Ветрено

       Недавно включенный мною телефон трясется, уложившись на дрожащей руке. Пот неуверенности и стыда прошелся по спине и ладоням, а сердце колотилось, эхом доносясь через тело. Я сидела на белоснежной кровати, на которую обустроила подруга Моника. Ноги касались кафеля, но почему-то я их не чувствовала. Часами ранее — Алло, Клара? — первым начал телефонный диалог хрипловатый, грустный голосок, хотя, такой родимый, что аж разбежались мурашки по коже.       Со мной разговаривал добрый души человек. София переборола свой характер и сделала из себя уверенную личность. Но! Сейчас звуки из её уст выходили такими тихими и унылыми, прямо как раньше. — Соф, привет! Как ты? Как все остальные? Что делаете? Мне жутко интересно, — с нетерпением протараторила я. Мне не терпелось узнать, как там жизнь в резервации, много ли изменений они прожили? Все ли целы и невредимы? — Пол…        Когда-то близкое к душе имя прозвучало и в этот момент в голове картинками пронеслись наши лучшие и худшие воспоминания: мы с Полом танцевали в клубе, при этом поздравляя Софию, в большом доме играли в прятки, смотрели фильм с участием Джонни Деппа, я впервые прокатилась на мотоцикле с ветерком, увидела его с другой и испытала острую ревность, села на лохматую спину оборотня, наша первая ночь, и насилие… С приезда в Малагу, я ни разу не произнесла его имя. А барменше с дредами повествовала его как «он». — Пол умер, — продолжила Вильсон.       Весь мир замолчал, стих до гробовой тишины. Улыбка сползала всё в низ, а внутри нарастал ужас, к горлу собирался горький комок. Мой крик в прямом смысле раздирал душу и заполнил всю комнату.       Мои глаза забегали по помещению. Но эта комната другая, тут темно. Я сижу на потной кровати и плачу, только потом я поняла, что это был просто сон. Ну да, просто сон, когда это мои сны не сбывались? Меня подташнивало от своих мыслей, пока в комнату не ворвалась подруга. Сказав, что просто кошмар, отправила её «к себе». Кажется, я разбудила каждого в этом доме со своим криком. Пятерня невольно запустилась в волосы, нервно расчесывая их, глубоко вздохнула. Когда придёт волшебная белая полоса или всё плохое ещё впереди?       Мы заканчивали утреннюю трапезу. А я всё была в трансе от того сна, будто в мозг забрался зомби и поедает всё, что не связано с Лэйхотом. Мы — это я, Моника и её семья. Взаимоотношения у них завидные: отец был добытчиком и старался радовать и баловать сына с дочерью, а Самуэль являлся защитником Моники, словом, настоящий брат. Все мы встречались перед круглым столом по завтракам и ужинам. А уже в обед в уютном домике Малаги никого не было.        Так как мужчинам на работу нужно идти пораньше, они засобирались, перед уходом не забыв поцеловать нас в щечку. Раньше у семьи Фернандес была лишь одна любимая дочь, но как сказал Антонио Фернандес, они полюбили меня как члена семьи. Каждый раз после традиции прощания, я замечала чуть ревнивый взгляд Моники, ощущалось какой он обидный.        Я перевела взгляд в сторону зелёной шевелюры, метающиеся по кухни. На её лице не заметив никаких эмоций, стала убирать со стола. — А ты быстро стала одной из нас, — невзначай усмехнулась она, однако чувствовалась нотка горечи. — Мо… — Я рада, — с улыбкой быстро прервала она. — Ты же знаешь, я очень благодарна вам. Я как раз собираю зарплату на жильё. — Я не это имела ввиду, — надулась девушка, с треском засовывая грязную посуду в электрическую мойку. — Я приметила квартирку на окраине города. Берут недорого. Небольшая, как раз для меня. — Забудь об этом. Ты можешь оставаться столько, сколько хочешь. К тому же, если дом так далеко, как будешь работать? — Найду новую. — Мартин в тебе души не чает, — с иронией припомнила Фернандес.        Они с Мартином встречаются, вроде бы как. Только вот наш администратор слишком заглядывается на девушек у моря. Я также замечала его странные взгляды, но старалась игнорировать его, как и Мо закрывает глаза на его выходки. — Именно из-за него не хочу туда.       Повисло молчание и её пронзительные глаза глядели прямо в меня. — Все парни без ума от тебя. Что парни? Вон как мой брат смотрит на тебя, — развела руками подруга. Она сейчас о Саму говорит? Я ему как сестрёнка и на этом всё. — Как ведьма прям.       Моника всегда была прямолинейной с каждым. Её последняя фраза заставила меня пустить нервный смешок. Девушка поняла, что наговорила глупостей, хлопнув себя по лбу, извинилась на испанском. — Ничего, — ответила я. — Значит, ведьмы привлекательны? — Клара, проехали, — с мольбой сказала она. — Кстати, сегодня у нас выходной. — С какой стати? — Мартин сдал кафе в аренду на один день. У них там что-то вроде корпоратива. Так что, у нас с ним свидание. — Я же предупреждала тебя о нём, да? — Так, мне пора собираться, — ретировалась девушка.       