Моя игра.

Зейд неожиданно для себя подружился с принцем Эриком, он оказался очень хорошим и простым парнем, которому не очень хочется занять престол после отца. Он даже летом пригласил Доэрти в Монако. Но всё внимание хоккеиста было обращено на бывшую девушку, ей очень шёл образ русалки, в её длинные, обожаемы Зейдом волосы, вставили цветные пряди, которые добавляли сказочности в образ девушки. Он невольно вспомнил время, когда Адалинда поругалась с отцом и жила у них. В тот период зародились чувства к ней, разрывая изнутри несчастного парня.

Зейд после вечерней тренировки, на ходу раздеваясь, зашел в ванную, но резко остановился. Перед ним стояла Адалинда, которая только вышла из душа, кроме белого махрового полотенца, завязанного узлом на груди, на ней ничего не было. Парень сглотнул, пожирая жадным взглядом идеальное тело своей девушки. Капельки с влажных волос скатывались на пол, оставляя мокрый след. Девушка прополоскала зубы водой от зубной пасты и, подняв взгляд в зеркало, вздрогнула, заметив своего парня в дверном проеме, с потемневшим от желания взглядом. — Ой, прости, я никак не могу привыкнуть закрывать дверь, — развернувшись лицом к Зейду, начала извиняться девушка, прикусив нижнюю губу, прижав руки к груди, придерживая узел полотенца. — Я не против, — улыбнувшись ответил Зейд, подходя в упор к девушке, вжимая её в раковину. — Зейд, — попыталась отодвинуть от себя возбужденного парня Адалинда, упираясь ладошками в обнаженную грудь Зейда. — Я ничего не могу с собой поделать, — невинно пожав плечами, ответил Зейд, накрыв губы девушки жадным поцелуем. Адалинда сначала опешила от такого напора, но позже начала отвечать с не меньшей страстью. Зейд подхватил её на руки и усадил на тумбочку, разместив свои руки на бедрах Адалинды, он стал пробираться под полотенце. Осознание, что у нее ничего нет под ним вскружило парню голову, он буквально простонал ей в губы. — Ой, я хотел помыться, — отвлек пару от увлекательного занятия Себастьян. Адалинда тут же оттолкнула от себя парня и спрыгнула с тумбочки. — Тебя стучать не учили? — разочарованно простонал Зейд. — В собственном доме? Ты серьезно? — приподняв одну бровь, поинтересовался Себ. — Ладно, доброй ночи, — чмокнув Зейда в щечку, Адалинда поспешила удалиться из ванной. — Спасибо, братец, — сквозь зубы процедил Зейд. — Адалинда — твоя лучшая девушка. Сколько она уже не пускает тебя к себе в трусики? Месяц? Два? Три? — насмехался над возбужденным братом младший Доэрти. — Свали! — Зейд кинул в брата полотенце, но Себ ловко выскочил из комнаты, закрывая за собой дверь. Зейд протяжно застонал, в джинсах было невыносимо тесно и дискомфортно, Адалинда точно ему откажет. Она почему-то очень трепетно относится к сексу. Парень по привычке разблокировал телефон, собираясь набрать Брук, как обычно он поступал на протяжении последнего месяца. Но почему-то палец парня замер в воздухе. Он вдруг осознал, что не хочет другую девушку только Адалинду. Именно доставить ей удовольствие, а не быстро снять напряжение. С ним такое первый раз.

— Нравится наша Снежная Королева? — вывел из воспоминаний голос Эрика. — Что, прости? — вышел из транса Зейд. — Ты уже минут 10 непрерывно смотришь на Адалинду, — пояснил принц. — Просто задумался, — отмахнулся Доэрти. — Тогда предупрежу, на всякий случай, без вариантов. — Почему? — Во-первых, она ни одного парня к себе не подпускает, я не знаю, кто в состоянии покорить сердце требовательной Адалинды. Во-вторых, Трип, он любого приближающегося к ней парня воспринимает как потенциальную угрозу. Через его оборону трудно будет пробиться. — Кстати, я хотел спросить. У твоей мамы такие теплые отношения с Говардом. Они весь вечер общаются. — Я открою тебе секрет устройства власти в Европе. Официально у нас есть президенты, короли и королевы, которые якобы управляют своими странами. Но на самом деле без Ван дер Бильта даже вздохнуть невозможно. Он всё контролирует. — А не слишком много власти в одних руках? — Это стабильность. Он не дает воровать, жестко следит за назревающими конфликтами. Всех всё устраивает. Вот что будет после Говарда — неизвестно. Это многих пугает. — А как же Трип? — Трип слишком вспыльчив, в Европе большей симпатией обладает Саймон. Но он отрекся от семьи. Я с твоего позволения поищу брата, когда я десять минут не обозреваю Поло, начинаю нервничать, — потрепав парня по плечу, Эрик вышел на улицу.

***

— Трип, поговорим? — присел на стул Лоренцо рядом с Трипом. — О чем, Мистер Сент-Джон? — повернулся к мужчине Трип. — Ох, как официально. Ты уверен в своих чувствах? — задал в лоб вопрос Энзо. — Я не устраиваю тебя в качестве будущего зятя? — усмехнулся Ван дер Бильт, отпивая ром из бокала. — Не в этом дело, Трип. Просто я смотрю на тебя и вижу своё отражение. Я не хочу, чтобы ты повторил мою ошибку. — Ты назвал сейчас свой брак ошибкой? — Ты неправильно интерпретировал мои слова, — по-доброму улыбнулся мужчина, запуская в рот канапе с красной рыбкой, — Кэролайн — мой личный лучик света, она лучшее в моей жизни. Я безумно желал её. Думал, что влюблен до безумия. И только в 40 лет осознал, что всё это время путал это светлое чувство. — Ты имеешь ввиду, что я не люблю Адалинду? — Трип, научись понимать обращенную к тебе речь. Я лишь сказал, что ты смотришь на Ади, как я когда-то на Кэролайн. Я же взял её замуж, записал детей на себя, только потому что хотел заслужить её любовь. Но пойми, если ответные чувства нужно зарабатывать — это не любовь. Не в полном её смысле. Подумай, что ты испытываешь к моей дочери, — осушив бокал с шампанским, Лоренцо поднялся со своего места и вернулся в гущу праздника, оставляя задумавшегося парня в одиночестве с бутылкой рома.

