Не позволяй их пламени гаснуть

      По Хогвартсу пронёсся мощный взрыв. Содрогая стены, он дошёл до Большого зала и не на шутку перепугал присутствующих там студентов и профессоров. После легкой тряски с разных сторон то и дело доносились перепуганные выкрики учеников: «Что происходит?», «Как нам отсюда выбраться?»       — Придурок! — единственное открыто озвученное слово Драко из всего потока приходивших на ум оскорблений. Он не сомневался, что в этом замешан супруг, а теперь даже знал его приблизительное месторасположение.       Волновался ли за аврора целитель? Конечно. У Драко каждый раз колени тряслись, когда он не знал в каком состоянии его муж. Но он привык это не показывать. Они строили свои отношения на доверии, а Гарри обещал не покидать свою любовь.       — Малфой! — в толпе прозвучал суровый и требовательный голос Северуса.       — А я-то тут причём? — слизеринец сразу снял с себя всю вину. Он постарался разбавлять атмосферу, но волнение за супруга гложило изнутри.       С тоской посмотрев на профессоров и лишь губами произнеся «не могу», Драко выбежал из зала, оставив всех взаперти.

***

      «Драко меня прибьёт!» — подумал Гарри, когда на него, словно в замедленной съёмке, мчался зелёный луч. В Аврорской академии всегда тренировали рефлексы, быструю реакцию. Поттер не имел права на ошибку. Благодаря легкой неуверенности Питера в ударе, аврор смог увернулся от Авады. Но никто не спас присутствующих от последовавшей после ударной волны.       — Ты точно его сын, — откашливаясь от поднявшейся пыли и отряхиваясь от неё, с насмешкой проговорил Гарри. В ответ ему была тишина.       Обычным заклинанием для хозяек Поттер убрал непроходимый мрак и увидел, что все трое студентов лежат по разные углы бывшего помещения. Лишь изначально бессознательный Джон так и остался на прежнем месте, вероятно, из-за того, что Авада исходила примерно оттуда. Не теряя времени, аврор обошёл всех учеников, убедившись, что их жизням ничего не угрожает, и уделил своё внимание мелкому преступнику.       — Вот скажи мне, ты идиот? — подходя к Питеру, Гарри увидел, что тот в сознании и сразу задал вопрос.       — Да как ты смеешь, жалкий француз, — прокряхтел в ответ гриффиндорец, не в силах даже подняться.       — Если ты не знал, на что способно заклинание, то и нечего его использовать! Ты мог убить нас всех! — выплёскивая ярость наружу, орал Поттер.       — Да что ты понимаешь. У меня в крови заложено исполнение Авады. Мой отец был очень могущественным волшебником. Но тебе этого не понять, ты — ничтожный сирота, который ни на что не способен.       После этих слов пыл аврора значительно поубавился. Ему откровенно стало жаль этого ребёнка. Тяжело вздохнув, он сел рядом с Питером. «Заложено у него. Твой отец прокололся с ней дважды…»       — Ты много читал об этой войне? — после недолгого молчания, всё-таки спросил Гарри.       — Нет! Смысл читать то, где твоего отца и мать поливают грязью и при этом восхваляют какого-то придурка?!       Поттер так и думал. Питер не виноват, что у него сложилось такое представление о тех событиях. Гарри и сам когда-то верил, что его отец самый лучший, пока не повзрослел и не узнал, что даже Джеймс не без грехов. Даже можно сказать, что этот человек вёл себя отвратительно в школьные годы. Но это не оттолкнуло Гарри от отца, просто заставило пересмотреть некоторые ценности. Теперь необходимо объяснить это ребёнку.       — Ты знал, почему все так тряслись над этим Поттером? — спросил Гарри.       — Он пережил Аваду. Не углублялся. Не интересно!       — Все же послушай. Он выжил после Авады, выпущенной твоим отцом. Воландеморт убил всю семью этого мальчика, оставив его сиротой…       — И ты хочешь убедить меня, что смерть была заслуженным наказанием моим родителям?! — Питер никак не шёл на контакт.       — Нет, — Поттер покачал головой. — Представь мир, в котором не останется полукровок, только чистокровные волшебники. Здорово же? Ну так вот, твой отец хотел такой мир, он стремился к нему, — в глазах студента загорелись огоньки гордости, но они погасли, когда Гарри продолжил свою речь. — Но Лорд свихнулся. Не начинай сейчас его оправдывать, просто слушай. Твой отец пытал собственных подчиненных, клеймил их, как какой-то скот. Заставлял убивать невинных волшебников, чья кровь была не чиста. Но знаешь, даже он сам не был чистокровным волшебником. Смешно, неправда ли? — Поттер с горечью усмехнулся.       — Ты врешь!       — Твой выбор, верить мне, или нет, — Гарри поднялся с пола, игнорируя собеседника, и пошёл к Джону. Он устал и хотел просто вернуться домой.       — Ненавижу! — взревел Питер. У него словно открылось второе дыхание, придавшее ему сил. Мальчик резко поднялся и рванул к не ожидавшему аврору. — Такие как ты достойны смерти! Именно из-за вас я стал сиротой! Мой отец не мог быть монстром, ведь мама искренне любила его! — Питер говорил это, захлебываясь нахлынувшими слезами, при этом нависая над Поттером. Он действительно хотел убить его. Душил с лютой ненавистью, выговаривая накопившуюся обиду.       — Твоя мать была психопаткой! — прокряхтел аврор, когда его шею сжали словно в тиски.       Драко пришёл в Тайную комнату в тот самый момент, когда студент, в два раза шире их с Гарри, душил Поттера. Тот безуспешно сопротивлялся, дергал ногами, пытался скинуть противника, пытался вырваться из захвата. Но в теле студента у аврора не было и половины прежней силы. Малфой побежал со спины и одним ударом вырубил главную проблему.       — Или нужно было оставить всю ситуацию на тебя? — с ухмылкой спросил целитель, у уставившегося на него супруга. Аврор не любил, когда муж вмешивался, и Малфой не мог упустить возможность, чтобы съязвить по этому поводу.       — Драко! — Гарри не скрывая своих эмоций хотел прыгнуть мужу на шею. Но после пережитой попытки убийства, не смог сам подняться. Малфой аккуратно подтянул к себе ослабшее тело супруга и накрыл своими объятиями. Аврор, прижавшись к нему, почувствовал, что все тело целителя тоже дрожит от пережитых эмоций. — Все хорошо, — поглаживая его по спине, приговаривал Поттер, — теперь уже точно все хорошо.

