Глава 3
26 мая 2019 г., 20:49
Испытания… Люди всё ещё проверяют меня, а я беспрекословно выполняю их команды. Убиваю таких же монстров, как я, и людей, которых такие же как они называют «паразитами».
Вдруг в голове мелькнули мысли о… свободе? Но откуда мне знать что-то такое? Всё, что я могу — это убивать и подчиняться. Но… мне это надоело.
Я, решившись добиться своей свободы, заполняю всю комнату испытаний цепями и разбиваю тяжёлое защитное стекло около потолка с первого раза. Оно всегда было таким?
Бежать больно, голову жжёт прибор, а ноги налиты свинцом. Зачем я это делаю? Не знаю, но хочу хоть раз увидеть другой мир, который был мне неведом, узать, что такое «жить», а не выживать.
Я вырываюсь наружу. Моим глазам открывается пурпурный вид, переливающийся с голубым отблеском на грани реальности. Это была пустыня, но для меня это был необычайно прекрасный вид. Я понял, что есть что-то кроме подчинения и убийств. Свобода и чувство счастья… это то, что я открыл для себя в ту секунду.
С меня начали спадать наручники с цепями, тело обрело лёгкость.
Позади меня послышались звуки шагов и заряженных орудий.
— Сдайся! Иначе мы прикончим тебя! — крикнул голос из толпы.
Голова заболела ещё сильнее. Оборудование пыталось подавить «меня» снова, но тут я принял окончательный выбор.
Я вырвал прибор из своей головы и швырнул на землю так сильно, что оно с необычаенным хрустом разлетелось на мелкие кусочки. Теперь… я свободен.
Подняв голову, я улыбнулся нежно голубому потолку, чувствуя бесконечное жизненное удовлетворение. Но моё счастье прервал грубый мужской голос:
— ОГОНЬ!!!
Меня пронзили сотни пуль, тело налилось свинцом, а одежда залилась красными пятнами. Я упал на колени, но так же продолжал смотреть в синеву, протягивая к ней свою правую израненую руку.
Последний вдох горячей свободы и глаза стали совсем безжизненными. Напоследок по моим щекам пробежали холодные струйки слёз. Они были первыми и последними… Слёзы счастья.
Моё бездыханное тело упало на горячую землю… Так закончилась жизнь прирученного монстра, познавшего вкус свободы.