Совершенно не та, кем была.

***

Нет ничего утомительнее человека, который всегда прав. Агата Кристи.

       Гермиона отвела взгляд от наглого слизеринца и стала записывать термины, которые учитель начертил на доске. Малфою такое продолжение не понравилось, нахмурившись он провёл кончиками пальцев узор от колена до бедра, чуть задирая юбку. Девушка нервно выдохнула и снова посмотрела на него, который изображал заинтересованность в данной теме, а не тому, что у неё под юбкой. Она впилась ногтями в его ладонь, блондин сжал губы и разозлено посмотрел на Грейнджер. Победно ухмыльнувшись она поправила юбку и отодвинулась немного подальше. О нет, моя девочка, это тебя не спасёт, — говорил ей Малфой мысленно.        Снова задрав юбку, подушечки пальцев стали скользить по резинке чулков, медленно обводя контур. Гермиона закусила губу и прикрыла глаза ручками. Драко царапал ногтями внутреннюю часть бедра, стараясь не порвать девушку в клочья от возбуждения. Почти не дыша слизеринка поерзала на месте и вновь принялась писать. Малфой горел желанием усадить её прямо тут, на стол и целовать шею, слышать, как она громко стонет, когда его шаловливые пальчики лезут под одежду, ухмыляться, когда она сладко кричит его имя. Промежность начала пульсировать, а Драко просто не мог не потрогать её мокрые насквозь трусы. Гермиона прикрыла рот рукой и закатила глаза от наслаждения, лишь бы не издать голоса. Слизеринский принц еле сдерживался. Пока учитель ушёл в подсобку, сказав, что должен что-то взять оттуда. Он наклонился к её уху и тихо прошептал: — Ты добьёшься того, что я усажу тебя прямо здесь, на стол, — он водил пальцем по резинке трусов, а она сжимала губы стараясь нормально дышать, — Наказание вечером будет о-о-чень долгое. Я хочу тебя, чертова Грейнджер, — прорычав последние слова парень отодвинулся.        Посмотрев на неё и он увидел искорки в её глазах. Гермиона отвела взгляд и сделала вид, что о чём-то задумалась, ухмыльнувшись своей мысли отвернулась к пергаменту. Драко не понял, что замышляет эта кудрявая голова.        Кто бы мог подумать, что знаменитый слизеринский принц захочет отыметь грязнокровку — Грейнджер. Она уже представляла, как её тонкие пальцы скользят по выступающим костяшкам на спине. Как он с перерывами глотает воздух, которого так не хватает в легких, он рычит и заставляя выгнуться её, как кошку. Как он оттягивает её голову назад, покрывая гладкую кожу на шеё красными следами, покусывая каждый миллиметр, облизывая языком её пересохшые губы. Чувствуя тяжесть внизу живота, слизеринка чуть ли не до крови раскусила нижнюю губу. Малфой пошло облизнул свои уголки рта, а Гермиона смущенно отвела взгляд.

***

       Темные коридоры впускали бредущую по темному мраку фигуру. Озабоченную, слегка помятую изнутри и не содержащую ни капельки надежды, может даже счастья. Как много скрывают в себе эти опустошённые коридоры, как минимум — бездну ужаса обреченную в каменную оболочку, не имеющая границ. Шаги отдавались эхом по замку, заставляя поеживаться и хмурить брови. Ни одной живой души в коридоре, которая с радостной моськой пробежит мимо тебя, задевая подолом развевающейся мантии. Уже вечер, в значит все студенты ужинают. Толкнув двери в Большой зал, перед собой, слизеринку тут же окликнули знакомым голосом. Обернувшись на источник звука девушка тут же скривила лицо. — Гермиона, — темноволосый мальчишка с озабоченным видом подскочил рядом с ней, ведя сзади за рукав рубашки двух друзей-насильников, — Эти двоя хотят тебе что-то сказать, — приподняв брови наверх и скрепив руки на груди каштановолосая стала ждать дальнейших действий. — Прости меня, Гермиона, — Гарри ущипнул друга за локоть, чтобы тот продолжал. Зашипев от боли, рыжий всё-таки продолжил, — Прости за мою жестокость, за мою дерзость, за мой тон, за то, что я был хамом и за то, что я нанёс тебе физическую, а также моральную боль, — девушка была вполне довольна от таких искренних слов, — Прости, что я подозревал тебя в измене. — Я подумаю над твоей заранее подготовленной речью, которую ты явно репетировал о-о-очень долго перед зеркалом, — Уизли сглотнул и опустил взгляд, — Значит я права… — тихо продолжила она, — Ладно, прости, Рональд. Я принимаю извинения. — Прости меня, Грейнджер, — начала свой диалог Лаванда, и не хотела его продолжать. — А вот над твоими словами, Браун, — сделав акцент на её фамилии она собиралась продолжать, но в нос ударил сладкий, мужской одеколон, который она знала, — Я вынуждена подумать, — не подав виду, что запах очень знакомый стала развязывать руки, но кисть неожиданно впечаталсь во что-то твёрдое и тёплое. — Какие люди, — протянул с лёгкой улыбкой блондин, смотря, как засмущавшаяся слизеринка убирает руки вниз, — Золотой Поттер, Уизел в обносках братьев и его назойливая подружка, — заиграв бровями и вкушая разъярённый взгляд своих врагов. Совсем, как дементоры, отметила про себя Гермиона, — Я вот только не пойму, — скорчив вопросительное лицо он продолжил, — Что тут делает эта слизеринская красотка? — глаза экс-гриффиндорки вылезли на лоб, а пыл «львов» немного остыл, но трое пришли в неведение, — Пошли, малыш, — схватив ошеломлённую девушку под руку, они оба удалились с места приступления.

