в новом месте. Но чем же это новое место должно быть? Где он прятал валериану в прошлый раз? В местах неприметных, и само-собой разумеющихся. Значит, имеет смысл искать траву в подобных местах. Старые склады, заброшенные постройки. В молодом и активно развивающемся городе таких было немного. Диллеру ещё повезло, что ту будку телеграфиста не снесли. А что на счёт мест, где валериана не будет привлекать внимания. Точно не открытая местность, где до неё могут добраться коты. Где-то, где её можно будет хранить, не вызвав при этом подозрений. В какое место снопы валерианы лекарственной могут органично вписаться? -Аптечные склады! Большие коты обратили на неё внимание. -Я имела в виду, ч..что если он пробрался на склад какой-нибудь крупной аптеки, где валерана изначально продавалась в виде травы. Если он сможет качественно её запрятать, только переучёт на складе поможет её обнаружить посторонним. В своих мыслях Кира ликовала. Не от того, что добралась до возможной отгадки – всю свою идею ей удалось выложить целиком почти без запинки. Она уже начала предполагать, что стала расти над собой. Что из мямли она превращается во взрослого и уверенного человека, но из этих мечтаний её вывел задумчивый взгляд Остина. -Что-то не так? Кира уже начала подозревать, что сморозила глупость. -Всё в порядке: лениво отозвался барс: ваша теория не лишена смысла. Вариант, что он вломился на склад, и оставил закладку там - вполне реалистичен. Но вот проверять эту теорию – задача не из лёгких. Даже в нашей домашней временной линии мы не детективы-оперативники, и вламываться с проверкой куда попало без тонн макулатуры не имеем права. А находясь за пределами домашней временной линии, подобное не желательно даже для таких работников, и допускается только при деле с действительно серьёзными делами. Торговец лёгкими веществами – к числу оных не относится. Поэтому для проверки складов нам надо будет обращаться непосредственно к администрации. Но вот беда – на этом этапе есть риск того, что нас пошлют лесом как инопланетян. Или чего хуже. Упекут нас в какой-нибудь исследовательский центр. Чтобы не возникло таких казусов, надо будет просить у нашего начальства кучу документации и справок, отправлять запрос, ждать, пока этот запрос рассмотрят, потом ждать, когда нам все эти документы выдадут… -А-а-а… Кира попыталась вставить словечко и Остин умолк. -А нельзя ли использовать камеры или датчики, для поимки того диллера за процессом взлома? Феликс, доселя не проявляющий никакого интереса к триаде товарища просиял. - Вот! Видал, как надо решать проблемы!? Эх ты - нерационально мыслящий лодырь! Барс ощутимо надулся. -Ладно, полно тебе! Раз ты так не любишь напрягать себя тяжёлой работой – сиди дома и пиши отчёт о работе, я сам всё установлю. И свидетельства попроси! Говорил же я, надо было брать! А он: «Да ладно, случай ерундовый, разберёмся за неделю». Отдыхай теперь уж! Гепард переключил внимание на нашу героиню. -Кира, покажете мне склады крупных аптек? На том они и договорились. Ещё раз зашли домой, забрали камеры и оставили Остина писать отчёты. Сам же Феликс с Кирой отправился размещать камеры. -На каком моменте его доклада вы поняли, что проблему нашу можно решить в два простых этапа? Будничной интонацией спросил Феликс. -А надо ли было догадываться? Я сначала и хотела такой вариант предложить, но потом... -Остин начал рассказывать о своём варианте, и вы засомневались в правильности своего. Кира шокировано глядела на гепарда. Говорил он абсолютно убеждённый в своих идеях, и всегда оказывался прав, чем вызывал у нашей героини чувство между восхищением и страхом. -Я угадал! Это точно была интонация ликования, но не того ликования, когда тебе хочется прыгать и визжать, а спокойного, уверенного. -Вы прекрасно соображаете, только не отдаёте себе отчёта. Пора бы! Выбирая молчание вместо того, что бы высказать своё