Я по привычке закатила глаза.       Хоть и Антонио и Самуэль просто идеальные, в них меня явно одно не устраивало. Фернандес-Старший напоминал мне Карлайла, своей деликатностью и верой в лучшее. Они могли запросто успокоить душу. Вспомнилась первая встреча с Карлайлом. Я лежала в больнице, вся напуганная и только потерявшая единственного близкого человека — тётю Николь. Моя магия вырвалась наружу прямо перед вампиром. Увидев это, он сохранял спокойствие, призывая меня к тому же. В итоге, у меня больше не было срывов. А дальше добрые сердца удочерили меня, познакомив с братьями и сестрами. Несложно догадаться, видя Саму, я представляла Эммета с Эдвардом. Так как брат Моники был заметно похож на телепата, той же прической и стилем. Привычки и юмор явно в Эммета.       Я не заметила как очутилась в своей комнате и уж то, что полезла за телефоном. В красной дорожной сумке лежит Каншерис, к которому я не прикасалась вообще, да и не колдовала я, не считая остановку времени. Ага! Будто это повседневное дело, подумаешь просто остановила время. Под книгой залежался смартфон, в тот час подобрала его.        Недавно включенный мною телефон трясется, уложившись на дрожащей руке. Пот неуверенности и стыда прошелся по спине и ладоням, а сердце колотилось, эхом доносясь через тело. Я сидела на белоснежной кровати, на которую обустроила подруга Моника. Ноги касались кафеля, но почему-то я их не чувствовала. Что я им скажу? Важнее что они скажут мне? Вместо того, чтобы найти в них поддержку, я улетела бесследно. Семья была для меня золотым кладом, не всегда так везёт в жизни…       Я листала журнал контактов, там в отметке «частые» стоят все члены семейки, от Карлайла до Ренесми. Как вдруг гаджет стал вибрировать, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности. Прямо как во сне высветилось «Соф».       Секунды три не моргая смотрела на экран. Если оборотня не станет, меня не станет тоже. Он слишком дорог мне, я не могу отпустить его небеса. В глазах предательски защипало, будто кругозор покрылся дымом, светящийся экран телефона стал мутным. Я любила волка, возможно, люблю и сейчас, но я не прощу себя если с ним что-то случится… Никто не заслуживает этого. Правда — вот что мне сейчас нужно, даже если всё настолько плохо. С каждой секундой сердце всё сжималось, а дыхание без особого ритма участилось.       Ухватившись за хвост смелости, решилась принять звонок, пока лучшая подружка не передумала дожидаться ответа. Хоть бы мой сон не был вещим! И судьба, может хватит с меня потерь, ты уже достаточно играешь со мной в злую шутку. Пока одна рука подбиралась к уху, чтобы приложить телефон, вторая — была крепко сжата в маленький кулак. — Клара? — с осторожностью спросил женский голосок. — Привет, Соф! — начиная предложение со спокойным голосом, в конце горько расплакалась, отчего горячие слёзы потекли быстрым ручьём. — Боже! Братан? — Да, это я, — закивала я, стараясь успокоиться хоть чуть-чуть, хоть на половинку.       Она смачно выругав меня, потребовав объяснений, ушло на это 20 минут. После моего краткого рассказа, послышались всхлипы и Софии. Пол. Мне нужно знать о нём всё. — А как… он? — неуклюже, чуть ли не заикаясь потребовала я.       Повисло нагнетающее молчание. А пока я прикусив губу, в молитвенной позе смотрела на потолок, прося высших сил помочь мне. София молчала, думая, как правильно высказаться. — Сначала… около двух недель его не было в резервации. Братья чуть ли не силой втолкнули его в дом Эмили. Приказы Сэма не действовали на него, никаким боком. Пол страшно похудел, не знаю питался ли он вообще? Говорят, он был в обличья волка и таскался среди лесов Канады. На улице при виде него шарахались люди, наверное, из-за синяков под глазами и небритой щетины, — Вильсон притихла, как бы давая мне подумать, при этом жадно глотая воздух. А что здесь думать то? С каждым предложением мой рот открывался и закрывался в удивлении. В голове прорисовывались страшные картинки с его участием. — А ещё он стал пить. Мог весь день не есть, лишь бы наглотаться и лежать на диване. В общем, ему очень плохо.       