Жизнь соло и в дуэте

— Какой же ты маленький и узенький, — млел альфа после секса, заинтересованно перебирая волосы омеги, рассыпавшиеся по его плечу. — Я сижу на диете и бегаю три вечера в неделю, — ответил Элис. — Нет, я имел ввиду рост, но и вес тоже… Ты как раз хорош в стратегических местах, совсем юный мальчик-с-пальчик умер бы подо мной, — альфа оказался крупным и высоким, и совсем не худым. — Я — метр пятьдесят пять. — А я — метр восемьдесят пять. — Не ври, ты все метр девяносто три. — Я не вру, так, чуть-чуть преуменьшаю. Ладно, я — метр восемьдесят девять. — Ты, что меня за дурака держишь! — взревел не по-детски омега. — Ну, ладно — метр девяносто один! — альфа от удивления даже замер и явно проиграл бой «квадратными» глазами. — Опять сработало! Меня папа ещё в детстве научил, в любой непонятной ситуации с альфами говори фразу «Ты, что меня за дурака держишь!» — работает безотказно! — Ах вот как ты выглядишь таким умным, образованным и начитанным — всего-то одной фразой про «дурака», — рассмеялся Андрей. — А ты… — томно сказал Элис, но так ничего и не придумал, — ты в курсе, что я уже не смогу родить? Возраст знаешь ли. — Ничего страшного, я из поколения «чайлд-фри», — ответил Андрей как-то даже обрадовано. — Ты что, против моих детей? — спокойствие омеги как ветром сдуло — дети были смыслом его жизни, целью и главной ценностью. — Ничего я не против, но как ещё дать тебе понять, что мне хорошо с тобой и я хочу продолжения. Желательно навсегда, ну хотя бы надолго, а ты говоришь, что не можешь мне родить. Мне не ребёнок нужен, а омега, даже не просто лишь бы омега, а конкретно — ты! — и указательный палец показал прямо на сердце, как раз посередине между двумя сосками, показал с хирургической точностью. Элис прямо почувствовал стрелу Амура, пущенную этим милым забавным уродцем прямо в сердце. После признания альфы стало тяжело дышать — даже если бы Элис был Гарри Потером с волшебной палочкой и мог бы придумать себе самого лучшего альфу, он бы не придумал такого как этот. Ну и конечно, такого настоящего истинного признания в любви. Это вам не флаффно-слюнявое «я буду любить тебя вечно»… Позже ночью, лёжа один в своем номере, кстати, в полном одиночестве, Матэуш куда-то испарился, Элис заново вспоминал разговор, улыбался своим мыслям и безбожно гнал время вперёд — скорее бы утро, встретиться с Андреем снова. Поход к святым мощам прошёл для Элиса как-то смазано, дети потом дома спрашивали, но он ничего особенного вспомнить не смог — был и был… А вот время, проведённое с новым альфой запечатлелось досконально, как на новомодной цифровой фотографии — Эли вытягивал из памяти подробности: слова, фразы, жесты и улыбки — и долго смаковал их потом дома. Так маленький неожиданный отпуск и прошёл. Прощаться оказалось совсем невесело, Андрей завороженно смотрел прямо в глаза, будто чего-то ждал, а Элис не знал, чего. Пригласить мужчину в гости — как-то неудобно. Ну обменялись телефонами, а что дальше? Каждый живёт в своем городе или поселке, как в случае с альфой. — Ладно, спасибо за прекрасно проведённое время, — омега пожал не протянутую руку, вяло висящую вдоль тела высоченного Андрея. — И что? — грустно спросил тот. — Это всё? — Вовсе нет! Мы обязательно созвонимся! — ответил омега, сам не веря своим словам, казалось, что это действительно всё — был прекрасный отпуск, и подошёл к концу. Элис сам не мог переехать в другой город или поселок: у него впервые новая хорошая работа, дети потеряли семью, не хватало только перевезти их ещё и в другой город, в другую школу, чтобы они ещё и друзей потеряли… Поэтому и альфа не мог предложить всё бросить и попытаться строить новую жизнь неизвестно где, неизвестно с кем и не известно получится ли… Жизнь вернулась в свою колею, будто и не было никакой поездки, никакого альфы и никакой с ним любви. — Мальчики, кто забыл свой бутерброд? Опять останетесь голодными! — кричал омега юным умам, которые так спешили в школу к друзьям, что благополучно забывали про еду. — Ой, папочки, это я! Я забыл, — младший омежка бежал обратно на кухню. И Элис мог спокойно, без волнений попить утренний кофе. Первый день, второй, третий — если сначала омега и ждал звонка от Андрея, то очень быстро перестал. Заботы о детях, работа, вечером стирка и готовка ловко отвлекли омегу от личной жизни. Иногда он на минуту останавливался, приседал на стул и любовно перекатывал в голове воспоминания о поездке, будто драгоценности в