Эстетика наших тел

      Из-за приоткрытой двери доносились приглушённые стоны. Видимо, тот, кто их издавал совершенно не боялся попасться на глаза учителям или директору. И хотя уроки закончились только недавно, проходившие мимо ученики даже не удивлялись и уж тем более не заглядывали внутрь — всем известно не со вчерашнего дня, кто такой смелый занимается непристойным в учебном заведении прямо средь бела дня.       Тем временем за поцелуями парочка не заметила, как дверь раскрылась и взору мадам Бюстье предстали двое учеников её класса. Ей уже надоело на них ругаться, вызывать их с родителями к директору. Всё было бесполезно. Но ученики, похоже, сами не хотели попадаться на глаза кому-либо, поэтому лихо соскочив с парты, Маринетт схватила свою сумку и руку Адриана и направилась к выходу. Всё же капля стеснения осталась в ней. Мадам лишь прикрыла глаза, потирая виски. — Куда мы идём? — Адриану пришлось на ходу застёгивать джинсы и рубашку, одновременно разговаривая с подругой и прикрывая тело от любопытных сокурсников. Одежда в некоторых местах немного помялась, а от утренней укладки не осталось и следа. — В библиотеку, — Маринетт хитро ухмыльнулась, — там мы ещё не были, да? — блузка также была расстёгнута, юбка немного задёрнулась, а трусики под ней чуть сползли. — Вот как?! — прищурив изумрудные глаза, Адриан начал представлять, где бы они могли там уединиться. — Твои предпочтения меня поражают! — шлёпнув подругу по попке, он немного сжал её. В ответ она приобняла его за талию.       Пара шагов — и они в библиотеке. Благо работница не знала об их репутации, и они без проблем уединились на диване в самом углу огромной комнаты. За несколькими стеллажами книг их было не видно. Отодвинув рядом стоящий столик, Маринетт кинула сумку на пол и пригласила друга присесть. Также скинув портфель на пол, Адриан сел на диван и хитро ухмыльнулся, выставляя руки вперёд, явно приглашая девушку. Не заставив долго ждать, Маринетт игриво наклонилась и, положив ладони на его колени, начала плавно поднимать их всё выше.       Её пальцы едва касались его, но ощущения всё же передавались. Дойдя до члена, девушка провела двумя пальцами и двинулась выше, задев рубашку и приподняв её, обнажая пресс. Добравшись до плеч и оперевшись на них руками, Маринетт села на партнёра так, чтобы его член упирался в её киску. Поглаживая плечи и спину парня, синеволосая пальчиками приподняла его голову за подбородок и поцеловала. Ответ на поцелуй последовал незамедлительно. Схватив девушку за бёдра, Агрест начал двигать её навстречу к себе. Сквозь поцелуй прорвался первый стон брюнетки. Оторвавшись от партнёрши и посмотрев в её голубые глаза, Адриан приложил указательный палец к губам и приподнял её юбку. Одной рукой всё ещё держа её за попку, второй он проник в трусики. С её уст чуть было не сорвался стон, но он вновь был заглушён поцелуем.       Одной рукой зарываясь в его волосы, а второй впиваясь ногтями в плечо, Маринетт старалась вести себя как можно тише. Со стороны Адриана не было слышно ни звука, не считая учащённого, прерывистого дыхания. Почувствовав в себе его пальцы, Маринетт наклонилась к шее, покрывая её долгими поцелуями, оставляя красные пятна. Чтобы не застонать, она впилась глубже, отчего уже на ключицах оставались не засосы, а укусы. — Хей, полегче, милая, — Адриан сам не понимал — хорошо ему или плохо, ведь шея, которую Маринетт столь тщательно покрывала засосами, являлась одной из его эрогенных зон, но укусы приносили боль, которая всё же постепенно становилась слаще. Его шёпот ещё больше заводил её, поэтому, прошептав тихое «прости», она спустилась одной рукой по груди, прессу, а после, проведя по члену, залезла в карман, вытащив резинку. Высунув пальцы из девушки и взяв контрацептив, он раскрыл его, в то время как Маринетт, расстегнув ширинку, вытащила член и ласкала его руками.       