Глава 9
21 февраля 2020 г., 07:57
Общественный сектор уже давно опустел, все игроки разошлись по своим комнатам. Тишина и кромешная темнота, лишь яркая луна освещала кухонную зону. Сколько же ночей она провела здесь? Возвращаться в собственную комнату она просто не могла. Каждая вещь, абсолютно всё, напоминало о нём. Днём она надевала маску и старалась просто не замечать его присутствия, словно его и нет здесь. А ночью, она снимала свою маску и придавалась истинным чувствам. Слёз уже просто не осталось, но боль пожирающая изнутри, не позволяла уснуть. Она практически переехала в общественный сектор, ведь Аомине посещал его меньше всего.
Сацуки заварила очередную чашку ромашкового чая и залезла на барную стойку. На ней были мягкие вязаные носки и длинная чёрная толстовка, слегка скрывающая её бёдра. Она сделала глоток и поставила чашку рядом с собой, наблюдая как ветка от кустов розы осторожно стукнула в окно, покачиваясь на ветру. В голове всплыла картина из детства, как они залезли в подобные кусты и не смогли выбраться. И вновь воспоминание о нём вызвали дрожь во всём теле, голова загудела, отдаваясь болью глубоко в сердце. Она закусила нижнюю губу, чтобы хоть как-то пережить очередной удар в груди.
Голова была совершенно пуста, всё что можно было обдумать, она уже давно обдумала. Чувствуя дискомфорт, она коснулась своего подбородка и поняла, что в очередной раз прокусила собственную губу, её пальцы были в крови. Она схватила салфетки и начала вытирать кровь, со стороны послышался какой-то шорох, но она не придала этому значения. Сделав ещё один глоток, она обняла себя руками, понимая, что дрожь подступает вновь.
Резко почувствовав на себе пристальный взгляд она обернулась, но рядом никого не было. Включился автоматический кондиционер, поддерживающий температуру и влагу в комнате, поднимая лёгкий гул, отдаваясь болью в её голове. Сацуки слезла со стола и начала искать пульт, чтобы выключить его. Она была уверена, что оставила его на тумбочке, но вокруг была лишь пустота. Послышалось пищание, характерное выключению кондиционера и она обернулась. Он стоял возле окна, освещённый светом луны в полумраке и рукой выключил его, благо его рост позволял это сделать.
Ноги задрожали, в груди отдало болью, она резко отвернулась собираясь уходить. Видеть его сейчас было невыносимо сложно, ежедневная эмоциональная маска с наступлением ночи превращалась в заплаканное лицо, показывать которое она точно не хотела ему.
— Стой, — его голос эхом отдался в тихой комнате. — Не уходи, останься.
Он не приказывал, на удивление его твёрдый голос был сейчас до безобразия мягким. Это свело с ума ещё сильнее, высохшие глаза начали скапливать в себе слёзы, но она отчаянно не давала им скатиться по своим щекам. Обхватив свои плечи руками она покорно стояла, не понимая, почему слушает его. Аомине быстро оказался возле неё и накрыл её маленькие ладони своими, она резко опустила руки, ей не нужна была его поддержка.
— В таком случае, — тихо прошептала она. — Уходи ты.
Её голос дрожал, она отчаянно пыталась это скрыть, чувствуя его пристальный взгляд на своей спине. Он словно прожигал её насквозь. Как же хотелось просто развернуться и броситься на него с кулаками. Он ведь ясно сказал, что она ему больше не интересна, тогда зачем пытается успокоить её сейчас?
Дайки положил свою крепкую руку на её хрупкое плечо, она сразу же повела им в сторону, словно смахивая его руку. Слёзы подступали всё ближе, но нужно было держаться и не показывать своей слабости.
— Почему ты не в постели? — его голос стал более глубоким, но не строгим, он словно действительно не понимал этого и пытался понять.
— А ты? — переспросила она. — Лично я пью чай.
"Храбрится" — мысленно подметил для себя он.