***

— Истон, я не пойду, ты издеваешься? — сопротивлялась Брук, когда Истон крепко обнимал её и пытался утащить в зал. — Брук, дорогая, у нас в семьей тайна на тайне, но не от друг друга. Я не хочу скрывать свои отношения от них. — Но ты хочешь официально представить меня Адалинде, — продолжала возмущаться девушка. — Она самый дорогой человек в моей жизни. — Ты издеваешься? — вскрикнула Ингс, вырываясь из приятных объятий, — ты забыл какую роль я сыграла в её жизни? — Какую? Не ты переехала её на машине. — Но я поспособствовала этой ситуации. Косвенно. — Не говори ерунду. К тому же она ничего не помнит. — А что будет когда вспомнит? — Успокойся, — Сент-Джон вновь прижал к себе взвинченную девушку, усаживая к себе на колени, — правильно говорить если вспомнит. Доктор Лябонер не дает никаких гарантий. — Я не хочу больше делать ей больно. — Ты сделаешь больно её брату, если сейчас же не откинешь страх в сторону. Брук, доверься мне. Мои родные не акулы. — Интернет пишет обратное. — Доверься мне, — прошептал парень, оставляя нежный поцелуй на губах девушки. Истон взял её за руку и повел её в эпицентр праздника. — Адалинда, познакомься. Это моя девушка — Брук, она наш PR-менеджер, — представил возлюбленную сестре Истон. — Очень приятно. Я рада, что Исти встретил свою половинку, — лучезарно улыбнулась Адалинда, протягивая руку. — Мне тоже, — отчужденно ответила Брук, пожав руку бывшей сопернице, — вы очень похожи с братом. — Нам все это говорят. У Брук всё внутри сжалось от теплого и доброго взгляда Адалинды. Она не заслужила, чтобы она так с ней разговаривала. Как же ей хотелось во всем признаться и вымаливать прощение. Они с Зейдом действительно были очень гармоничной парой, Брук увидела тогда настоящего Доэрти, без напускной заносчивости и надменности. А она всё испортила. Брук осмотрелась вокруг, Сент-Джоны сразу выделялись из общей массы гостей. Они буквально светились изнутри. Им же столько зла делали, сколько гадости прилетало на их славное имя, но они сохранили человечность, остались добрыми и открытыми. — Дорогие гости, — Лоренцо привлек к себе внимание, он забрался на сцену, выхватив микрофон из рук ведущего, — когда уже все порядком напились, и моя супруга будет не так сильно на меня ругаться. Кэролайн, любимая, подойди, пожалуйста, — мужчина протянул руку, ожидая, когда подойдет супруга. Кэролайн недовольно закатила глаза, но всё же вышла к мужу, не совсем ровной походкой правда. После подарка Люсьена, она опрокинула в себя несколько порций рома, — я прекрасно знаю, как ты ненавидишь, когда тебе поют дифирамбы. И я обещал тебе больше не петь, после моих недельных серенад под окном. Но я ничего не могу с собой поделать, мои чувства к тебе выливаются наружу лишь песней. Любимая, ты не станешь спорить, что сегодняшнего праздника не было бы без тебя. Меня бы без тебя не было. Я очень тебя люблю, и я знаю, что ты всегда будешь рядом. Кэролайн стояла на сцене и кусала губы в кровь, она не сдерживала слез, каждое слово Лоренцо отдавалось тяжким грузом на сердце. Сент-Джон аккуратно вытер соленые дорожки с щек жены, крепко обнимая. Начала играть тихая музыка и Энзо поднес микрофон к губам. А я уже давно потерял счёт дням — Сколько их прошло уже не знаю и сам. И почти не жду, что найду ответ — Ты была реальна или это мой бред? Я тебя создал по обрывкам снов, С чистого листа рисуя эту любовь. И в какой — то миг ощутив твой пульс, Думал — это сон, и так жалел, что проснусь. Но каждый миг, каждый прожитый час Я видел небо в глубине твоих глаз. И если это просто мой бред, Я буду в нём жить, никому не открыв секрет. А если ты дана мне в награду, Что ещё мне может быть надо. Ведь я живу теперь только, если ты рядом. Если ты со мной, — я могу дышать. Если ты со мной, — жива моя душа. Каждый новый вдох для тебя одной, Сердце бьётся вновь, — если ты со мной. Если ты со мной, — мир меняет цвет И других возможных вариантов нет. Каждый новый вдох для тебя одной, Нас ведёт любовь, — если ты со мной. Со мной… Со мной… Время для меня прекратило свой бег, Мы вдвоём укрылись в нашем Мире от всех — Он был создан только для нас двоих, В нём светило солнце глаз бездонных твоих. Но страх пришёл ко мне с появлением снов — Я думал, что усну и мы не встретимся вновь. И Мир пошёл ко дну и я сорвался вниз — Ты ушла, оставив мне нетронутый лист. Но каждый день, каждый прожитый час Я буду помнить этот цвет твоих глаз, И верить в то, что холод и боль — Плата за то, чтоб однажды прийти за мной. Ты же знаешь, ты — моё солнце, Без тебя мой Мир не проснётся. И я устану быть, если ты не вернёшься. Если ты со мной, — я могу дышать. Если ты со мной, — жива моя душа. Каждый новый вдох для тебя одной, Сердце бьётся вновь, — если ты со мной. Если ты со мной, — мир меняет цвет И других возможных вариантов нет. Каждый новый вдох для тебя одной, Нас ведёт любовь, — если ты со мной. Со мной… Со мной… Если ты со мной… Если ты со мной, — мир меняет цвет И других возможных вариантов нет. Каждый новый вдох для тебя одной, Нас ведёт любовь, — если ты со мной. В конце песни на сцену вышли именинники и подарили маме две корзинки белых роз. Кэролайн расплакалась с новой силой, крепко обнимая СВОИХ мальчиков, целуя их в щеки. — Спасибо, что не бросила нас, — прошептал ей на ухо Сойер. — Спасибо, что дала жизнь, — прошептал на другое ухо Себастин. — Так, ну, пока мы на романтичной ноте, милая, честно, последняя. — Лоренцо, ты невозможен, — рассмеялась Кэролайн. — Зато единственный в своем роде. Я тебя у неба вымолил, Я тебя у Бога выпросил. Он дорогу к тебе вымостил, Я дошёл из последних сил. Среди всех этих копий похожих Найти тебя было так сложно. Мне казалось мое сердце остыло А тут появилась ты. Я понял, что я живой Я понял это только с тобой Не слушай слова, смотри на поступки Девочка, моя хрупкая. А ты пыталась угадать мои мысли А я всё думал… Кем мы были в прошлой жизни Если ответить философски Я люблю тебя как Лилю Брик Любил Маяковский Ты нарушила покой в моем сердце Но я ни с кем не говорил так честно, Ты ни с кем не говорила честно Ты красивая чертовски Я люблю тебя как Лилю Брик Любил Маяковский Твои глаза имеют надо мной власть Это больше чем просто страсть Всё отдам ради тебя и даже больше Хотя ни с кем и никогда я не был хорошим Может, я где-то даже осторожен Ведь счастье любит тишину, но всё же Так хочется кричать на целый мир Как тебя полюбил Как ты сильно полюбила А ты пыталась угадать мои мысли А я всё думал… Кем мы были в прошлой жизни Если ответить философски Я люблю тебя как Лилю Брик Любил Маяковский Ты нарушила покой в моем сердце Но я ни с кем не говорил так честно Ты ни с кем не говорила честно Ты красивая чертовски Я люблю тебя как Лилю Брик Любил Маяковский