мнение, вы сами лишаете себя многих возможностей. Подумайте об этом на досуге. Это точно был укор, сродни родительскому. Кира многократно получала подобные от своих. Но услышав то, как её поучает Феликс, она невольно поразилась тому, насколько они были разными. Те, что она слышала от родителей, говорились с осуждающими интонациями, почти всегда либо на повышенных, либо в измучанных интонациях. Всегда заостряли внимание на ошибках и недостатках. После таких отпадало всякое желание что-либо делать и как-либо расти. Феликс же говорил вполне спокойно, даже лениво. И что самое главное, даже после указания на ошибки, Кире не захотелось всё бросить. Наоборот – появилось желание вырасти над собой ещё выше. -Не каждый день оскорбляют так, что в результате воодушевляешься? -Разве же это оскорбление? -Не думаю, но мир широк, найдутся люди. Желающие указать вам на ваши недостатки. Найдутся те, кто захочет вашего роста и развития, а найдутся и те, кто захочет подмять вас под себя, для дальнейшего использования. Будьте осторожны! Самые страшные манипуляторы те – кто наиболее порядочен и благонравен в глазах окружающих. Феликс немного помолчал и добавил. -И, пожалуйста, не думайте на Остина что он совсем лодырь и тугодум. Просто он не любит когда его ругают. А когда случается какая внеплановая проверка, и нигде в архивах не оказывается отчёта о том, что сотрудник N сделал предположение о деле NN – у-у-ух как всем по шапке прилетает. Поэтому он перестраховывается – каждый свой шаг документировать старается, только бы не ругали его. Кира взглянула на Феликса с таинственной ухмылкой. -Что?! Не смотрите на меня так! Мне – можно! Я же любя, для него стараюсь! И вообще. Это к нашему делу не относится! Где этот склад? Здесь? ***** Очередной суматошный майский день подходил к концу. Наработавшаяся и уставшая Кира возвращалась домой, с чувством, что провела этот день не даром. По крайней мере, это чувство сохранилось до тех пор, пока она не перешла порог квартиры… -Ты не достала огурцы и подвала! В её семье, подобные фразы служили в качестве приветствий. -Я же утром просила тебя достать огурцы! Вот как теперь ужинать?! Вот что это такое!? Едкий и тяжёлый комок начал подступать к горлу Киры. Это чувство стало уже обыденным по приходу домой. -Ладно, сейчас схожу. -Да ну уже! Всё! Надо было раньше! Кира уже стала разуваться, но попалась ловушку, глупую ловушку. -Чего расселась?! Марш за огурцами! Делать нечего, и Кира покорно пошла вниз, в общий подвал. Он был один на подъезд, длинный коридор с множеством комнат. Каждой квартире - по комнате. А в комнатах: огурцы, помидоры, набор юного столяра, состоящий из старых досок и гвоздей в банке из под кофе и зимние салазки. В комнатках, запертых на ключ. Не в коридоре. Не на проходе. Всё, кроме мелкого ящика о которых запнулась Кира. Как он оказался здесь? Чей он? Эти вопросы одновременно и интересовали её, и нет. Сейчас принципиально найти огурцы. Вот она, комнатка её квартиры, закрытая на замок. Вот они – злосчастные огурцы. Забрав банку и заперев дверь на ключ, Кира направилась домой с надеждой, что на отсутствии огурцов дома темы для скандалов закончатся. Она ошибалась. Неопределённость в жизни, криво лежащая стопка тетрадей на столе, косой взгляд – тем для истерик со стороны родственников было полно, и нашей героине было не привыкать. Что же было странно – её реакция. Едкого чувства никчёмности, разъедающего изнутри не было. Каждый раз, когда Киру попрекали за все её недочёты, тыкали носом в её недостатки, как напрудившего щенка, это чувство незамедлительно настигало её. Мрачное, тяжёлое, от которого хотелось кричать до хрипоты и расцарапать запястья до крови. Это чувства не было. Кира посчитала это странным, но очень и очень приятным явлением. Ей ещё было невдомёк, что в этот момент в ней зарождались робкие зачатки светлого убеждения: «Я – хороший человек».