Персиковая ель

Pov Виктор. Утро. Я нехотя поднимаюсь с кровати. Лениво умываюсь, одеваюсь, хватаю тяжелую сумку и выхожу вниз. - Доброе утро, - улыбнулась мама, которая приехала навестить меня часа два назад. - Утро, - безэмоционально отвечаю я. - Бутерброды будешь? Яичницу? Кашу? - спрашивает она, стоя у плиты. - Нет, - я отвечаю кратко, уже собираюсь уходить. - Фрукты будешь? Яблоки, персики на тарелке лежат, вновь предложила мама, замешивая массу для яичницы. "Персики", - повторил я в своей голове. Я взял два фрукта и вышел из дома. Всю дорогу до школы я размышлял о произошедшем. Как будет себя вести Айлин? Прийдет ли омега в школу? Как он там вообще? Айлин так сильно испугался... Дойдя до школы, я зашел в здание, опаздывая на урок. - Профессор, здравствуйте! Извините за опоздание, - извинился я, как только зашел в класс. - Хацвелл, проходи. А, да, сегодня мы занимаемся с классом "C", поэтому садись на любое свободное место. Их было всего два, около девушки-беты из "C" класса и около... Айлина?! Выбор очевиден. Я подошел к спящему за партой юноше и сел рядом. Омегу разбудил рассказ учителя. Он открыл глаза, а рядом снова я. Айлин дернулся, смотря на меня шокированными глазами. Я еле заметно улыбнулся и перевел глаза на доску. Омега все еще пялился на меня испуганным и удивленным взглядом. - М...можно выйти? - спросил юноша. Впервые за долгое время я услышал его нормальный голос так близко. Он такой высокий и тихий. "Блять, у него даже голос словно персик - нежный и сладкий, - пронеслось у меня в мыслях, - Остынь, не думай о нем, не думай. Это все из-за того раза". Я проводил взглядом омегу, выходящего из кабинета, и погрузился в скучные объяснения учителя. Через какое-то время я отвлекся и глянул на часы. Его уже пятнадцать минут нет. "Учитель, можно выйти?" - спрашиваю я, в ответ получая одобрительный кивок. Я спешно вышел из класса и пошел по коридору. Двери кабинетов, доски объявлений, стеллаж с наградами школы, диваны и... Айлин! Омега скрутился на маленьком диванчике, сладко посапывая. Устал. Я положил руку на его голову, аккуратно гладя малыша по голове. Аромат вишни и персика усилился, заставляя меня вдыхать его еще сильнее. Я вновь глянул на часы. Сейчас прозвенит звонок на перемену. Я несильно тормошу омегу. "Айлин", - зову его я. И, большие темно-карие глаза нехотя распахнулись, направив взгляд прямо в мои. Его глаза передавали волнение, страх, но при этом спокойствие и умиротворение. Мы молча смотрели друг на друга, пока Айлин не издал тихое "Нх". Он опустил взгляд на штаны, на которых образовывалось влажное пятнышко от смазки. "У него еще идет течка", - подумал я. Малыш начал спешно вставать с дивана, оттягивая рубашку вниз, прикрывая попку. - Тебе помочь? - спросил я, протягивая ему руку. - Нет, в...все нормально, - робко ответил он мне и побежал в кабинет медработника. Не сразу, но я пошел за ним. Этот клубок милости и неуклюжести вызывал у меня зверский интерес. Я чувствовал, как альфа внутри требовал этого омегу. Мои ноги сами пошли за ним. Следуя за Айлином, в своих мыслях я покрывал себя всевозможными ругательствами, пытался одуматься. "Хватит его преследовать, идиот!" - кричал мой здравый смысл. "Блять, трахни эту омежку!" - противоречила ему сущность альфы. Здраво я уже не мыслил, лишь шел за сладким фруктовым запахом, который так нежно манил за собой. И вот, он наконец зашел в медпункт. "Сегодня нет медика", - сказал я сам себе. Я приложил ухо к двери. "Боже, веду себя как маленький ребенок", - прошептал я. Из кабинета послышался тихий и еще сильнее возбуждающий меня омежий стон. Я наклонился к замочной скважине и, закрыв один глаз, заглянул туда. Мне представился потрясающий вид - мой малыш со спущенными брюками опирался рукой о белую кушетку, а пальчики свободной руки облизывал во рту, зажмурив глазки. "Мой малыш? Блять, с ума схожу", - говорил я в своих мыслях. Он вынул из рта смазанные слюной пальцы и опустил их к своей попке, оглаживая тугое и мокрое от сладкой смазки колечко мышц. "Страшно", - тихо проскулил омега, не решаясь ввести в себя пальчики. Мне так жалко Айлина. Боль и страх в его больших темно-карих глазах, я видел чаще, чем светлую счастливую улыбку. Дрожь хрупкого тела, трясущиеся бледные руки, слезы, поджатые губы, полные мучений крики - это все, что я замечал от него, пока находился рядом. Я чудовище, заставляющее его жить в страхе. И сейчас эта дверь была спасением Айлина от меня. И, как только омега ввел пальцы с громким стоном, я потерял всякое самообладание над зверем внутри. Дверь шумно распахнулась. Малыш вздрогнул и испуганно посмотрел на меня. Он был похож на кролика, которого вот-вот съест голодный и жадный лис. Я быстрым шагом подошел к нему, толкнув его на белоснежную кушетку. Кожа малыша сливалась с тканью. Я снова удостоен чести видеть его хрупкое тонкое тело. Он прикрывает гениталии дрожащими руками и испуганно смотрит прямо в мои глаза. Его волосы, его кожа, весь он пахнет персиком и вишней. Я целую его тонкую шею, еле сдерживая себя, чтобы не поставить метку. Спускаюсь к животу влажной дорожкой поцелуев - омега выгибает спину навстречу моим рукам и рту. Я нежно беру его небольшой член в руку, поглаживая головку. Айлин стонет. И я, поддавшись желанию сделать ему приятно, вбираю его член в рот. "Ах!" - вырвалось из уст омеги. Я неумело двигаю языком и ртом, но малышу это явно нравится. Он обхватывает мою голову руками, сжимая волосы пальцами, и кончает мне в рот, протяжно и громко проскулив. Я выпускаю его член и проглатываю сперму. Омега все еще пугливо смотрит на меня, залившись пунцовым румянцем. Я ложусь на бок рядом с ним на кушетку и притягивю его спиной к себе. Его шея - самый эпицентр фруктового аромата. Я уже тянусь клыками, чтобы пометить его. "Нет-нет, нельзя!" - говорит здравый смысл в моей голове, - "Всю жизнь ему испортишь, не смей". Я подставляю к шее Айлина руку и агрессивно впиваюсь в нее, выпуская кровь. Он вжимает голову в плечи - боится, и старается не двигаться, тихо дышит, выжидая моих действий. Понял, что не стоит сопротивляться? Я ввожу в него пару пальцев, получая в ответ одобрительный стон. Начинаю двигать рукой, задевая простату - он во всю стонет. И вот, приближение его оргазма - Айлин выгибает спинку, насаживаясь попкой на мои пальцы, жмурит глазки и изливается со сладким стоном "Виктор!" в уже подставленную мной руку. Он назвал мое имя. Мое сердце предательски сжалось. Омега, шумно дыша, поднялся с кушетки, спешно оделся и выбежал из медпункта. Я опустил взгляд на уже давно возбужденный член, который изнывал от боли. "Блять, что я творю?" - спросил сам у себя вслух и ухмыльнулся как сумасшедший. Я закрыл руками глаза, пытаясь понять, что вообще произошло.