***

Приехав домой Клаус, недовольно поморщился, на первом этаже везде горел свет — Хейли еще не спит. Он рассчитывал, что она давно окунулась в царство Морфея. Это ненормально, что он возвращается домой как на каторгу. Его достали вечные претензии и недовольства Хейли, она постоянно закатывает скандалы на ровном месте. Престижная работа не приносит удовольствие, ему бы хотелось гонять парней по льду. Прихватив из машины бутылку рома, которую он забрал из коробки возле ресторана Сент-Джон, у них слишком много алкоголя, явно пропажу одной бутылки никто не заметит, Клаус расположился в беседке, которую уже оплела роза. Разблокировав телефон, мужчина зашел в Instagram, его сестра вела прямой эфир, немного подумав он нажал на манящую иконку. Он как раз попал на момент, когда Лоренцо отбирает микрофон у ведущего. — Пустишь в свою компанию? — обратилась к мужчине Кэтрин, закутанная в плед, держащая в руках два стакана. — Тебе я всегда рад, — Клаус улыбнулся подруге, продвигаясь дальше по скамейке. Клаус галантно разлил ром по бокалам, за время выступлений Лоренцо половина бутылки опустела. Она оба хотела сейчас быть на этой проклятой вечеринке. Разрезать двухметровый торт в виде пиратского корабля. Быть частью жизни этих людей. — А кто такая Лиля Брик? — задал вопрос Клаус, отпивая ром из бокала. — Без понятия, — отстраненно ответила Кэтрин, ей было гораздо интереснее наблюдать за своими мальчиками, которые старались задуть 36 свечей. — Хозяйка литературно-художественного салона XX в СССР, а также муза Владимира Маяковского. Она даже музей открыла после его смерти, — прохрипел Кол, катя за собой капельницу, он присел напротив родственников, устало откидываясь на спинку стула. — Откуда ты это знаешь? — удивился эрудиции младшего брата Клаус. — Я же хотел жениться на Давине, а в её семье уважают русскую классику, поэтому я стал её изучать, — без эмоционально ответил парень. — Будешь? — предложила Кэтрин, протянув бокал с ромом, на что парень неприятно поморщился. — Хватит с меня, я скоро буду печень на руке носить. Давина приехала? — Нет, зато Ван дер Бильты в полном составе, — ответил ему старший брат, — поэтому лучше сиди дома. — Если они захотят меня проучить, поверь, забор их не остановит. — Ты дурак, Кол, просрал такую девушку, — сделала заключение Кэтрин. — А вы лучше меня? Не смешите, — Кол брезгливо поморщился, — я хотя бы признаю, что мудак. Одна не смогла договориться с бывшей лучшей подругой, в итоге разрушив остатки былой дружбы окончательно, другой жену свою ненавидит, но усердно исполняет долг. Ах, еще вы рогоносцы, причем просто обменявшись партнерами. Может вам вчетвером попробовать? — Прекрати, в тебе говорит злость, — попытался вразумить младшего брата Никлаус. — Да, потому что я чертовски зол. У меня был шанс начать идеальную жизнь, с любимой девушкой, с людьми, которые не осуждают за безбашенные поступки, а наоборот возглавят их. Но гребанная семья вновь подрезала мне крылья. Ты понимаешь, что из всех нас самая счастливая Ребекка? Которую всегда считали юродивой, позорящей семью. А в итоге, она в дамках, а мы в жопе. Зато образцово-показательная семья. А что за дверями этого дома ужасов происходит никому неизвестно. — Никлаус, — вопила Хейли, стремительно приближаясь к беседке, все трое недовольно поморщились от такого уровня децибелов, — что это? — девушка швырнула на стол треуголку. У Клауса всё внутри похолодело, она слетела с головы Кэролайн во время их очередной слабости. — Тебе глаза протереть? Треуголка, — спокойно ответил Кол. — Я знаю, я спрашиваю, откуда она взялась в твоей машине? — Женщина, меньше экспрессии, она моя, — продолжил вести диалог младший Майклсон. — В каком смысле? — слегка опешила брюнетка. — Я хотел пройти на праздник Сойера и Себастина, но охрана мне доходчиво объяснила, что мне лучше там не появляться. А так как последний месяц я нещадно бухаю, то Ник заботливо меня отвез. — А что вы здесь сидите так поздно? — Семейные разговоры, — ответила Кэтрин. — Мне тоже не спится, — Хейли собиралась присесть рядом с Колом, но он ловко поставил ногу на скамейку. — Она же сказала семейные, ты к ней не относишься, — добавил Кол. — Как это? — Ты шлюха, Хейли, тебе не место за нашим круглым столом. — Ник, твой брат опять меня оскорбляет! — возмутилась девушка, глядя на мужа, которые заинтересованно рассматривал экран телефона. У Ребекки всё еще шёл прямой эфир, правда она передала кому-то телефон и сейчас очень энергично отплясывала в обнимку с Энзо, который бережно обнимал женщину за животик. — На