Счастье на троих

- Игоря всё время дёргают на выходных, - возмущается Ванечка, закинув сумку на заднее сиденье машины и плюхнувшись на переднее, рядом с Тигрой. - Ну ты представляешь? Нельзя же так! Тигра, конечно, представляет, да ещё как. Ответить только не успевает - Ванечка прижимается тёплыми мягкими губами к щеке, потом достаёт телефон и твёрдо заявляет: - Селфи. Я коте обещал. Тигра, покосившись на Ваньку, легонько щекочет его под рёбрами и сам корчит рожу - фотка получается отменной, Тигра точно знает, что Игорю нравятся вот такие дурацкие фотографии. - Шикарно, - соглашается Ванечка, проржавшись, и в пару кликов отправляет фотографию Игорю. - Прям с вокзала, представляешь? Ну вот ещё бы полчасика! А так полдня потеряет, будет там мотаться один… Иногда хочется у него телефон отобрать, чтобы никто до него не добрался, - делится Ванечка, вздохнув. - Мы ему компенсируем, - обещает Тигра, выруливая с парковки. - На берег, в город или домой? - На берег! - оживляется пацан, заулыбавшись. Погода стояла хоть и пасмурная, но довольно тёплая, дождя не предвиделось, так что побеситься на берегу с мячом было самое время. С Ванькой вообще было хорошо. Не так, как с Игорем - от Игоря у Тигры сердце обливалось тоской и нежностью, замирало не к месту и не к месту же разгонялось. С Ванечкой было легко - Тигру не грузили прошлые ошибки и, отчего-то, не возникало беспокойства, что он может наделать новых. С ним было весело - они сходились во многих интересах, легко находили темы для разговоров и общих занятий - погонять в футбол на пляже, заточить по куску пиццы со стаканом газировки, отправив фотоотчет с повинной Игорю, порубиться в приставку, перед возвращением домой заглянув в магазин и набрав какой-то неведомой хрени, из которой Ванька собирался делать салат. Тигра из всего этого обилия узнал авокадо и черри. И, предположительно, салат, но сам он такой никогда не брал. Ванька светился от счастья и обещал немыслимые кулинарные изыски, предупреждая, правда, что кроме салатов ничего так и не научился готовить. Это, в общем-то, не было проблемой. Игорёша, которого Ванька заваливал сообщениями за двоих, отвечал редко, а перезвонил только вечером, когда Ванька уже изнывал от неизвестности. Впрочем, садиться на шестичасовой, чтобы в одиннадцатом часу быть в Питере - идея на Тигрин взгляд не слишком хорошая, и Игорь это наверняка понимал. Ванька притащил ноутбук на кухню, потому что они вроде как собирались готовить ужин. Тигра только успел мясо из холодильника достать и вытащить сковородку, так что отложил всё это, садясь рядом с Ванькой - скайпом Игорь пользовался нечасто, определенно нужно было ловить момент. - Детка, я завтра приеду, хорошо? Привет, Тигрёнок. - Привет, - мурлычет Тигра, пока Ванька согласно кивает. - Выглядишь уставшим. Игорь и правда выглядит выдохшимся, но хорошо хоть ничем не обеспокоен. - Да задрали со своими пересъемками, - честно признается он, наклонив к плечу голову и глянув на Ваньку. - Детка? - Поешь и спать ложись, - строго заявляет Ванечка, ткнув пальцем в экран. - На тебе лица нет, коть, ты в курсе? Молоко там с коньяком… а? - Да не беспокойся ты так, Вань, - Игорь смеётся и мотает головой, убеждая их обоих, что всё не так уж плохо. - Правда. Расскажи лучше, чем вы без меня занимались. Этому Ванька увлеченно посвящает почти полчаса. У него хорошо получается рассказывать, складно, Игоря явно веселит его жизнерадостность - к концу отчёта, сдобренного Тигриными комментариями, он действительно выглядит пободрее. После ужина - Ванька действительно соорудил офигительный салат! - Тигра поймал его, суетившегося с чашками, за бёдра и притянул к себе, усаживая на колени. Ванька мигом порозовел щеками, застенчиво глянув из-под ресниц, и