Надев его на себя, Адриан приподнял партнёршу и, отодвинув трусики в сторону, вошёл, сдерживая её стоны страстными поцелуями. Пока партнёрша двигалась вверх-вниз, насаживая себя, он накрыл её губы рукой, в то время как вторая его рука, гладив шею и спустившись ниже начала ловко расстёгивать пуговицы на блузке. Покрывая кожу поцелуями, Адриан отодвинул чашечку бюстгальтера, целуя грудь, а затем посасывая соски. Её стоны всё чаще прорывались сквозь руку, отчего Адриану приходилось ласково шикать и грубо мять её зад, чтобы та была тише.       С другой стороны это было в какой-то степени даже приятно, ведь если стонет, значит хорошо, не так ли? Особенно учитывая то, что они друг у друга первые, а о соитии знают либо с чьих-то слов, либо из порно.       Перевернув подругу на диван под себя, Адриан оторвался от груди и начал покрывать поцелуями, а иногда и засосами, всю территорию, что была не под блузкой. Убрав руку ото рта и переместив её на горло, юноша немного сжимал его. От партнёрши послышались рваные вздохи. Двигаясь всё резче, Адриан старался вести себя как можно тише, потому как спалиться перед кем-либо не особо хотелось. — Ах, Адриан, — одна рука была у него в волосах, а вторая прикрывала рот, чтобы не застонать. Из-под неё слышались тихие вздохи и шёпот. — Адриан… Ещё немного, Адриан… — поняв о чём именно идёт речь, Агрест начал понемногу ускоряться, слившись в поцелуе. Спустив руку с шеи на грудь и немного помяв её, Адриан, не останавливаясь опустил руку на талию, проведя по ней и по бёдрам своими пальцами. Он остановил руку на ягодице и начал сминать её, вторую руку запустив ей под спину, поддерживая девушку. Дыхание Маринетт то учащалось, то прерывалось, а внутри начало пульсировать и хаотично сжиматься. Следом раздался рваный выдох, и её тело обмякло. Разорвав поцелуй, юноша вновь примкнул к шее, оставляя лёгкие укусы. Почувствовав под собой напряжение, Адриан отодвинулся.       Маринетт встала, попутно застегнув и заправив блузку, поправила волосы и, сев на колени, начала аккуратно передвигаться по дивану к партнёру. — Теперь моя очередь доставлять тебе удовольствие! — ухмыльнувшись, Маринетт после краткого поцелуя села перед парнем на пол и, немного поласкав член руками, взяла его в рот. Со стороны партнёра послышались вздохи.       Будучи с головкой во рту, синеволосая положила одну руку на руку Адриана, а второй «продолжила» свои губы, пробуя одну из техник, которую нашла в интернете. Зажав член губами, она начала плавно двигать языком, словно вырисовывая какие-то узоры. Рука Агреста периодически напрягалась, отчего у Маринетт что-то шевелилось в животе. «Это точно не глисты, — как-то подумалось ей в одну из их похожих на эту «встреч». Беря в рот всё глубже, она почувствовала, как на голову легла рука и начала ей управлять.       Пальцы зарывались в растрёпанные волосы всё больше, а Маринетт брала всё глубже, почувствовав, как головка немного набухает, а его дыхание становится всё прерывистее. Пара мгновений и Адриан спускает Маринетт в рот, крепко сжав её руку и волосы, при этом простонав что-то невнятное. Сделав ещё пару движений головой, Дюпен-Чен сглотнула, вытерла рот и улыбнулась.