***

      На следующий день в Хогвартсе началась неизбежная суматоха. Прибыл отряд авроров для продолжения расследования. Школа стояла на ушах, ведь то и дело к студентам подходили работники Аврората для проведения допроса. После осмотра Тайной комнаты, там были найдены пять ранее пропавших студентов без сознания. Их отправили сразу к колдомедику, еще троих пострадавших доставили на день раньше.       По предварительному обследованию два ученика, которые пропали раньше всех, безвозвратно стали сквибами. Их магические ядра потухли. Поэтому не дожидаясь их пробуждения, профессора и авроры приняли решения переписать детям некоторые воспоминания, стерев все связанные с магией, и отправить в магловский детский дом. Оставшиеся трое были магически слабы, но шанс восстановления очень велик.       Фред и Люк пробыли в медпункте всего ночь. Они были доставлены с многочисленными ушибами, и на следующее утро уже могли вернуться в свои гостиные. При опросе этих студентов, не было добыто никаких сведений. Они молчали, или отвечали, что ничего не знают. Юноши посчитали, что если Гарри Поттер захочет о себе рассказать, то он это сделает.       Джон очнулся только к обеду. У него было легкое магическое истощение, ушибы, несколько переломов. Поэтому проведя ночь под различными зельями, на утро мальчик остался без сил.       Получив наводку на расследование, команда из Аврората даже не подозревала, кто являлся источником информации. В ходе расследования авроры только за утро первого дня узнали о пятерых заговорщиках. В их числе был Питер, Мия, Линда и два студента с Когтеврана. Позже выявились еще и их пешки, среди которых самой крупной был Боб и его свита.       Когда главаря доставили в отделение, он без промедления назвал имена своих сообщников и слил необходимые воспоминания, надеясь на смягчение наказания. От такого поведения, все присутствующие на том допросе, лишь в облегчении покачали головами. Этому ребенку не суждено было стать новым Темным Лордом. Тот никогда не разбрасывался своими картами. Он умел продумывать наперед.       А два студента, неожиданно переведенные в начале года, так же неожиданно исчезли на следующий день…

