Восемь лет

Питер неуверенно застыл возле входа в школу — здесь практически ничего не изменилось, только школа стала более обшарпанной и старой — выжитая наизнанку, уставшая, истоптанная, все равно исправно служила новым и новым поколениям. На улице моросил дождь, тяжелые тучи собирались над головой, а он все никак не мог заставить себя войти в знакомые двери. Его не было здесь восемь лет. Такой огромный срок, и все равно ничего не изменилось — такой же тихий район, такой город, самый обычный, но тут, как никогда, больно — и сейчас внутри все просто разрывалось, из старых посеревших шрамов лилась свежая бордовая кровь. Тони Старку не понравилось бы то, что Питер исчез из города сразу же после его похорон, что он снял квартиру в нескольких милях от Нью-Йорка, что устроился работать самым обычным курьером и что теперь костюм Человека-Паука пылится в грязной коробке из-под обуви в самом дальнем углу шкафа. Не понравилось бы — он уверен, но Тони Старк мертв, чтобы сказать что-то против. А Питеру было слишком больно находиться в городе, где любая трещина на асфальте напоминает Железного Человека. Возможно... да, он не стал таким, каким был его наставник — все его обещания и клятвы канули в Лету ровно в тот самый момент, когда он простился с тетей и уехал. И от этого даже паучьи силы стали барахлить — пытаясь спасти девчонку от грабителей, он получил несколько сильнейших ударов в живот и... черт, даже сделать ничего не смог — силы... во всем виноваты чёртовы, плохо рассчитанные силы. Но девчонку он все же спас. В награду она поцеловала его в щеку и улыбнулась совсем ещё детской улыбкой — улыбкой, которую Питер утерял где-то на том берегу, где хоронили Железного Человека. Он сглотнул нервно и громко, потоптался ещё секунду и все же открыл калитку в школьный двор — калитка жалобно заскрипела, и с неё на руку Питера упало несколько холодных капель. — Мистер Старк? Что... что Вы здесь делаете..? — Питер растерянно и испуганно осмотрел сначала дорогую машину, а после стоящего рядом с ней Старка. — Есть разговор, карапуз, пошли, — он кивнул на приоткрытую дверцу, а Питеру захотелось провалиться сквозь землю, потому что середина дня, школьный двор, и на него уже начинали пялиться одноклассники. В окнах здания горел свет — там, если приглядеться, можно было заметить смутные очертания людей. Наверное, все уже приехали— с начала встречи прошло уже, вероятно, полчаса, но Питер не мог раньше — нужно было сделать одно дело. Питер неловко поправил потрёпанный пиджак, доставшийся ему с какой-то распродажи, и все же решился войти внутрь — в нос тут же ударил запах спиртного, уши заложило веселой музыкой и шумными разговорами. Здесь все было точно так же, как... как всегда. ... как когда однажды Старк явился прямо в школу, чтобы рассказать Питеру что-то, разумеется, очень важное для того, чтобы тот отвлёкся от подготовки к контрольной по химии. — Питер! — рядом с ним резко оказался высокий мужчина с лохматыми чёрными волосами и глупой широкой улыбкой на лице — Нед. Тот самый добрый пухляш и лучший друг изменился настолько, что в груди больно кололо. — Да ты практически не изменился! — Чего о тебе сказать нельзя, — вымученно, с трудом, но Питеру удалось выдавить из себя улыбку — странно, он думал, что даже встреча с друзьями не сможет вытащить его из воспоминаний — болото, в которое он добровольно шагнул, и только теперь осознал, что может от этого умереть. А дальше все пошло точно так, как он ожидал. Потому что Нед всегда был болтливым светлым парнем, и сейчас он говорил ещё больше, чем восемь лет назад — о том, как было после того, как Питер уехал, о своей жене и недавно родившейся дочке, о любимой работе, о том, как он соскучился. А Питеру оставалось только радоваться за бывшего лучшего друга, потому что за все время, проведённое вдали от дома, он ничего не добился — не нашёл жену, не завёл детей и крепкую семью, не нашёл любимую работу. Черт, даже перестал надевать свой костюм. Позволил ему пылиться в дальней коробке точно так же, как позволил супергерою внутри умереть. — А как ты? Супергеройствуешь в новом городе? — Нед легонько стукнул Питера по плечу и протянул ему бокал шампанского; Питер тут же помрачнел. — Нет, Нед, я, можно сказать, завязал с этим. — А чего так? — Неважно. Знаешь, я, пожалуй, пойду на свежий воздух. Извини, — он быстро поставил бокал на стол и вышел на улицу — в помещении слишком жарко, слишком напряжённо. Все смеются, разговаривают — он так отвык от этого, что теперь чувствует только дискомфорт к шумным компаниям. — Плохой день? — он крупно вздрогнул от голоса слева и резко развернулся лицом к парню — видимо, кто-то тоже устал от шума. В его чуть подрагивающей руке замерла сигарета, чёрные уложенные волосы разметались. — Флэш? Ты? — недоверчиво проговорил