Она рассказывала и рассказывала. Я не проронила ни слова лишь вслушивалась. Лишь в конце её рассказы смогла тихонько выдохнуть, главное — все живы. От переживаний желудок скручивает, я помню как сидела, а сейчас же приметила, что обрисовала кругами всю спальню. Как же мне хочется вернуться… — То есть никого не слушает? Соф, пожалуйста… А подожди, ты одна? — я вдруг вспомнила про супер слух оборотней, не хотелось бы, чтоб меня слышали. — Да, Эмбри на работе, помогает отцу с бизнесом, — довольно подметила она. — Я рада за вас, родная, — шмыгнула носом я. Их любовь не как в кино, зато искренняя и крепкая. Никаких расставаний и сложностей нет, ибо в каждой «лав стори» бывают разнообразные перемены, главных героев заносит, как американские горки. — Что ты хотела сказать? — Сможешь уговорить его не делать этих глупостей? — Я пыталась… все пытались — всё коту под хвост. — Где он сейчас? — Большую часть времени проводит в лесах, словно лесничий, а оставшиеся — делает что-попало. Ситуация в стае такая же, как и у Пола. Мы очень далеки от посиделок или праздников, — грустно высказалась София. — Когда ты уже вернёшься? Я скучаю.       От сказанных слов затосковала, почувствовав себя в Испании не в своей тарелке. В душе царила вечная осень, хоть во дворе тридцать пять градусов — охотно запереться в комнате под тёплым одеялом, ещё и с меланхоличной миной. Что сказать то теперь? — Я пока не могу. Знаю ты мне больше не веришь, не знаю подруги ли мы? — Это точно, — вставила она, перебивая меня. — Но не говори ему, что мы говорили. — Слушай, я не могу тебе врать и говорить, что Лэйхот изменился. Нет! Он дерзит всем подряд, выгнал мать из дома, срывается за любую мелочь, — из уст девушки слова сыпались бешеным потоком. — Но он горюет, понимая свою огромную ошибку. Он звонит тебе чуть ли не каждый день, но с разных номеров. Сэм сумел наладить связь с ним и приказал не выходить за территорию Форкса. А ещё когда в город хотели пробраться вампиры, Пол один полез в бой и чуть не умер. Благо хоть Квилеты успели. — Что? Что за вампиры? — услышанное подвергло меня в шок и я вскочила с места. — Эмбри идёт, — засуетилась она, послышался звук раскрывающихся шторов. — Это связано с твоей семьёй. Позвони им…       Зазвучали частые гудки.       Неужели у них опять проблемы? А вдруг это Вольтури? Не размышляя ткнула на контакт «Элис». — Клара? — удивлённо промурлыкал звонкий голос вампирши. — Элис, я соскучилась по вам, очень сильно! Я поступила глупо… Простите меня? — молила я. — … — Алло? Элис? Ты здесь? — …       Подобное уже было. Хотя, возможно дежавю. Я вспомнила случай с ясновидящей. Это как раз было перед битвой, она застыла в полуслове, а затем чётко узнала когда придут враги. Дар! Она видит будущее. Я молчала, тем самым не отвлекая её.       Я в ожидании послушно сидела тихо, лишь чуть слышно дышала. Прошла минута. Надеюсь, не минута молчания в честь умерших? Да что это со мной? Мысли о смерти оставят меня в покоя? — Клара, — только встревоженность предвещало ужасное. — Элис что ты видела? — Вольтури, — только не это! Аро не отстанет от нас. — Джейн, Алек, Деметрий придут за тобой. Осталось меньше трёх дней.       Я же слышала мысли Аро, я должна была предвидеть это. Теперь из-за меня у них проблемы. Я прожигала взглядом случайную вмятину в стене и мои конечности застыли, не позволяя меня двигаться. Злость кипела во мне: злилась на себя, на врагов не дававших пожить нормально, на Пола, из-за которого пришлось покинуть дом. Ещё кажется, я боюсь. Страшно боюсь за своих родных, которые заслуживают примерную, не проблемную дочь. Подумать только, они недавно дали отпор этой сверх завышенной «элите», теперь нам снова суждено столкнуться? Уж нет…       Телефон с рук Элис кто-то перехватил. — Клара, оставайся там, где ты сейчас. И не смей возвращаться. Мы справимся, — это точно Джас — всегда готовый ко всему, сдержанный и любящий. Возвращаться! Точно! Мне нужен билет в обратную сторону.       Я отключила телефон, швырнув его подальше. От полученного стресса, присела обдумать всё сказанное, всё сильнее нагружался мозг. Хорошо, что я включила этот телефон, а не узнала нужное самой последней. Почему Аро отправляет своих слуг и главный вопрос — зачем именно? Джейн и Алек - довольно сильные близнецы, Деметрий сможет найти любого по запаху. Хоть и на меня не должны действовать дары, они подействуют на вампиров и оборотней. Ну конечно! Джейк уже обо всём знает и рассказал волкам. Они тоже вызовутся на встречу опасностям. Придут трое из Вольтури, для них убить десяток остальных не проблема. Значит, в самолёте буду перечитывать Каншерис, надо повторить. Я обязана идти одна...        Я собрала дорожный рюкзак, еле как сложив всё так, чтобы вместилось. В последнее время вещей у меня прибавилось. Пошарив книжную полку в гостиной, нашла листочек с ручкой. Начала писать прощальное письмо для семьи Фернандес: "Надеюсь мы виделись сегодня не в последний раз. Появились кое-какие проблемы в США. Я переведу вам деньги, как только смогу. Спасибо за всё! Целую!".