Или всё-таки Мидория Изуку?
15 ноября 2025 г., 23:15
Он пересмотрел множество американских сериалов, где подростки тянутся к всякой гадости и им вроде как становится легче. Мидория замечает, что уже и любимые идолы в виде героев в разноцветном трико его не спасают, так, может, хоть это поможет?
Достать пачку сигарет не так уж и сложно, если знаешь по каким районам необходимо пошастать. Он отдает все свои карманные деньги каким-то соплежуям, которых не волнует ровным счетом ничего, кроме мятых купюр в его ладонях. Получая на руки всего пару пачек, Деку не покидает ощущение победителя. Так, словно он Всемогущий, что одолел целую толпу. Идя по улице выкуривает по штучно, давясь кашлем, что вызывает очередной спазм в горле, и всё, что его беспокоит, это перспектива встретить кого-то. Не возможность умереть при очередном приступе кашля, а банальное желание увидеть чей-то хлебальник. Коленки трясутся только от одной подобной мысли. Он не удивится, если его походка сейчас будет сравнима с каким-нибудь инвалидом. При затяжке ему все-таки стоит задуматься о своем здоровье. Этой штукой он похвастаться не мог, напротив, лишь проныть, что у него её не хватает. Но в голове же, напротив, играет какой-то шум, причем с веселым грохотом его психики. В общем, Изуку в восторге.
Он же тварь. А твари, как на зло, неубиваемы.
По счастливой случайности он встречает лишь бабульку с тростью, что хмурится при виде него. Сам не удивлен такому противному взгляду, но желание выцарапать чужие глаза невероятно высоко. Он и так знает, что выглядит вполне себе на минус три с половиной. То есть паршиво. Его темно-зеленые кудри, почти что засаленные, ведь из-за неуплаты у них отключили воду, да бледная кожа уже заставляла напрячься любого. Он выглядит как побитая дворняжка, если цитировать дословно Бакуго. Впрочем, ему все равно.
Мидория садится на скамейку, игнорируя бабку, и прячет в ладони окурок, делая вид, что не при делах. Причем перед этим не придумал ничего лучше, кроме как потушить об тыловую сторону ладони. Гений, все молча хлопайте, желательно ладонью себе о лоб. Больно, но терпимо. Не хуже чужой причуды, что оставляют ожоги куда уж больнее, да с волдырями.
Мальчишка дрыгает ногами, заключив, что прогуливать школу невероятно весело. Он сделал буквально невозможное! Если его увидят, то могут подойти и поинтересоваться, почему он не учится. Ему, впрочем, опять же все равно. Пусть хоть в его личном деле каждый мужчина в форме распишется, он не захочет возвращаться в эту чертову школу. Ну а если он попадет в тюрьму, то не беда. Одна хуже другой уж точно не будет.
Может, хоть так он привлечет внимание своего папаши, что откупается лишь деньгами.
Неплохо бы ему позвонить и потребовать, чтобы тот оплатил за квартиру. Создал паразита — вот и страдай теперь.
…Изуку даже почти не тошнит, когда после обеда он прячется в каком-то переулке, выкуривая за день уже четвертую сигарету. Перед глазами плывет — это явно плохой знак и самое время проверять свою выдержку, чтобы было над чем посмеяться дома. Ну или в морге, какая разница?
И тогда он встречает её. Со спутавшимися грязными волосами, с помятой темно-синей формой, которую он впервые видит, и, главное, эти странные пятна явно не от луж, ведь на дворе чертово сухое лето.
Мидория давится, косится по сторонам в поисках побега. Его ноги-то еле как держут, он сейчас хрипит подобно старому деду — даже если попробует убежать, то его либо сразу поймают, либо сам споткнется и свернет себе шею. Маленькая рука сжимает рукоятку ножа настолько сильно, что до него доносится хруст. И эта странная лыба буквально кричит, что сегодня его беззаботный день, первый такой за много лет его жизни, обернется кошмаром.
Блядство. Какой же он все-таки… Деку.
И заикаясь, игнорируя сотрясающую дрожь, что заставляет опереться о какую-то грязную стену в переулке, он протягивает недокуренную сигарету:
ー Б-будешь?