Момои осторожно обошла его, нарочно не поднимая голову, чтобы не столкнуться с ним взглядом и подошла к барной стойке. Луна полностью освещала её полуобнажённую фигуру, лицо она нарочно отвернула в сторону, делая очередной глоток.
— Я вижу, — он мягко улыбнулся, замечая свою толстовку на ней. — О чём ты думаешь сейчас?
Он спросил первое, что прилетело ему в голову, додумывать что-то грандиозное было не в его стиле и незачем. Момои знала его лучше, чем кто-либо другой и врать совершенно не хотелось, но она откуда-то всё узнала сама. Сначала злилась, истерила, потом видимо успокоилась и приняла. Только вот что-то в ней изменилось и он никак не мог понять, что именно.
— Сацуки, — тихо прошептал он, подзывая её.
Девушка обернулась и чуть не упала от неожиданности, он стоял прямо возле неё. Поднимать глаза просто не было сил, она хотела отвернуться или отойти, но он не пропускал.
— Посмотри на меня, — его голос был мягким, это была просьба.
Она поставила свою кружку, серьёзно собираясь уходить. Тогда Аомине ловко схватил её за бёдра и посадил на то самое место барной стойки, где она сидела до этого. Его бёдра сейчас были ровно между её ног, откуда раскрывался отличный вид на её нижнее бельё, от чего она смутилась сильнее. Но как не странно Дайки не смотрел туда, он сверлил её взглядом и хотел, чтобы она тоже посмотрела на него.
Сацуки посмотрела на свои ноги, её коленки дрожали так сильно, что Аомине не мог этого не заметить. Она накрыла их своими ладонями, после чего он сразу же взял её за руку и начал осматривать. Ссадины на костяшках пальцев, примерно такие же, как у него оставались после драки с каким-нибудь парнем у кого лицо слишком твёрдое. Он опустил одну и начал осматривать вторую, находя похожие следы. Момои резко выдернула свою руку из плена, сдерживать слёзы уже совершенно не было сил.
— Чем ты занималась, глупая? — не выдержал он, слегка вспылив.
Его голос был немного грубее, чем до этого, Дайки возмутило увиденное. Что только творилось сейчас в её голове, о чём она вообще думала? Он схватил рукой её подбородок, заставляя посмотреть ровно ему в глаза. Она сразу же отвела их в сторону, но при свете луны две яркие полосы слёз по щекам было сложно не заметить. Она закрыла глаза, сердце отдавалось болью. Он заметил ссадины на её нижней губе и она сразу же прикусила её в этом месте. Аомине большим пальцем провёл по её губам, словно заставляя их раскрыться.
— Не нужно, — попросил он, осматривая её лицо в свете луны.
Всматриваясь в эти заплаканные глаза, он словно пытался в них что-то найти и понять. Она судорожно свела ноги сильнее, когда боль вновь на секунду отразилась где-то внутри.
— Что ты чувствуешь ко мне? — едва слышно прошептал он.
После этих слов она уже не могла себя сдерживать, на неё нахлынула новая волна истерики. Лавина слёз рекой полилась из её красивых и ранее счастливых глаз, он никогда не видел её такой потерянной. Всегда, любой кто хоть как-то её обижал был немедленно наказан им самим же. Но что ему делать в такой ситуации, когда обидчик и есть он сам?
— Скажи мне, — выдавил из себя он. — Прошу тебя.
Она продолжала свою бесшумную истерику, изредка срываясь на всхлипы. Неужели было не ясно по её реакции, что она не хочет разговаривать с ним сейчас? Тем более на такую тему. Просто немыслимо, сколько же в нём противоречий.
— Сацуки, — он сказал чуть громче, чтобы перекричать её истеричные вздохи.
— Отпусти меня! — крикнула она, упираясь руками в его плечи, пытаясь отстраниться.
