Третий лишний?

      Успокоив детей, Лорд Поттер оставил их на жену и пошёл в свой рабочий кабинет. Он сел за стол и облокотившись на него закрыл лицо руками. Как он мог так оплошать, недоглядеть, не проверить самому, а довериться словам сына и его жены? Почему он поверил им сразу и не попытался даже провести читку стен в комнате, в которой все это произошло? Лорд попытался восстановить в памяти тот день.       Это было в последний день месяца, в этот день они с женой и Августой Лонгботтом проводили ритуал подношения матери Магии и Вечной Леди. Дора тогда немного приболела и после проведения ритуала, Августа отправилась домой, а он уложив жену в постель и дав ей лечебные зелья, дождался когда она уснёт, спустился в свою мастерскую и весь вечер и ночь провёл в ней. А когда он работает в своей артефакторской мастерской, то закрывает всё на заглушающие и запирающие чары, потому что артефакторика очень хрупкое и точное мастерство и ошибки в процессе изготовлении изделий для защиты, оберегов и амулетов, быть не должно. Что он тогда мастерил, сейчас уже не вспомнить, но этот заказ он закончил, это точно. Лёг спать уже почти под утро и проснулся от плача жены. Она и рассказала, что случилось той ночью. Они сразу же отправились к сыну в Годрикову впадину.       Лили, жена сына не захотела жить с родителями мужа, сказала, что так он никогда не приучится к самостоятельности. Джеймс был поздним ребёнком, им было уже по тридцать лет, когда Магия благословила их на рождение сына. И хоть отец старался держать его в строгости, но мать, безгранично любя своего ребёнка, баловала его. Вот он и стал бесхребетным, ничего не мог решить самостоятельно. И больше всего Лорда Поттера злило то, что сын так сильно, без меры и не задумываясь, доверял Дамблдору. А тот постоянно плёл какие-то интриги, паутины, заманивая в них вот таких бестолковых волшебников, не желающих думать своей головой, а слепо идущих туда, куда укажет их кумир и предводитель. Для Лорда Поттера, что Воландеморт, что Дамблдор были на одной планке, по разную сторону, но на одной. Что это за пророчество, откуда оно взялось? Кто и когда его произнёс? И почему именно их внуки попадали под это пророчество? То что они родились в последние часы уходящего седьмого месяца года? Но Генрих родился первого августа, в 00.15. Гарри тридцать первого июля в 11.59. А Элизабет, тоже тридцать первого июля, но на полчаса раньше, чем её брат. Да, намучилась тогда невестка, но выдержала и родила сама всех троих. Сильная женщина. Свёкор всегда восхищался ею. Она хоть и магглорождённая, но любого чистокровного может заткнуть за пояс знаниями и способностями. А после рождения детей вообще расцвела. Так, вернёмся к пророчеству, что там сказал Джеймс? …Нет, сейчас не вспомнить. Лорд сделал себе зарубку в памяти вернуться к этому пророчество после того, как разберётся с сыном и невесткой. Разберётся с сыном! Но он ведь сам лично, как глава Рода, провёл обряд погребения мальчика! Сам, своей рукой, записал его имя в книгу умерших! Выходит, что его вина не меньше, чем их?! Лорд положил руки на стол и поднял голову, он посмотрел на портрет отца, который висел напротив его рабочего стола. Тот с усмешкой смотрел на него: — Что, сын, ху… тебе? — спросил нарисованный мужчина. Его отец, Лорд Чарльз, был страшным матерщинником. Он работал в департаменте международных отношений магических миров и часто общался с русскими, от них и набрался таких словечек, что нормальному англичанину и не выговорить. Отец никогда не выбирал выражения и говорил то, что считал нужным. — Что такое произошло, что ты сидишь здесь и занимаешься самоёбст… — Отец, я провёл обряд погребения живому человеку. Своему внуку, наследнику Рода. Как мне теперь быть? — сказал Лорд Поттер. Минут пять он выслушивал отборный мат, так залихватски переведённый на английский язык, самим Чарльзом Поттером, чем тот гордился до самой своей скоропостижной смерти. Выдохшись, если такое выражение можно применить к портрету, отец велел рассказать всё с самого начала.       