обнял за шею, неуверенно погладив кончиками пальцев загривок. - Ты офигенно готовишь, мишутка, - искренне мурчит Тигра, заставляя Ваньку покраснеть ещё больше - скорее от удовольствия, чем от смущения. - Только салаты, - признается тот. - Я же тебе говорил. У него мягкая, нежная улыбка и что-то такое отражается в глазах, что Тигра взгляда отвести не может - долго смотрит на него, поглаживая по щеке, прежде чем коснуться губами губ. Поначалу легко, едва обозначая намерение, но, получив ответ, он уже не сдерживается, мягко лаская податливый, горячий рот, зарывшись пальцами в пряди на затылке. Только острая необходимость в воздухе заставляет его оторваться от Ванечки, зато появляется возможность полюбоваться его поплывшим взглядом и потерявшими очертания мягкими, покрасневшими губами - а это определенно стоит того. - Ещё, - требовательно просит Ванька, облизнув губы и подаваясь вперёд, и Тигра, конечно, не отказывает, на этот раз давая волю рукам: тискает восхитительную задницу, поглаживает крепкие ноги, представляя, как хорошо будет закинуть их себе на талию, прежде чем толкнуться внутрь распалённого ласками тела. - Блядь, мишутка… - стонет он, задохнувшись от накатившего возбуждения - настолько яркой и живой представляется ему эта картинка. - Ты просто восхитительный, - добавляет, уловив в расфокусированном взгляде нотку тревожности, которая пропадает сразу после его слов. - Я столько хочу с тобой сделать… Ванька тяжело сглатывает, у него розовеют уже не только щеки, но и кончики ушей, он почти неосознанно, наверное, гладит себя по груди, задевая затвердевшие маленькие соски - Тигра тут же подныривает ладонью под его футболку, касаясь их пальцами, сжимая, любуясь тем, как Ванечка прикрывает глаза и размыкает губы от этого. - Правда? - почему-то спрашивает он, охнув, когда Тигра наклоняется к его груди, прямо сквозь ткань лизнув чувствительный сосок. - Конечно правда, мишутка, - Тигре больших усилий стоит оторваться от него, вытащить руку из-под футболки, перестать сжимать ладонью ягодицу. Просто поцеловать уголок мягких губ и отпустить прежде чем захочется разложить этого медвежонка на крепком кухонном столе. Такого Ванечка точно не заслуживал, не в первый же раз. Наверное, что-то такое отражается у него на лице, потому что Ванька понятливо и игриво ухмыляется, легко соскочив с Тигриных коленей. - Я первый в душ, - сообщает он, заулыбавшись. - У меня две ванных, мишутка, - фыркает Тигра, не удержавшись и придав ему ускорения легким шлепком по заднице. Душ приходится принимать прохладный - кровь в венах бурлит, жжёт изнутри, пальцы покалывает от никак не утихающего возбуждения. Тигра заканчивает с водными процедурами в рекордный срок, но всё равно оказывается на пороге спальни позже Ваньки - тот деловито стаскивает с постели покрывало, сверкая незагорелой крепкой задницей, контрастирующей с остальной золотистой кожей. Тигра не отказывает себе в удовольствии, стянув с бёдер полотенце, прижаться к пацану со спины, мягко погладив по бокам. Ванька сладко вздрагивает, замерев в руках, судорожно вздыхает, откидываясь Тигре на грудь - край покрывала так и падает из его рук, с лёгким шелестом оседая на пол. Тигра подталкивает Ваньку к кровати, и тот, вынырнув из короткого забытья, проворно забирается на постель, оборачиваясь как раз вовремя, чтобы притянуть к себе скользнувшего следом Тигру. На этот раз в поцелуе нет осторожности или неуверенности, только страсть, мешающаяся с нежностью и желанием. Тигра легко подминает Ваньку под себя, сжимает, целует, скользя губами по шее и ключицам к вздымающейся груди и обратно, когда Ванечка тянет за волосы, требуя его поцелуев. Руки бесконтрольно скользят по горячей гладкой коже, угадывая, как погладить, как сжать, как