Она подалась назад, намереваясь выбраться из оков и слезть с барного стола с другой стороны. Аомине быстро схватил её ноги, резко притянул к себе, слегка ударяясь об неё своими джинсами.
— Ты никогда не понимал меня! — Момои продолжала истерично всхлипывать, это начало повторяться всё чаще. — Лишь держал рядом, как комнатного зверька, зная что я всегда готова помочь тебе!
Истерика усилилась и она сама не понимала, откуда в ней вновь проснулось столько сил. Эмоции поднимались бушующей стихией, она была уверена, что предыдущими ночами выплакала всё.
— Тебе всегда было всё равно на мои чувства! — кричала она. — Ты делал только то, что тебе вздумается!
Она начала колотить своими крохотными кулачками о его твёрдую грудь, ей было не привыкать. Она успела поколотить несколько стен в общественном секторе, стирая о них свою мягкую кожу рук, оставляя кровавые раны и крошечные ссадины.
Дайки никогда не мог спокойно терпеть, когда кто-то поднимает на него руку, пускай и таким слабым способом. Более того, он всегда избегал подобных женских сцен, вычёркивая девушек из своего списка, когда они устраивали такое. Но здесь словно цепями его что-то держало и заставляло просто выслушать эту гневную тираду. Чтобы хоть как-то заглушить девушку, Аомине просто обнял её, прижимая ближе к себе.
Момои зарыдала ещё больше, но её крохотные пальцы коснулись его спины, в ответных объятиях. Неизвестно сколько она прорыдала так ему в плечо, да он и не считал. Все эти дни на душе у него было неспокойно. Когда он смотрел на неё, то был сам не свой. Не мог сдерживаться и сам не понимал, что должен делать. А сейчас наконец чувствовал теплоту и свободу того чувства когда понимаешь, что поступил правильно.
Потеряв последние силы она не заметила, как отключилась у него на плече. Он осторожно приподнял её и отнёс в комнату, не позволяя остаться в общественном секторе. Аомине уложил Момои в кровать, укрыл одеялом, но не ушёл. Наблюдая за тем, как она спит он и сам не заметил, как лёг на её кровать.
— Прости, — прошептал он, поправляя прядь её волос, чтобы непослушный локон не разбудил девушку.
˙˙·٠•❆ ❆•٠·˙˙
Подготовка к предстоящей игре шла полным ходом, ни одна из девушек не собиралась покидать тренерский штаб так просто. Сабина проснулась раньше будильника, быстро собралась и пошла будить игроков, чтобы никто не опоздал на тренировку. Сегодня Момои и Акаши затеяли что-то отдалённое и это требовало больше времени, чем обычно. Первой оказалась комната Куроко, она была ближе всех, девушка как один из представителей имела ключи от всех дверей. Намереваясь отпереть замок она поняла, что дверь и не была заперта. Сабина постучалась и вошла в комнату, Куроко лежал на кровати потирая глаза, он чем-то занимался в своём телефоне. Предупредив Тецую об особой тренировке, она поспешно удалилась. Второй, последующей, оказалась комната Кисе. Девушка отперла замок и постучала. Никто не отозвался и она вошла внутрь, под одеялом виднелась светловолосая макушка, девушка скинула одеяло и не поверила своим глазам. На кровати лежал сонный Котаро, Сабина уже подумала, что ошиблась дверью, как из душевой вышел Рёта. Смущённо переглянувшись, и напомнив о тренировке, она пулей выскочила из комнаты. Третьей была комната Котаро, которую она спокойно прошла мимо. Возле комнаты капитана она начала мешкать. Было странно напоминать о тренировке тому, кто должен её проводить. К счастью в коридоре послышались шаги, Акаши возвращался с утренней пробежки, поэтому нарушать его внутреннее пространство не пришлось. Комната Кагами так же была пуста, но Сабина очень сомневалась, что Тайга придался утренней разминке вслед за Сейджуро. Из комнаты Аомине доносился женский голос, очевидно его уже всеми силами пыталась