Волшебство внутри нас

      Задумчиво шагая по коридору замка рядом с держащим её за руку Саске, Сакура порой ловила на себе завистливые взгляды женской половины Хогвартса — многие мечтали оказаться на её месте. Хоть Сакуре и было не по себе от пристального внимания, что всецело окутало её за последнюю неделю — ровно с тех пор, как Саске поведал отцу об их отношениях и пояснил причину развязавшейся драки, — но многим больше её занимали мысли о том, как прошёл их разговор, ведь Учиха-младший не спешил делиться подробностями.       Когда в больничном крыле Сасори заявил, что Фугаку прибыл в Хогвартс, Сакура до жути перепугалась и совершенно не знала, куда себя деть, — порыв броситься к директору Сарутоби тут же был подавлен страхом встречи с отцом Саске, который всегда славился чрезмерной жёсткостью. Подобный факт подтверждали небезосновательные слухи, что гуляли вокруг семейства Учих после войны с Зецу, особенно учитывая их запоздалое присоединение к Ордену, — многие были уверены, что они вступили в битву лишь из-за того, что её исход предопределён поражением Пожирателей смерти и их главаря.       Но тем не менее, приведя мысли в порядок, Сакура спешно направилась к кабинету профессора Сарутоби, ведь от мысли о поглотившей её трусости Харуно тошнило даже больше, чем от последствий сотрясения мозга. Однако к тому времени, как Сакура добилась желаемого — поведала директору правду о произошедших событиях, — Фугаку и Саске словно испарились, что принесло некоторое облегчение, но вместе с тем и страх за будущее их отношений. Фугаку, конечно, должен был рано или поздно обо всём узнать, но явно не таким образом.       Впрочем, Саске отсутствовал не так долго — уже к вечеру он нашёл Сакуру, чтобы лично сопроводить в лазарет, но на вопросы об отце и их разговоре заявил, что они всё обсудили и больше ей волноваться не о чем. Естественно, сей факт не мог не смущать — она не ожидала, что Фугаку так быстро сможет принять выбор Саске, однако то, что Учиха-младший больше не скрывал их отношения от посторонних, говорило о том, что оно так и было. Тем не менее Сакуру весьма настораживало подобное снисхождение Фугаку, отчего она не прекращала попыток узнать у Саске, чем закончился их диалог, но об этом он предпочитал умолчать, попросив лишь об одном — разорвать связи с Сасори, которого отчасти винил в произошедшем.       Однако Сакура до последнего отказывалась верить в его причастность — она видела его взгляд, когда в лазарете рассказала ему о случившемся, и была уверена — он ни при чём, но Саске решила не посвящать в свои домыслы, так как знала, что Учиху сложно в чём-либо переубедить: если он укоренился в своём мнении, изменить его не под силу почти что никому.       — Ты привыкнешь, — усмехнулся Саске, заметив, что Сакуру явно напрягали заинтересованные и завистливые взгляды окружающих. — И они тоже.       — Это ведь только начало, да?       Сакура горько усмехнулась: гонясь за своей мечтой, она и подумать не могла, что быть девушкой Учихи будет настолько трудно, и понимала — школа не единственное место, где на неё будут косо смотреть и пытаться понять, что он в ней нашёл, сравнивая её с предыдущей пассией Саске из знатного рода. Как показывала практика, союзы чистокровных семей обычно заключались с целью зарождения новых, более могучих связей, но их отношения совершенно противоречат неписаным канонам. Сакура была уверена, что ей ещё предстоит не единожды столкнуться с осуждающими и непонимающими взглядами окружающих — в частности, семейства Учих.       — Да, — честно признался он.       Саске не видел смысла скрывать от Сакуры то, что и так было очевидно, впрочем, основная проблема осталась позади неделю назад, хотя Учиха-младший не был уверен, что это действительно так. Фугаку сильно удивил, не став препятствовать выбору сына, и Саске был твёрдо убеждён, что это неспроста. Возможно, он не хотел отвлекать его от учёбы, так как буквально через пару недель должны начаться экзамены, или у него была иная причина, но факт, что с отцом не могло быть всё так легко, очевиден.       