Искры из камня

Этот человек был убийцей, но не жестоким и сумасшедшим, не заурядным и безрассудным, не кровожадным и фанатичным. Да, убийство было его мастерством. Лишь расчетливость и быстрота, выверенная точность не давали превращать сражение в ненужную резню всего что как-то дергалось и шевелилось. То был эксперт своего дела, воин, чьи доспехи никогда не ржавели от непомерного количества крови, а от его ран остались лишь шрамы служившие напоминанием об ошибках, причину которых он не допустит дважды. В своих странствиях и тех ситуациях требованием которых была чья-то загубленная жизнь этот воин никогда не полагался лишь на силу, так как давно уяснил важность незыблемого качества настоящего бойца - оружие не есть твой меч, магия, или умения, оружием являешься ты сам - горькая участь гнить лежа в канаве лицом множество раз была предотвращена благодаря этому правилу. Герой, если можно так выразиться, не сыскавший славы, ставший дезертиром. С тех пор как его армейский путь подошел к концу прошло около трёх дней, его армия была разбита в открытом бою, одна из частей что находились на тот момент в резерве была вынуждена прикрывать отступление и дать возможность другой армии принять на себя удар закрыв подходы по флангам. Естественно речи о какой-то роте в авангарде и речи быть не могло. Несмотря на то что прорыв по фронту мог быть вполне осуществим, генералы не стали рисковать напрасно - обычный воин никогда не сможет понять этого - и общим решением утвердили отвод основной части армии в тыл, отрезав тем самым отряд рыцаря на рубеже атаки. Сотня бойцов, не больше, цена небольшая, но участь трагична и отчаяние тех, кого бросили нельзя было описать словами. В окружении были убиты все до единого, кроме одного воина что смог бежать в лес и вот уже около трёх дней борется за жизнь с преследователями. Лес был величествен и громаден. Кроны деревьев повисли своей тяжестью над землёй, грозясь раздавить любого кто пройдёт под ними. Дневной свет лишь некоторыми пучками просачивался в пучине листвы образовывая мерцающие лужицы в разных местах по всей чаще. Тяжелые капли пота стекали по скулам и шее под увесистый, серый, цельный нагрудник. Плечевые пластины громко позвякивали шарнирами что были умело закреплены к полной латной броне. Бег в таких доспехах с легкостью мог изнурить даже самого крепкого человека, но воин был подготовлен, всё его тело являлось сплошным механизмом войны, сплавом физического превосходства и тонкого расчёта. Однако, сказать что бежавший сильно устал - означало лишь очень неудачно пошутить, ибо колоссальное давление приходилось сдерживать непомерным усилием воли, ему казалось, что его вот-вот расплющит. Верный булатный меч покоился в ножнах ожидая своего часа, он должен быть готов к нападению в любой момент, ведь преследовавшие рыцаря люди так же были опытными убийцами на поле брани. Ситуация яснее некуда. Похоже, кто-то обнаружил беглеца указав на него остриём то ли копья, то ли алебарды - с такого расстояния было не разобрать. Беглец решил схитрить и принять бой в максимально невыгодном для врага месте, а именно - навязать бой у оврага. Воин начал петлять от дерева к дереву, стараясь запутать преследователей, разобщить - пусть думают, что он бежит сразу по всем направлениям, - и вот приближаясь к заветному оврагу бывший солдат мгновенно скрылся из виду. - Куда он делся?! - незадачливый преследователь, перейдя с бега на шаг, жадно высматривал всё пространство перед собой. - Просто исчез... Рассредоточиться! Искать! Ум этого бойца закаленный битвой конечно же подсказывал о возможной западне, но откуда ждать и чего - было бы замечательно знать. Склон был совсем рядом... Смерть наступила внезапно. Вряд ли солдат понял хоть что-то прежде чем погиб. Буквально секунды не хватило, чтобы вовремя среагировать на остриё из ниоткуда, выпад которого пронзил череп. Воин перетащил через себя тело, чтобы дать ему скатиться ко дну оврага. Следующим