правду не обижаются, Хейли, — решил поучаствовать в семейной ссоре Клаус, переведя холодный взгляд на супругу. — В каком смысле? — Ты трахалась с моим братом 16 лет. — И с моим мужем по совместительству. — Вот именно, извини, но это очень тяжело забыть. — Ник, мы же решили начать всё сначала, с чистого листа. После твоей поездки в Париж ты стал очень холодным и черствым. А я ношу нашего ребенка и прошу хоть каплю твоей любви и заботы. — Хочешь любви и заботы? Сходи в тот дом, — Кэтрин указала пальчиком на свой дом, — второй этаж, третья дверь по левой стороне. Когда я уходила Элайджа еще не спал, можешь поискать утешения в его жарких объятиях. — Собственно тебе не первый раз, разберешься по ситуации, — добавил Кол. — Какие вы жесткие, буквально плещете ядом. Поэтому вы несчастны, такие как вы не заслуживают быть счастливыми. — Праведница, крылья не потеряй по дороге, — крикнула в след уходящей женщине Кэтрин. — Ты передал подарки мальчикам? — спросил Кол у Клауса. — Да, сказал, что от меня. — Спасибо. — Что ты ездил к ним на День Рождения? — возмутилась Кэтрин, — почему ты мне не сказал? — А сама додуматься не могла, мать-героиня? Я что-то не заметил никаких попыток наладить с ними контакт, ты пока только жалеешь себя и ругаешь Элайджу. Если хочешь что-то исправить, то начни действовать. Проснись уже от многолетнего сна, — окончательно вышел из себя младший Майклсон. — Ты их видел? Говорил с ними? — пропуская речь Кола мимо ушей, засыпала вопросами Клауса Кэтрин. — Нет, внутрь меня не пустили. Кэролайн вышла ко мне. — Как она могла связать свою жизнь с ним? — задался вопросом Клаус, вновь обращаясь к экрану телефона, Энзо вместе с Кэролайн отплясывали на столе, отпивая ром прям из бутылок. — Ник, я давно хотела тебе сказать, — собиралась с мыслями Кэтрин. — Я внимательно тебя слушаю. — 20 лет назад, — начала девушка, но была прервана голосом вернувшейся Хейли. — Вот, смотри, — вскрикнула Хейли, таща за собой недовольного Элайджу, которого явно разбудили. — И? — с трудом разлепив глаза, поинтересовался старший Майклсон, — где оргия с участием моих братьев и жены? У тебя фантазия на фоне гормонов разыгралась? — По себе судишь, Хейлз? — Катерина вышла из себя и в упор подошла к брюнетке. — Элайджа, она слишком много времени проводит с Клаусом у них явно что-то есть. — Перестань нести чушь, Катерина никогда мне не изменит, пока на её руке кольцо. Она человек чести, — защищал жену Элайджа, смотря в глаза супруги. — У кого-то в нашей семье она должна остаться, — гордо вздернув носик, Катерина обогнула мужа и пошла в сторону дома. — Ник, ты идешь спать? — спросила у мужа Хейли, когда они остались вдвоем на улице. — У меня есть выбор? — ответил вопросом на вопрос мужчина, блокируя телефон на моменте, где Кэролайн пила на брудершафт с Королем Испании. Клаус поднялся на ноги и пошел в сторону дома, обходя Хейли. Он должен любить свою жену, она вернула его к жизни, поставила на ноги. 20 лет назад он же действительно влюбился в неё, или это было наваждение, чтобы заглушить боль.

***

Саймон припарковал машину напротив входа в отель, с утра он уже успел отвезти родственников из Европы в аэропорт. Адалинде пора вернуться к прохождению курса реабилитации, доктор Лябонер как раз разработал новую методику, у Дафни накопились дела в студии, Артур и Фред собирались посетить виноградники, Персиваль рвался вернуться к Элизабет. Родственники Саймона тоже вернулись домой. Вызвав волну разочарования у Джози. Говард везде таскал за собой Нейта, им даже не удалось толком побыть вдвоем. Благо что у нее есть очень предприимчивая и находчивая сестра, которая периодически отвлекала внимание старшего Ван дер Бильта, давая влюбленным побыть вместе. На праздник близнецов прилетели многие друзья из Европы, Элизабет окунулась в давно забытую атмосферу вечеринок с этими людьми. Она забыла про свои душевные страдания, забыла что Себастьян тоже на празднике, перестала ощущать на себе прожигающий взгляд бывшего. Жизнь то налаживается. Может стоит вернуться домой? Ну, не заладилось у неё с Америкой. Говард несколько раз предпринимал попытки начать диалог с внуком, но Саймон не совсем тактично ответил ему, что терпит его общество в одном помещении, только ради мальчиков. Ему никогда не устраивали такие Дни Рождения после смерти родителей, только Адалинда с Персивалем приезжали каждый год. Даже каникулы мальчик проводил в семье Сент-Джон. Он навсегда запомнил день своего отъезда в Англию, тогда Саймон первый раз в жизни услышал как Адалинда Сент-Джон кричит.