О да, прекрасное начало дружбы с психопаткой.
Или попытка остаться в живых. Всё это звучит так замечательно, особенно, когда тебя путают с каким-то другим человеком. То ли ее одноклассник, то ли её знакомый, он так и не понял. А та плачет навзрыд, несчастно поскуливает прижимаясь к нему да оставляет пометины на его одежде, настолько сильно вцепилась в него. И просит прощения, сбивчиво повторяясь, что-то крехтя невразумительное. Единственные членораздельные слова вызвали порцию мурашек.
ー Я выпила твою кровь, мне так жа-аль, хны-ы.
Впрочем, Изуку крайне плохой друг, потому что дружит он ровно десять минут, прежде чем попытаться отстраниться и уйти куда подальше. Таким макаром эта полоумная убьет его! А он не настолько отчаялся, чтобы умирать под какой-то девушкой.
ー Иди домой, твои уже явно ждут! Соскучились там, наверное, плачут, ищут! ー понятия не имеет, как ее зовут, и знать не хочет. Та вцепилась в его манжет, не хотя отпускать. Уставилась на него своими хищными глазами. И глотая слова почти что воет в голос:
ー Мне некуда идти. Там же родители. Они будут меня ру-угать за то, что я, у-у-у, убила Сайто!
Незнакомка вновь начинает рыдать, испытывая нестабильность от действия причуды. Мидория об этом ничего не знает, сглатывает вязкую слюну и тушит ногой окурок, что успел выпасть.
ー Да просто избавься и от них, что ты ко мне, блин, пристала?! ー и он выдергивает рукав с ее хватки, не подозревая, что резко затихнувшаяся девочка — знак опасности. ー Дурочка, самая что ни на есть настоящая!
И пользуясь случаем, пока та стоит и смотрит куда-то сквозь него, неуклюже убегает запинаясь время от времени. В конце концов, он упал, но то ли к счастью, то ли с сожалением, лишь получил пару крупных синяков.
Потом окажется, что её фамилия Тога, и в ту ночь не стало целого семейства, а ещё какого-то мальчика благодаря её участию. «Сайто» ー невольно вспоминает и становится белее стены. Он хватает себя за жирные волосы, дергает пряди, крича в голове забыть это имя.
Что-то ему подсказывает гаденько на ушко, наверное, сама ебанутая судьба, что они ещё встретятся.
И ведь встречаются же. Так и ещё оказывается, как девушка с парнем, о чем сам Изуку даже в душе не чаял. Его больше волновало, о чем думала Химико (да, она представилась), когда стучала ему в дверь. Точнее выбивала её, чуть ли не визжа от веселья.
Мидория, может, и окончательно сгнил как продукт молочки, но у него хватает ещё мозгов не спрашивать, как она оставила помятины на железной двери. Хотя он бы предпочел избавиться от подробностей, как та проследила за ним и узнала, где он живет.
И, конечно, как любой другой вежливый японец, он кивает на ее сумбурное, почти что непонятное пищание и не пускает даже за порог, грозясь вызвать полицию. Тога Химико, виновная за инцидент в средней школе и в смерти целой семьи, пришла к нему, называя его чертовым Сайто. Нет, он может понять пацана, желание сплавить чекнутую кому-то другому вполне очевидное, но подставлять его-то зачем?
В следующий раз он без сигареты, зато с чистой головой и опухшими глазами от слез. Он прорыдал как девчонка всю ночь, потому что та вломилась ему через окно и спала на полу, всё попутно болтая и болтая. Пока он не бросил в нее подушку.
Это была ошибка. Ибо та заверещала так, что он приподнялся с кровати, на мгновение позабыв, что в его комнате убийца с ножом, и набрасывается на нее с желанием придушить.
Сколько себя он помнит, а помнит себя он с целое нихуя, ведь сам-то никогда толком не существовал, его мать всегда твердила, что обижать женский пол нельзя. Он же думает, что напольным покрытиям плевать, обижаешь ли ты или нет.
А та дергается в хилых ручках, что сейчас сжимают горло с непривычной для себя силой, и лишь сдавленно смеется, веселится, дрыгая то руками, то ногами. Хрипит, закатывая глаза от удовольствия:
ー Ты такой, ты красивый! Я готова выйти за тебя прямо сейчас!