приласкать - Ванька податливо гнётся, вздыхая в губы, подкидывает бёдра, впивается пальцами в спину, задышав тяжелее и чаще, когда Тигра принимается терзать поцелуями маленькие кремовые соски, быстро потемневшие и припухшие от прикосновений языка и зубов. От этого Ванечка быстро теряется в удовольствии, давит ладонью на затылок, хрипло вскрикивая, когда Тигра втягивает чувствительную плоть в рот, посасывая, вскидывает бёдра, захныкав, когда Тигра гладит его по животу, пачкая пальцы в естественной смазке, обильно натёкшей с его твёрдого члена. Пальцы Тигра втягивает в рот, бесстыже облизывая и глядя на Ваньку, который следит за ним широко распахнутыми восхищёнными глазами. Он уже выглядит заласканным и расхристанным, но Тигре действительно хочется сделать для него ещё больше, чтобы он дрожал и стонал от удовольствия, чтобы распахивал свои мягкие губы, чтобы стал совершенно податливым. Но он послушно перекатывается на спину, как только Ванечка несильно толкает его в бок, намекая. Ванька забирается сверху, горячий и приятно тяжёлый, изучающе гладит по груди и шее, скользя взглядом вслед за своими руками, прежде чем поднять блестящие желанием глаза на Тигру. Целует в шею, гладит по груди, изучает, довольно урча, когда Тигру подкидывает от удовольствия, стоит ему запустить юркий язык во впадинку пупка. Тигра пытается потянуть его за плечо или руку, вернуть, но Ванька упрямо соскальзывает ниже, обхватывая ладонью член у основания и легонько чмокая влажными губами головку. У Тигры глаза закатываются от удовольствия. - Большой, - хрипло сообщает Ванька, лизнув головку ещё раз и обхватывая губами. Навряд ли ему хватит навыка сразу взять в рот, но Тигре и не хочется это проверять. Не сегодня. Он хорошо помнил, что Игорёше довольно много времени понадобилось, чтобы приноровиться к размеру и начать получать удовольствие от минета. - Я о тебе позабочусь, мишутка, - обещает Тигра, ещё раз потянув Ванечку к себе. От наслаждения поджимаются пальцы на ногах, но им хочется поделиться, и на этот раз Тигра, видно, звучит убедительно - Ванька вмиг поднимается, облизывая припухшие покрасневшие губы, и легко позволяет Тигре снова уложить его на спину. Тигра растягивает его долго и обстоятельно, не жалея лубриканта, покрывая поцелуями внутреннюю сторону широко раскинутых бёдер, выпирающие тазовые косточки, твёрдый розовый член, текущий пряной солоноватой смазкой, гладкие упругие яички. Вытаскивает пальцы из тугой горячей дырки, сжимая крепкую задницу и чуть приподнимая, чтобы удобнее было широко провести языком по краю пульсирующего отверстия. Ванька взвизгивает, вздрогнув, и тут же стонет на грани крика, когда Тигра начинает размашисто вылизывать становящиеся податливыми мышцы. У Тигры в голове только сладкий туман, но Ванечку он чувствует на каком-то инстинктивном уровне, угадывая, как довести его до безумия. Когда сменить язык пальцами, надавливая на простату, когда прикусить потемневшие, набухшие от постоянных укусов соски, когда вылизать шею, легонько покусывая, чувствуя, как Ванечка от всего этого сладко сжимается на его пальцах, слыша, как он зовёт его по имени, вцепляясь сведёнными сладкой судорогой пальцами в волосы и притягивая к своим губам. Тигра целует его, прижимая головку члена к заласканной мягкой дырке. Обнимает за затылок, придерживая одной рукой за бедро, медленно, давая привыкнуть, толкаясь внутрь. Шепчет нежные сладкие глупости, рвущиеся откуда-то из самого сердца. Ванька поскуливает, рвано вздыхая, вжимает пальцы в загривок, легонько целует в губы, гортанно застонав, когда Тигра прижимается пахом к его заднице, войдя на всю длину. Он такой горячий, пульсирующий, гладкий внутри. Сжимает туго, хорошо, даже желание двигаться приходит не сразу - Тигра