***

       Не понимая, что происходит она поддавалась действиям парня, который не собирался убирать перекинутую руку, через её голову, что по-хозяйски лежала на плече. С довольной улыбкой во всё лицо, как у чеширского кота, он вёл её в Их Тайную Комнату.        Плакса Миртл также сидела в своей кабине, где ранее умерла. Наиграв пальцами код на плитке пола их силуэты исчезли и переместились на входе в логово. — Что это было? — прошептала Гермиона выйдя из придуманного ею же, транса. — Что именно? — как ни в чем не бывало сказал Драко. — Не строй из себя придурка, Малфой. Тем более отвечать вопросом на вопрос — признак низшего происхождения, — промурчала девушка. — Ну я не мог удержаться от маленько подворота на юбке, — он подходил всё ближе и указал взглядом на закрученный низ юбки, который отчётливо показывал резинку чулков. — Блин, — пытаясь не материться изо всех сил, она раз подвернула краюшек, но сильная хватка остановила дальнейшие движения, — Эй, Малфой! — Можешь не поправлять, — его тёплое дыхание обжигало тонкую шею, — Скоро твоя одежда будет на полу, — закусив мочку уха он зарычал. — Малфой. ах… — застонала Гермиона впиваясь ноготками в крепкие плечи. — Я обещал, что не отомщу тебе, — проводя верхней губой по шее, ответил Драко. Язык наворачивал круги по ключице, а бледные руки снимали с неё мантию. Грейнджер сомкнула губы, стараясь не дышать и не издать звука, который добивался блондин, — Что же ты замолчала… — он оторвал губы от шеи, начиная растягивать верхние пуговицы на её блузке, — Я жду твои сладкие стоны, Грейнджер, — протянул Малфой, находя на неё и прижимая к ближайшей стене, — Не ты же одна должна наслаждаться…        Хрупкое тело стукнулось со стенкой, а холодные глаза и руки перегородили ей попытки улизнуть. Заглядывая в карие, завораживающие, глаза он пытался что-то в них разглядеть. То ли его отражение, то ли то, что заставило его прильнуть к её губам. Лаская горячий рот языком он снова отстранился, держа губы на уровне её. Пошлый взгляд на гладком лице каштановолосой. Малфой ручался, что запомнил это выражение на её лице. Из сахарных уст раздался сладкий стон, что свёл с ума, наверное в четвёртый раз эту платиновую голову.        Тонкие пальцы уже скользили у него костяшкам спины. Тело покрыли неимоверное количество мурашек, тепло разбежалось по венам аристократа, который нервно вздохнул от её действий. Сахарные губы коснулись его шеи, рубашка смачно упала на пол. Язык стелил мокрые дорожки по его нетронутой шее. Пальчики жадно трогали каждый бугорок на его теле. — Где же твои сладкие звуки? — с ухмылкой спросила Гермиона оставляя новый след на шеё, — Или это не входит в твои обязанности? — закусив губу она отстранилась от него ожидая ответа. — Какая же ты сучка, Грейнджер, — мечтательно закатив глаза и сглотнув от пытался превести дыхание в норму, — Правда, ты только этим сильнее заводишь, — промурчал парень и дернул блузку так, что её пуговицы попадали на пол вместе с одеянием, — Тогда, не жди нежных движений, — с замиранием сердца его глаза метнулись по среднего размера груди, что возбуждающе смотрелась в чёрном лифчике. — А если так… — оценивая взглядом его тело, взгляд остановился на бугорке. Руки скользнули по прессу, поднимаясь всё выше, ноготочки оставляли красные следы, а парень издал тихий стон, — Вот так, мой мальчик, — причмокивая языком во рту, пытаясь сглотнуть его вкус и оставить в себе навеки. Но послышался громкий разговор сверху. Его было отчётливо слышно, — Что это? Малфой, ты слышишь? — слегка тряханув его за плечи он очнулся. — Слышу. Голос слишком похож на… — На нашу любимицу и… — И старосту, — перебил её Драко, — Каролину. И похоже она не одна, — хмыкнув он оттолкнулся от стены. — Да. Опять она… — продолжила Гермиона, — Пошли.