***

      — Вызывали?       В кабинет Министра Магии уверенной походкой вошли двое мужчин в строгих костюмах, накрытых мантиями. Они встали возле стола и, глубоко вздохнув, приготовились слушать очередной выговор, изначально зная, что так будет.       — Почему вы мне сразу ничего не рассказали? — бросая перед провинившимися их же рапорты, кричала Гермиона Грейнджер. — Я так и знала, что вы неспроста покинули свой дом! Какой к черту отпуск! Они как обычно влипли в неприятности! — она орала на них, срывая голос. Из-за этого инцидента придется разбирать множество бумаг, придется работать сверхурочно…       — Приносим свои извинения, — склонив голову и потянув за собой супруга, проговорил Драко. Конечно, они все были очень близки, но на работе, есть определенные правила.       — Давайте! — Гермиона развела руками, — теперь, когда вы совершили такой проступок, начнем вести себя подобающе, — правила, которые супруги Поттер-Малфой никогда не соблюдали. — Отличная тактика!       — Гермиона, у нас к тебе есть просьба не по работе, прошу выслушай, — спокойно сказал Гарри, выбрав при этом не лучший момент.       — Ты считаешь, что есть что-то важнее, чем сложившаяся ситуация? — она говорила это нарочно спокойно, но при этом испуская волны ярости. — Издеваешься?!       Супруги переглянулись, и кивнув друг другу о чем-то договорились.       После того как был обезврежен главный противник, Гарри и Драко доставили всех пострадавших в медпункт. Они сделали это незаметно, пока большая часть студентов была заперта в Большом зале. Неся Джона на руках, Поттер в очередной раз задумался, что не хочет отпускать этого ребенка. Передав пострадавших и выпустив остальных студентов, супруги отправились в кабинет Снейпа, дожидаться его там.       — Что это было, мистер Малфой? — ворвался в помещение разъяренный зельевар.       — Прости, но у меня не было другого выбора, — Драко легко улыбнулся, не выпуская мужа из объятий. — Я слышал, зелье готово.       Приняв настой из Мандрагоры, супруги замерли в ожидании. Но оно действует не так быстро, поэтому Северус отправил их домой, ожидая возвращения уже в нормальном виде. Они так и сделали. Вернувшись полностью обессиленными, Гарри и Драко не обращая внимания на копошения домовых эльфов, сразу направились в свою спальню. Супруги впервые за долгое время могли спать рядом, поэтому, как только их головы коснулись подушек, они сразу уснули окутанные теплом друг друга.       — Хватит сверлить меня, — не открывая глаз, сонно пробормотал Поттер.       — Не могу, — нежно ответил Драко, — ты даже не представляешь, какой ты красивый с утра, — убрав спадающую прядь с лица мужа, целитель оставил на его губах утренний поцелуй.       — Как же я скучал по тебе, — аврор сильнее прижал к себе супруга и вдохнул родной аромат.       — Гарри, у меня к тебе важный разговор, — прервав сладкую негу, Драко отстранился и серьезно посмотрел на него. — Возможно, я тороплюсь, но за то время, что мы пробыли в Хогвартсе, я заметил, что привязался к Джону. Я часто видел, как он улыбался рядом с тобой, замечал, как он поддерживает нас и верит нам. Вот и подумал, раз у него нет семьи, давай мы подарим ее ему, — теперь Малфой смотрел на Гарри неуверенно. Он ждал ответа, но это ожидание казалось пыткой.       Целитель сам не знал, что на него нашло, но он чувствовал, что делает правильный выбор, что они смогут сделать ребенка счастливым. Но тем не менее, Драко боялся реакции супруга.       — Ты знал, что я люблю тебя? — со слезами на глазах и широко улыбаясь, спросил Гарри. Малфой впал в ступор. — Давай сделаем это…       — Гермиона, помоги нам усыновить одного студента! — в голос сказали супруги, чем напрочь поразили свою подругу. Она смогла лишь легко кивнуть в знак согласия, забыв про былую ярость.