Однако эти мысли Саске предпочёл не озвучивать, чтобы не волновать и без того взвинченную недавними событиями Сакуру, решив справляться с проблемами по мере их поступления. Ведь отчасти ситуация казалась ему до боли знакомой: Итачи в школьные годы тоже встречался с магглорождённой — Конан, насколько Саске помнил, — однако за время прохождения мракоборческих курсов Фугаку, видимо, промыл тому мозги, убедив жениться на кузине — Изуми Учихе, которую брат воспринимал лишь как сестру.       Хоть Саске и сделал всё возможное, чтобы убедить отца в серьёзности своих намерений, и тот, казалось, смирился с его выбором, — Учиха-младший не мог позволить себе расслабиться ни на минуту, ведь его истинное отношение будет видно только после экзаменов.       — Но рано или поздно они привыкнут, — подытожил он, пытаясь вселить в Сакуру немного уверенности, ведь даже семья Учиха не могла оказаться настолько прогнившей, чтобы в конце концов не принять его выбор, а за ними последует и остальное общество.       Взглянув на уверенное лицо Саске, она вздохнула, искренне надеясь, что он и сам верил в свои слова, а не пытался подобным образом успокоить её, однако так или иначе это не важно: Сакура действительно его любила и знала — эта любовь придаст ей сил, чтобы выдержать всё на свете. Нахмурившись, она перевела взор на улыбающегося с картины волшебника, который умилялся их паре, глядя, как крепко они держались за руки. Сакура улыбнулась в ответ, от всей души надеясь, что Саске думал так же, как и она.       Когда они вышли во двор, взгляд тут же привлекла блондинистая шевелюра: Наруто с Хинатой сидели на лавочке, что-то бурно обсуждая. Узумаки в привычной манере широко размахивал руками, пытаясь донести свои мысли до смущённой Хьюги, которая, счастливо улыбаясь, прикрывала срывающийся с уст тихий смех хрупкой ладошкой.       — Вы чего так долго? — возмутился Наруто, вскакивая со скамьи. — Занятие закончилось полчаса назад.       — Были дела, — сухо ответил Саске, подходя к лавочке. — Может, пройдёмся? Слишком шумно, — на выдохе произнёс он, озираясь по сторонам, заметив, что у главного входа скопилась куча народа, который спешил вырваться из замка и насладиться солнечной погодой.       Наруто пожал плечами в знак согласия, после чего подал руку всё ещё сидящей Хинате, отчего та слегка зарделась, принимая помощь.       — Что вы так бурно обсуждали? — с любопытством спросила Сакура, тут же заметив, что Хьюга слегка замялась, опустив глаза.       — Я пригласил Хинату к себе, — вклинился Наруто. — Хочу познакомить её с бабушкой. — Он перевёл взгляд на смущённую Хьюгу, которую взял под руку. — Ты обязательной ей понравишься, вы даже чем-то похожи, она тоже любит вязать и очень добрая, — выдал он, почёсывая затылок свободной рукой.       Сбоку раздался обречённый вздох Саске, который, услышав подобное сравнение, просто не смог сдержаться, в который раз убедившись, что Наруто совершенно не знал, как общаться с противоположным полом.       — Ты неисправим, — рассмеялась Сакура, переведя взгляд на ничего не понимающего Узумаки, который явно не осознавал, что именно сказал не так. — Сравнить свою девушку с бабушкой мог только ты. — Поджав губы, она подняла большой палец.       — Ну а что? Это ведь хорошо, да? — Озадаченный взгляд забегал по сторонам, метаясь от Хьюги к Сакуре. — Бабуле, между прочим, очень понравился шарф, который Хината связала мне на День Святого Валентина.       — Хината, а ты собираешься знакомить Наруто со своей семьёй? — решив перевести тему, спросила Сакура и тут же услышала, как Наруто раскашлялся, подавившись воздухом, а голубые глаза заметно округлились — он явно не ожидал подобного вопроса и, скорее всего, был морально не готов к знакомству с её отцом.       Признаться, Сакуру очень интересовала эта тема, ведь она знала не понаслышке, что семья Хьюга достаточно консервативна относительно брачных союзов, от которых зависело будущее чистокровного рода. А их глава — Хьюга Хиаши, отец Хинаты, — скупостью, скверным характером и чрезмерной строгостью ничуть не уступал самому Фугаку Учихе.       По словам Хинаты, да и опираясь на специализированный учебник по истории великих семей, Сакура знала, что браки в роде Хьюга обычно заключаются между кузенами, что способствовало сохранению чувствительной информации от посторонних лиц и препятствовало внешнему вмешательству. Таким образом, все тайны, что могли скомпрометировать их и подставить под удар, надёжно хранились под семью замками.       