Эрри

      Питер прибегает в их общую мастерскую слишком быстро. Эверрет, увлеченная чем-то, даже не замечает парня, продолжает писать что-то. Девушка редко бывает настолько сосредоточенной, это Питер успел подметить буквально за несколько дней работы с ней. Обычно Аддерли то и дело оглядывается, отрывается от работы и внимательно смотрит по сторонам, а после вновь что-то пишет, недолго. Она может смотреть на Питера, — это Паркер заметил благодаря чутью, Эверрет и вправду аккуратна, — или же о чем-то думать, бросая взгляд на стену. Поэтому видеть Эрри такой сосредоточенной непривычно, даже в чем-то странно.       — Эрри? — Питер говорит тихо, однако его голос кажется оглушительно громким. Эгер подпрыгивает, роняя ручку из рук и неловко поворачивает голову влево.        — Черт, Паркер, — бурчит она, — напугал. Я здесь, — Эверрет машет рукой, подзывая Питера, — смотри! Я поняла, в чем здесь ошибка была. Минус забыли, поэтому все не сходилось. Просто я рано пришла, поэтому работать начала и вот… — неловко смеется она. — Дошло. Все так просто оказалось, так стыдно, черт. Как мы с тобой на пару не заметили этого-то? Чувствую себя такой дурой.         Питер кивает, смотря на листок, в который так упорно тычет Эверрет. Пример действительно кажется ему легким. Паркер не помнит, когда именно они с Эверрет решали его, но это и не важно. Он лишь глупо кивает и внимательно, с неким вызовом, смотрит на девушку.        — Хочешь поработать? — говорит он раньше, чем успевает подумать. Эверрет опускает голову и Питер может поклясться, что за все время их знакомства не видел девушку настолько обескураженной и смущенной. Даже во время их визита Эрри была скорее ошарашенной. И почему-то видеть девушку такой приятно. — Я имел ввиду, что если ты решила поработать, то мы можем сделать это, конечно. Ты ведь приходишь в Башню чтобы работать, я знаю это и не имею ничего против Тони, ведь как раз тебе чертежи утром дал, и мы можем вместе рассмотреть их. Однако, если ты не хочешь смотреть их со мной, то конечно мы можем заняться и другими вещами. Я не имею ввиду что-то пошлое или…        — Стоп-стоп-стоп! — Эверрет подняла руки, останавливая речь Питера. — Давай, вдох-выдох, успокойся, Питер. Я уже заметила, что ты ужасно много говоришь, когда нервничаешь, — рассмеялась девушка. — Это мило на самом деле. Мы ведь договорились с тобой фильм посмотреть, это ведь еще в силе?        — Конечно! — мгновенно ответил Паркер. — Конечно в силе, Эрри. Нам на верхние этажи подняться нужно, если ты действительно не против. И…        — Пошли уже, — Эверрет пихнула его в бок, не дав договорить. — Слишком много лишней болтовни, Питер, слишком много.        — А ты предпочитаешь действия? — как ни в чем не бывало, бросил Питер, заставляя Эверрет поперхнуться воздухом. Девушка с интересом посмотрела на парня, и предпочла промолчать, скрывая волосами порозовевшие щеки.       Этот раунд был за Питером.        — Какой же ты придурок, Паркер, — через некоторое время прошептала Эверрет, привлекая внимание. Из мастерской подростки так и не вышли, молча смотрели друг на друга и не решались сделать что-либо. — Пойдем, — Эрри схватила Питера за руку и буквально потащила к лифту. Жилые этажи находятся на сотых этажах, это Аддерли успела запомнить хорошо, пусть и была там всего несколько раз.        — Так эм… Как у тебя дела? — Питеру хотелось ударить себя по лицу за этот вопрос. Эверрет удивленно подняла глаза вверх, однако не прокомментировала, просто ответила:        — Нормально, думаю… Знаешь, ну, да… Нормально.        — Эм… Здорово.        — А ты? — поинтересовалась Эверрет. — Как в школе? Ты что-то говорил про декатлон, верно? Эм… И как тебе?        — Думаю, нормально. Ну, знаешь, я состою в команде уже два года, вот и…        Неловкость этого разговора превышала все допустимые максимумы, поэтому Эверрет, не выдержав, рассмеялась. Громко и слегка истерично. Питер, улыбнувшись, тоже начал смеяться, поддерживая общее настроение. Через пару секунд подростки, успокоившись посмотрели друг на друга уже по-другому.        — Черт, это ужасно, Питер, — запустив руку в волосы, проговорила Эверрет. — Мне не было так стыдно даже год назад, когда Катерина решила поговорить со мной про контрацепцию.        — Твоя мать разговаривала с тобой об этом в четырнадцать? — удивился Питер. — Мэй начала намекать мне про безопасный секс, наверное, с год назад, да и то, как мне кажется, инициатором всего этого не она была.        — Я все время забываю, что ты старше. Просто в один из вечеров моя мать, — на этом слове Эверрет слегка скривилась, — решила вновь поиграть в семью и провела со мной довольно длительную беседу. Клянусь, Питер, это было ужасно. Она разве что порно мне не показывала, настолько подробен был ее рассказ. И ладно это, о сексе я, спасибо Катерине, осведомлена была. Но одно дело когда ты, скажем так, просто слышишь стоны матери из соседней комнаты, а другое, когда она рассказывает о том как и сколько ее сношали в этой самой комнате.        — Судя по твоим рассказам Катерина совсем ужасна в качестве матери, — в голосе Питера послышалось сочувствие. Эверрет перевела свой взгляд на него и покачала головой.        — Она не лучшая мать, это уж точно, однако я не могу назвать ее совсем уж плохой. По крайней мере в последнее время. Она многое для меня делает, я не вправе осуждать ее. Знаешь, сама не могу сказать, как бы поступила на ее месте. Поэтому… Не надо меня жалеть, Питер. Несмотря ни на что я все же могу сказать, что уже чего-то добилась в этой жизни. Как минимум стажировка в Старк Индастриз. И пусть вышло все случайно, да в этой жизни много случайностей, меня все еще не выперли. Чем это не достижение?        — Сто второй, — вслух поговорил Питер, — идем?        — А есть другие предложения? — усмехнулась Эверрет, делая шаг вперед.        — Можем покататься на лифте, вернуться в мастерскую, сходить перекусить в кафетерий, потому что я ужасно голоден, если быть честным. Бежал к тебе навстречу и даже не пообедал. — Говорить об этом в присутствии Эверрет было неловко, однако девушка лишь кивнула.        — Ты ведь взял снеки для фильма? — Эрри шла позади Питера, который вел ее в свою комнату.        — Конечно, не так много, поскольку, ну… Я знаю твое отношение к еде, мне не хотелось, чтобы ты чувствовала себя неловко рядом со мной, и… — на этой фразе Питер стих. — Я купил диетической колы.        — Что ты сказал? Черт, Питер, говори громче, я старая глухая женщина, мне не слышно твое бурчание.        — Говорю, — нарочито громко повторил он, — что купил тебе диетической колы, как и обещал.        — В таком случае, — Эверрет равнодушно пожала плечами и, сделав небольшой шаг вперед, оказалась рядом с Паркером. Поднявшись на носочки, девушка схватила парня за воротник, притянула к себе и чмокнула в щеку, — я ведь обещала.        Питер отвел взгляд и тяжело вздохнул. Что же, это было неожиданно. Хоть поцелуй и не был чем-то из ряда вон выходящим, — Эверрет не поцеловала его в засос, да что там, даже не в губы, — но Питер все равно почувствовал некоторое напряжение.        — Ладно, пойдем, пока тебя не увидели.        — Ох, — поникла девушка, — ты стесняешься моего присутствия? Или же боишься, что Старк не одобрит моего нахождения здесь? Дети из Бронкса действительно вызывают такой страх?        — Ты ведь сама просила… Эверрет! — воскликнул Питер.        — Я знаю, — оживилась девушка, в очередной раз ударяя Питера в бок. — Спасибо, Паркер.        Комнату Питера Эверрет представляла какой-нибудь помпезной. С огромным количеством различных гаджетов, книг и обязательно не убранную. Пусть Питер и создавал впечатление пай-мальчика, Эверрет успела узнать, что он довольно неряшлив. В их мастерской Паркер часто бросал чертежи, терял свои записи, а еще он часто проливал кофе по неосторожности. Однако на деле ничего подобного в его комнате не было. Она была обычной.        С серыми стенами, по правую сторону обклеенными обоями с Лондоном, несколькими картинами, фотографиями с какой-то женщиной, скорее всего его тетей, несколькими подростками, со Старком и другими Мстителями. Обычная двуспальная кровать, к удивлению Аддерли заправленная, небольшой платяной шкаф, телевизор напротив кровати, диван и несколько кресел. После гостиной, в которой однажды удалось побывать девушке, комната Питера кажется совсем скромной. Однако Эверрет не могла не признать, что она уютна.        — Чувствуй себя как дома, — зачем-то говорит Питер, прежде чем пропустить Эверрет вперед.        — А ты давно в Башне живешь? Просто… Фотография, — Эверрет указала на тумбочку, на которой стояла довольно семейная фотография: Питер спал на плече Старка, а тот делал его селфи, показывая знак «мира» на камеру, — ты выглядишь младше.        — Я живу со своей тетей. Ну, обычно я живу с ней, просто сейчас она в командировке, вот я и… Разве я уже не говорил об этом? Порой мне кажется, что я болтаю слишком много.        — Мне всегда интересно слушать тебя, — просто ответила Эверрет, запрыгивая на кровать. — Так что можешь говорить столько, сколько захочешь. Я ведь тоже рассказываю некоторые истории несколько раз, так что можешь не переживать на этот счет. Например сегодня я была в кафе с Робертом и знаешь, кажется, я рассказала историю моего знакомства с Ванессой раза четыре, а он все равно слушал.        — А Роберт это?        — Парень моей лучшей подруги. Ну, я надеюсь, что он все еще ее парень. В последнее время следить за чужими отношениями становится все труднее. Мы переехали всего несколько дней назад, но по ощущением прошел уже не один месяц. Жизнь перевернулась кардинально. Знаешь, как в той поговорке: «человека узнают по той компании, с которой он водится»*.        — Ты уже познакомилась с кем-то? Ты ведь первый день в новую школу ходила, верно? Как тебе?        — Это необычно, — призналась Эверрет, — я так много заданий давно не делала. На некоторых уроках даже сложно было, я и не знала, что у меня такой провал в истории. Хотя с математикой все еще просто, это утешает, на самом деле. А люди… Одна девочка не давала прохода весь день, то и дело пыталась заговорить, утащить в свою компанию и прочее. Ко мне хорошо отнеслись, если ты к этому вел. Никто не тыкал в меня и не кричал, что я отброс, посмевший прийти в элитное заведение. Все были, ну, лояльны?        — Я рад за тебя, — искреннее сказал Питер, после чего тоже сел на кровать, несмотря на то, что телевизор можно было смотреть и с дивана, ему хотелось быть чуть ближе к Эверрет. — Катерина не будет волноваться, что ты не пришла домой?        — Она и волноваться? — Эверрет выгнула бровь. — Конечно, мне было бы приятно знать, что она места себе не находит, потому что я задержалась, но это Катерина. Она скорее пожмет плечами, пробурчит что-то о том, что я уже не маленькая и с утра лишь спросит, где я шлялась. Такие у нас отношения, и я бы не променяла их ни на что другое. Но хватит обо мне. Еще подумаешь, что у меня биполярное расстройство вкупе с анорексией или на ее фоне, не знаю, никогда не интересовалась влияет ли одно на другое. Мои слова о Катерине разнятся, верно?        — Верно, — не стал отрицать Паркер. — Порой ты говоришь, что она худшая мать, что ты не хотела бы ее знать и все в таком духе, а порой, как сейчас, говоришь, что ни за что бы не променяла ваши отношения на что-либо. Но я уже давно привык к тому, что в этом мире нет ничего черного и белого, все серое. Так что нет ничего удивительного в том, что ты так часто меняешь мнение о матери. Мы ведь подростки, верно?        — Этой фразой можно оправдывать вообще все, — глухо рассмеялась Эверрет. — Вставай и неси сюда свои снеки, я буду чувствовать вину, если ты не перекусишь. Что смотреть будем?        — У тебя нет никаких предпочтений? П.Я.Т.Н.И.Ц.а все включить может.        — Эй, — Эверрет подняла указательный палец к потолку и глубокомысленно произнесла, — если парень сказал, что выберет фильм, то он должен выбрать фильм. Ты обещал мне ужасы, — напомнила девушка.        Питер подошел к своему портфелю, достал оттуда два литра диетической колы и бросил на кровать. Вместе с колой туда отправились две большие пачки чипсов.        — Когда ты в магазин зайти успел-то? — все же решила спросить Эверрет.        — Как только с остановки сошел, — признался парень, — боялся, что ты передумать можешь или еще чего… Мы, конечно, и заказать что-то можем, но мне все еще неловко есть в твоем присутствии, а я не знаю, что ты будешь.        — Я редко отказываюсь от зеленых яблок и салата «цезарь», — неуверенно прошептала девушка. — Так все же, что за фильм ты выбрал?        — Поверь мне, — загадочно сказал Питер, — тебе понравится. П.Я.Т.Н.И.Ц.а, — обратился он к ИскИну, — включи «Маньяк».        — Будет сделано, — отозвался механический голос, — мне выключить свет?        — Да, спасибо, — ответила Эверрет и пододвинулась ближе к Питеру, который успел занять прежнее место с правой стороны кровати. — Откроешь?        — Конечно.        Как только погас свет, подростки погрузились в просмотр фильма. На протяжении всего времени они то и дело перебрасывались фразами, комментируя тот или иной момент. Изредка Эверрет жалась к Питеру и прикрывала глаза. Хоть в жизни она видела людей и хуже, фильм все равно заставлял ее испытывать страх.        В этот вечер Эверрет так и не решилась спросить у Питера про его вторую личность.