действием нужно было убрать его товарища, осматривавшего территорию в нескольких метрах. Пока тот заглядывал за очередное дерево, секущий удар прервал страсть бедняги охотится навсегда. Досадная оплошность: приглушённый крик привлек внимание других бойцов, добыча была загнана, бежать было некуда, преследователи пытались сомкнуть круг, но лесная местность была покрыта грядой холмов, провести маневр было не легко, впрочем, особой нужны не представлялось - беглец всего один. Воин перебирал мысли, следил за каждым движением, пока его враги приближались к нему словно охотники к пойманному медведю. Пойманный медведь очень опасен... Нужно дотянуться до стоящего ближе всех, закрыться им как щитом, дабы не поймать стрелу. Да, в такой ситуации можно выиграть несколько секунд, пока его не возьмут числом. Двое сделали широкий выпад и постаралась пронзить воина алебардами, такой прием был неуклюжим и мечник воспользовался промедлением, перехватил алебарду, подтянул к себе нападавшего поразив один ударом. Другой копейщик после первой неудачной попытки занес оружие за спину стараясь как можно больше усилить замах, однако его соперник был быстрее, предвидя такой удар мечник сумел его парировать, затем перехватив меч в горизонтальном положении, провел сокрушительный выпад без шансов для своего врага. Тем временем лучники не смогли должным образом сосредоточиться на цели, натянув тетиву они предупреждающе водили кончик стрелы в разные стороны, не допуская ни малейшей возможности для манёвра их цели, а сам беглец уже вовсю двигался используя тело их соратника в качестве прикрытия. Один из лучников понадеялся что стрела пробьет "щит" и выстрелил, широкий наконечник не справился с такой задачей и безнадежно застрял в туше. Ещё один выстрел и "щит" было решено выкинуть, да и он был ни к чему, так как дистанция оказалась приемлемой для ближнего боя. Расправа была беспощадной. Мечи лучников покинули ножны, оказавшись в руках, однако движения их хозяев были неуверенны, ведь в армии их обучали стрельбе. Короткая схватка закончилась ещё двумя убийствами. Бой завершён, но его персональная война за свою жизнь лишь заходила на новый круг. Нужно осмотреться. Перекрикивания солдат доносились казалось отовсюду, и рыцарь понадеялся, что никто не услышал звуки боя, а эта ещё одна возможность скрыться, но надо было замести следы. Рыцарь тут же принялся перетаскивать тела к склону, скатывая их вниз на дно оврага, а тех кого не успел засыпал старой листвой, благо её здесь было полно. Патрули рано или поздно обнаружат мертвецов, но беглец все равно решил укрыться неподалеку и выждать лучший момент для побега. Холм с малым каменным утёсом мог отлично сойти за укрытие если забраться на него и лежа притаиться, воин не мог рисковать, нужно позволить им пройти мимо. Не так уж и долго шли сюда другие патрульные, их оказалось гораздо больше и доспехи были ничуть не хуже его собственных, драться с ними было смертельно-глупо. Лишний шорох мог привлечь к себе внимание, а скрежет стальных пластин о камень - довольно громкий звук. Беглец лёжа повернул голову так, чтобы взять в поле зрения хотя бы кого-то из новоприбывших. Мысли о неудобстве и усталости были утрамбованы в глубины сознания. Как и оказалось, солдаты быстро поняли что здесь случилось, но не стали трать время на поиски тел, предположив что бой был в другом месте, а здесь схватка лишь разгоралась. Напряжение росло и звенело в воздухе, но расслабляться рано, нужно подождать ещё немного. Очевидным решение для солдат было пройти вдоль следующего холма, потому что звук в лесу рассеивается и узнать наверняка место откуда он доноситься задача для опытного следопыта. Солдаты снова вернулись к поиску не отставая от других отрядов, рыцарь же наконец получил свой шанс. Опасаясь привлечь внимание он с осторожностью поднялся на локтях и сполз с утеса: шум разумеется последовал за этим действием, но не достаточно громкий, ни один из воинов в патруле