Она — мой любимый аромат...

— Чонгук, прекрати курить! — говорила она каждый раз, когда находила у меня в карманах сигареты. — Не хочу, — тихо отвечал я, вообще не слушая её рассказы. — Чон, я не хочу потерять тебя из-за этого, — один раз сказала она, а я не задумываясь продолжал курить. Такие сигареты, с запахом апельсинов, она не могла их учуять. Как бы я не хотел бросить эту затею, я всё равно дорожу ею. Она дорога мне, даже очень. Я люблю её и не хочу её расстраивать. — Чонгук, пожалуйста, — каждый раз закуривая новую сигарету, я видел её жалобный взгляд, которым она прожигает меня, умоляя бросить. Апельсины — её любимый запах. Поэтому сигареты и духи с апельсиновым шлейфом. Я не могу курить при ней, особенно когда она сидит неподалеку за своими конспектами. Мне так и хочется коснуться её, убрать упавшую прядку волос, поцеловать в лобик, или что-то ещё. Но она шипит, говоря: "Не мешай, я учусь". Это обычное дело. Я привык. — Чонгук~а, — ласково тянет она, когда пытается привлечь моё внимание. А я специально делаю вид, что обиделся: надувая щёчки и выгляжу как ребенок, — Ну, Гук~и, ну, посмотри на меня, — и так невинно хлопает ресницами, будто кукла. И как такому чуду отказать? — Что тебе, Чаги? — обиженно тяну я, обнимая её за талию. — Пошли в кафе? — а я лишь заправляю за ушко её волосы, увиливая от такого вопроса. Я ведь знаю, там будут мои друзья. Они как всегда предложат покурить. Не хочу расстраивать её. — Давай я лучше приготовлю нам что-нибудь? — заглядываю в её глаза, умоляя согласиться. Ей нравится еда, приготовленная мной. Она так светится, втягивая носом запах выпечки. — Могу я тебе помочь? — улыбается она, затягивая меня в нежный поцелуй. — Если только покормишь меня? — Чем же? — выдыхает она, когда я сажу её на стойку. — Собой, — шепчу я, опаляя её шею своим горячим дыханием. Она пахнет апельсинами. Это не духи, не гель, не крем. Так пахнет её кожа. Это мой любимый аромат. Я провожу носом по её шее, втягивая его. Обожаю. — Чонгук? Ты опять? — безнадёжно выдыхает она, понимая, что от меня пахнет табаком. — Нет, Чаги, не опять... — Снова? — вроде должно быть смешно, но она серьёзна. Ей не нравится. Табак — она знает его действие. — Нет, не снова, я не курил. — Честно? — Честно, — и это правда. Я бросаю, да, раз в неделю срываюсь, но её светящиеся от слез глаза постоянно напоминают. Больно видеть её такой. Такой беспомощной, зажатой и крошечной. Такой она выглядит, видя меня с компанией, которая курит. В моей руке сигарета. Нет... Она смотрит на меня, но я не курил. Правда. Она убегает. — Т/и, — кричу я ей вслед, догоняя. — Чонгук! Ты ведь обещал мне! — она начинает рыдать, бьёт меня по груди своими маленькими кулачками. — Чон, какого хрена!? — кричит олин из парней, — С какого перепугу ты такой правильный? — эти слова её останавливают, она просто смотрит на меня, своими глазками. Такая беззащитная. Крошечная. Я обнимаю её, успокаивая и говоря те слова, что ей так нужны: — Я не курил, Чаги, я бросил... Она верит. Обнимает в ответ, прося прощение за непонимание. А я лишь подхватывают её на руки и несу к машине. Там пахнет апельсинами. Да, так и есть. На заднем сидении лежать апельсины. Она пищит доставая один из пакета. Мы никуда не едим, просто сидим и чистим апельсины, кормим друг друга. Апельсины — мой любимый запах. Она мой любимый аромат.