Diary

Джисон глушит машину и специально медленно вытаскивает ключи из замка зажигания. Парень тяжело вздыхает, слыша, как хлопает пассажирская дверь, а потом провожает Феликса взглядом. Ли, не мешкая, сразу же направляется к морю, даже не оборачиваясь на друга. Он прекрасно понимает, что Хан дает ему немного времени побыть одному. Ликс подходит как можно ближе к воде и замирает. Порыв сильного ветра одним рывком срывает с парня капюшон и треплет его выбеленные волосы. Блондин только хлюпает носом и слегка ежится. Он смотрит на грязно-голубое море, дрожа от холода, и думает, что ему должно стать легче. Всегда ведь становилось. Но время идет, такой любимый шум разбивающихся друг о друга волн, любимый соленый запах и божественная красота неподвластной стихии почему-то не успокаивают. Парень с силой трет глаза и подавляет вскрик. Он слышит, как Джисон аккуратно ступает по песку в его сторону и, недолго думая, разувается, быстрым шагом заходя в ледяную воду. Как только первая волна омывает ноги, у Феликса как будто вышибает весь воздух из легких. Ноги слегка подкашиваются, парень с трудом удерживает равновесие и выпрямляется. - Ты дурак?! – визжит сзади Джисон. Ли игнорирует друга, пытаясь не дрожать, и крепко сжимает зубы. Его бьет крупная дрожь, а тело не привыкает к холоду, который режет как нож. - Ли Феликс! Ну-ка быстро вышел из воды! Боже, ты же заболеешь! Подхватишь еще воспаление легких! Ну Ликс! – голос старшего становится более жалобным с каждым словом. Феликсу даже кажется, что он начинает поскуливать, поэтому оборачивается, сталкиваясь с взглядом полным слез, тяжело выдыхает и все же выходит на берег. Джисон сразу бежит за полотенцем и заставляет младшего вытереть ноги насухо и обуться. Ликс даже впервые за долгое время улыбается, видя заботу друга. А потом Хан кутает блондина в плед, говоря что-то о здоровье, и отходит от него на несколько шагов. Феликс безмерно благодарен своему другу. Он никогда не нарушает его личного пространства, кого это не нужно, понимает, когда нужно что-то сказать, а когда промолчать. И всегда и все делает для него. Даже сегодня в дождь и невероятный мороз он привез Ли к морю. Блондин кутается сильнее в плед, когда морось перерастает в крупный дождь. Он смотрит на волны, что аккуратно ласкают берег, на пену, что устилает их и ловит себя на мысли, что сейчас был бы непротив оказаться на месте Русалочки и превратиться в морскую пену. Умереть, испытав любовь. Но сейчас он чувствует себя разбитым и потерянным, потому что все в его жизни рушится. Феликс всхлипывает и уже не сдерживает слез, которые катятся по его щекам крупными каплями, смешиваясь с дождем. Ему больно. Он хочет вырвать сердце из груди, лишь бы не чувствовать это отчаяние и подступающее одиночество. Чанбин был для него всем. Целым миром. Любовью, что сподвигала на великие поступки. Чанбин был его соулмейтом. Тем единственным, с которым Феликс мечтал прожить всю свою жизнь. Кого он мечтал любить до самого последнего вздоха. Так и будет, вот только уже не взаимно. У Со оказался еще один соулмейт, к огромному шоку блондина. Ко всему им оказался его друг. Они были знакомы с Хенджином около четырех лет. Ли души в нем не чаял и безумно ценил их дружбу, но почему-то так боялся знакомить их с Бинни. Но как-то раз Джисон и Минхо настояли, что ему не стоит скрывать своего парня от Хвана. С первых секунд Феликс понял, что что-то не так. Хенджин и Чанбин смотрели друг на друга слишком долго и пристально, между ними витало какое-то странное напряжение. Блондин подумал, что им просто нужно привыкнуть, ведь они оба с трудом сближаются с людьми. Но уже на второй встрече Чанбин легко разговаривал с младшим, начал позволять себе шуточки и небольшие касания. Ликс поначалу только удивлялся, но со временем это начинало его беспокоить. Чанбин стал часто говорить о Хенджине, проводить с ним время без Феликса. Ли даже порой его спрашивал, не забыл ли он, с кем встречается. Со отмахивался и говорил, что Ликс накручивает. Но уже даже Минхо с Джисоном аккуратно поднимали эту тему. Все встало на свои места через два месяца. Чанбин рассказал Феликсу, что Хенджин тоже его соулмейт. Хван весь разговор стыдливо прятал глаза за длинной челкой, боясь поднять взгляд на друга. Феликс не помнит, к чему они пришли в тот вечер. Помнит только, что голос возлюбленного звучал откуда-то издалека, что сердце как будто перестало биться. А ведь все это произошло пару дней назад. Сейчас Ликс захлебывается в слезах, понимая, что Чанбин не выберет его. По крайней мере пока. Джисон с грустью смотрит на друга, а потом крепко обнимает его. Он чувствует, как Феликс дрожит, утыкается носом в его шею и уже просто тихо поскуливает. Хан готов отдать все что угодно, лишь бы младшему не было так больно. Но он знает, что блондин не видит своей жизни без Чанбина. Поэтому им с Минхо придется вытаскивать его из этой морской тины, что сейчас пытается утянуть его на дно. Может, со временем, все вернется на круги своя. Чанбин вернется. Но…