Питер, щурясь — просто этот вечный задира выглядел так же потрепанно, как весь костюм Питера. — Браво, Пенис, ты прям Шерлок, — усмехнулся Флэш, подходя ближе — и теперь в его словах не было ни усмешки, ни издевательства. Будто просто по привычке. — Ты не изменился, — заметил Питер — раньше он бы не подумал, что будет разговаривать со своим школьным заклятым врагом, но все же это происходит. — Чего о тебе сказать нельзя. Ты выглядишь так, будто тебя трактор переехал, — честно признался Флэш, вставая рядом и облокачиваясь на мокрую от дождя колонну. «Ага, а потом истребитель всадил всю обойму в ту лужицу крови и мяса, что от меня осталось после трактора» — Питер знал, как выглядел и был даже благодарен Флэшу за то, что тот не стал врать по поводу его внешнего вида. В глазах Неда было что-то такое, немой вопрос — что с тобой случилось, Питер? — просто он из вежливости промолчал. — Это да. Есть люди, которых жизнь за эти восемь лет знатно потрепала, — тяжело вздохнул он, внимательно следя за сигаретным дымом, стремящимся в темнеющее небо. — Ага, а есть те, кто вообще не дожил до этого момента, — пожал плечами Флэш. Увидев непонимающий взгляд, он пояснил: — Бекки Пирс. Помнишь ту забитую девчонку из нашего класса? Так вот, её несколько лет назад машина сбила насмерть. — Боже... — Питер закрыл глаза и снова тяжело вздохнул. Флэш затянулся, и они простояли в тишине несколько минут. — А ты? До сих пор работаешь у Старка? — Ты сейчас реально без издёвки спросил? — у Питера сердце начинало заходиться в диком ритме каждый раз, когда говорили про Железного Человека. Он был у тети Мэй перед тем, как поехать в школу. Женщина постарела, выглядела уставшей, но с радостной улыбкой встретила племянника — и она тоже что-то говорила про Тони Старка, правда, Питер почти не слушал. — Не знаю, — честно ответил Флэш. — Нет, я же уехал сразу после... — Питер запнулся и замолчал на несколько секунд. — После смерти Железного Человека. — Да, в школе такое было, — Флэш вновь затянулся и выпустил дым в сторону веселящихся одноклассников за окном. — Неужели у них все настолько хорошо? — Вряд ли, — Питер обернулся на то окно, где о чём-то весело беседовали три девушки — раньше его одноклассницы, а теперь — совсем чужие люди. — Наверно, у них просто все не настолько плохо, чтобы заострять на этом внимание. — Да уж, — Флэш усмехнулся, и они снова замолчали на какое-то время. — А ты? — Что я? — Ну не знаю. Как живешь? Чем сейчас занимаешься? Что там ещё спрашивают на встрече выпускников? — Питер слегка улыбнулся. — Живу... как тебе сказать, ну вот так, — Флэш указал на себя и слегка поморщился. — Работаю здесь, недалёко, в банке. Ничего особенного. — Понятно, — Питеру показалось, что расспрашивать Флэша дальше не имеет смысла, потому что ему не доставляло особого удовольствия разговаривать об этом — и это видно. — А ты? — Флэш на секунду удержал взгляд на Питере, а после вновь посмотрел вперёд, туда, где еле виднелись очертания калитки и далеких светлых многоэтажек. — Живу и работаю в другом городе, завтра снова уеду отсюда. Тоже — ничего особенного, — Питер устало прикрыл глаза — все это, воспоминания, разговоры, наигранная радость и лестные комментарии — как же все это утомляет. Вдруг дверь резко открылась и из школы вывались четверо девушек — пьяных, весёлых, держащихся друг за друга, как за последнюю соломинку, чтоб не упасть. Одна из них что-то промямлила, явно обращаясь к мужчинам, они дружно посмеялись и ушли к дорогой машине, откуда тут же и уехали. — Странно, — нахмурился Питер, даже не пытаясь вспомнить, кто это был. — Вроде столько лет учишься с людьми, думаешь, что хорошо знаешь их, а они — тебя, а спустя какое-то время вот такой разлуки осознаёшь, что знаешь совершенно незнакомых тебе людей. — Правда жизни, — усмехнулся Флэш, снова затягиваясь и выпуская дым в сторону горящих уезжающих фар. — Сколько бы ты не узнавал человека, все равно спустя какое-то время увидишь в нем чужого. Для тебя ведь этот... как там его... Нед тоже стал чужим? — Не знаю, но между нами больше нет того, что было восемь лет назад. Нед правда практически не изменился — просто похорошел, возмужал, нашёл новых друзей и завёл крепкую семью. Он хорошо выстроил свою жизнь, только вот Питеру в ней больше не было места. — Именно, — Флэш пожал плечами и потушил сигарету, а Питер вдруг подумал, что перед ним тоже далеко не тот задира и тупица, которого он знал почти всю свою школьную жизнь. — Так, ладно, заговорился я с тобой. Мне ещё по работе успеть кое-что доделать надо, так что пока. Флэш засуетился, выбросил окурок в мокрые кусты и пошёл в сторону своей машины; вскорости раздался звук мотора, и загорелись фары, и Питеру ничего не оставалось, как вернуться в школу. Снова притворяться, что свою жизнь он обустроил, как надо.