Каринэ

Глава 20 Пять ноль-ноль. Девочки спят. Темно. В глухих комнатах слышно дыхание лёгких и стрелку часов. Затем скрип. Ноги, одетые в разные носки, подходят к двухместной кровати, где спит длинноволосая шатенка с дочерью. Рука, взмыленная сухими трещинами, тянется к светильнику. Щелчок. Карина открывает глаза и видит перед собой Дусю. - Вставай, - шёпотом говорит бабушка. – Не разбуди Вареньку, она должна выспаться. - Сколько время? - Вставай, я всё приготовила, пошли кушать… - Скажи сколько время, а иначе я не встану… - Какая разница, пошли кушать! – уже громче приказала пастушка. – Тебе на работу пара… - Я встану через полтара часа, и больше не буди меня, - заявила соня, посмотрев который час на телефоне. - Ой, делайте что хотите, мне всё равно. Чтоб так относится к своей работе, это уму непостижимо, - уже сильным голосом начала возмущаться ворожея, покинув спальню для девочек. - Мама, мама, - проснулась Варвара Геннадьевна. – Мама, - хныча, повторял ребёнок. - Спи моё солнышко, спи, - успокоила дочь Кариночка, выключив свет. Ровно в шесть тридцать вместе с приходом Дусеньки заиграл будильник. - Ну что, выспалась? – задаёт вопрос пастушка, ехидно ухмыляясь. – Еда остыла, - добавила бабушка. Наевшись холодной каши с котлетами, молодая мама спешит на первую работу. Вам могло показаться то, что Карина врёт, искренне радуясь унизительному труду. Или то, что страх перед ворожеей, заставлял её искать что угодно, лишь бы её не отругали. Но это не так. За три года закрытой жизни в Сенокосе она одичала. Ей хочется новых страниц, новых людей, новых событий, чего не может дать опека родной бабушки и вот возможность протягивает серебреные руки, которые Брусенко-младшая не упустит. Первый заработок он такой. Ничего не знаешь, есть лишь догадки и любопытство. Позор перед знакомыми отсутствует, да и вряд ли стыд играет большую роль, когда свобода на втором месте после ребёнка. И вот она идёт, воодушевлённая приключениями. Одевает выданный фартук. В руках метла и ведро с совком. Началось. Пыль поднимается волнами, ветер подбрасывает её выше головы. Полчаса и труд радует глаз. Затем, та самая тряпка, которую ненавидит Анастасия Павловна, завораживает Кариночку, она вылизывает каждый уголок, отмывая все пятна на керамической плитке. После натёрла дверь до блеска. Стеклопакеты сверкают после её таланта, и продавщица замечает это. - Что мне ещё сделать? – спрашивает Кариночка. - Всё идеально, ты большой молодец, можешь идти домой, увидимся в восемь вечера, - отпустила Настенька, вручив сотруднику, нарезной батон и печенье к чаю. - Что вы, не стоит… - Бери, бери, ты просто не понимаешь, как меня выручила, - сказала Приходько, с силой впихнув продукты в руки девушки. - Спасибо, - скромно ответила шатенка, после чего покинула магазин, повесив фартук на кудрявый гвоздь в коморке. Первая часть выполнена. Андреевна спешит в Сенокос, передать эстафету Дусе. Варвара машет ручкой бабушке. Пастушка не оборачиваясь, подгоняет коз. Где был день, там и вечер. Сытая скотина молча вдыхает аромат собственного навоза, слыша за деревянными стенами, как кто-то прощается. - В полдесятого мы выйдем к тебе на встречу, - крикнула вдогонку ворожея, смотря Кариночке вслед. - Пока мама, - включается Варенька, в конце разрыдавшись, подумав о том, что она ушла навсегда. - Хватит плакать моё солнышко, мама скоро вернётся, - подбодрила Дусенька, взяв сокровище на руки. - Плавда? - Правда, правда. И так прошёл день, затем ещё один, и ещё, после неделя за неделей Кариночку так и встречали на полпути к дому. Дуся рассказывала интересные истории, ловя их в звёздном небе. Варвара укромно спала в коляске. Тысячи шагов воспоминаний туда и