шкатулке перебирал: как сильно альфа сжимал широченными ладонями бока Элиса, пока четко, резко трахал, забывая обо всем на свете или как говорил убедительно и веско: «Ты мне идеально подходишь!» Андрей не позвонил. Элис сам первый тоже не собирался. Омега даже записался в Тиндер: «А что, все так делают!». Но ровно через неделю в самой середине между «жарким днём» и «прохладным вечером» раздался стук в дверь: — Папа, тут какой-то альфа к тебе, — омежка Кармель как всегда быстро открыл входную дверь, не поинтересовавшись «Кто там?» подозрительному незнакомцу. «Ну что с ним делать? Глупый маленький омежка!» — подумал Элис и бросился в коридор, проверить кто там. В дверях стоял взрослый огромный полный альфа, Элис в первую секунду даже не узнал его, помятая одежда, пыль на сапогах: — Андрей! — Привет, Элис! Еле нашёл вас! Тяжко в незнакомом городе и, чего греха таить, вообще в этой стране! — но вот улыбался альфа по-прежнему дружелюбно, весело и открыто. — Можно мне войти? — осторожно спросил, когда понял, что Элис удивленно молчит и только со страхом взирает на огромный чемодан в левой руке и два баула — в правой. — Да, конечно, входи! — повернулся к замершим в конце коридора мальчикам. — Знакомьтесь, это Андрей! — На Ролло похож, — удивленно сообщил альфочка Эльфрэр. — На кого? — недовольно переспросил Элис. — Ну как же папочка, мы сериал смотрели «Викинги», помнишь? — наперебой закричали уже оба сына. — Там был главный разграбитель сокровищ Рагнар и его брат Ролло. — Ролло был предателем и обманщиком, — сообщил Андрей, — я тоже смотрел пару серий «Викингов». — Ага, но он был офигенно сильным воином и крутым тоже, — видимо, младшим отпрыскам фамилии этот самый Ролло явно пришёлся по душе. — Хорошо, я согласен быть Ролло, — ответили с порога покорно, — а теперь войти можно? Только сейчас Элис заметил, что долгожданный гость так и остался стоять за порогом со всем своим багажом. — Конечно, Андрей, проходи, — омега отошёл от двери, пропуская гостя внутрь. «Детям что сказать? Как объяснить?» — лихорадочно соображал омега. — «Да и потом, что делать, если он меня бросит? Как сказать мальчишкам?» Альфа вел себя ненавязчиво — сама любезность: — Извините за вторжение, — мальчишки испугались, — я просто познакомился с вашим папой в поездке, — испугался уже сам папа-омега при взгляде на удивленное лицо альфы. — Да, я немного рассказывал им, — смутился Элис, не помня, упоминал ли вообще детям об этом альфе. Элис засуетился, устраивая альфу: чемоданы на балкон, благо там стоял запасной диван специально для таких вот нежданных гостей-«татар». Элис отправил Андрея мыть руки, и вся семья собралась за скромным ужином. Взрослый омега не то, чтобы готовил совсем впритык на троих, но продукты даром не разбазаривал. Салат, жаркое из курицы с картошкой — Ролло выглядел очень голодным, но даже это не помешало ему вести себя за столом прилично. Сначала все молчали и кроме просьб передать салат или хлеб, других разговоров за столом не наблюдалось. Но вскоре новоявленный Ролло начал обсуждать с мальчишками тот самый сериал: — Ролло в конце концов всё-таки предал своего брата! — заметил Андрей, оглядываясь в поисках вина за столом. Но в семье Элиса алкоголь был под запретом. — Ну и что, — ответил младший омежка, — зато какой альфа: сильный, высокий и бесстрашный! — Да, ещё и умный! Обдурил-таки Рагнара с его кораблями! — добавил альфочка. — Ну, скорее хитрый, — Андрей покачал головой, — но раз он вам нравится, то я не против быть Ролло, — и улыбнулся, обращаясь к старшему омеге. Элис смутился, эта улыбка сделала гостя ещё моложе и красивее. Дети тоже говорили на русском языке почти не задумываясь, только иногда подбирали не совсем подходящие слова, переводя предложения дословно. Элис с детства учил сыновей двум языкам наравне. — Ты останешься у нас, Ролло? — поинтересовался омежка после чая с вишнёвым пирогом. Элис всегда пек, привычка, которую ненавидел бывший муж, ссылаясь на и так лишний вес омеги. А вот для Ролло пирог стал приятным сюрпризом: — Мне только покойный — земля ему пухом — о-папа пироги пёк, и то раз в год на день рождения, — облизывая вишневый сок с пальцев, заметил альфа. Этот жест не произвел на омегу неприятного впечатления — все-таки его стряпню этим только ещё больше похвалили. — Спасибо, Ролло, — подыграл детям о-папа, улыбаясь симпатичному гостю. Важные разговоры взрослые негласно отложили на то время, когда оба мальчика отправятся спать.