Страшно отдавать свою жизнь другому?

Следующие две недели они провели вдвоём. Каждый день просыпались и засыпали вместе, гуляли, просто зависали дома. А каждую ночь на их телах появлялись новые синяки, царапины, укусы и засосы. Но вот наступило самое ненавистное утро за все это время. Фишер проснулся от лёгких поцелуев в лоб и щеки, от пальцев, которые перебирали его волосы. Ему сразу вспомнилось, что через несколько часов Ларри уедет. Стало грустно и... обидно. Обидно за то, что работа ему важнее любимого. Он, конечно, всегда твердил, что ему нужны деньги, но причину никогда не называл, переводил разговор на другую тему. Сал резко поднялся и оказался уже сидячим на Ларри. Из-за того что одна нога уже лежала на нем, сделал он это быстро и всего одним движением. Фишер взял обеими руками лицо Джонсона, наклонился и поцеловал, не отпуская ещё больше пяти минут. Но отстранившись от губ, он перешёл к шее, легонько покусывая кожу. В это время они взялись за руки, переплетая пальцы. Ларри сел, Сал крепко сцепил ноги за его спиной, а руками обнял шею, прошептав: — Я не отпущу тебя. — С величайшим удовольствием поддался бы и остался, но ты же сам все прекрасно знаешь. После этих слов его хватка ослабела. Он слез с Джонсона, поднял с пола его одежду и швырнулся в него. — Можешь уходить прямо сейчас! - прокричал он и стал собирать остальные его вещи по комнате, закидывая в чемодан. Наклонившись очередной раз за одной из деталей одежды, Сал почувствовал руки Ларри на своих бёдрах. Они с каждой секундой сжимались сильнее, за что их хозяин получил сильную пощёчину. Пришлось ему извиняться словесно, а не как хотелось. Фишер хоть и обижался, но уже подуспокоился. На часах уже два часа дня, вещи собранны. Парни взялись за руки и поехали на вокзал. Обоим не хотелось расставаться, тем более зная, что встретиться снова смогут ещё только через месяц. Тогда у Сала начинается отпуск, и он может спокойно приехать к возлюбленному. А пока он возвращался домой, но уже один. Настроение никакого не было, снова начнутся эти мучительные дни, снова будешь скучать и рвать на себе волосы от невозможности исправить это. Первая неделя казалась самой долгой, но она прошла. Сал проснулся и первым делом позвонил Ларри, у него сегодня день рождения. После поздравлений они ещё долго болтали. Джонсон сообщил, что к нему приедут Эш и Трэвис, Тодд, конечно, тоже будет присутствовать, а так же приедет их давний друг Нил. Его Сал никогда не видел, но слышал много историй из подросткового возраста связанных с ним. До вечера все было спокойно, ничего необычного не происходило. Но в одиннадцать часов ночи, когда Сал уже собирался ложиться спать, на телефон пришло сообщение. Включив телефон, он увидел, что смс было от Тодда, что ужасно удивило Фишера. Они никогда раньше не переписывались, да вообще не общались. Сал открыл переписку, Тодд отправил ему голосовое сообщение. Фишер стал его прослушивать... Руки онемели, сердце будто перестало биться, дыхание остановилось. Телефон полетел в неизвестном направлении, Сал прижался спиной к стене и сполз по ней вниз. Он схватился за волосы и стиснул зубы. Из соседнего угла комнаты ещё было слышно то сообщение, содержащее в себе записанные стоны. Один голос был Джонсона, другой.. Эш? Именно ее этот голос или нет, понять было сложно. Но вот голос возлюбленного Сал никогда ни с чем не спутает. И он оказался прав, на записи были они. Сообщение снова и снова проигрывалось в комнате, а фотограф все продолжал его слушать, надеясь на то, что ему все же показалось, и голос принадлежит не Ларри. Эти звуки были на столько противны, что и словами описать трудно. Сал пополз к телефону и выключил проигрывающее сообщение.