разбудить Момои. Сабина вошла в общественный сектор, чтобы позавтракать и набраться сил. Сегодня ей будет некогда обедать, а возможно и ужинать. Девушка свернула в столовую зону и рассмеялась: если Кагами и мог устроить разминку, то только своего желудка. Тайга уплетал уже третью порцию, а женщина кухарка не успевала ему накладывать омлет. Новый день был полностью посвящён растяжке, чтобы ребята могли более плавно и уверенно играть, избегая новых фоллов на площадке. Для команды такое новшество было совершенно неожиданным, но весьма понятным. Капитан умело излагал свои мысли, чётко давая понять чего они должны достичь и перечить ему никто не пытался, да и не хотел. Ребята заметно оживились, наблюдая своего капитана в добром здравии. Два друга по несчастью Куроко и Кагами, после вчерашнего вторжения на территорию капитана не могли спокойно сидеть на месте во время растяжки ног. Когда же дело дошло до спины они оба начали вертеться ужи на сковородке. Яростный капитан ночью очень хорошо объяснил почему нельзя влезать в его комнату без приглашения. Куроко разумеется получил меньше ударов, но глупость и погубила Кагами. Спрашивая у капитана "почему?" он сам того не осознавая попадал под ещё большее наказание, так и не получив ответ. Несмотря на это, команда смеялась. Общий боевой настрой поднимался с уверенностью их командира. Казалось, сейчас их уже ничего не могло остановить. Вчера ночью Куроко так и не удалось поговорить с Акаши. Он на протяжении всей тренировки пытался поймать момент, чтобы задать ему пару вопросов. Но ему постоянно кто-то мешал, сначала Сейджуро разговаривал с Момои, потом у него зазвонил телефон. Тренировка была окончена, фантом не теряя времени пошёл в сторону капитана, но на пути появился Дайки. Аомине увлёк его куда-то за собой, Куроко хотел противиться, но заметил, что Акаши вновь с кем-то разговаривал. Они вышли в парк возле пруда, Аомине о чём-то долго рассказывал, но фантом не мог думать ни о чём другом. Сейчас больше всего на свете его интересовало, что вчера произошло. Неужели за один короткий вечер разговора с Шинтаро, Сейджуро успел так быстро поменяться и прийти в себя? Мысли об этом слегка тяготили душу, было неприятно осознавать, что Мидорима, который несколько лет его не видел, так легко помог. А Куроко, находясь столько времени рядом, не заслужил даже его малейшего доверия, чтобы рассказать обо всех своих трудностях. — Тецу! — рявкнул Дайки, ненароком заставляя удивлённого дворника обернуться. — Что прости? — переспросил Куроко. — Я не понял, что ты сейчас сказал. — У тебя что, бананы в ушах!? — злился форвард. — Ты чем там слушаешь вообще? Фантом шумно выдохнул: с его стороны было очень некрасиво прослушать рассказ друга. Но тревога никак не могла его отпустить, тем более после того как Сейджуро с яростным видом покидал общественный сектор. — Я говорю, что игра на носу и кажется, Акаши перестал хандрить, — заметил Аомине. — Сегодня у него был достаточно суровый вид. — Кстати, — опомнился Куроко, останавливаясь. — А когда у нас игра? Ас команды остановился, с трудом сдерживаясь от злости. Он обернулся и хватая Куроко за плечи начал трясти парня в воздухе: — Эй, кто там внутри!? Верни Тецу на землю! Куроко смутился, понимая, как сильно увлёкся проблемами Акаши, что совершенно забыл о своих собственных заботах. Только от данного себе обещания, он отказываться не намерен. Фантом уже давно для себя решил, что будет невидимой опорой их капитана не только в игре, но и в жизни. — Ты неисправим, Тецу, — фыркнул Аомине.˙˙·٠•❆ ❆•٠·˙˙