обмирает от удовольствия, глядя на раскрасневшееся Ванечкино лицо, на припухшие губы, приоткрытые в стоне, прежде чем двинуть бёдрами в первый раз. Ванька легко ловит ритм, подстраивается, подмахивая бёдрами на каждое движение, оплетает сильными ногами талию, задыхаясь от наслаждения на каждом удачном толчке. Тигра неохотно отрывается от его сладких мягких губ, выпрямляясь, меняя угол и толкаясь сильнее, чаще, глубже - Ванька закатывает глаза, беспомощно хватаясь рукой за простынь. Тигра любуется им, распалённым, потерявшимся в удовольствии, гладит по груди, по напряжённому животу, низко застонав, когда тугие мышцы сжимают его член, стоит приласкать потемневшую головку. Ванька распахивает глаза, когда Тигра начинает дрочить ему, нежно двигая рукой по бархатисто-гладкой плоти. Тигра просто угадывает, что он уже на грани - по блеску в глазах, по прерывистому дыханию, по тому, как пульсирует в ладони твёрдый член. Ванька накрывает его ладонь своей, задавая нужный темп, и Тигр подстраивается, толкаясь бёдрами почти синхронно - быстро, резко, глубоко и правильно. Ваньку трясёт, он туго и сладко сжимается внутри, долго выплёскиваясь Тигре в ладонь, скрещивает ноги на пояснице, вжимая в себя, в пульсирующее жаркое нутро, и Тигра задыхается вслед за ним, качнувшись вперёд, сталкиваясь с Ванькой губами, ловя его длинный оргазменный стон, кончая обжигающе ярко, до звёзд перед глазами. Ванька ещё дрожит и хватает губами воздух, когда Тигра чуть приходит в себя, не без труда ловя его расфокусированный довольный взгляд. - Мишутка, - выдыхает хрипло, коснувшись его губ сначала поцелуем, а затем пальцами, не сразу вспомнив, что влажные они от Ванькиной же спермы. Но Ванечка явно не против - втягивает пальцы в рот, вылизывая, и очаровательно улыбается, заставляя Тигру задыхаться от вновь накатывающего возбуждения. Тигра целует его, пока хватает сил удерживать вес на локтях, и только потом перекатывается на кровать, потянув льнущего Ванечку ближе к себе. Обниматься после секса Тигра чертовски любил, и Ванька, судя по всему, ничего не имел против - обвил руками, довольно замычав, куснул легонько за ключицу, закинул ногу Тигре на бедро, тихонько охнув - растянутая задница наверняка давала о себе знать. - Ты в порядке, мишутка? - уточняет Тигра на всякий случай, хотя довольное урчание где-то в районе груди, довольно красноречиво. - Охуенно просто, - в конце концов отвечает Ванька, сначала обойдясь блаженным угуканьем. - Только жрать хочется. Тигра фыркает в лохматую макушку, погладив Ваньку по взмокшей спине. Ванечка в ответ целует в шею, немного неуклюже сдвигается выше, находит губами губы. Надо бы отлепиться друг от друга, доползти до душа, вымыться, но вместо этого Тигра снова целует его, лаская горячий рот, снова оказывается сверху, чувствуя удушливую волну возбуждения, прокатившуюся вдоль позвоночника. - Предлагаю в душ и по бутерброду, - в конце концов озвучивает он правильные мысли, оторвавшись от Ванькиных губ. - Хотя можно пиццу заказать. - Ночью? - Ванька широко распахивает глаза. - Игорь нас убьёт! - Ну вообще да, - соглашается Тигра. За то, что кормил их медвежонка ночью пиццей, Игорь ему точно задницу надерёт, без всяких иносказаний. - Ладно. Салат ещё остался вроде. Соображу что-нибудь, - сев на кровати, Тигра гладит Ваньку по ногам, с удовольствием разглядывая его, не сразу найдя в себе силы отстраниться, чтобы начать приводить в исполнение озвученный план. В душ всё-таки идут вместе - Тигре так спокойнее, потому что Ванька выглядит совершенно затраханным, льнёт к рукам и при первой же возможности тянется целоваться. Потом в четыре руки сооружают стопку бутербродов из того, что нашли в холодильнике и, прихватив остаток салата и коробку сока, возвращаются