***

      Разбирательство продлилось несколько недель. В итоге всех участников этого дела лишили магии на год и заключили под домашний арест. Мию и Питера, как главных заговорщиков исключили из школы. Тем самым, они имели право продолжить обучение с возвращением сил, но уже в других учебных заведениях. Их не смогли отправить в Азкабан, хотя многие и настаивали, из-за несовершеннолетнего возраста. Возраст стал их смягчающим обстоятельством. Остальным участникам было разрешено вернуться в школу, но многие сразу забрали свои документы, чтобы не носить позорное клеймо.       — Питер, рад тебя видеть, — Гарри вместе с Драко решили навестить студента, мировоззрение которого их больше всего волновало. — Как твои дела?       — Пришли поиздеваться, — не скрывая обиду и злость, спросил юноша. — Как в детдоме могут быть дела? — он грустно усмехнулся, но супруги заметили, что-то странное, что промелькнуло в его глазах.       — Ты просмотрел всю ту информацию, которую тебе прислали? — этот вопрос больше всего волновал аврора. И когда мальчик опустил голову, ответ был уже известен, оставалось лишь узнать теперь его мнение.       — Я сын монстра, — Питер посмотрел на своих посетителей глазами полными слез и детской обиды. — Я верил, что мой отец великий волшебник. Но после прочтения всех газет, после просмотра предоставленных воспоминаний, понял, что ошибался и в итоге сам стал монстром. Я так верил в него, — он всхлипнул, обняв себя за плечи. — Даже когда другие говорили, что его имя под запретом, я с гордостью произносил его. Мне всегда казалось, что если я буду смелее остальных, мама вернется, и заберет меня к отцу. Но я был просто не нужен.       Гарри сорвался с места и в поддержку обнял потерянного ребенка. Он понимал, что Питеру тяжело. Как бы юноша не вел себя раньше, теперь весь его мир, все его прежние убеждения, просто рухнули в одночасье.       — Ты и дальше можешь считать гордостью свое происхождение, — Поттер посмотрел в заплаканные глаза. — А если кто-то скажет, что твой отец был монстром, а мать психопаткой. Знаешь, что нужно сказать? — Питер отрицательно покачал головой. Гарри улыбнулся, а потом приняв серьезный вид, продолжил, — может вы и правы, но все же мой отец был могущественным волшебником, а мать его просто любила. И кто бы что не возразил, знай. Это истинная правда. Хоть Том Реддл и развязал войну, изначально у него были достойные цели. Он просто боялся смерти. А Беллатриса и в правду любила, по-своему, но любила.       Драко стоял в стороне и невольно заслушался. Он никогда не смотрел на Воландеморта с такой стороны. Малфой даже не думал, что у его супруга такой необычный взгляд на те события.       — Вы правда так считаете, или просто говорите это, чтобы я успокоился?       — Правда. Когда закончится твое наказание, начни строить себя с самого начала. Я уверен, что ты станешь достойным волшебником, — Гарри легко улыбнулся и, не дождавшись ответа, вышел из помещения.       Когда Поттер ушел, Питер, смотря ему в след, просто усмехнулся. Этот жест не остался незамеченным для Драко.       — Ты ему не поверил? — Малфой задал вопрос без церемоний.       — Герою подобает проявлять сочувствие маленьким потерянным детям, — Питер хотел уйти, но его остановили слова Драко.       — А он ведь действительно поверил в тебя. Знаешь, не каждого такой опытный аврор прощает после выпущенной Авады и попытки удушения.       Юноша резко обернулся к целителю.       — Вы…       — Мы.       — Я не знал. Да быть того не может, — Питер посмотрел на Драко, надеясь увидеть насмешку, подтверждение, что это была шутка. — Черт! Мне следует попросить у него прощения. Кажется, я вел себя слишком грубо, — юноше стало стыдно. Он понял, что, возможно, за него впервые искренне беспокоились, а он нахально отнесся к этому.       — Гарри уже простил тебя. Еще в тот момент, когда прислал тебе те документы. И лучшим извинением с твоей стороны станет достойно прожитая жизнь.

