Она ещё ребёнок

Скучные дни, проведённые в этом огромном доме, сменялись такими же одинокими и тоскливыми. Белые стены давили и не вызывали в душе какого-то уюта, который всегда веял от родительского дома. Вообще этот коттедж сложно было и домом-то назвать. Он совершенно не вызывал определённых чувств, которые, казалось, должны были быть. Вокруг лишь ватная тишина, липко заполняющая нутро, и практически растворившийся аромат мяты с примесью сандала и так полюбившихся сигарет. Возможно, если бы ни извечно подвижный Сокджин, который сутками торчал здесь, то я бы не удержалась и откопала где-нибудь пачку похожих сигарет, чтобы дым которых приятно заполнил воздух, сплетаясь с ним в моих лёгких и создавая мимолётную иллюзию дома. Как бы странно это ни звучало, хотя это вполне нормально для большего числа населения, но запах истинного успокаивал, заполнял жилы теплотой, согревая, и это казалось до невозможности правильным. Пребывание Джина отвлекало от надоедливых мыслей, что альфу-то вообще-то я как бы неделю уже не видела, и его феромоны медленно, но верно таяли чуть ли не на глазах. С каждым днём всё больше и больше пахло шпаклевкой от отремонтированного фасада, свежей травой от газона, клюквой от Джина, собственно, всем, чем только возможно, но только не Юнги. Не то, чтобы я обижалась. Я понимала, что парни весьма заняты и они не всегда могли себе позволить достаточно большое количества времени, чтобы его где-то с кем-то провести, но всё же, когда было особенно тоскливо, сердце обхватывали липкие щупальца обиды и какой-то даже ревности. Я не знала, где он и с кем, а сколько бы я не просила рассказать ещё одного человека, пребывающего в доме, всегда шёл, хоть и завуалированный, но чёткий ответ — нет. Ким проводил здесь большую часть своего времени и в какой-то момент даже возник вопрос, а не связывает ли Юнги с ним что-то большее нежели обычная дружба. Он спал здесь, думал, что я не замечаю, и присматривал за мной, готовил еду и пару раз звал посмотреть какую-нибудь киношку. Общение давалось с ним легко, хоть иногда и немного напрягало в силу языкового барьера, но, как сказал сам старший, Мин обещал подумать над этим вопросом. Сначала я считала, что, возможно, они встречались какое-то время до того момента, пока не объявилось сиё чудо, как я, но от старшего не пахло чужим альфой от слова «совсем», лишь слабый шлейф чего-то сладкого мимолётно вился за ним следом, но это не феромоны Юнги, и я успокоилась. К тому же вряд ли бы он был так мил со мной, если бы его связывали романтические отношения с Юнги. Вообще я начинала сомневаться, есть ли у него какая-то личная жизнь. Он постоянно находился рядом, вылезал из дома лишь для нужды, вроде купить продукты или что-то подобное, да и то часто просто покупал через интернет, заказывая доставку на дом. По телефону, по крайней мере при мне, болтал нечасто. Чаще всего это был менеджер или кто-то из мемберов. Как-то раз, заглядевшись, как он мастерски разделывает рыбу, я совсем невзначай задала интересующий вопрос. Сокджин рассмеялся и, отложив тушку вместе с ножом подальше, повёл меня к дивану, попутно рассказывая какой у него добрый, ласковый, понимающий и вообще самый-самый истинный, который к слову является ещё и лидером группы. Познакомились они с Намджуном, когда ещё были трейни и всё, любовь на века, как говорится. Конечно трудно было сдерживать по началу свои порывы по отношению друг к другу на публике, но чуть-чуть практики и вот, они справляются, как настоящие профи. Хотя мне кажется они уже и есть профи и, возможно, нам с Юнги придётся многому научиться у них, ведь из всех многочисленных роликов, что я просмотрела ещё дома, не было даже и намёка на их близкие взаимоотношения. Но я понимала и то, что Сокджин с Намджуном это совсем другое нежели я и Юнги. Они