— Говард, он потерял родителей, ему нужна семья, а не гребанная защита! — срывалась на крик Адалинда. — Он всё что у меня осталось, Адалинда, я обязан защитить его. Эта школа в Лондоне хорошо охраняется, — настаивал на своём Ван дер Бильт. — Если бы они хотели его убить, то сделали это в тот вечер. Мальчику нужно любовь сейчас и поддержка. Да, ты потерял единственную дочь, но на его глазах застрелили родителей, обоих. — Адалинда, я всё решил. — Говард, если ты сейчас его оттолкнешь, потом он может не принять тебя. — Он умный мальчик, всё поймет, — мужчина вышел из кабинета Адалинды, спустился по лестнице в гостиную, где на диване в объятиях Дафны сидел Саймон, — пойдем, Саймон, нам пора. Спасибо, что присмотрели за ним. — Ты совершаешь огромную ошибку, месть ослепила тебя. Нужно заботиться о живых, мертвым ты уже не поможешь. — Ты не понимаешь меня. Саймон, пошли, — повторил мужчина, мальчик встал с дивана и подошел к дедушке. — А куда мы поедем? — дрожащим и очень тихим голосом спросил Саймон. — Ты поедешь в Лондон, в очень хорошую школу. Тебе там понравится. — Нет, я не хочу, — завопил мальчик, вырвав свою руку из дедушкиной и кинулся к Адалинде, которая сразу заключила его в объятия. — Если у тебя нет на него времени, я буду за ним присматривать и воспитывать. Не увози его, здесь его дом, всё такое родное. — Следи за своим сыном, Адалинда, — процедил сквозь зубы мужчина. — Саймон мне как сын! — не сдавалась женщина. — Лина, я не хочу уезжать от тебя, — прощебетал Саймон, крепче обнимая тетю. — Саймон, прекрати истерику, мужчины не плачут, — строго сделал замечание Говард, пытаясь оторвать внука от Адалинды. — Он ребенок, — настаивала женщина, прижимая к себе сильнее Саймона. — Хватит! Ты едешь в Лондон. Пока я за тебя решаю всё, — Ван дер Бильт вышел из себя, — Зорхе, усаживай Саймона в машину, — отдал приказ одному из сотрудников мужчина. — Тебе это аукнется, помяни мои слова! — кричала вслед удаляющемуся Говарду Адалинда, когда двое амбалов расцепляли их с Саймоном. Мальчик из последних сил цеплялся за тетю Лину, но сила семилетнего мальчика ничто по сравнению с накаченными бандитом. Пока Зархе уносил рыдающего Саймона на улице, второй держал вырывающуюся Адалинду.

