Это моя история...

      Незаинтересованным выражением лица обвела класс Узумаки, нервно проглотив ком в горле, вспоминая вчерашний инцидент. Да, черт побери, она чуть с Учихой не поцеловалась! И во всем этом стоит винить «доброжелательную» призрачную маму. На кой-черт, ей сдался этот Саске?       — Наруто, не игнорируй меня… Наруто! — взбесилась Узумаки-старшая, летя вокруг задумчивой дочери. Нет, это уже слишком. — Наруто, — прорычала женщина, случайно вселившись в ребенка. — Черт.       «Опять за свое, женщина! Да хватит уже! Мадам! Мадам!»       — У этой Узумаки уже совсем крыша поехала, — не удержалась от комментария Харуно, с отвращением смотря в лицо упомянутой. Минута, и та перевела взгляд на нее, обещающий свернуть шею, если не закроет рот. — Чего смотришь? — с нескрываемым раздражением протянула она, бегом приблизившись к парте занозы. — Страх потеряла, Узумаки?       Женщина, игнорируя внутренние возгласы дочери, с раздражением отметила, что розововолосая не угомонится, даже поставив на место ехидством, она так просто не отстанет от Наруто. Она же, как любая заботливая мать, должна помочь своему дитю. Вкладывая маленький, едва ощутимый, поток чакры к глазам, создавая иллюзорный цвет, красноволосая устало закрыла глаза.       Зрачки сузились, приобретая черты глаз Девятихвостого, а радужная оболочка побагровела в тот момент, когда Кушина открыла глаза, повергнув в шок не только Сакуру, отшатнувшуюся от нее на пару шагов назад, но и Саске изумительным контролем чакры и создании иллюзии. Настолько неожиданной, пугающей.       Перед тем, как их сенсей вошел в кабинет, призрак моментально вышел из тела блондинки, услышав приближающиеся шаги к этому кабинету по ту сторону стен. Мужчина войдя в кабинет, изучающим взглядом обвел класс, замечая полупрозрачную знакомую фигуру какой-то девушки. Недолго покопавшись в памяти, он обращая внимание на учеников, расширил глаза, не веря своему Шарингану… это была Кушина, жена его сенсея, помахавшая ему едва видимой рукой.       Какаши протёр глаза и еще раз посмотрел на ту сторону, где находилась она…       — Точно глюк, — пробормотал пепельный блондин, не увидев Кушину-сан, которая умело скрылась от его глаз, кривляясь за его спиной. А единственный мальчишка из его будущей команды, ошарашенно глядя на призрака, широко раскрыл рот. — Я ваш сенсей. Меня звать Хатаке Какаши. Жду вас на крыше, — посмотрев на потолок, он с громким хлопком исчез в клубе дыма.       Дети лишь промолчали, собираясь пойти на крышу здания. Только Узумаки хотела покинуть опустевший кабинет, как вдруг Сакура, стоявшая впереди нее, со всей дури толкнула ее и показала свой язык. — Я добьюсь Саске-куна, и никуда он от меня не убежит, неудачница, — произнесенное из уст Харуно прозвучало, как твердое обещание.       Оглушенная собственным порывом несмолкаемой ярости, Наруто на злость розововолосой встав на ноги, посмотрела в изумрудные глаза девчонки и улыбнулась, демонстративно сжимая руки. — Я покажу тебе и теме, кто тут неудачник! — горячо с ноткой уверенности произнесла светловолосая, сумев вернуть голубизну своим глазам.       Кушина же, переполненная гордостью за свое родное чадо, не обратила внимание на то, как окна открывшись сами по себе, позволили свежему воздуху ворваться в кабинет; ручка, находившаяся на парте Сакуры, крутанулась. На ее парте красовалась надпись: «Все любят эскимо, а Наруто ест дерьмо».       На крыше ребята следили за заскучавшим сенсеем, который то и делал, что ничего, усевшись на перилах.       Is anybody out there?       Здесь есть кто-нибудь?       Can you take this weight of mine?       Ты можешь забрать этот груз с моих плеч?       Is anybody out there?       Здесь есть кто-нибудь?       Can you lead me to the light?       Ты можешь провести меня к свету?       — Представьтесь, что ли, — ответил Какаши, видя в своих учеников не только призраков прошлого, но и отражение утекшего времени. — Начнём-ка с тебя! — указал он на блондинистую девчонку, вверх поднимающую свою ручонку в попытке произвести хорошее впечатление на него.       — Меня звать Наруто Узумаки! — вдыхая побольше свежего воздуха, начала она. — Я люблю рамен, комиксы, поливать цветы! Моя заветная мечта — стать Хокаге! — выпалила блондинка на одном дыхании.       — Саске Учиха, — как на допросе, представился брюнет, чувствуя смутное чувство тревоги. Что-то не так, давно он не испытывал такого животного ужаса, аж колени просились бегством уйти отсюда. — Не люблю потаскушек, гоняющихся за мной, — Сакура почувствовала себя пришибленной при упоминании: «гоняющихся потаскушек». — Ненавижу дур-выпендрежниц, которых даже стыдно ставить в ряды соперников, — Узумаки залилась краской, скрежета зубами от ярости. Нет, ну, точно, учиховский подонок! — Во имя клана Учиха я обязан пролить кровь одного человека.       «Честно говоря, в юном возрасте я был не в восторге от появления команды 7. Они заменили мне семью, но в силу своего упрямства…».       «Неужели ты, неуклюжий петушок, решился признаться в том, что вел себя как полный идиот».       «Да-да… Заткнись, дурья башка».       — Меня зовут Сакура Харуно! Я люблю… — розововолосая с надеждой в глазах и влюбленным взглядом повернулась к драгоценному Учихе, расплылась в глуповатой улыбке. — Ненавижу Наруто, — произнесла она, подливая масла в огонь в отношении с неугомонной блондинкой. — Хочется прожить свою жизнь рядом с ним, — нежным, ласковым голоском протянула Харуно, с трудом подыскав нужные слова, аккуратно положила ладонь на руку Саске, от чего тот же моментально отдернул свое сокровище подальше от нее.       Узумаки, наблюдавшая за этой картиной, покатилась со смеху, неприлично указывая пальцем на товарищей по команде. А Кушина же, испытывая какие-то стрёмные опасения из-за темной, пугающей силы, исходившей из тени Учихи, прошла сквозь малолеток, медленно погружаясь во тьму полутени.