***

      — Джон! — к нему подбежала подруга и кинулась на шею. — Почему ты ходишь такой угрюмый? Все закончилось! Теперь ты можешь свободно жить, не опасаясь, что Боб и его свита тебя тронут! — девчушка веселилась, но он не разделял ее радость.       — У меня что-то нет настроения, — сказав это, Джон отправился в свою комнату, он решил пропустить последний урок перед обедом.       После пробуждения в больничном крыле, гриффиндорцу друзья сразу же рассказали последние события. Узнав, что с основной проблемой покончено, мальчик приободрился, но радость быстро спала, когда, вернувшись к школьным будням, выяснилось, что Гарри и Драко покинули Хогвартс. Джон впал в уныние. Ребенок, которого бросили собственные родители, которого при любой возможности обижали остальные, впервые искренне открылся двум незнакомцам. Но и они оставили его одного. Именно такие мысли терзали душу маленькому гриффиндорцу.       — Ты соизволил прийти на обед. Вау! — комментировали приход Джона друзья. Они хоть и любили его, но совершенно не понимали причину грусти.       Основной темой разговора за столом стали предстоящие Новогодние каникулы. От этой болтовни у Джона еще больше испортилось настроение. Все обсуждали, куда поедут с родителями, какие подарки получат на праздник, а ему нечего было сказать в такой ситуации. Он одинок. Единственное, что ему предстояло, это провести праздник в стенах Хогвартса, беседуя с призраками и некоторыми студентами.       — Прошу минуточку внимания! — постукивая по бокалу, успокаивала всех учеников МакГонагалл. — Вы все знаете, о недавних событиях, связанных с нашими студентами. Я хотела бы призвать вас к благоразумию, надеясь, что такого больше не повториться.       Со всех сторон начали кричать ученики, пытаясь задать интересующие их вопросы. Но жестом директор прервала этот балаган.       — На все ваши вопросы ответят непосредственные знатоки своего дела, — на этих словах в Большой зал вошли супруги Поттер-Малфой.       По помещению прошелся гул. Некоторые студенты были просто поражены, увидев так близко легендарную пару авроров, другие же скрыто высказывали неприязнь. Лишь двое студентов сидели не комментируя это появление. Люк и Фред были просто рады видеть супругов в здравии. Студенты, если честно переживали, толком не зная, как закончилось то нападение.       Когда Поттер-Малфои поприветствовали студентов, на них сразу же посыпались вопросы. Ученики спрашивали обо всем, и по теме и нет. И супруги пытались дать как можно больше ответов, при этом не раскрывая главной тайны — они сами были участниками недавних событий. Было решено открыто об этом не информировать.       — Извините, но, думаю, на этом мы закончим, — Гарри тяжело вздохнул и позволил себе немного расслабиться.       Они убили на это два часа! Конечно, профессора дали им в распоряжение все время до ужина, отменив послеобеденные уроки. Но супруги надеялись сделать все быстро. Не вышло.       — Признаться честно, изначально мы прибыли в Хогвартс по другому вопросу, — Гарри смущенно потрепал свои волосы.       Драко спустился к студентам. Он уверенной походкой подошел к гриффиндорскому столу. Целитель, собравшись с духом, проследовал к интересующему их студенту.       — Джон, — Драко искренне улыбнулся. Но мальчик лишь уставился на него в непонимании. Других студентов тоже привлекла эта странная сцена. В этот момент Гарри подошел к этим двоим. — Мы хотели спросить у тебя, не хочешь ли ты стать частью нашей семьи?       В зале воцарилось молчание. Никто, кроме профессоров, не понимал, что происходит.       — Почему…       — Я же тебе обещал, что мы не оставим тебя одного, — вмешался в разговор Гарри. Он в поддержку опустил руку на плечо мужа.       Джон, после минутного ступора, неожиданно прыгнул к ним с объятиями. Он плакал и прижимался все сильнее. Словно боялся вновь отпустить. Возможно, никто и не понимал, что в этот трогательный момент родился маленький мир. Мир, принадлежавший лишь им троим.       — Вы и в правду вернулись…

***

Не дайте душам их погаснуть, Пока в сердцах горит пожар. Они рискуют лишь увязнуть, Поддавшись буре юных чар.

Омут_тихого_счастья