— Саймон, с тобой всё хорошо? — потрясла за плечо мужчину, сидящая рядом Ромильда, возвращая в реальность. — Ты давно пришла? — вышел из воспоминаний Саймон. — Уже минут пять сижу здесь. — Боже, Роми, что за вид? — даже не пытаясь сдержать смех, задал вопрос Ван дер Бильт, осматривая девушку с ног до головы. Черные кожаные штаны, черный объемный свитер, но самое главное огненно-рыжий парик на голове и большие солнечные очки. — Мы же едем на «дело», — выделила особой интонацией последнее слово девушка. — Мы едем просто поговорить, — напомнил парень, выезжая на главную дорогу. — Как скажешь, ты здесь босс, — согласилась Ромильда, откидываясь на спинку сидения и рассматривая сменяющиеся виды за окном. Они ехали около двух часов, выехав далеко за пределы Лос-Анджелеса. С итоге они оказались в доме престарелых. — Что мы здесь делаем? Присматриваешь местечко Говарду? — осматривая виды вокруг, пошутила Ромильда. — О нем есть кому позаботиться, — прошептал мужчина, отдавая два паспорта на проходной. — Здравствуйте, Мистер и Миссис Луте. Миссис Луте, ваш отец вас ждет, — добродушно ответил охранник, — комната 516. — Спасибо, — взяв шокированную Ромильду за руку, Саймон забрал паспорта и повел «супругу» к зданию. — Мистер и Миссис Луте? Что происходит? — наконец-то прорезался голос у Ромильды. — Тише, не привлекай внимание. Я потом тебе всё объясню, — мужчина остановился возле нужной двери и пропустив вперед Роми, зашел следом, — Мистер Грегори, я привез Наоми, как и обещал. — Саймон, мальчик мой, спасибо огромное, — отозвался ему старик в инвалидной коляске в темных очках, — Наоми, доченька подойди, пожалуйста, — мужчина протянул руку. — Саймон, я ни черта не понимаю, — прошептала гневно девушка. — Так нужно, — Ван дер Бильт подтолкнул застывшую девушке к мужчине. Ромильда протянула дрожащую руку старику, он обхватил её двумя руками, крепко обхватывая. — Всё такие же ледяные руки, — мужчина улыбнулся, — я рад, что ты взялась за ум, вышла замуж. Саймон очень хороший парень, пусть и запоздалое, но я даю своё благословение вам. Ты прости, что упустил тебя в своё время. Ты же знаешь, как я любил Мистера Касла, я много лет служил ему верой и правдой. Если бы ты знала, сколько ужасных поступков я храню в себе. Я думаю пришла пора сознаться, держи, — старик снял с шеи кулон и вложил в руку «дочери», — ты сможешь простить меня? — Конечно, я прощаю тебя… отец, — хриплым голосом, глотая комок слез, ответила Ромильда. — Мне больше ничего не нужно, — Мистер Грегори расслабился в кресле. — Мы еще придем к вам, — заверил мужчину Саймон, немного разочаровываясь. — Спасибо, мои хорошие, — попрощался мужчина. Саймон буквально выволок Ромильду за территорию пансиона. Только там девушка пришла в себя и начала непрерывно колотить Саймона. — Ты подлец и мерзавец. Я думала, что ты хочешь провести со мной время, что ты на что-то решился. А я тебе была просто нужна, чтобы обмануть несчастного старика. Ты хуже, чем дедушка, — её слова были пропитаны ядом, Саймон ловко перехватил её руки и прижал своим телом, возмущенную девушку. — Этот несчастный старикашка много лет был правой рукой Ричарда Касла — отца Люсьена, ты не представляешь на сколько его руки в крови. Я разыскал его в надежде получить информацию, но он под конец жизни решил раскаяться. Попросить прощения у единственной дочери, которую бросил ради работы. Я сказал, что её муж, и следующий раз приеду с ней. Я искренне хотел найти Наоми Грегори. Оказалось, что после ухода отца, через 5 лет умерла её мать, девочка оказалась в детском доме. А дальше классика, дурная компания, игры с законом, наркотики. Она мертва уже 8 лет. Да, я обманул его, но чтобы облегчить душевные терзания старика. Кому я сделал плохо? — Но он ничего не рассказал нам. — Видимо верность к хозяину сильна даже после его смерти. Поехали в Лос-Анджелес, — Саймон открыл дверь Ромильде и обошел машину. Ромильда крутила в руках подаренный кулон, совершенно не понимая, что с ним делать. Вдруг часть кулона отвалилась, и оказалось что это флешка. — Саймон, — Ромильда отвлекла парня от дороги. Он взглянул в руку девушки и резко нажал на тормоза, съезжая на обочину. Парень с заднего сидения достал ноутбук и вставил устройство в USB-порт. На ней было несколько видео файлов. Саймон открыл первый попавшийся. — Это Адалинда? — восхищенно спросила Ромильда, заметив женщину на видео. — Да, — ответил Саймон.

— Я не думал, что ты придешь, — сказал мужчина, развернувшись от окна к вошедшей женщине. — Ты был очень настойчив, — присаживаясь в кресло без приглашения, ответила Ади. — Я надеялся, что ты согласишься встретиться. — Я всё знаю, и собираюсь рассказать ему, — как приговор произнесла женщина. — Всегда знал, что ты очень умная. Если ты думаешь, что я буду тебя умолять не говорить, то ошибаешься. Я готов принять любое будущее. — Мне кажется оно вполне ясное. — Да, я знаю. Адалинда, ты самый честный и правильный человек, из всех кого я знал. Прими это. Искренне, — Касл протянул женщине красную папку с документами. — Боюсь у моего мужа могут возникнуть вопросы, — прочитав содержимое папки, усмехнулась женщина. — Адалинда, я могу попросить о небольшом одолжении? — Слушаю тебя, — сложив папку в сумку, Адалинда всё внимание обратила на Ричарда. — Завтра возвращается Люсьен из Женевы, я хочу с ним поговорить, он должен кое-что знать. Ты можешь дать мне хотя бы 48 часов. — Ты решил наконец-то рассказать ему маленький секрет? — Ты и об этом знаешь? — Я всё о тебе знаю теперь. Я хорошо делаю свою работу. Мы с Персивалем приехали отдохнуть в Хэмптоне, через две недели возвращаемся в Европу. — Спасибо, Адлинда. — Каждый человек заслуживает шанс на искупление.

Но экран ноутбука погас — села батарейка. — Чёрт, — парень гневно закрыл крышку гаджета, ударяя по рулю. — О чем они говорят? — Без понятия. Я вообще не знал, что Адалинда была знакома с Ричардом. — В смысле? Во-первых, Энзо и Люсбен дружили в школе, во-вторых, они жили в соседнем доме, в-третьих он был Мэром Парижа, пока Адалинда своим журналистским расследованием не вынудила его бежать из Европы вместе со своим первым замом Августом де Мартель. Поэтому Ричард и Адалинда были очень хорошо знакомы. — Откуда ты всё это знаешь? — Дафни рассказывала много о ней. — Так, я уверен, что уже видел эту папку среди вещей Адалинды. Я смогу понять, то что узнала она. Пообедаем? — переключился на другую тему Саймон, обращаясь к спутнице. — Отвези меня в отель. — Почему? — Самолет вечером, — отстраненно ответила женщина. — Зачем тебе улетать сегодня? Останься еще ненадолго. На следующей неделе был на студии Дисней, будет весело. — Саймон, у меня свадьба на следующей неделе. Пора остановиться. — Тебе не обязательно выходить за него, — взяв руку девушки в свою, попытался переубедить её Сай, паркуясь напротив отел. — Почему? — Ты не любишь его. — Любовь придет со временем. Назови мне главную причину, почему я не должна этого делать, и я останусь, — но Саймон молча опустил голову, — вот видишь, не можешь. А я не молодею, хочу детей и семью. Пауль, моя стабильность. А ты трус, прощай, Саймон, — Ромильда бросила на прощание взгляд полный боли и разочарования и вышла, даже ни разу не обернувшись. — Ей так будет лучше, — прошептал себе под нос Саймон и поехал в офис.

