Кошачье время

— Ах да, — сказал Генри, — и ещё мне нужно отправиться в Черную Цитадель, пока я не забыл. Тед вздернул бровь и поставил на стол кружку. — Что ты там потерял? — Как что? Я же тебе рассказывал. У меня есть кое-какие документы для центуриона Регильда. — Ах, да, твоя миротворческая миссия. — Прекрати это так называть. Не знаю, как тебя, а меня, например, очень радует, что чарры и люди наконец-то смогли отложить старые распри и объединиться. Эти документы касаются дел сепаратистов, и они очень... — Попей пива, — перебил его Тед, — ты какой-то очень пафосный. Генри обиженно замолчал, но пива всё-таки отпил. Его немного возмущало то, с какой небрежностью Тед относится к этому важному делу. Тед тем временем подпер кулаком щеку и спросил: — А подождать это не может? — В смысле «подождать»? Я же говорил... — Да я помню, помню, не начинай. Просто ты уверен, что хочешь идти в Цитадель сейчас? Генри недоуменно нахмурился. — Конечно уверен. Это не терпит отлагательств. — А-а, ну-ну. Давай. Удачи тебе с этим, приятель, — с этими словами Тед залпом осушил кружку. Приближаясь к асурским вратам, Генри пытался понять, что имел в виду его друг. Он уже не раз бывал в Черной Цитадели, и пусть там было трудно находиться из-за постоянного жара плавилен, все-таки чаррская столица ему нравилась своей грубой монументальностью. Всё это обилие металла и крупных форм, дома, растущие прямо из остовов военных машин — что-то в этом было. Он приблизился к вратам, за розовым светом которых были различимы железные мосты Черной Цитадели, и уже приготовился шагнуть в них, как путь ему преградила асура-страж. — Постой, друг. Ты собираешься в Цитадель? — Это не очевидно? — с раздражением спросил Генри, — именно туда я и направляюсь. — Один? «Да все свихнулись сегодня или что?» — Не думаю, что это опасно, — недовольно сказал он, — мне не впервой. Насчет плавилен меня уже предупреждали, я не подхожу к ним близко, как и к работающей технике. — Да я понимаю, просто... ну, обычно сейчас никто не ходит туда один. В крайнем случае нанимают себе телохранителя. Ты уверен, что... — Послушайте, что за предрассудки! — возмутился Генри, почувствовав себя на любимом коньке, — да, между чаррами и людьми долгое время все было неладно, но это не повод навешивать ярлыки сразу на весь народ! Уверяю, у меня прекрасные отношения со всеми чаррами, с кем я знаком, и даже с центурионом Регильдом. Тут он немного преувеличил, конечно. С центурионом он пересекался всего раз, и то — в сопровождении. Ощутив в себе пламя гражданской сознательности, он добавил: — Советую вам пересмотреть свои взгляды на чарров. В наше время совершенно недопустимо так отзываться о разумной расе, которая подарила Тирии сколько технических достиже... — Хорошо, хорошо, — торопливо ответила асура, — я никого не задерживаю. Просто, если потом кто-нибудь спросит, скажи, что я предупреждала. Генри фыркнул и отправился во врата. Свиток с печатью надежно лежал во внутреннем кармане и ждал своего часа. В Черной Цитадели что-то было не так. Генри понял это сразу, как только рассеялось розовое свечение портала и он почувствовал под ботинками металлический мост. Что-то... неуловимое. Он огляделся и обратил внимание, что с этой стороны у ворот никого не стояло. Что-то было неладно. Что-то в атмосфере... Генри вдруг понял: запах. Плотный душок, висевший в воздухе, был резким и отталкивающим и показался Генри знакомым. Что-то связанное... с кошками? Похоже пахло в кладовке в доме его родителей, где повадился метить кот. Генри удивленно огляделся. Сколько раз он тут был — никогда не обращал внимания. Может быть, просто в этот раз как-то так получилось, что он заметил? Наверное. Но, в конце концов, это не повод относиться к чаррам хуже. Да, их природа была животна, но они давно уже вышли из статуса дикого племени, на четвереньках бегающего по Аскалону. И с его стороны будет тактично закрыть на это глаза. Просто правило хорошего тона. Генри двинулся вперед. Ему необходимо было добраться до центра города, встретиться там