Мидория качает головой, думая, что влип. Разжимает хватку, чтобы затем вытереть взмокший лоб, и садится на кровать. Пиздец, он сам чуть не докатился до убийства. Что ж, теперь они квиты.
Химико тоже тварь. Причем тварь тваринная, сколько бы ты ее не кидал под машину, она со смехом встает и подходит к тебе обратно. Заливисто смеется, как дурочка прикрывая рот ладошкой, и все одаривает комплиментами, что не соответствуют реальности.
Знакомство с матерью проходит против его воли. Особенно против его воли проходит предложение сбежать из дома в какую-нибудь деревню, захватить её и жить спокойно.
ー Ты слишком наивная. Я никуда не уйду.
ー Бои-ишься, что ли? ー спрашивает, уголки губ чуть-чуть дергаются наверх, и знание, что над ним сейчас издеваются, злит. Настолько сильно, что мальчишка не выдерживает и дает мощный подзатыльник. Та морщится, вот-вот готовится всхлипнуть, прежде чем ей отвечают:
ー Нет. Я просто не хочу идти с тобой в никуда.
ー Сайто! ー начинает верещать хуже младенца. И Изуку закатывает глаза, с какой-то жуткой обидой подмечая, что за последние полгода слышит чужую фамилию больше, чем свое имя. Отстой.
ー Как его звали хоть? ー поворачивает голову, внезапно сам проявляя к ней внимания. Эта ненормальная лишь радуется, что на нее наконец-то хотя бы взглянули. ー Твоего… этого Сайто? Я спрашиваю имя.
ー Понятия не имею. ー Пожала плечами, введя его в ступор своим ответом. ー А тебя как звать, кстати?
ー Да зови как хочешь, хоть Сайто. ー Отвечает не раздумывая.
Ее незнание его полного имени гарантирует ему хоть какое-то призрачное ощущение свободы, возможность сбежать, и она никогда его больше не найдет.
…ー Так что, когда сбежим?
ー Ты глухая или как? ー огрызается, отворачиваясь от неё. Он встает с кровати, отходя от сожительницы подальше. ー Я не хочу. И у меня, в отличие от тебя, жива мать.
ー Так давай от неё избавимся! ー громко и задорно предлагает, и это один из немногих раз, когда покрасневшая щека горит. Та всхлипивает: ー Ну я же пошутила… И твоя м-мама мне нравится. Она добрая!
ー Она жалкая. ー Качнул головой. ー Но я не дам тебе разбрасываться такими словами. И вообще, давай, уебывай к себе.
ー Но мое к себе — это ты!
ー Это тебе надо к долбанному Сайто, а не ко мне!
ー Ну так стань им, глупый!
Наверное, он глупее Тоги. Ходит в школу, каждый раз пугается, когда к нему кто-то подходит и во время разговора щурит свои мутные глаза, гадает, реальный ли человек перед ним или это Химико решила поиграть.
Однажды она даже притворилась Каччаном и признавалась в любви. Изуку никогда еще так сильно не рвало в ближайших кустах.
ー Ты говорила, что мы с ним как две капли воды.
Произносит он однажды, наблюдая, как та крутится возле зеркала, радуясь очередному пестрому платью, что, на его взгляд, слишком старомодное. Но ему плевать, он ничего не возражает, пока его девушка гуляет временами черти где, принося явно чужие вещи и за одно покупает ему сигареты.
ー Ну-у вы похожи. От вас обоих пахнет кровью. И вы оба вечно в синяках. Только вот Сайто был самым популярным мальчиком в школе! Он еще и кружок дебатов возглавлял, драться умел, был отлич…
ー Я понял, заткнись уже.
Устало вздыхает, пряча потные ладони. Он ведь самозванец. И далеко не такой идеальный, как тот мальчишка. Зато его веселит тот факт, что именно он, Деку, полный неудачник, ходит по земле, где гниет некогда героеподобный Сайто.
ー Но меня так раздражало это… ー надув щечки, призналась. ー Мне он сильно-сильно нравился, и хотелось, чтобы он был только со мной! А он мне лишь улыбался, как улыбался и всем. Вот я для тебя особенная!
