Маска

— Ты вновь сорвала мне все планы, святоша, — Картер прижал девушку к стене, заведя её руки над головой и также прижимал её кисти рук своей сильной рукой к стене.       Заставить Кэрол выкинуть всё оружие из рук, было легко, она слишком беспечная, что ему на руку. Да она сама ходит как раскрытая карта, хотя нет, одного он та добиться не может.       Маска.       Казалось бы, что это лишь жалкий кусок фиолетовой ткани, но не для них. Сейчас перед ним тот самый «Чёрный Плащ», всея звезда комиксов, где главным атрибутом является чёрно-фиолетовый плащ с маской и шляпкой. Палмэйт знает, что стоит ему стянуть маску, как перед ним будет не супергерой, а обычный человек. — А нехрен было грабить банк, — съязвила альбиноска. Жалкие попытки вырваться из крепкой хватки рук Картера заканчиваются неудачей, а пальцы продолжают с силой сжимать её кисти. В таком странном положении она оказывается впервые, отчего на щеках появляется еле заметный предательский румянец и дабы его спрятать, Кэрол опустила голову, в надежде, что козырёк шляпы прикроет лицо.       Мужчина схватил её за нижнюю челюсть и резко поднял лицо, заставляя смотреть себе в глаза. И чуть приблизившись, произнёс: — Я же и доллара не украл, только вырубил охранников, а тут нарисовалась ты, — каждое его слово пропитано злостью, и создаётся впечатление, что продолжая эту тему, он сейчас вновь принесёт ей увечья.       Кэрол на мелкие кражи перестала выходить, только когда где-то задействован Антиплащ.       Словно специально выжидает его и даже не боится, что может сильно пострадать. Первые дни твердила себе, что она не мазохистка, но как тогда это назвать, когда она лезет на рожон, дабы этот ублюдок посмел подойти к ней и своими же руками просто прикоснуться к ней. Пускай руку вывихнет, сломает или ещё что-то, лишь бы коснулся. А через некоторое время, Антиплащ словно понял, что за «игра» у его потенциального врага и решил играть по её правилам.       Физическая боль в разы отличается от моральной. Физическая быстро забывается, напоминает о ней лишь шрамы; моральная — остаётся в памяти навсегда, и как бы ты не хотел забыть этот момент, о нём как назло будет всё напоминать и твой поступок, случай.       Зачем же Картеру сейчас тратить свою физическую силу, если он может морально унизить её? Для некоторых вопрос «как?», а легко!       Вот он медленно проводит рукой по её щеке, большим пальцем водит по малозаметным очертаниям скулы, и подбирается к затылку, где эта чёртовая фиолетовая ткань завязана в узелок. — А… Н-нет! — альбиноска дёрнула головой, и шляпа слетела с её головы, но это не остановило Картера. Он слишком долго ждал того момента, чтобы снять эту маску и посмотреть на своего врага, как на обычного мирного жителя. — Пожалуйста.       Он её проигнорировал.       Картер нащупал краешек маски и аккуратно потянул за него. Давление ослабло, маска начинает неспешно сползать с глаз героини Сен-Канара.       Раскрыть себя как личность Антиплащу — было страхом для неё, неким клеймом с которым после и жить не захочет. Альбиноска сама не знает, откуда такая фобия зародилась в её душе. Сердце готово вырваться из груди, а слёзы так и наворачиваются на глаза, но та продолжает держаться и не показывать слабину, хотя, было поздно — марлевая тряпочка упала на асфальт.       Повисла пауза.       Картер не посмел смотреть на жительницу Сен-Канара, как только она лишилась важнейшей вещи своего геройского гардероба. Голубоглазая насильно держала свои глаза закрытыми, но даже так, Палмэйт заметил, как в уголках, на ресничках собирались небольшие капельки слёз.       Он ещё тот эгоист, никогда никому ни в чём не уступает и действует только ради своей выгоды, плевать хотел на последствия и мораль. Но кто поверит, в те слова, что Антиплащ снял с себя маску? Он сбросил со своей головы шляпу, которая упала рядом с тёмной, девичьей, и туда же полетела чёрная маска. Он, наконец, сделал то, что так долго мучило ночами, часто не давало покоя и оставалось недоступной вещь в этом мире. Но все знают, что Картер всегда получает то, чего хочет.       Её губы слегка набухли от частого покусывания, давая понять, что Кэрол сильно нервничала. Ему нравится ощущать то, как они дрожат, как неловко приоткрываются, неумело отвечая на поцелуй. Эта помада, которая почти стёрлась с её алых губ всё ещё ощущается и он решается полностью убрать эту дрянь с женских губ, проводя по ним языком.       Картер не любит накрашенных девиц. Они вызывали отвращение в нём, нежели привлекательность. И не хотел, чтоб его понятие истинного женского идеала портила какая-то химия с мерзким названием «косметика».       Блондин давно не мог понять, каково это полная удовлетворённость, до сейчас. Ему так хочется запомнить каждую трещинку на её губах, что не даёт отстраниться и подаётся лишь вперёд. Лёгкие касания становятся грубыми, требовательными и эта их «игра» пошла не по правилам. Антиплащ всеми фибрами души не желает отлипать от таких желанных и сладких губ своего идеала, но кислород заставляет это сделать и Палмэйт заканчивает поцелуй с пошлым причмокиванием.       Никаких геройских атрибутов, лишь как незнакомые друг другу люди Сен-Канара.       Картер не хотел целовать «Чёрного Плаща». Он хотел поцеловать Кэрол. Обычную девушку. — И вправду святоша, даже целоваться не умеешь, — со смешком произнёс Антиплащ, отпуская горе-героиню. По переулку прошёлся звук громкой пощёчины, а через пару секунд женская фигура совсем удалилась из этого места. — Я ей нравлюсь, — Картер хищно ухмыльнулся, потерев щеку, которая начала сильно покалывать и ушёл вглубь переулка, скрываясь во тьме.