с центурионом, отдать ему документы и уйти. Ничего сложного. Но действительно, почему сегодня здесь так пахнет? Он пошел вперед. Почему-то на улицах почти никого не было. «Может быть, сегодня какой-нибудь праздник, а я просто не знаю?» Через два перекрестка Генри наконец встретился хоть с кем-то. В первую секунду он не поверил своим глазам: сначала ему показалось, что чарр на обочине просто отдыхает, растянувшись на земле, но потом он понял, что чарр там был не один. Они оба, самец и самка, были без доспехов или одежды и нежно вылизывали морды друг друга, лежа на земле. Генри торопливо отвел взгляд, смущенный донельзя. Наверное, он просто чего-то не знает о нравах чарров. В конце концов это их город, и они могут вести себя тут, как хотят... Со стороны чарров послышался утробный рык, и Генри невольно повернул голову, чтобы тут же закрыть глаза. Однако он ясно успел увидеть, как самка, улегшись между задних лап самца, жарко облизывает его крупный бордовый член. Во имя всех богов! Это не то, что Генри хотелось видеть. Даже со всей его толерантностью он не понимал, почему бы этой парочке не уединиться хотя бы между домами, а не трахаться почти посреди дороги. Он искоса поглядел на них, и ему показалось, что чарр смотрит прямо на него. Генри совсем не хотелось конфликтов, так что он ускорил шаг. Вскоре он понял, что не понимает ничего. Он смог бы забыть одну трахающуюся парочку — ну мало ли, что это за порыв страсти их застал — но их было... много. Слишком много. Они были везде. И запах становился все сильнее. Мимо него прошел черный чарр, едва не задев, но не обратил на Генри никакого внимания; он стремился к рыжей самке, которая лежала поодаль, припав на передние лапы и отведя в сторону хвост. Генри, хоть и не хотел, но успел заметить непристойно раскрытую вульву. Он отвернулся, но по звукам — низкое рычание пополам с мурлыканьем — было ясно, что там происходит. Воздух полнился рычанием, урчанием, мурлыканьем, вскриками и звуками коротких драк. Генри сам видел, как чаррка с недовольным шипением ударила по морде лезущего к ней самца, но через несколько секунд он все же взгромоздился на неё, и они принялись совокупляться. «О боги. Все мои боги разом. Я не знаю, что тут происходит, но пусть их интересуют только чарры, пожалуйста!» Сразу после этой мысли он едва не врезался в чарра, преградившего ему дорогу. Генри неуверенно поднял взгляд. Буро-рыжий чарр смотрел на него с интересом и улыбался во всю пасть. — Что, зашел сюда в поисках приключений? — Не совсем, — напряженно ответил Генри, — вернее, совсем нет. Можно я пройду, пожалуйста? Мне очень нужно увидеть центуриона Регильда. — Уверен? — тяжеленная лапа чарра легла на его плечо, и Генри сразу же вывернулся из этой хватки. — Да. Совершенно точно. Прошу меня простить, — он ускорил шаг, чувствуя, как задумчиво смотрит ему в спину чарр. Дверь в дом центуриона оказалась открыта. Генри никогда бы в другой ситуации не стал вламываться без стука, но сейчас чувствовал необходимость спасения, так что заскочил внутрь и плотно закрыл за собой дверь. Во имя Шестерых! Что тут сегодня происходит? Это какой-то чаррский ритуал? Давайте выйдем все в город и начнем неразборчиво спариваться? — О, а ты смельчак, — услышал он ленивый голос. Центурион сидел прямо на своем столе и неторопливо вылизывал яйца, закинув заднюю лапу за ухо, как обычный домашний кот. Несмотря на весьма вызывающий вид, центурион выглядел намного адекватнее всех. Он ещё раз прошелся языком по своему паху и поднял морду к Генри. — Ты по делу или так, потешить любопытство? — По делу, — севшим голосом сказал Генри и достал из внутреннего кармана свиток, — вот. Это насчет... — Насчет сепаратистов, я помню, — центурион лизнул лапу, — положи вон туда, на столик. Ты совсем без сопровождения? Я тебя недооценивал, человек. — Да я просто... — Генри не знал, что ему ответить, и решил, что лучше говорить о делах: — Когда ждать от вас ответа? Центурион задумался и пожал плечами. — Приходи, когда закончится весна. И вернулся к своему занятию.