обратно пришли к зарплате: «Вот, держи, распишись здесь», - сказала Павловна, отдав в конверте заработанные гроши. Брусенко-младшая не верила своим глазам, когда только дома, в полном составе семьи, открыла конверт и высыпала на стол большую пачку мелких денег. Купюры из десяти и выше гривен распластались на скатерти, что не понравилось хозяйке дома: «С деньгами так нельзя, а ну собери всё как полагается», - рассердилась Дуся, на что шатенка, собрав всё в кучу подбросила к потолку со словами: «Бабушка, мы это сделали». В этот день была радость, как и для этих родственников, так и для зимы, которая победив осень, врывается со злыми морозами декабря. *** Вечер. Этот чёртов холодный вечер. Парень с длиной рыжей бородой закрывает свой вагончик с бразильским кофе. Сегодня он замёрз не на шутку. Люди будто сошли сума, выстроившись в очередь перед его кофейней на колёсах. От посетителей, пластиковое окно не закрывалось: «Можно мне капучино», - говорит худощавый студент с большой медведицей из прыщей на лице. «А мне латте и добавьте кокосовый сироп», - вне очереди влезла тучная девица, явно куда-то опаздывающая. - «А мне эспрессо», - с высокомерием добавляет лысый бизнесмен. «Да чтоб вы все сдохли! Ненавижу вас, ненавижу!», - громко повторял в своей голове Лев Филиппович, выполняя свои обязанности, чтоб не сдохнуть с голоду. И так целый день. Ноги гудят, спину ломит, два пальца воспалились от кипятка, пролитого в спешке. Он хочет кушать, и заходит в магазин «Три семёрки», где его встречает мама – такая же уставшая, держа под контролем вереницу эмоций. Подходя к кассе, Лев натыкается на упругие ягодицы шатенки. Та отскакивает с извинениями, говоря, что не заметила нового посетителя. Филиппович в ступоре. Голос девушки проник в его сознание через уши. Внешность заморозила его голод. Он топчется на месте, не зная куда отойти. Растерянность застала врасплох. - Лёва, отойди уже, дай девочке поработать, - влезла мать, подзывая сына. - А? Что? Да, да, я иду, - сказал сын, оборачиваясь. - Что стряслось, ты почему такой… - Какой? Со мной всё нормально… - Незаметно, ну да ладно, что будешь покупать? - А что это за девушка? – снова обернувшись, спросил сынишка, покраснев всем нутром. - Какая? – не поняла Приходько. - Да вот это, мама, которая моет пол… - Это Кариночка, наша новая уборщица, а что, понравилась? - А у неё есть кто-то? – резко задал вопрос, рыжебород, потирая руки. - Так сам и узнай… - Ты в своём уме, как это я сам, - разозлился бариста, вылупив глаза. – Ладно, забудь, - опомнившись, приказал Лев. – Дай мне хлеб, сосисок, молока и яиц, - заказал кофевар, положив на прилавок сто гривен. - Ты почему себя ведёшь как свинья? Или я тебе не мать вовсе? Оборзел совсем? - выругалась Настенька, сложив продукты в пакет. – Деньги свои забери, понял? Нечего меня позорить… - Так ты не знаешь? - Чего не знаю, Лёвушка? - Есть у неё кто-то или нет? - Откуда ж мне знать, она у нас месяц как отработала, я и не спрашивала, зачем мне это? - Странно, я её впервые вижу… - Ничего странного, она целый день не работает, приходит утром и вечером… - Ладно, я пошёл, спасибо за продукты, - отблагодарил Приходько-младший, выйдя из магазина. - Карин, - сразу же после ухода Льва, позвала продавщица уборщицу. – Иди сюда, брось швабру. - Вам чем-то помочь, а то я уже почти закончила? – спросила Андреевна, подойдя к начальнику. - Мне кажется, ты моему сынишке пригляделась, что скажешь? - А что я могу сказать? – покраснев, ответила шатенка, не выдержав взгляда серых глаз. - Ну как что, а он тебе понравился или нет? - Я и не поняла, я ж работаю, - соврала Кариночка, решив поделиться этим, только с лучшей подругой. - Знаешь, он у меня