***

Саймон полностью был недоступен для внешнего мира, за прошедшую неделю он изучил всю жизнь Адалинды Сент-Джон, он даже прочитал её личные дневники. Странная схема Люсьена практически срослась в одну картинку, не хватало буквально пары элементов. Самое жуткое, что Саймон со 100% уверенностью мог заявить какую смерть приготовил Люсьен для Кэролайн. — Я же сказал, что я занят, — рявкнул мужчина, когда ему постучали в дверь. — Братец, ты стал очень нервным, — вошел в кабинет Трип. — Ты узнал? — набросился на родственника с вопросами Саймон. — Обижаешь, но скажу тебе, это было непросто, — Трип кинул брату флешку, которую тот ловко поймал. — Но ты же способный парень. Что ты сказал Говарду? — Правду. Что поехал к тебе. Он решил, что ты хочешь наладить семейные связи. — Умно, надавил на чувство вины. А Нейт где? — Отпустил парня к его Джульетте, но он готов во всём участвовать. — Спасибо вам. Ты уверен в достоверности этой информации? — Саймон несколько раз перечитал содержимое папки. — Абсолютно. Неожиданно правда? — Саймон, — ворвался в кабинет Ван дер Бильта Лоренцо, — Трип? Что ты тут делаешь? — Привет, Энзо, я по работе приехал, — быстро среагировал парень. — Что-то ты часто стал наведываться в Лос-Анджелес. Ну, да мне всё равно. — Энзо, что ты хотел? — спросил Саймон, деликатно закрывая ноутбук. — Точно. Помнишь, для успокоения души моей благоверной я заказал повторный тест-ДНК. Только между Истоном и Себастином. И получился какой-то бред. Я далек от математике, но понимаю, что цифры странные, — мужчина протянул заключение лаборатории другу. — 8%? — удивленно прочитал заключение Саймон. — Вот именно. Я прочитал в учебнике Джози по генетике, что у двоюродных братьев должно быть родство минимум 12,5, — умчал Энзо. — Получается Никлаус ни отец Адалинде и Истону? — попытался вникнуть Трип. — Да хрен его, общие гены то у них есть. Короче, пока Кэролайн не буду показывать результат. Закажу повторный тест. — Хорошая мысль. А не подскажешь, где Кэролайн? — будто невзначай спросил Саймон. — Ей еще днем кто-то позвонил, и она уехала. Ты домой едешь? — перед уходом спросил Энзо. — Нет, я еще поработаю, — заверил его Саймон. — Ладно, тогда увидимся дома. — Трип, бери Нейта и начинайте готовиться к операции. — Как скажешь, босс. Надеюсь я не застал братца за каким-нибудь непотребством. — А ты постучись сначала, — дал совет уходящему брату Саймон, набирая номер Кэролайн. Но его сбросили. Он спасет её, теперь точно.

***

Кэролайн бездумно слонялась по городу, в одной руке держа неудобные туфли на высоком каблуке, а во второй открытую бутылку виски. После дня рождения мальчиков Кэролайн поверила, что жизнь налаживается и всё будет хорошо. Костюмы на бал Диснея отшили просто потрясающие, строительство их дома на Виргинских островах закончено. Но днем ей принесли посылку, где лежала черная шахматная фигурка ферзя, а после позвонил Люсьен и сказал, что бал будет последним значимым событием в её жизни. Документ готовы и требуется только её подпись. Вот и настал её конец. — Ну, что ты мне названиваешь, — Кэролайн нервно сбрасывала звонки Саймона. Кэролайн вдруг осознала, что она очень любит жизнь, а так бездарно её прожила. Да, она построила успешный, масштабный бизнес, смогла воспитать достойных детей, помогла многим людям, но ни дня не жила для себя. Её жизнь всё равно кончена, почему бы не совершить очередной глупый поступок, она же в них мастер. Поймав такси, Кэролайн назвала максимально странный адрес, подстать её настроению на улице пошел дождь. К сожалению, охрана элитного поселка не пустила такси прям к дому, довез лишь до шлагбаума, остальное расстояние женщина шла пешком. Ни секунды не сомневаясь Кэролайн уверенно нажала на звонок, а для пущей убедительности еще постучала в дверь. — Кэролайн? — Клаус был очень удивлен, открыв дверь и обнаружив на пороге бывшую девушку, да еще почти ночью, — что тут делаешь? — Я пришла к тебе, — Кэролайн кинулась на шею любимого и страстно поцеловала, Клаус сначала опешил, а после и вовсе оттолкнул от себя возлюбленную. — Ты с ума сошла? — прошептал гневно Майклсон. — Еще в день нашей встречи. Ник, давай сбежим? — Куда? — На Виргинские острова, у меня там дом, нас никто не найдет. Мы начнем новую жизнь, вдвоем как всегда мечтали, — щебетала женщина, глотая слезы, гладя любимого по лицу. — Ты себя вообще слышишь? У нас семьи, дети, мы с тобой в разных мирах. Наше время уже прошло. — Это всё отговорки! — вскипела Кэролайн, — дети взрослые, миры соединяются, семьи рушатся. Ты же не любишь её! — У меня есть ответственность и голова на плечах. Уходи. — Не уйду! Один раз я уже послушала тебя, больше я эту ошибку не совершу. — Ник, кто так поздно? — в коридор вышла Хейли, кутаясь в домашний халатик, — что она тут делает? — Она уже уходит, — Клаус попытался вывести Кэролайн за дверь, но та вырывалась. — Я никуда не уйду! Если только с тобой, Ник. Я же знаю, что ты хочешь быть со мной! — Раньше. У меня семья, дочь, скоро родится сын. Тебя нет в этом списке. — Кэролайн, оставь нас в покое уже. Прошу тебя как женщина, — обратилась к ней Хейли, — мне нельзя нервничать, а из-за тебя это происходит постоянно. Ты же сама мама, знаешь как детям нужна полноценная семья. — Кэролайн, признай, мы упустили своё счастье, — горько признал правду Клаус. — Клаус, если ты со мной не уедешь, то это последняя наша встреча, — предупредила Кэролайн. — Значит так тому и быть, — обреченно произнес Никлаус. — Тогда прощай, счастья вам, — проглотив горькие слезы, попрощалась Кэролайн, покидая дом, закрыв за собой дверь. Обессиленная девушка села на крыльцо, делая большой глоток из бутылки, она достала телефон из заднего кармана, но он предательски сел. Ей вновь пришлось звонить в дверь. — Чего тебе еще? — рявкнула на неё Хейли. — Можно позвонить, у меня телефон сел. — Держи, только убирайся поскорее, — Миссис Майклсон нервно протянула свой мобильный, передавая девушке.