уже не мог что либо расслышать на таком расстоянии. По ощущениям было похоже что патрули удалялись все дальше от условной линии, места, где находился дезертир и убийца, - все хуже были слышны перекрикивания - можно было уйти обратно тем же путем, но внезапно все звуки стихли, и лес будто бы потемнел, даже птицы перестали петь. Не к добру это. Всегда. Воин подождал ещё мгновение прислушиваясь. Убедившись окончательно что вокруг все стихло, ему показалось неплохой идеей проверить что стало с "охотниками". Беглец снова был вынужден бежать, но в этот раз никем не подгоняемый. Достигнув того места где последний раз маячил шлем замыкающего отряд солдата, сначала ничего не было видно, и лишь потом рыцарь заметил этот самый шлем в траве покрытой кровью. Кровавый след тянулся к дереву за которым сжимая раны сидел солдат. Выглядел несчастный плохо: тяжелое дыхание рвал хрип, броня была безнадежно повреждена, многих пластин не хватало. Он умирал. Раненый злостно глянул на воина. - Я умру раньше чем ты меня добьёшь, - кровавый плевок подтвердил его слова. Сказав это он истек кровью, и воину не пришлось напрасно марать лезвие меча. Что его убило? Ужас медленно сжимал сердце, но через секунду был отброшен - страх это лишь то, что позволительно чувствовать вдали от опасности - таков был его принцип, один из многих. Нужно было выяснить причину... оставшись при этом в живых. Резкий звук похожий на рычание или крик, что-то среднее между этим, наполнил и без того тревожную тишину. Рефлексы рыцаря дали о себе знать в нужный момент, меч покинул ножны так же быстро как его невидимый противник одним рывком сократил расстояние. Высокое существо с ног до уродливой головы было покрыто черной как смоль шерстью, задние конечности были деформированы и представляли собой гибрид лапы и ноги. Выразительно длинные когти на огромной лапе-руке были занесены для смертельного удара, однако сам удар пришелся по плечевой пластине, которая разлетелась осколками, но защитила руку владельца. Несмотря на ошеломление от такого сильного удара, воин продолжал стоять и более того сумел уйти в сторону вместе с этим врезав эфес меча в уродливую морду существа. Монстр схватился лапой за лицо, это дало несколько секунд рыцарю полностью сконцентрироваться на противнике. Помятый и изорванный металлический наплечник (рыцарь удивился мысли что металл так легкого можно располосовать) пришлось высвободить с кожаного ремня. Воин поудобнее перехватил меч, и вот зверь уже вперил свой свирепый взгляд в человека покрытого железом. Секундная пауза и оба ринулись в бой: обмениваясь ударами соперники проверили на прочность друг друга. Похоже, шкура этого чудовища была столь же крепка как и черна. Полу-зверь бросался на человека со всей яростью, нанося шквал ударов, их с трудом блокировал воин, какие-то мечом, какие-то - доспехом. Ждать покуда враг выдохнется было бессмысленно, - это далеко не человек и далеко не слабак - но несмотря на столь неукротимый вихрь звериного нрава, сражался монстр когтями, а когти можно отражать, парировать. В следующий момент, ещё пара ударов, и существо в гневе схватилось за меч своей огромной конечностью, в какую-то секунду хватка ослабла не успев хорошо сжать острое как бритва лезвие, воин потянул меч на себя что есть силы и он выскользнул из лапы-руки. Его владелец пользуясь замешательством развернулся вокруг собственной оси и одним рубящим ударом отсёк существу ту самую лапу-руку. Монстр крича и завывая схватился за обрубок, воину оставалось лишь завершить начатое, получив достаточно времени для последнего удара и вместе с этим безоговорочную победу. Наконец, за долгое время беглец позволил себе расслабиться: он снял шлем и глубоко вдохнул, пусть и воздух был наполнен зловонием крови. Рыцарь осмотрел тушу погибшего чудовища у своих ног, его лицо исказилось от отвращения, сколь уродливым был этот полузверь. Но на исследование не было времени, нужно было уходить, и быстро.