Алая феррари словно реактивный самолёт вылетела с подземной парковки корта. Мысли путались, Акаши ещё раз пытался вспомнить все произошедшие события по порядку, стараясь не упустить ни единого фрагмента. Перед глазами всплыла вчерашняя картина: Кагами сидевший на полу, покорно принимая наказание за проникновение. Он отказывался говорить даже под пытками, но по итогу выдал имя того, кто заставил его залезть к нему в комнату в поисках чего-то подозрительного. Только вот зачем Момои было подсиживать его? Они хорошо общались со времён средней школы, он помогал ей, да и она всегда выручала на играх. Сейджуро пытался поговорить с девушкой сегодня на тренировке, но им вечно не давали остаться наедине, а обсуждать подобные вещи при всей команде было совершенно глупо. Она разговаривала с ним как-то растерянно, совершенно не похоже на человека, желающего подсидеть игрока, тем более капитана, тем более такого как он! В таком случае, кто? Майкл доброй души человек, пускай они повздорили несколько раз по телефону, это не отменяло того факта, что мужчина он умный и не пойдёт на такие глупые ухищрения. Если бы он и правда хотел избавиться от Акаши в лице капитана и выставить нового, то заявил бы об этом прямо и открыто. Внезапно до Сейджуро доходит. Кто-то прикрываясь просьбой Момои, послал к нему в комнату Кагами, чтобы найти какие-то доказательства того, что он нарушил договор. Ведь о том, что его травма была получена вне площадки, никто не знал кроме Куроко. Без сомнений, сам фантом ни под каким предлогом этого не сделал. Выходит, кто-то догадался и решил использовать это против Акаши, но Майкл без предоставленных доказательств не стал и слушать. Круг возможных людей начал быстро сужаться и Акаши надавил на газ сильнее, пролетая очередной светофор на красный. После личного разговора с Майклом его догадки подтвердились окончательно. Мидорима был прав, ему действительно была предложена вакансия капитана в команде "МК", поскольку Майкл боялся оставить своих игроков без лидера. Но сейчас Сейджуро вернулся в норму, да и Шинтаро отказался от предложения. Уладив остальные договорённости, Акаши вернулся в корт. Комната Сабины была не заперта. Девушка сидела возле окна и читала какой-то модный журнал с одеждой на развороте. Сейджуро диким зверем ворвался в её комнату и она поняла: сейчас что-то будет. Сабина резко встала с кресла и подняла руки в верх, опасаясь, что парень накинется на неё с кулаками. Акаши сохранял в себе мужество и не позволял себе опуститься до подобной низости. — Что случилось? — она попыталась начать диалог. — Неверно, — отрезал он, мотая головой и строго посмотрел на девушку. — Вопросы здесь задаю я. — Хорошо, — покорно ответила она, присаживаясь на кровать. — Я тебя слушаю. — Ты использовала неплохую возможность, чтобы слить капитана команды, — согласился он. — Но просчиталась, потому что этим капитаном является не кто-то там, а Сейджуро Акаши. Глаза девушки начали бегать из стороны в сторону, но она театрально пыталась изобразить, что ничего не понимает в происходящем. Акаши скалился от её полуулыбки и схватил с тумбочки первое, что попалось под руку — это была рамка с фотографией. Он сделал вид, что замахивается. — Стой! — испуганно крикнула она и начала говорить, наблюдая как Сейджуро остывает. — Майкл переживал, что из-за твоей депрессии команда останется без капитана и нужно было что-то решать. — Найти нового капитана в лице бывшего игрока Поколения чудес, — продолжил он. — Я знаю об этом, дальше. — Майкл не мог найти подходящей причины для твоего увольнения, — пояснила она. — Ведь расстройство после проигрыша, это нормально. И по такой логике нужно было бы увольнять всю команду. Но твоя травма полученная по нарушению договора, вышла тебе боком. — Да, — согласился он. — Когда ты об этом узнала, разумеется. Девушка покорно опустила голову вниз, полностью осознавая, что попалась. По видимому, она приняла