давай расстанемся в августе?

Смерть неизбежна, мы может лишь идти к ней навстречу, не останавливаясь, ведь если мы запнёмся — мы задохнёмся. Нужно жить по-крупному, не задумываясь о будущем, не сожалеть о прошлом, не останавливаясь перед настоящем. Это звучит как-то по-детски, но ведь детям всё даётся куда легче, чем взрослым. Интересно почему? Почему они всегда радостные? Почему стоит лишь им заплакать, как родители готовы купить для них всё. Дети — цветы жизни? Тогда мы уже прогнили. Интересно, что именно чувствуют дети, когда их родители с ними общаются, улыбаются, любят? Август 2017       Холодное чувство опасности вырывалось изнутри. Рваное дыхание сбивалось, пытаясь как можно больше ртом захватить мерзкого воздуха, наполненного влагой и аурой мертвечины. Лишь хладнокровные движения могли обогреть бледное, мёртвое тело. Хотелось застыть вот так на много-много лет, чтобы никто и ничто не смогло помешать. Как же это по-детски звучит, самое странное, что мечты и надежды — это слова детей, в то время, как взрослые отчаялись. Слезы отчаяния капали на, измазанное в крови, женское лицо. Мутный взгляд бедного паренька не хотел видеть этого, ведь прекрасно понимал, что именно из-за него сейчас она находилась в его руках. Кольт навзрыд рыдал над погибшим женским телом, которое так любил и лелеял ещё с молоду.       — Кольт, дело сделано, чуть сами не погибли, нам пора, — грозный голос не было слышно в сознании шерифа. Пелена мрака накрыла его изнутри, от чего хотело лишь оказаться на месте любимой.       — Я не могу.

***

Настоящее время От этих полей невозможно отвести глаз: переливы ярко-фиолетовых и дымчато-лиловых цветов, ослепительное солнце и бездонное синее небо. Чудная картина дополняется тонким ароматом лаванды, смешанным с запахом травы, который слышен на расстоянии нескольких километров. Всю эту красоту подчеркивают фигуры, находящиеся в центре всего весеннего хаоса. Кольт и Роза сидели посреди поля, разморившись от летнего солнышка. Эта парочка уже как две недели посещает это место, пропитанное аурой нежности и релакса. Это была единственная территория, где они могли находиться, после того, как узнали о целебных свойствах лаванды. Здесь они обретали покой и чувство безмятежности. Лишь старая деревушка находилась посреди всей природы, в которой проживали они отрядом. После произошедшего на аренах, когда работа Мортиса стала высокооплачиваемой, бравлеры стали жить в нищете, боясь умереть на арене. Многие карты закрыли от того, что прототипы Мортиса не успевали хоронить трупы на кладбищах. Города стали похожи на руины, в которых творилась разруха и мафия. Бойцы не знали как зарабатывать без боев, от чего многие уходили в банды или попросту умирали от голода. Многие, как и компания Кольта, шли в леса, стараясь выживать без арены, своими силами. Бойцы потеряли смысл такой ужасной жизни, решая свою судьбу собственной кончиной. Только Роза, Кольт и Булл изредка могли выйти в бой, но только при полной подготовке. Раньше, мысли о смерти интересовали шерифа, ведь всю свою жизнь он попросту угробил, от чего не видел смысла дальше бороться за что-то невидимое, что он сам не представлял. Но, сейчас, когда на его коленях мирно сопела Роза — он думал, как вновь не потерять своё счастье.       Бог мой, как я мог раньше не встретить эту безукоризненную девушку— душа пылала к ней, но тяжелый груз висел на плечах, отчего все внутри сжималось до невыносимой боли. Боязнь потери к ней доверие и вовсе затуманивал разум, — размышлял шериф, перебирая женский волосы, цвета лавандовых полей. Даже сейчас, зная на что идёт, не хотел вновь подставляться перед Розой. Не хотел, чтобы все закончилось как в прошлый раз.       — Сегодня на арене, — шептала девушка, повернувшись лицом к пареньку, — я подкараулила Шелли, явно с низким уровнем, — она приоткрыла глаза и говорила так тихо, что можно было услышать, как лёгкий ветерок трепетал стебли лавандовых кустов. Но несмотря на это, Кольт слышал каждое пророненное ею слово, — её труп хоронил наш Мортис, но не как обычные трупы, а с какой-то горечью. — Она не услышала никаких взаимных диалогов по поводу ситуации, отчего добила шерифа, — почему же?       Ох, моя нежная Роза, свет моей новой жизни, огонь моих чресел. Грех мой, душа моя, Роза. Как бы я хотел тебя отгородить от всех моих бывших страданий и грёз по ночам. Страшно вновь оказаться там, на руках с тобой — холодным, уже не таким бойким телом. Она была моим цветочком, просто ярким и пестрым, по утрам, ростом в шесть футов, с жёлтой банданой на шее. Она была моим лидером в длинных штанах. Такая же самоуверенная, как ты, моя нежная Роза. Не дай мне повод вновь сделать с тобой тоже самое, не дай мне сделаться тем уродом, который погубил мой аленький цветочек.       Дискомфорт пропал с его лица, а на его месте появилась лёгкая улыбка, — А ты думала все Мортисы сволочные гады? Наш особенный, он — романтик, — девушка искренне засмеялась от слов любимого, но тут же прекратила, когда со стороны домика послышался зов.       — Шериф, Роза, ужин готов, — кричала Пайпер, помахивая в воздухе поварешкой, — долго вас ещё ждать? Кольт переглянулся с девушкой, из головы которой торчали все виды листьев пару пучков лаванды.