парень не плохой, вспыльчивый, это да, как и его отец собственно, но если ухватится, то не отпустит, любить будет да гроба, а ещё он трудяга, а не как все парни, только пить и гулять… - Я вас поняла, - добавила молодая мама. – Я продолжу работать? - Да, Карин, домывай и иди домой, - отпустила сотрудника продавщица, понимая то, что она задаёт не уместные вопросы. Пройдясь тряпкой по последним квадратным метрам, шатенка всполаскивает в ведре растянутую ткань и снова чувствует, как кто-то врезался в её задницу, да так сильно, что она чуть не упала на колени. - Ой, прости, прости, я не хотел, - начал извиняться чудак с рыжей бородой, размахивая букетом красных роз перед лицом Кариночки. – Это тебе, - протянул вперёд себя не скромный подарок Лев. - Я хотел бы провести тебя до дома, что скажешь? Брусенко-младшая забегала глазами. В магазине были только они и его мама, жадно пожиравшая милую сцену. Ладошки вспотели. Не принимая подарок, Карина сказала, что её не нужно провожать и дарить цветы. На что Филиппович в сердцах бросил букет на пол и вышел из «Трёх семёрок». - Ты почему себя так ведёшь, ты что, королева? Или тебя часто балуют? – расстреливала вопросами девушку Анастасия Павловна. – Или парень у тебя есть? Чего молчишь? Скажи хоть что-нибудь! - Нет у меня никого! - Значит, не понравился, - насупилась Приходько, подняв букет с пола. – Смотри, какие красивые. - Да, очень красивые, - согласилась уборщица. - Подумай хорошенько, такой парень в беде не оставит, я это точно знаю, - нахваливала сына мать, ожидая правильных слов от сотрудника. - Понимаете, - заикаясь, начала Кариночка. – Я не хочу портить ему жизнь… - Такой здоровый лоб, как же ты ему её испортишь? - У меня есть дочь? – призналась молодая мама, заметив, как изменилась в лице продавщица. - Но кольца я не вижу… - А его и нет… - А где ж тогда отец? - Его тоже нет, он нас бросил, - заплакала шатенка, вытирая глаза предплечьями. – И вряд ли вернётся… - Тогда это не тебе решать, испортишь ты Лёве жизнь или нет. - Его зовут Лев? - Да, это мой сын, - напомнила Павловна, вручив Кариночке букет цветов. – Подумай хорошенько, ведь жизнь не заканчивается когда рождается ребёнок. - Наверное, - сказала Андреевна, принимая цветы. – Наверно вы правы. - Можешь не сомневаться. Диалог завершился. Попрощавшись, Карина ушла в ночь, идя на встречу к родным людям. Улицы с дорожными фонарями освещали ей путь, освещали её мысли, освещали сделанный выбор, но не освещали одобрение, которое ей необходимо. - Ба, - заговорила внучка, толкая коляску лилового цвета. – Ты же видишь эти цветы, почему не спрашиваешь от кого они? - Ты у меня девочка взрослая, чего мне вмешиваться? - Скажи, что ты об этом думаешь? - Надеешься на то, что старая бабка, подскажет тебе, как правильно жить? - Думаю что ты у меня самая умная… - Я думаю тебе их нужно выкинуть… - Почему? – удивилась Брусенко-младшая, зная наверняка, что этого не сделает. - Ты хотела моего совета или как? - Да, но… - Что, но Кариночка, что но? Тебе нужно её воспитывать, а не по койкам прыгать, знаю я таких… - Но я не такая! - Думай только о ней, она на первом месте, всегда, - напомнила ворожея, остановившись. – Я знаю, что нужно работать, нужно воспитывать детей, а мужики эти, чтоб они провалились, не нужны, понимаешь? - Но ты после дедушки ни с кем не была, откуда тебе знать, может это хороший парень. - Дедушка твой… - запнулась пастушка. – Ты его не знала, а от чего его так сильно любила твоя мать, мне не понятно. Я рада, что он умер и наконец-то дал мне спокойно дышать, царство ему небесное, прости меня Боже, что сказала такую глупость… - Он был таким плохим? - Бьёт, значит, любит Кариночка, бьёт, значит любит.