в спальню - у Тигры не было предрассудков насчёт крошек в постели, зато был тот самый раскладной столик, который он советовал приобрести Игорю. На самом деле удобная штука. Ванька растягивается на кровати, лицом к плазме, распихав ногами подушки, Тигра ложится рядом, щёлкая пультом телека, довольно быстро находя какой-то анимационный сериал, из тех, где за сюжетом следить не обязательно. - Вот так совсем хорошо, - сообщает Ванечка, умяв свою часть бутербродов и подъедая остатки салата. Тигра таскает у него из тарелки куски авокадо и черри, прижимаясь плечом к его плечу, чувствуя на губах улыбку, которая совершенно не желает исчезать. - Вань, ты просто чудо, - всё-таки говорит вслух Тигра, перекатившись набок и подперев ладонью голову, чтобы удобнее было разглядывать Ваньку. Широкие плечи, глубокий прогиб поясницы, крепкая круглая задница - есть на что посмотреть, чем полюбоваться. - Скорее чудовище, - смеётся Ванечка, лукаво глянув на Тигру и поясняя, - Котя говорит, что я чудо от слова чудовище. - А почему - “Котя”? - задаёт Тигра давно интересовавший вопрос, примериваясь, хватит ли сил дотащить посуду до посудомойки. - Потому что Игорь - хорошенький котечка, - объясняет Ванька, как само собой разумеющееся. - Я всегда так думал. Ещё когда в молодёжке играл. - Серьёзно? - Тигру веселит мысль о том, как совсем молоденький мишутка смотрит по телеку на Игоря, и думает о том, что он “хорошенький котечка”. - Ага, - Ванька, облизнув ложку, забирает посуду, оставляя Тигре столик и коробку из-под сока, и довольно бодро топает в сторону кухни. Тигра, забрав оставшееся, идёт за ним. - Он с тренером моим знаком. Да и вообще, я его часто видел. Котик. С когтями, если надо, - добавляет с такой искренней гордостью, что Тигра невольно им, таким маленьким гордым собственником, любуется. Когда несколькими минутами позже Ванечка устраивается в кольце его рук, укрывшись одеялом и затихая, Тигра знает, чувствует каким-то шестым чувством, о чём он хочет спросить. Ванька возится ещё несколько минут, видно собираясь с мыслями, гладит по груди, и Тигра в конце концов сам предлагает, улыбнувшись: - Спрашивай, Вань. - Да я, наверное, не должен, - неуверенно откликается Ванечка, вдруг смутившись по-настоящему - он даже лицо, полыхнувшее румянцем, прячет, прижавшись лбом к Тигриному плечу. - Хочешь знать, почему мы с Игорем расстались? - мягко предполагает Тигра, конечно, угадывая. Ванька коротко вздыхает, закивав, и поднимает взгляд - немного тревожный - на Тигру, добавляя: - Не говори, если не хочешь. На самом деле, Тигра говорить об этом не хотел. Ответ он знал слишком хорошо и никак не мог придумать, как смягчить фразу - “потому что я долбоёб, не сумевший дать человеку, которого люблю, хотя бы малую часть того, что он заслуживает. Потому что я проёбывался так часто и упорно, что даже бесконечного Игорёшиного терпения не хватило. Потому что хрен знает, чего мне не хватало рядом с ним - потому что без него мне не хватает, блядь, даже грёбанного воздуха”. Он всё-таки говорит это вслух, избегая смотреть Ваньке в глаза, отчаянно не желая, чтобы тот продолжил спрашивать. Ванечка и не спрашивает больше ни о чём - только гладит раскрытой ладонью по груди. - Эй, - шепчет Ванька, прерывая затянувшееся молчание. - Тигр… Тигра ловит его взгляд, потрепав мягкие русые волосы, вопросительно вскидывает брови, и Ванечка продолжает: - Всё это уже прошло. Теперь всё будет хорошо. - Ты такой уверенный медвежонок, - невольно улыбается Тигра, наощупь находя выключатель лампы и гася свет. Ванька в темноте прижимается теснее, согревая дыханием шею. - Ну я же вижу, - серьёзно заявляет он, шумно вздохнув, когда Тигра, не удержавшись, крепко сжимает его ягодицу. - Всё будет хорошо. Обязательно.