Осознание невозврата

Сегодня ночью было холодно, руки, державшие сигарету тряслись, сердце еле колотилось, кожа была бледна на лунном свете. Докурив, он вышел с балкона, захлопнув за собой балконную дверь. На рабочем столе лежал белый и чистый лист бумаги, рядом покоилась ручка. Он все никак не мог приступить к написанию письма. Письма для нее. Осознание невозврата сжирало его изнутри, обгладывало косточки, смакуя внутренние органы и крепкие мышцы. Руки лихорадочно тряслись. Он сел за рабочий стол, взял в руку ручку, обвив ее тонкими белыми пальцами. Все это время его мучило осознание невозврата, тошнота, которая обвивала его плотным коконом. Он бы обязательно продал свою память, которая терзает его каждый адский день. Он болел этой страшной агонией, он обречен страдать. Воспоминания были холодны, голова горела жаром. Он бы так хотел ее увидеть. Но это невозможно. Пододвинувшись ближе к столу, он принялся писать письмо. Последнее письмо его в жизни.

Я люблю тебя. Каждый день я вспоминаю детскую мягкость твоих маленьких ручек, забавные солнечные веснушки на щеках. Ты была моим путеводителем по этой омерзительной гадкой жизни, которую я проживал с ежедневной болью, которая отдавалась во всем моем теле. Ты вытащила меня из петли, а я... я не смог. Каждый день я запиваюсь дешевым алкоголем из дикси, меня трясет, я вырисовываю шрамы острой бритвой. Без тебя я не смог бы прожить и недели, поэтому я пишу это письмо. Оно никогда не придет, не будет отправлено, останется валяться в этой холодной коммуналке. Я любил тебя. Так сильно, что каждая моя клетка могла бы уничтожиться при взгляде твоих черных глаз. Я бы любил тебя, даже если, ты была не моей, слабой, смертельнобольной. Зачем ты сделала это? Зачем, черт возьми, покинула меня? Я ведь так любил тебя! Я не могу прожить без тебя, эта жизнь поглощает меня, я ничего не могу делать, вечно трясутся руки, постоянно хочется курить. Я кричал тебе. Кричал, пытался задеть атомы твоей души. Но даже так, несмотря на все это, ты ушла. Осознание невозврата делает на мне глубокие рытвины. Я не хочу так жить. Я не хочу жить без тебя. Я проклинаю тот день, когда ты ушла, ушла туда, в недосягаемый мир. Ты была моей вселенной, яркой звездой. После твоего ухода внутри меня что-то закрылось. Я не осознаю своих действий, мысли варятся вязкой кашей в голове. Ты была лекарством от моей меланхолии. Мне кажется, все мои дороги ведут в суицидальные стороны. Мне надоело испытывать ненависть к себе за то, что не смог спасти меня.Ты была и есть моей самой большой трагичной любовью, которая въелась мне в память, даже если пробовать заливать растворитель, ты останешься в ней, в моей памяти. Каждый день без тебя пасмурный, ненавистный, больной до одури. Сколько мне еще страдать? Ты моя астма, без тебя я не могу дышать, я болею тобой. Совсем недавно я молил тебя, пожалуйста, не уходи, останься еще со мной в этой холодной коммуналке, выкури кэмэл, обними меня своими тонкими изящными руками, дыши в плечо. Я говорил тебе "пожалуйста, останься" но ты не слышала меня. Мы вместе варились в этом адском котле. Я люблю тебя. И буду любить. Как бы меня не раздирало на части от этой мысли, но я бы продолжал любить тебя, даже если в груди разрывалась бы экспансивная пуля, в голове рвалась осколочно-фугасная граната. Даже на последнем издыхании, я бы любил тебя. Но Теперь я бы с радостью продал свою память, лишь бы не встретить эту мысль о тебе заново. Надеюсь ты ждешь меня, я иду за тобой. Прости, моя маленькая дорогая девочка.

Он свернул письмо, засунул в карман потрепанный толстовки, и снова вышел на балкон. Взял сигарету, закурил. Стал наблюдать за ночными звездами. Когда от сигареты осталась ровно половина, он выкинул ее с тихими словами: - Ну, пора. Он перелез через перила, встал на край балкона... раз два три.