— Я вас слушаю, — равнодушно ответил Саймон.

— Саймон, это я. Ты можешь меня забрать?

— Господи, Кэролайн, конечно, где ты? Я тебя по всему городу ищу.

— Я у Клауса в новом доме, он живет рядом со старшими Майклсонами.

— Жди, я буду через 15 минут.

— Спасибо, — Кэролайн вернула телефон хозяйке и вернулась на ступеньки крыльца. — Хейли, может она подождет в доме Саймона? — предложил Клуас. — Только через мой труп, твои бывшие будут шляться по нашему дому. — Но она же вся промокла. — Мне всё равно, доброй ночи, — Хейли поцеловала мужа в щеку и села на диван в гостиной. Кэролайн куталась в куртку, которая уже совсем не грела, так как вымокла насквозь. Третий раз Клаус Майклсон разбивает ей сердце, а она не имея гордости, как побитая собака прибежала к нему на задних лапках. — Эй, милая, пойдем домой? — предложил Саймон, стоявший рядом под зонтом. — Поехали, — Кэролайн подняла на друга глаза полные слез. — Ты стала слишком много плакать, — Саймон приобнял Кэролайн за плечи и повел к машине. — Что делала здесь? — открывая перед ней дверь спросил мужчина. — Хотела сбежать с любимым в закат, но видимо придется принять смерть, — грустно улыбнувшись Кэролайн села в машину. — А если я тебе скажу, что у тебя появился шанс выиграть партию у Люсьена? — Ты опять за своё. — Кэр, ты дала шанс вашим загнившим отношениям с Клаусом. Дай шанс и мне. — Хорошо. — Тогда едем в офис, — поменял маршрут Саймон.

***

Саймон до самого рассвета показывал Кэролайн свои наработки и анализ полученной информации. Он не давал и слово вставить. От потока всей этой информации у Кэролайн пошла кругом голова. Девушка согласилась помочь парню заполнить пустоты в этой истории, и принялась разбирать вещи покойной свекрови. — Кэролайн, в этой коробке не изданные статьи Адалинды, там ничего важного, — заверил её Саймон, разбирая другую папку. — Саймон, запомни журналист ничего не пишет просто так. Спустя час изучения материалов Адалинды, Кэролайн наткнулась на письмо, адресованное Говарду Ван дер Бильту. Прочитав его содержимое, Кэролайн подскочила на ноги и обратилась к Саймону. — Сай, я знаю, что Адалинда делала у Ричарда, — дрожащими руками Кэррлайн передала письмо другу. — Получается… — начал Саймон, смахнув скупую слезу от прочтения. — Адалинда пишет, что у неё есть доказательства, значит они в одной из этих коробок. — Я их найду и отдам дедушке, — сквозь зубы процедил парень. — А с чего ты взял, что он попросит выброситься меня из окна именно своего поместья? — поинтересовалась Кэролайн. — Так погиб его отец, а он винит Сент-Джонов в этом. Только я не понимаю почему. — Выясним. А я могу посмотреть запись разговора Ричарда и Адалинды? — Конечно, у меня на ноутбуке как раз открыта эта папка. — Саймон, а ты до конца ее смотрел? — загадочно произнесла Сент-Джон. — Да, то есть наверное, у меня ноут сел, когда я смотрел её, но вроде логическое завершение было. — О, нет, дорогой. Там дальше настоящая драма, — Кэролайн развернула ноутбук к Саймону. — Это же …- замер парень, узнав человека на экране. — Именно, дорогой. А ты нашел эту папку? — Да, только я еще не смотрел содержимое, — Ван дер Бильт протянул нужную папку подруге. — Саймон, у нас будет только один шанс обыграть Люсьена, — Кэролайн внимательно изучила документы и улыбнулась. — Но если у нас не получится? — Тогда я умру, а ты позаботишься о моей семье, как и обещал, — наблюдая за восходящим Солнцем ответила Кэролайн. — Нужно рассказать Энзо, — встал рядом с ней Саймон. — Нет, — через чур резко ответила девушка, — я не хочу давать ему ложную надежду, если у нас не получится. — У нас два дня, чтобы всё подготовить. С чего начнем? — Для начала рассказать всё Дэррилу и перешить карнавальные костюмы. И закажи еще ДНК тест. — Для кого? — Я, кажется, восстановила всю историю в Европе, произошедшую почти 40 лет назад. Ты сможешь достать для меня еще одну видеозапись? — Я Трипа озадачу. — Отлично, дату и место скину СМСкой, а сейчас с твоего позволения я поеду домой спать, возьму дневники Адалинды. Изучу на досуге, — подмигнув другу, поведала о своих планах Кэролайн. — Кэр, ты же понимаешь, что он возненавидит тебя, когда ты разрушишь его семью? — Он сам не захотел стать частью моей семьи, увы, мы оказались по разным берегам. И я буду защищать свою семью. До скорого, — помахав на прощание, Кэролайн удалилась.