Выслушав всё, что смог рассказать ему сын, Чарльз Поттер исчез с портрета. Его не было минут десять, за это время живой Лорд Поттер перебрал множество вариантов, как выпутаться из создавшейся ситуации, но всё грозило…клеймом предателей крови или отсечением сына от Рода и принятия его детей, как сирот. Когда отец вернулся, то он разразился ещё одной тирадой, в которой подробно объяснил сыну, что надо делать с такими идиотами как он и его сын, и куда иметь таких вислозадых баранов. — Делать нечего, надо вернуть мальчика в семью, — успокоившись, сказал, наконец- то, нормальным английским языком, Чарльз Поттер. — Как? Как его вернуть? Лиззи сказала, что он счастлив в той семье и не собирается возвращаться — воскликнул Карлус Поттер. — Найди мальчика и приведи его в наш дом, мы сами с ним поговорим. Он может остаться жить в той семье, которая дала ему покой и счастье, но он должен быть Поттером. Иначе Роду Поттеров будет пиз…! — А как быть с Джеймсом и его женой? — Их лишай наследия, забери всё родовые артефакты и обереги и к магглам, пока ребёнок не станет совершеннолетним, он тогда сам решит, что с ними делать. Ты помнишь, Геллерта Розье? — Ну, помню, он учился на Слизерине, на два потока старше меня. — У него родилась дочь — сквиб. Так он, не бросил её, как настаивали его брат и отец, а ушёл вместе с женой и дочерью в маггловский мир. Не знаю, что сейчас с ними, но факт есть факт. Вот это и есть родительская любовь. — Ты думаешь, что мальчик мог стать сквибом, потому что израсходовал все свои магические силы на уничтожение этого монстра? — шокировано спросил Карл. — Мы здесь посовещались с предками и я решил, что это единственная причина, по которой Джеймс мог выбросить ребёнка к магглам, да ещё и в приют, — самоуверенно ответил его отец. — Но мальчика встретили на Косой Аллее, значит он не сквиб! — Значит не сквиб, у Поттеров не может быть сквибов, очень сильная в нас магия. Поэтому мы и умираем так рано, по волшебным меркам. Долго живут те, у кого нет таких способностей как у нас, или они ими не пользуются, мы же выкладываемся на всю катушку. Но ты не вздумай сдыхать, пока не вырастишь детей и не воспитаешь настоящего Лорда. Иначе прокляну! Впрочем, кому я это говорю, у тебя же вместо мозгов… — и опять пошла нецензурная лексика. — Хорошо, отец, я всё понял, — вклинился в паузу Лорд Поттер и пошёл к двери. — Куда пошёл? Я ещё не всё тебе сказал, у меня есть ещё много новых выражений, — крикнул ему вдогонку Чарльз Поттер. Но его сын уже закрыл за собой дверь.       Лорд проверил как там дети, они были вместе с его женой в детской и она читала им сказки Барда Бидля. Он сказал им, что идёт сейчас в дом сына, когда вернётся не знает. Чтобы они его не ждали, ужинали и ложились спать без него. — Карл, ты там не сильно уж… — попросила жена, поцеловав мужа в щёку. — Извини, Дора, не обещаю. Меры придётся принимать радикальные, иначе Роду нашему… — он махнул рукой и вышел из комнаты. Он услышал, как внучка тревожно спросила бабушку — Бабушка, деда лишит отца наследия? — Не знаю, детка, но боюсь, что по другому не получится, — печально ответила Леди Поттер.       Когда Лорд Поттер вышел из камина в доме своего сына и прошёл в гостиную, откуда раздавались раздражённые мужские голоса, он увидел, что друг сына, Сириус Блэк ругается с Джеймсом, а у того на левой стороне лица огромный синяк и разбита губа. Видимо словесных аргументов у друга не хватило. С одной стороны Лорду было жалко сына, но с другой …он обязан был сделать то, что велели предки. — Отец? — Джеймс первым заметил вошедшего отца. Лили сидела в кресле сжавшись в комок и тихо плакала, закрыв лицо руками, а Сириус стоял спиной к двери. — Здравствуй, сын — произнёс Лорд, — И ты, невестушка, здравствуй. Лили ещё сильнее сжалась, как будто пыталась исчезнуть совсем, но не могла этого сделать. — Сириус, приветствую, — Лорд поздоровался с другом сына за руку. — Здравствуйте, Лорд Поттер, — ответил