***

— Она тебе не пара! — Габриэль сильно ударил по столу кулаком, а после очухался и потряс ею в воздухе, пытаясь унять внезапную боль. Этот скандал между Агрестами в присутствии Натали длился уже около получаса, но ни к чему это так и не привёл. А началось это всё с того, что Габриэль каким-то образом выяснил, что Натали скрывала от него замечания насчёт Адриана и его девушки. И сейчас, не до конца зная подробности их жизни, он настаивал на том, чтобы они расстались, иначе Адриана ждёт наказание в виде «лишения свободы». — Ты её даже совсем не знаешь! — также ударив кулаком по столу, Адриан нахмурился и добавил: — Тем более, если учитывать то, что мы официально, да и вообще не состоим в отношениях и на людях нигде не проскакиваем, виноватым я себя не считаю! — буквально выплюнув последние слова, Адриан сложил руки на груди и немного отвернулся, так как стоять напротив гневного отца и не выдавать свои эмоции (подобно ему) было уже невозможно. Агрест-старший же просто опешил от наглости собственного сына и в попытках сообразить какой-либо разумный ответ посмотрел на Натали, словно выискивая у неё помощи. Та лишь в растерянности отвела глаза, что было так не похоже на неё.       Молчание затягивалось, и казалось, что оно давило только на Адриана, который так усердно доказывал свою правоту, что даже начинал верить в это. Натали же «надела» привычную безэмоциональную маску, а Габриэль сел в кресло и прикрыл глаза. Ему срочно надо было выпить. В голове кружилось столько вопросов, что он не знал, какой задать первым. Впервые со смерти Эмили он показывал свои эмоции. — Как долго вы встречаетесь? — Адриан открыл глаза и, опустив руки, сел в кресло возле стола. Его отец всё ещё не решался хотя бы окинуть его взглядом. Как правильно подать информацию о том, что они не встречаются, а просто удовлетворяют друг друга, Адриан не знал. В надежде на помощь он посмотрел на секретаршу, но та вновь отвела глаза. — Ну, мы не совсем встречаемся… — Габриэль резко открыл глаза и посмотрел на сына, не понимая, что он имеет ввиду. Перебирая пальцы и смотря на них так, будто видит их впервые, блондин не знал, как поступить. Мельком глянув на отца, Адриан действительно испугался его будущей реакции, поэтому поняв, что он вот-вот вновь выйдет из себя, Агрест-младший зажмурился и показал пальцами жест, который как раз и обозначал их увлечение. — Немыслимо! — завопил Агрест-старший, подскочив с насиженного места и скорчив гримасу злости на ранее безразличном лице. — Значит, по девушкам гулять ты можешь, а как признаться в этом родному отцу, так ты жмуришься и пальчиками играешь! — крик поднялся такой, что Габриэль, начав задыхаться, остановился и закашлял. Это было очень неожиданное заявление, поэтому он, как отец, не знал, как реагировать на такое. — Натали, молю тебя как женщину, скажи, что ему ещё рано! — он с неподдельной просьбой о помощи в глазах едва ли не падал в обморок от такого разочарования. Ещё бы — единственный сын, который до недавнего времени был ему опорой в том, что выполнял все прихоти, стал гулять по девушкам! — Если говорить с тобой не как с начальником, Габриэль, то скажу откровенно — этому юноше скоро исполнится восемнадцать и то, что он познал прелести половой жизни всего две недели назад, многое говорит о его воспитании или, в крайнем случае, о том, что он не хотел портить и без того ужасные отношения с тобой. — от таких слов в шоке был и отец и сын. К примеру, если Адриана заботило лишь то, что она так дерзко и откровенно говорит с начальником, то Габриэля заботило совершенно другое — целых две недели он уже шляется неизвестно с кем, а он об этом не знает. А также он понятия не имеет, где, с кем, как успевает и…предохраняется ли? Вновь еле успокоившись и сев в кресло, он стал аккуратно выпытывать ответы на столь интересующие его вопросы. Проницательный взгляд Габриэля уловил, что Адриан рассказывает хоть и зажато, зато правду, что немного успокаивало его суровую душу. — Хорошо, я думаю, мы с тобой решили это недоразумение, и я также надеюсь, что ты будешь предохраняться и следить, чтобы ни одна твоя пассия не забеременела и не была заразна. — Конечно, отец, но у меня одна-единственная. — Адриан встал с кресла немного смутившийся и уже направился к выходу, как услышал напрягающий вопрос отца. — Маринетт. Её зовут Маринетт, — поворачиваясь, Адриан кратко ответил и вновь двинулся к выходу. Дождавшись пока сын выйдет и его шаги стихнут, Габриэль сцепил руки в замок и нахмурился. — Натали, разузнай о всех его знакомых с именем Маринетт всё, что только сможешь.