Политика рода Учиха была относительно схожа в этом вопросе, однако те с удовольствием расширяли родословную, если брак мог принести выгоду семье: прекрасный тому пример — желаемый Фугаку союз Саске и Шион, который мог принести им больше влияния, в том числе и за границей. Именно осознание этого факта не давало мозгу принять тот факт, что отец Саске так просто одобрил их связь, — она ожидала чего угодно: давления, ультиматумов, даже громких ссор, хотя это было не свойственно Учихам, — но никак не молчаливого принятия.       И теперь Сакуре было интересно, как Хината собирается представить отцу Наруто, ведь в семье Хьюга браки с другими родословными не заключались уже много лет и нарушить эту традицию — не подчиниться негласным законам главы рода и семьи — будет достаточно трудно. Отчего Сакура была уверена, что у Хинаты должен быть план или хотя бы намётки того, как надломить устоявшийся свод жёсткий правил своей семьи.       — Я даже не знаю, — прошептала она себе под нос, задумчиво сглотнув. Очевидно, эта тема была для неё такой же больной, как и для Сакуры знакомство с родственниками Саске, если оно вообще когда-нибудь состоится. — Мы пока что не обсуждали это с Наруто.       Сакура молча улыбнулась, решив не развивать тему, но пообещала себе поговорить с Хинатой об их схожей проблеме — подруги по несчастью как-никак.       Обойдя друзей с другой стороны, она подошла к Саске. Сплетя их пальцы, Сакура поймала на себе его заинтересованный взгляд, что читал её изнутри. Учиха прекрасно понимал, почему она задала Хинате этот вопрос, ведь был осведомлён гораздо лучшее неё, с какими трудностями предстоит столкнуться Наруто, чтобы встречаться с Хинатой. Но, с другой стороны, Узумаки частично тоже принадлежал к весьма знатному роду, однако не столь же щепетильному в вопросах браков. А у Сакуры нет даже этого козыря.       — Как насчёт того, чтобы в выходные сходить в «Три метлы»? — нарушив тишину, спросил Наруто, чьи глаза тут же загорелись, предвкушая наслаждение сливочным пивом.       Пусть у него и не было доступа к лапше быстрого приготовления на территории Хогвартса, однако он топил тоску по ней в давно полюбившемся напитке.       — Мы будем заниматься, — сухо отчеканил Саске, замедлив шаг, подстраиваясь под темп Сакуры.       Оторвав небольшую зелёную иголку от стоящей рядом с тропой голубой ели, он пропустил её промеж зубов, чуть сжимая, ощутив на кончике языка хвойный привкус — странная привычка с глубокого детства. Тогда он часто в одиночестве блуждал по просторным лесам, что скрывали в своей чаще огромный особняк Учиха, изучая семейные владения, открывая для себя невиданной красоты места.       Одним из его любимых было небольшое, но кристально прозрачное озеро, спрятанное в лесной глуши среди могучих елей и скал, а воздух в том месте поражал чистотой и свежестью. Именно там он коротал бесчисленное количество монотонных дней, когда отец был занят работой, а старший брат уже учился в Хогвартсе. В то нелёгкое для него время Саске был полностью предоставлен самому себе, но стоило ему укрыться в глубине лесов и скал — все невзгоды и одиночество покидали его. И вдруг он подумал, что Сакуре обязательно должно там понравиться.       — Опять заниматься? — раздосадованно промычал Наруто. — Вы же и так всё время зубрите! Так и с ума сойти недолго, — бурчал он себе под нос, краем глаза заметив ухмылку друга, а Сакура, которая крепко сжимала его ладонь, невзначай вздёрнула плечами, снисходительно улыбаясь. — Нет, ну серьёзно, — не унимался он. — Хоть раз в неделю же можно куда-то выйти!       — Это он и был, — подытожила Сакура, на что Наруто закатил глаза, стукнув себя ладонью по лбу.       — Но сегодня лишь понедельник!       Узумаки, конечно, понимал стремление друзей сдать на отлично экзамены, до которых оставалась какая-то жалкая пара недель, однако ему было несколько грустно, что последние дни в Хогвартсе они не могут провести беззаботно и весело. Сжав руку Хинаты, он подумал, что она уж точно не оставит его одного: как раз будет время поднять тему, что невзначай упомянула Сакура, — пугающее знакомство с её семьёй.