***

После плотного ужина товарищи разбрелись по разным комнатам, дабы передохнуть от прожитого дня. Но только Булл и Тара, которые не особо были рады друг другу, направились в лес за припасами, так как сегодня была их ночная смена. Снарядившись, парочка пустилась в глушь тёмного леса, пересекая ночные поля лаванды.

***

      Их взаимная ненависть была видна команде, но никто не смел проронить и слова, ведь каждый знал, что провокатор лишь старается защитить себя и свою подругу от этого монстра. Искренне она ненавидела эту тварь за то, что смел надругаться над любимой. От чего вся дорога, которую они шли, напоминала сегодняшнюю арену — тихая, отдающая мертвечиной.       — Подождите, — послышался женский голос позади компаньонов. Фиолетовый плащ не было видно за пеленой ночного неба, лишь его контур. Роза поспела за ними, одернув с пышной шевелюры капюшон ткани.       — Ты что тут делаешь? — возмущённо спросил громила, держа на готове дробовик. Большой мальчик испугался странного шороха позади, отчего резко встал в стойку.       — Я иду с вами, — воскликнула та, переведя взгляд с дробовика товарища на Тару, которая не проронила и слова. Розу смутила молчаливая подруга, но ничего нового не произошло. Тара все также жила в себе, не показывая ни чувств, ни эмоций, ни, тем более, свое лицо. Лишь ненависть можно было увидеть в единственном глазу провокатора — к машине, идущей рядом и держа в руках холодное оружие.       Дорога была тяжёлой, ведь темнота полностью погрузила бравлеров в себя. Лишь тихий вой сов служили ориентиром мест с хорошими запасом провизии. Тишина пробиралась до каждой косточки в телах компаньонов, пока Роза все же не разорвала неловкое молчание.       — Булл, слушай, знаю, не моё дело, но хотела у тебя узнать кое-что. Ты же давно знаешь нашего шерифа? — та ускорила шаг, чтобы встать с мужчиной в ровень.       — С рождения, а что интересует? Сразу говорю, не переживай, у него нет букета и он, вроде, перестал ходить на лево… при чем давно.       — Не зря дранным стволом назвали, — вздохнула Тара, не смотря в их сторону.       — Я не про это. Но, спасибо. Просто, сегодня я ему рассказывала про случай на арене. У нас было столкновение с прототипом Шелли, и… он очень… слишком ушёл в себя, когда узнал, что я её убила. Почему? Даже наш Мортис, — на Розу резко упал взгляд подруги, которая шла рядом молча и слушала чужой разговор, — он с каким-то огорчение закапывал этот труп.       — Он тебе ещё не говорил? — бык остановился, пытаясь в ночи рассмотреть лицо тяжеловеса.       — О чем?       — Шелли 0001. Самый первый бравлер, который появился вместе с ним. Адам и Ева этой арены.       — Ну, мне говорил он, что слишком стар для меня, но про неё ни слова. Что это за Шелли?       — Мне кажется, что он сам должен это прояснить тебе, — громила пытался отвертеться от вопроса, продолжая идти вперёд.       — Девушка его бывшая. Она была самым могущественным бойцом нашей арены, — вступила в диалог Тара, проигнорировав заявление мужчины.       — Почему была? — вкинула бровь Роза, осматривая листву по сторонам.       — Она погибла 2,5 года назад, — с какой то горечью ответил Булл, — наш шериф до безумия любил её. Все, чего он хотел тогда — это не стать самым сильным бойцом арены, а только, чтобы Шелли была счастлива в мире, где нет правил от правительства. Они были проектом, который выпустили на волю. Но никто не ожидал, что этот проект сам и пойдёт против создателя. Мы, и ещё пару человек, ворвались в Посольство Звезд спустя пол года после открытия арены, — мужчина выдержал паузу, взглянув на сову, которая сидела на ветке высокого дуба, — так вот, о чем я. Шелли была против, но она доверилась любимому на это дело, чем и поплатилась. Только мы добрались до зала заседаний — пуля в висок и минус все хп в тельце бойкой лидерши. Он поймал её на руки, хотел застрелиться сам. Чуть сами не погибли, но дело было сделано — мы убили главного.       — Кого? — взволновано поинтересовалась слушательница.       — А ну заткнулись, — звонкий шепот провокатора заставил заткнуться тех. Спустя пару секунд на фоне листвы отбрасывалась тень, на которую уже навели оружие герои, — 3…2…