оба являются участниками группы и их контакт выглядит для поклонников, как дружеские отношения между мемберами. Моё же появление будет сложно как-то иначе объяснить. Надо сказать, что я с замиранием сердца ждала, когда в новостях появятся заголовки об истинности великого Мин Юнги с обычной девчонкой, которая даже слово толком-то и сказать не может на английском, не говоря уже о корейском. Я не хотела создавать проблемы ни Юнги, ни парням, ни компании, потому что знала, что расхлёбывать это придётся не мне. Хотелось как-то помочь, но я не знала как и это удручало. Мне совершенно не нравилось чувствовать свою беспомощность, но и сидеть, сложа руки, тоже, однако осознание того, что я ничего не могу сделать, хотя бы до того, как прознает пресса, не покидало. Оставалось просто тихо ждать и наслаждаться возможным затишьем перед бурей. Я спускалась по лестнице из комнаты, штудируя очередной учебник. Я уже и не знала, какой это по счёту за эту неполную неделю пребывания в доме парня. Возможно, надо признать, что всё-таки это некое одиночество (да, простит меня Джин, он всё равно душка) пошло мне на пользу. Глупо, но кажется я прошла через все пять стадий принятия неизбежного. Было и отрицание и невыносимая злость, которая прям-таки и распирала меня изнутри, помню и страх. Последний, как мне до сих кажется, всё еще где-то внутри меня заполняет уголочек подсознания. Иногда он подкрадывается и настигает меня в самый неподходящий момент, например, в душе. Я могу простоять под горяченной водой часами и выйти только очнувшись от голоса Джина, который спрашивал всё ли хорошо. А я даже не знаю, правду ли отвечаю, просто выкручиваю кран в обратную сторону, изгоняя посторонние мысли холодом льющейся воды. Всегда было интересно, что же чувствуют героини любовных романов, которые оказались в ситуации в чём-то похожей на мою. Не то, что написал автор, а то, что ощущает сама девушка. Ещё в книгах редко пишется о парнях, а если и да, то мало. И теперь мне искренне жаль, что никогда не заостряла на этом внимание, пролистывала, упускала, не пыталась додумать, проанализировать. Возможно, если бы всё это было, то я бы смогла понять мотивы Юнги, его поведение, эмоции. Хотя бы чуть-чуть, чтобы понять, что мне делать дальше. Я всегда удивлялась некой заторможенности героинь, тому, как они себя ведут рядом с парнем, мужчиной, медленному развитию взаимоотношений в некоторых моментах. Хах, смешно и так иронично, ведь теперь всё это я прочувствую на себе. Так бывает только в книжках, чтобы один случай повернул всё, так ведь не бывает на самом деле, в жизни не появится мальчик-плохиш, чьи действия сблизят нас на столько, что мы будем готовы чуть ли не детей заводить, тот которому Юнги покажет кулак и всё, его уже нет, но наши отношения теперь на высочайшем уровне. Нас всегда будут окружать какие-то проблемы и недоброжелатели. Он звезда мирового масштаба, а я обычная малолетняя девчонка, нас разделяет десяток лет жизни, разность в культуре и обычаях. То, что мы истинные — уже само по себе что-то нереально, книжное и придуманное не нами. Многие скажут, что как бы я ни старалась, ни читала учебник корейского параллельно с английским, ни заучивала эти чёртовы правила, ни старалась быть идеальной как для Мина, так и для общества, мы как были разными, так и останемся, потому что даже истинность в таких случаях часто бывает бессильна. И я искренне боюсь, что так и будет, боюсь остаться одна среди чужих мне людей, причинить эту самую боль не только себе, но и Юнги. Он столько лет ждал момента встретить свою омегу и я уверена, он ожидал что-то большее, нежели меня. А пока остаётся запихнуть все эти мысли глубоко в неприличное место и постараться изменить эту ситуацию хотя бы на пару градусов, если это изначально невозможно на сто восемьдесят.