Они узнают...

Ты бы сделал что угодно ради нее. Весь мир знал это. Но ты также пошел бы на что угодно ради него. Весь мир узнает это со временем. Они узнают в 1943. — Имя звучит знакомо, — твое сердце замирает, а легкие работают с удвоенной силой. Про себя ты думаешь, что он не может быть мертв. Ты бы знал, если бы он был мертв. Ты бы знал, потому что твое сердце обратилось бы в камень. Ты бы знал, потому что мир стал бы черно-белым. Ты бы знал, потому что ты тоже был бы мертв. Они узнают в 1945. — Он умер, Кэп, — но ты знаешь в своем сердце, что это неправда. — Ты был там. Ты все видел, — но он жив. Он не может быть мертвым. Мир по-прежнему полон цвета, твое сердце все еще бьется, и, что хуже всего, ты все еще жив. Все еще прекрасно дышишь своими легкими, которые не заслужили работать так, как работают. Может быть, ты ошибался. Может быть мир и ничуть не изменился бы, даже если бы его не стало, и отчего-то тебе становится хуже. Ты не хочешь жить в мире, полном красок, если в этом мире нет его. Ты бы сделал что угодно, чтобы увидеть его вновь. Когда ты приближаешься к воде, все ближе и ближе к нему, ты осознаешь, что существует что-то, что ты не смог бы сделать ради нее, но смог бы ради него, и это что-то — жить. Ты не можешь жить ради нее, как делал это ради него. Ты не сможешь жить ради любого другого человека, как жил ради него. Они узнают в 2014. — Даже когда у меня ничего не было, у меня был Баки. Ты мог спасти его. Он все еще был жив, и ты оставил его, ты отпустил его. Ты не сможешь сделать этого снова, этого никогда не повторится, даже если никто не понимает тебя. Ты сделаешь что угодно, чтобы он вспомнил. — Твое имя Джеймс Бьюкенен Барнс, — ты убьешь ради него. — Ты мой друг. Я не буду с тобой драться, — ты будешь жить ради него. — Ты мое задание, — отвечает он. Ты бы умер ради него, если бы было нужно. Щит падает в Потомак, и ты следуешь за ним. Они узнают в 2016. Ты разорвешь на части весь чертов мир ради него, если потребуется. Пойдёшь против друзей, против закона. Против всех. Ты не позволишь никому забрать его у тебя. Этого не случится снова. Никогда. Они узнают в 2018. Ты готов броситься на Таноса с голыми руками, только чтобы защитить его. Спасти. Не потерять снова. — Стив… — и ты чувствуешь, что умираешь. Подбегаешь, но на том месте, где он только что стоял, остался лишь автомат и горстка пепла. И мир вдруг становится чёрно-белым. И сердце каменеет и падает куда-то вниз. Слёзы застилают глаза, не давая разглядеть, что происходит вокруг. И единственное твоё желание сейчас — это отомстить. Убить. Растерзать. И умереть. Потому что нет смысла без него. Дальше все словно в тумане. Вы проиграли. Ты проиграл. Не уберег, не спас, позволил умереть… Они узнают в 2023. — Кто-то движется дальше, но не мы. Потому что как можно двигаться дальше, если смысл всего этого утерян? Если больше не за чем? Не за кем… Но когда появляется этот странный парень, Скотт, со своей теорией, ты чувствуешь, как в груди разгорается надежда. Ещё можно все исправить. Все получится. Ты спасёшь его. Спасёшь. И когда Брюс щелкает пальцами, мир вдруг начинает играть красками. И ты понимаешь — получилось. Правда… получилось. И когда они все появляются из порталов, ты изо всех сил высматриваешь его. Чтобы убедиться, что это правда, чтобы обнять и никогда больше не отпускать. Вы встречаетесь взглядами, и да, это действительно не сон. Он здесь, настоящий. Обнимаешь его до хруста ребер и незаметно смаргиваешь слёзы. Суперсолдатам не пристало плакать. И вы бьетесь плечом к плечу, держась за руки, чтобы не потерять друг друга в пылу битвы. Вы сидите все вместе дома у Старков, пьёте чай и травите байки. Тони полностью оправился от щелчка и его выпустили из больницы. Вы победили. Ты сжимаешь его руку под столом и улыбаешься ему краешком губ. И все хорошо. Теперь все хорошо. Они знали это всегда. 1943-∞