Изуку давится дымом и, прокашливаясь, уставился на девушку. Та без зазрения совести снимает одежду, надевая то самое платье. Он невольно скользит взглядом по её чертам тела, прежде чем прохрипеть:
ー И с какого перепугу ты до такого додумалась?
ー Ну со мной ты такой хороший. Романтичный. Злой. И всегда-всегда злишься, между прочим. В общем, настоящий.
Мидория качает головой и тушит недокуренную сигарету об тыловую сторону ладони. Привычка. Зато кругленькие шрамы интереснее, чем следы от чужой причуды. А так, свои, родные, хоть!
Он настоящий погребен где-то также, как и Сайто, в земле, на глубине примерно к самому ядру Земли. Только если первого похоронили уже будучи мертвым, то его… заживо. Закопали, затоптали, а затем, попрыгав и поплясав, оставили гнить.
И он сгнил. Настоящий мальчик, что мечтал стать героем. Сейчас он цепляется за призраков прошлого, говоря, что фанат Всемогущего, но уже давно не следит за ним, да и мерч не прикупал. Получая от отца деньги, как последний дурак, водит Химико по всяким трущобам, вечно покупая ей различную гадость и втихаря надеясь, что она сегодня ночью умрет от отравления.
Но этого не происходит. Ночью она орет.
Не потому что у нее крутит живот, а потому что её мучают кошмары. Хоть кто-то в этой жизни мстит этой тупой дуре за то, что она явилась к нему, ворвалась и отравляет. Он зажимает ей рот, пытаясь разбудить, шепчет всякие гадости да молится, чтобы мама не ворвалась и не услышала.
Она распахивает глаза, бешено мечется из одного угла комнаты в другой и дерет ногтями стены. Подобно какому-то животному, что при наличии сумерек начинает звереть. Самое ужасное, что на утро она ничего не помнит. Ни криков, ни мольб оставить ее в покое, ни силуэты. По всхлипам и непонятной речи можно сделать вывод, что они норовят разорвать то ли её разум, то ли её тело.
Ему не жалко ни одно, ни другое. Пусть сойдет с ума и, может, повесится. Тогда жизнь будет проще. Не будет какого-то чувства, что стискивает грудь и заставляет вскакивать, бежать к ней, успокаивать как котенка и прижимать к себе. Приговаривать всякие ласковые слова, напоминать, что эти люди мертвы, и ничего, ничего они ей не сделают. Он не даст.
Химико все равно на утро ничего не вспомнит.
А мать, судя по ее нервному взгляду за завтраком, прекрасно все слышит и лишь нервно оглядывается, когда Тога ставит на стол сладкий омлет с рисом, и спрашивает, как той спалось.
ー Привыкай, мам. ー Шепчет он одними губами и берет палочки, наплевав на благодарность за еду.
Кое-кто специально пододвигает стул к нему ближе, и он, уже находясь на краю, начинает злиться. Изуку понимает, что девушке хочется услышать какие-нибудь комплименты касаемо её готовки. Но, ах, ему плевать. И он поднимает взгляд на женщину, что начинает как-то суетясь спрашивать, где Химико научилась готовить.
Та весело щебечит, подобно птенчику, о каких-то семейных ценностях, продолжая пилить зеленоволосую макушку. Изуку давится, но впихивает в себя еду и доедает первым. Встает из-под стола, ставя тарелку в раковину, и уходит.
Его догоняют в коридоре довольно быстро:
ー Сайто! Как тебе завтрак?
Он останавливается, поворачиваясь к ней. Накидывает сумку и вяло пожимает плечами.
ー Есть можно. Ну я пошел, пока.
И игнорирует нездоровый блеск в ее желтых глазах, этот странный румянец, что гуляет на прекрасном личике практически всегда. Знает, как зря спускает все на самотек, что ещё пожалеет и будет рыдать в три ручья, но сейчас он уходит, оставляя её сзади совсем одну.
В конце концов, с первыми лучами солнца он вновь Сайто. Сайто, что терпеть не может Химико. И, кажется, лишь Изуку как-то привязался к веселой девчонке, маленькому воробушку, которых в Японии и так чертовски мало. Но желание сломать ей шею у них обоих одинаково высоко.