***

      Не раз женщине приходилось сталкиваться с красными, как кровь, глазами членов Учиха. Не раз видеть кромешную, непроглядную, как ночь, тьму, где можно было встретить одну душу. Живую, настоящую.       — Изуми-чан? — удивленно воскликнула Кушина, узнавая в полном горечи, сжигающим дотла взгляде солнечную девушку, с ума сходившую от старшего сынка ее некогда лучшей подруги. Взгляд вышеупомянутой полный ненависти, нескончаемой ярости и… скорби неотрывно вглядывался в знакомые черты красноволосой женщины.       Шатенка лишь приподняла голову, напоминая своим измученным видом проклятую, зловещую девочку из фильма «Звонок». — Где он? Где младший брат Итачи? — блеклым, даже каким-то натужным голосом произнесла Изуми-чан, за доли секунд преодолев расстояние между собой и незваной гостьей. — А то… убить, убить, убить!       Пришедшее осознание того, смерть превращает людей в кровожадных монстров, не покидало Узумаки-старшую.       — Изуми-чан… — придушенным голоском настороженно протянула она, не замечая, как появившиеся слезинки вниз скатились с подбородка. Та же двинулась с места, исчезнув из поля зрения, взревела, передвигаясь на четвереньках в попытке приблизиться к оппоненту, растянула губы в зловещей ухмылке, не отрывая шаринган от той. — Что ты…       Не успела она произнести, как та буквально подлетела к ней, всем своим призрачным телом падая на противницу. И в этот момент слепая ярость казалась чем-то пьянящим до безумия.       — Рассыпься! — зловеще ухмыляясь, приобретая розовые отметины на щеках и животе, похожие на шрамы, женщина не доброжелательно смотрела на Изуми. У нее кожа покрылась трещинами: руки, нос, шея, лицо, босые ноги, — все это засохло, рассыпаясь на мелкие кусочки.       Кушина продолжила следить за тем, как жизнь угасает в племяннице Микото, с ухмылкой подмечая, что от той скоро ничего не останется. Ну, только прах и это белое платьице. Позже трезвость ума вернулось, но уже было поздно. Узумаки-старшая потеряла сознание.