тот. — Смотрю, вы здесь уже немного поговорили, — разглядывая лицо сына, сказал Поттер. — Извините, я просто не сдержался, — совершенно не раскаиваясь, ответил Блэк. — Да ладно, чего между друзьями не бывает, — произнёс Лорд и сел в кресло. — Вы уже закончили или только начали разговор? — Мы на середине, — сказал Блэк. — И на чём же я вас прервал? — поинтересовался отец Джеймса. — Лорд Поттер, дядя Карл, — обратился к нему Сириус, — Вы же в курсе того что произошло? — тот согласно кивнул головой. — Вот что теперь делать? Что? — закричал Сириус. — Они же получат клеймо предателей крови! О чём они думали, когда совершали такое. Это же надо, похоронить живого ребёнка и пользоваться всеми привилегиями погибшего сына. Да за это их проклянут! Весь Магический мир встанет против них! И знаете что они предложили? Сделать вид, что они ничего не знали, что ребёнок исчез из дома ещё до их прихода! И они подумали, что он сгорел вместе с этим. Они думают что это прокатит! А как же мальчик? Как Элиза и Генри? Их вы тоже обманывать будете? Лорд Карлус махал головой в такт произнесённых слов Блэка. — И кто же из них такое предложил? — спокойно спросил он. — Кто? А сами не догадываетесь? Кто у нас самый разумный? — Неужели Джеймс? Нашёл выход из дерьма в которое влез? А как же магия? Её тоже будешь продолжать обманывать? — отец посмотрел в глаза сыну, тот отвёл взгляд и приложил руку к опухшей щеке. — Что молчишь, сын? Оправдывайся или нет слов для оправдания? Молчишь. Ну-ну. Молчи. Завтра я вам скажу своё решение по поводу ваших действий и вашей дальнейшей жизни. А сейчас, Сириус, отведи меня к внуку. Ты же знаешь, где он? — Знаю, но может лучше завтра, у него и так сегодня был нелёгкий день. — Нет, необходимо сегодня решить один вопрос. Завтра может быть уже поздно, для нашего Рода поздно. — сказал Лорд Поттер, не сводя пристального взгляда с сына, которого уже завтра он должен будет отречь от Рода, чтобы клеймо предателей крови не перешло на детей. — А ты, Джеймс, принеси мне сейчас мантию-невидимку. Джеймс опустил голову, и тихо произнёс: — У меня её нет. — Нет? — вскинул голову его отец, — Как это нет? А где она? — У Дамблдора, — ещё тише сказал Джеймс. — И какого… Она у него делает? — Он попросил. Он хотел исследовать её. Лорд Поттер встал с кресла и подошёл к сыну, который был почти на целую голову выше его. — Исследовать? Наш Родовой артефакт, который никогда, ты слышишь? Никогда за тысячелетнее существование Рода Поттер ни покидал его даже на малое время, ты отдал исследовать этому ублюдку? — с каждым словом повышая голос говорил Лорд Поттер. — Когда отдал? — Давно, тогда ещё, до происшествия, — уже шептал взрослый мужчина, отступая от разъяренного отца. Тот никогда не бил своего сына, даже когда он этого заслуживал, но сейчас отец не сдержался, он размахнулся и со всего маха вмазал кулаком сыну в другую сторону лица, — Это для симметрии, — сказал отец. — Сегодня же вечером мантия должна быть дома. Ясно? — рявкнул Лорд. Тот схватившись за другую скулу лишь кивнул головой. — Сириус, — Лорд повернулся к Блэку, — мне действительно необходимо поговорить с мальчиком. — Дядя Карлус, ребёнку только одиннадцать лет, он не знает ни наших законов, ни традиций. Что Вы хотите узнать у него? Что сказать ему? Чем он может помочь Вашему Роду? — спросил Блэк. — Он же волшебник? — А это важно? — наклонив голову и прищурив глаза раздражённо спросил Сириус. — Нет, сейчас это не важно. — И как я могу без разрешения хозяйки привести чужого человека к ней в дом? — Хорошо, давай сделаем так, — немного подумав, сказал Поттер, — мы аппарируем к их дому, а ты зайдешь и спросишь разрешение. Если она позволит, то я зайду, а если нет, то… То уйду, но тогда… — Ладно, уговорили. Пойдёмте, — вздохнул Сириус и пошёл на выход. — А вы, — Лорд повернулся к сыну и невестке, которая сидела в кресле как мышка. — вы молите Бога, чёрта, Мерлина или Дамблдора, на кого вы там молитесь. От решения этого ребёнка зависит ваше будущее…