его слова за вопрос. — После потери сознания на площадке, тебя в любом случае должны были осмотреть врачи, — она прервалась. — А получить результаты осмотра и диагностики на руки имеет право лишь тренер, — уточнил он. — Момои поделилась с тобой информацией, потому что не знала как поступить правильно в этой ситуации. Открывать это Майклу она не планировала, потому что переживала за меня. Но ты решила иначе. — Да, — безразлично добавила она. — Но она не показала мне результаты, я предположила, что результаты помимо тренера должен получить и пациент. Поэтому логично, что документы подтверждающие твою оплошность, должны храниться в твоей комнате. — Но всегда боялась входить в мою комнату без приглашения, даже когда этого требовала ситуация, — добавил он. — Поэтому подозвала Кагами, в качестве предлога помочь Момои. — Он не слишком умён, чтобы вникать в подробности происходящего, поэтому идеально подходил на эту роль, — подытожила она. — Но как ты узнал? Неужели он назвал моё имя? — Нет, — отрезал Акаши. — Он признал, что это была Момои, но я отлично её знаю, поэтому не поверил его словам. Она тихо усмехнулась, понимая свой проигрыш в этой партии. — Думаю, — она медлила. — Мне стоило это учесть. Тебе всё равно не понять меня и мои чувства! Ты никогда не испытывал истинной и светлой любви к человеку! И тебе не понять, какого это. Когда важный тебе человек, пользуется тобой, словно мешком картошки! Сейджуро подавил волну удивления, всплывшую на лице. Он почему-то подумал о Куроко, после услышанных слов. Возможно ли, что этот парень чувствует себя точно так же как она? Акаши ведь так и не уточнил, почему Тецуя маячил возле его комнаты на диванах и зачем пробрался в его комнату. Эти вопросы совершенно выпали у него из головы, пока он думал о других проблемах. — Ты сейчас пытаешься играть актрису, — всё так же жестоко, без единой нотки жалости добавил капитан. — Но твой театр давно покинули зрители. Какой ещё использованный мешок картошки? Или ты пытаешься приплести к этой истории Аомине? — Он переспал со мной! — крикнула она, вытирая слёзы со своих алых щёк. — А потом выбрал её! Я хотела раз и навсегда выкинуть её из нашей команды! Она слишком красива, слишком умна, но я смогла подставить её и перехитрить! — Однако ты слишком завистлива и не уверенна в себе, — подвёл итог Сейджуро. — Тебе никогда не понять разбитое сердце, — не унималась она. — Эта Сацуки появилась так быстро и так легко отняла у меня всё! Парня, с которым у меня могли сложиться истинные чувства. Работу, которая мне действительно начала нравится. — Стоп, — рыкнул Сейджуро, его прожигающий взгляд полностью был готов сломать девушку изнутри. — Момои и Аомине были вместе ещё с самого детства, кто здесь ломает чужие судьбы, так это ты. — Моя работа, — начала она. — Молчать! — скомандовал он, перебивая. — Не прикидывайся наивной и глупенькой. Ты гремучая змея, которая пыталась выудить для себя всё и сразу, однако ты не на того напала, крошка. Или лучше называть тебя Сабина Корс? Глаза девушки расширились от изумления. Информация об этом была строго засекречена, чтобы никто из прессы и даже игроков не знал и не догадывался. — Откуда ты узнал? — прошипела она. — Что ты имеешь ввиду? — поддельно изумился Акаши, показывая свою превосходную актёрскую игру. — О том, что ты его дочь? Знаешь, мир не крутиться вокруг "МК", за его пределами тоже люди живут. Акаши не стал угрожать ей или мстить за все её поступки. Его взгляд говорил сам за себя. Он велел девушке забыть об этой идее, иначе она разбудит вулкан, который не в состоянии обуздать. Где дальнейшая её жизнь может превратиться в сущий ад, если она попробует выкинуть похожую глупость. И отец ей там уже точно ничем не сможет помочь.