***

      Не спеша покинув кабинет профессора Хатаке, Сакура довольно выдохнула: пятница и последнее занятие на этой неделе — сей факт не мог не радовать, однако ровно через семь дней состоится первый экзамен, и осознание этого факта повергало в сумасшедшую панику. Страшно хотелось воспользоваться маховиком времени, чтобы хоть на минутку вернуться во время пасхальных каникул, когда всё было спокойно и безмятежно: не было постоянно терзающих голову мыслей об экзаменах, о её нынешнем положении в качестве официальной девушки Саске и его отце. Неизменной переменной, пожалуй, оставались ненавистные взгляды учениц факультета Слизерин, но это отнюдь не тот пункт, который мог успокоить.       Сакуре до сих пор не верилось, что семь лет в Школе чародейства и волшебства пролетели так быстро: казалось, ещё совсем недавно она тушевалась в вагоне «Хогвартс-экспресса», волнуясь, что ей нет места в этом мире, и желала вернуться в родной дом — подальше от магии и чар, что пугали магглорождённую девочку до оцепенения, а теперь она одна из лучших учениц курса. Ещё совсем недавно она была зашуганной отличницей и боялась всего вокруг, а теперь могла с лёгкостью защититься. Ещё совсем недавно она повстречала любовь всей своей жизни — в том пугающем волшебном поезде, когда впервые взглянула Саске в глаза, что были чернее самой ночи, и навеки утонула, зная, что им никогда не быть вместе, — а теперь он называл её своей девушкой.       Улыбка окрасила розовые губы: Сакура понимала — взросление лишь часть жизненного пути, но оно неизменно ведёт к становлению ребёнка как личности, и, пожалуй, она бы ни за что не променяла человека, которым являлась, на ещё одну возможность пережить эти семь лет по-другому.       — Сакура, — вдруг услышала она знакомый голос за спиной.       Когда Харуно обернулась, буквально в метре от неё стоял Сасори, с интересом изучающий её задумчивое лицо, — мысли до сих пор витали в прошлом, в вагоне старого «Хогвартс-экспресса», где её жизнь перевернулась навсегда.       — Привет. — Она мотнула головой, отбрасывая не слишком приятные, но очень ценные воспоминания. — Ты что-то хотел?       — Можем прогуляться?       — Сасори, я…       Сакура запнулась, совершенно не зная, что ответить. Она прекрасно помнила о просьбе Саске, и ей не хотелось подрывать его доверие или обидеть, совершив единственную вещь, которую он просил не делать. Но в то же время Сакуре хотелось услышать из первых уст, что в этот раз Сасори не причастен к тому, как с ней поступили; ей хотелось верить, что их дружба не очередной обман.       — Я не украду у тебя много времени. — Сглотнув, он протянул ей руку, ожидая ответа.       Поджав губы, Сакура взглянула в серо-карие глаза и не нашла в них обмана или подоплёки — лишь искреннюю просьбу и нечто смутно знакомое из прошлого, похожим взглядом она часто смотрела на Саске, когда он был так далёк от неё. И этого хватило, чтобы без зазрения совести и лишних мук вложить ладонь в его и позволить человеку, который помог обрести покой в сложное время, тоже его почувствовать.       — Ты ведь знаешь, что я ни при чём?! — нарушил он тишину, когда они покинули замок, выйдя на истоптанную дорогу в сторону квиддичного поля. — Мы с Дейдарой увидели вас с Учихой у Воющей хижины пару месяцев назад, но я и подумать не мог, что он…       Слова застряли в горле, Сасори казалось, что бы он ни сказал — всё звучит как неуместное оправдание, однако должен был расставить все точки над «i» и дать Сакуре понять, что он бы никогда не поступил так с ней. Зелёные глаза смотрели глубоко в душу, но Харуно молчала, словно понимала — на этом цепочка неприятных событий не заканчивалась.       — Я просил Дейдару не лезть, но он рассказал Кин и Таюе, а они — Шион.       — Теперь многое проясняется, — на вздохе, словно с облегчением, произнесла Сакура. И ей действительно стало легче: в груди разлилось необычайное тепло оттого, что она оказалась права — Сасори действительно изменился. — Спасибо, что рассказал.       Сакура шагала медленно, глядя себе под ноги, пытаясь уложить в голове правду, от которой становилось всё противнее с каждой минутой: она знала, что Кин и Таюя никогда не питали с ней нежных чувств, но что они настолько далеко зайдут — создадут подобную цепочку ненависти вокруг неё, — не ожидала. Возможно, Саске скрывал от неё именно это — теперь к списку ненавидящих Харуно людей прибавилась Шион и её могущественная семья, отчего уж точно легче не становилось.       Отчасти она была благодарна Саске за то, что тот не хотел втягивать её в пучину последствий своего выбора, однако была уверена, что им ещё придётся с этим столкнуться. Но с другой стороны, Сакура не хотела, чтобы Учиха нёс этот груз один, — зная наверняка, что подобные секреты ужасно тяготят душу, она не позволит ему вновь замкнуться в себе, как часто бывало раньше.       — Как подготовка к экзаменам? — прервал Сасори затянувшуюся тишину, чем тут же привлёк внимание Сакуры, которая, не сразу осознав вопрос, часто хлопала длинными ресницами.       — Нормально, — ответила она, прикусив губу. — Даже очень неплохо, но жутко страшно.       Взглянув в тёмные глаза, она улыбнулась. Пожалуй, ещё никому она не признавалась в своём страхе перед предстоящими тестами и была рада, что наконец смогла произнести это вслух. Заметив снисходительную усмешку Сасори, она наигранно отвернулась.       — Не думал, что Сакура Харуно будет тушеваться перед экзаменами — бояться нужно всем остальным, — усмехнулся он, чуть толкнув её в плечо, чтобы разрядить нагнетённую его рассказом и вопросом про экзамены атмосферу.       Акасуна отчётливо видел, что его слова погрузили Сакуру глубоко в себя и бог знает что теперь творилось в её голове. Возможно, ему и не стоило раскрывать ей правду обо всём, включая Шион, ведь теперь Сакура может и вовсе потерять покой, ожидая отовсюду подвоха, однако Сасори считал, что если она выбрала этот пусть — он должен хотя бы предостеречь её.       — Но ты, кажется, совсем не волнуешься, — парировала она, поёжившись от внезапного порыва прохладного ветра со стороны Чёрного озера.       — Тебе кажется, — пояснил он, вдруг опустившись на прохладную траву, устремив взор в сторону манящего кристальной чистотой водоёма. — Но пугают меня не столько экзамены, сколько предстоящий отбор в сборную по квиддичу.       — Ого, ты всё-таки решился? Как отреагировал отец?       Опустившись рядом, Сакура взглянула в его безмятежное лицо. Нескрываемый интерес тут же объял всё естество — она была несказанно рада, что Сасори решил воплотить свою мечту в реальность. Сакура помнила, с каким восторгом он рассказывал о желании посвятить жизнь спорту, однако его отец был против, решив, что для сына куда лучше прочно укорениться в Министерстве магии.       — Он не в курсе, но будет в ярости, — усмехнулся Сасори, представляя разочарованный взгляд отца, однако он был уверен, что в лице матери сможет найти необходимую поддержку — как и всегда.       — Я очень за тебя рада.       