***

      Только Узумаки хотела сделать шаг назад, как вдруг что-то настойчиво воткнулось в ее зад, намереваясь сделать небольшую дырочку. Она в нервном тике, ощущая прилив стыда, медленно повернула голову в сторону, где учитель лукаво блеснул глазами. Втыкая пальцы еще сильнее, не забыв прибавить чакру, сенсей отправил в полет свою ученицу.       А время утекало, как вода, не останавливаясь. Никто из ребят не смог достать желанных колокольчиков. Каждый из них смог доказать своему сенсею, что недостойны стать ниндзя.       — Закончили, — спокойно протянул Какаши, краем глаза, и чутьем чувствуя приближение кого-то знакомого…       — Но сенсей! — закричала Сакура, залитая слезами на глазах у… — Саске-кун, ты в порядке? — удивленно протянула она, переведя многозначительный взгляд на наставника. Он наложил на нее иллюзию, в которую дурочка повелась. Даже Узумаки как-то старалась, а она… на деле оказалась в сто раз слабее и никчемнее, только языком способна чесать.       — Ладно, — устало вздохнул сенсей, поведя блондинку к столбу, вытащил из свитка веревки, привязав сопротивляющуюся девчонку. — Тренировка продолжится только после того, как вы пообедаете. А вот её не кормить, — мужчина игнорировал весь мат в его адрес, исходящий из уст Наруто. — Она была самой слабой среди вас.       Как только он закончил с привязыванием светловолосой, не забыв поставить свои условия, Хатаке исчез из поля зрения учеников. Следя за действиями детей из своего укрытия, предвкушая, что мелкие завалят его тест и, он отправится на долгожданный отпуск.       Ну, и к Третьему заглянет.       Тем временем, Харуно, жевавшая яичный ролл, нанизывая на палочку кусочки жареной рыбки, повертела ей перед проголодавшей Узумаки. — Какая бедная, — хмыкнула Харуно, к своему отвращению замечая, что упомянутая лишь горько усмехнулась, найдя что-то интересное в траве. Вот же…       — Сакура-чан, теме, я уже не та плакса, над которой всю жизнь можно смеяться, — к своему удивлению, Наруто подметила, что Учиха, мягко говоря, диве дался, вытянувшись в лице. Потом оно стало рассерженным. — И да, дайте кусочек? — попросила она, строя из себя умирающего лебедя.       — Добе, ты спятила, или что? — переспросил Саске, нанизывая на палочку сосиски. Нет, уже слишком. То сумасшедшая, то девочка пай-пай, то жертва драмы. — Хватит драматизировать, — смерил ее злым взглядом Учиха, протягивая угощение ко рту блондинки, словив сжигающий дотла взор Харуно. — Не покормим её — проиграем, — привел разумный аргумент он, на время усмирив розововолосая. — Она может пригодится нам.       Та лишь промолчала, нанизывая на палочку маленькие кусочки жареной, румяной курочки, подносила к открывший рот блондинки. Она с явным удовольствием пережевывала пищу, блаженно закрывая глаза до того, как их сенсей не явился. Дети побледнели и подавились от пищи, ибо Какаши застукал их за кормёжкой Узумаки.       Несмотря на всю их враждебность к друг другу они смогли пройти его тест.       — Вы!.. — нагоняя трепет и животный ужас на лица своих учеников, пепельный блондин улыбнулся в ожидании услышать оправдания от трио. И его поразил ответ светловолосой. — Да, но я беру лишь тех, кто готов заботиться о друг друге, — ответил он, переводя испытующий взгляд на Сакуру. — Ты ни в грош ни ставишь свою напарницу. Это плохо.       — Ага-ага, еще бьется без причины, — поддакнула Наруто, еще сильнее заулыбавшись. — И то я лучше нее.       — А ты не важничай, — пришло время Харуно показывать язык и зловеще ухмыляться. — Тебе никто не должен и ты никому ничего не должна, — жестокая правда из уст Хатаке камнепадом обрушилась на светлую головушку. — А ты волк-одиночка… — джонин не теряя времени даром, указал все минусы брюнета.       — Какаши, прекрати валять дурака, — Кушина, не помнившая как выбралась из теневой клетки Изуми, пройдя сквозь товарищей Наруто, встала перед носом удивленного Хатаке. — Лучше скажи: они прошли или нет?       — П-прошли… — единственное, что вырвалось из уст того, перед тем, как у мужчины глаза на лоб не полезли и он сознание не потерял.       «Несмотря на свои странности, они моя семья…».