Или он уже путается? Мидория решает не думать о чем-то таком. О мире, где правильных или хоть каких-то логичных ответов попросту нет.
***
…Это был самый худший день в его жизни. Он возвращается практически никакой, если не считать жжение в глазах и злости, что заставляет сжимать кулаки так, что ногти вонзаются в кожу. Никого здесь нет. Это хорошо. Это не мешает ему врубить какой-нибудь отстойный фонк, что так обожает Химико, и сорвать чертовы все плакаты. Ему не нужно было услышать чертово: «Да, ты можешь!». Ему нужно было услышать ебанное: «Неважно, есть ли у тебя причуда или нет. Это просто атрибут, что у большинства имеется». И наплевать, что сверхсилы есть у всех, кроме него! Мерч он ломает пополам, не думая о возможной выручке, о том, что собирал и хранил в стеклянных коробочках эти вещи намного лучше и бережнее, чем самого себя. Все летит в черные мешки, а его яростные крики и визги надоели даже соседям сверху, что оказывается, блядь, существуют. Под конец он уже тихо плачет. На коленях, опустошенный и разбитый, как стекло под ногами. Его плечи содрогаются, сравнимо с сердцем, что обливается кровью. Он пытается мыслить позитивно, пока шмыгает и глотает слезы, но ничего не получается. Лишь позже, спустя битый час, начинает романтизировать происходящее. Опять. Как было с диагнозом. Как было с матерью. Как было с Химико и всеми-всеми остальными. Сука, он романтизировал каждое событие в своей жизни. Теперь еще и встречу со Всемогущим начнет. Четкое нет, неловкое прощанье и герой, что поворачивается к нему спиной, забывая о существовании какого-то мальчика раз и навсегда. По крайней мере, он будет романтизировать и то, что узнал его секрет. Может, он даже продаст информацию о настоящем положении касаемо здоровья героя номер один какому-нибудь придурку за блок сигарет. Да только кто ему поверит? Так, посмеются и отмудохают. ー И зачем? ー руки путаются в волосах, оттягивая кудри, причиняя себе порцию боли, и отступившая истерика вновь и вновь дает о себе знать, предлагая вернуться. ー Почему, блядь, даже мне плевать на тебя, Мидория Изуку? Он давно не слышал своего имени. Даже учителя к нему уже обращаются не по фамилии, а просто «эй, ты». Мама зовет сыном, словно сама забыла, какое имя отроду давала. А все остальные лишь плюются «Деку». И даже его девушка зовет этим… Сайто. «Но знаешь, вы все же отличаетесь во внешности. У тебя вроде и черные волосы, но они с зеленым отливом. Скорее темно-темно зеленые. А у него прямо черные! Чернее ночи!» И вынося мусор, плевав, что его нельзя вот так оставлять, он идет в магазин за краской. ー Сай… ー заходит в комнату через окно, а затем моргает. ー Ого. Что тут приключилось? Какая интересная перестановка! ー Я рад, что тебе нравится. Хмыкает, сидит на кровати и делает затяжку. Изуку оглядывает глазами полуживую комнату, где тут, то там валяются осколки и сломанны пару полок. Бумажки раскиданы по паркету, вырванные из тех самых тетрадок, которые он как-то забросил после того, как связался с убийцей. Потом приберется. Или кто-нибудь другой. Или все так и останется лежать, пока Химико нравится. Она вообще бардак любит, если судить по наполнению в ее мозгах. ー О, а что с волосами? ー наклоняется к нему, по-глупому хихикая. Он закидывает голову, взглядывается в жадные глаза, что изучают его лицо, и ловит себя на мысли, что щеки сводит от улыбки. Ничего не отвечает, лишь наблюдает, как та жмурится, когда парень оставляет поцелуй на лбу. ー Я же должен соответствовать Сайто, чтобы тебе нравится. ー Ты — это он, глупый! Да, она повторяется. Но, кажется, только сейчас он понимает ее слова. Кивает. И со вздохом обреченно произносит: ー Да, я — это он. Сайто. Добро пожаловать домой, Химико...