И Сакура была действительно рада: искренняя счастливая улыбка, что отражалась на губах, была тому стопроцентным доказательством. Они не разговаривали так долго и открыто довольно давно, и Харуно вдруг осознала, что скучала по другу. Взглянув в небо, она и опомниться не успела, как подкрался вечер, но почему-то ей совершенно не хотелось заканчивать беседу, отчасти, наверное, потому, что скорее всего эта прогулка станет для них последней. Сакура была уверена, что после окончания Хогвартса они разбредутся в разные стороны: она станет колдомедиком, о чём всегда мечтала, и будет рядом с Саске, а куда бы дорога жизни ни завела Сасори, она явно была той параллельной прямой, на которой они не пересекутся.       — Сакура, скажи. — Он замялся, что сразу бросилось в её задумчивые глаза, отчего Харуно была уверена — вопрос будет не самым лёгким. — У вас с Учихой серьёзно?       — Да, — на выдохе произнесла она, отведя взгляд. — Его отец вроде не против. — Фальшивая улыбка мазнула по губам — пусть Сакура и не верила своим же словам, но Сасори знать не обязательно.       — Не думал, что Учиха так скоро сможет отмазаться от свадьбы с Шион, — резко выдал он, отчего Харуно заметно вздрогнула, выдавая волнение. — Ты уверена, что он не врёт?       — Нет, но… — прошептала Сакура, задумавшись над его словами. Она ведь тоже подозревала, что Учиха-младший может приукрашивать действительность, чтобы не волновать её. — Но Саске сказал, что они поговорили, а я ему верю.       — Насколько мне известно, Фугаку никогда не славился снисходительностью — просто будь к этому готова.       Сакура нахмурилась, она знала, что в словах Сасори есть доля истины и, возможно, даже больше, чем ей бы того хотелось, но была уверена, что сможет справиться с напором и доказать Фугаку и всем Учихам, что достойна стать частью их семьи.       — Знаешь, — продолжил он, — будь ты со мной, не пришлось бы терпеть подобное отношение, — прошептал Акасуна, наблюдая за реакцией Сакуры, которая лишь усмехнулась его словам, не воспринимая их всерьёз. Но он не шутил.       — Сасори, спасибо тебе за поддержку, ты очень хороший, но…       — Сакура, давай без этого, — тут же перебил он, не давая возможности закончить предсказуемую фразу. — Я знаю, что ты хочешь сказать: я хороший, все бы хотели такого парня, как я, — съязвил он, поднявшись на ноги, вставая перед ней и опуская ладони на её плечи. — Я понимаю, что сейчас ты любишь Учиху, но просто хочу, чтобы ты знала — у тебя есть выбор.       — Прости, но я не думаю, что мои чувства к нему когда-нибудь изменятся.       Ей было трудно сказать ему это, глядя в глаза, но она должна расставить все точки над «i» в их отношениях. Сакура была готова поддерживать дружбу — даже поговорить о своём желании с Саске, но ничего больше предложить Сасори не могла. Поднявшись с травы, она встала точно перед ним, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы напрочь не испортить их последнюю встречу.       — Я правда люблю его, понимаешь? — сглотнула Сакура, увидев в тёмных глазах отголоски печали. — Я счастлива с ним.       — Тогда и я счастлив, — тихо прошептал он, однако фальшивая улыбка выдавала настоящие чувства с потрохами.       — Ты действительно говоришь искренне? — Положив ладонь на его щёку, Сакура провела ею по мягкой коже, но, увидев, как он прикрыл глаза, явно наслаждаясь её действиями, поспешила отдёрнуть руку, заметив, как Сасори подался за её кистью в надежде сохранить подаренное на секунду тепло.       — Нет. — Резко отвернувшись, он поспешил отойти, возвращая самообладание. Взяв её ладонь в свою, он медленно повёл Сакуру в сторону замка — ему не хотелось, чтобы этот вечер заканчивался, однако находиться с ней сейчас было отчего-то больно. — Но когда-нибудь смогу.       Сердце Сакуры пропустило удар — она была уверена, он сдержит обещание.