Это все меняется..

Россия убежал в свои покои, закрыв дверь на замок, просто сел на полу, возле кровати, и начал плакать. Pov Russia Я не хочу править! Я опозорю весь род, я опозорю свою мать. Почему все так происходит?! Где же Союз, когда он мне так нужен?! Почему никто не может просто обнять меня и успокоить? Может, потому что я никому не нужен…? Или тот, в ком я нуждаюсь, просто не думает обо мне? End Pov Russia Россия плакал в пустоту, размышляя о всём, что волнует. — Россия, ты можешь открыть мне? — стучась, спрашивал РИ. Россия встал и немного пьяной походкой подошел к двери, теперь уже с красными зареванными глазами. Слегка дрожащими руками Россия открывает дверь и в тот же момент закрывает свои глаза, чтобы не выглядеть павшим и жалким. — Россия, ты в порядке? — обеспокоенно спросил РИ, смотря на мелкого. — Россия начал кивать головой, и дрожащим голосом еле-еле понятно он говорил: «Д-да, в-всё в порядке… п-просто з-зам-мечательно». — О, боже! Россия, я виноват, прошу прекрати плакать! — извинялся император, пытаясь успокоить республику. — Нет! Вы не виноваты, рано или поздно я бы это узнал. Я просто не могу смирится; я погублю народ и страну! — через слёзы говорил Рося. — Давай ты успокоишься, и мы поговорим об этом, — царь предложил дельную мысль, и Россия согласился. Успокоившись, они сели на кровать. — Дядюшка РИ, может, Союз будет править место меня? — всё ещё немного дрожащим голосом спрашивал младший. — Россия, все не так уж и просто, я и Союз, мы не имеем права на трон, потому что ты — законный наследник, — немного с грустью объяснял РИ, пытаясь быть помягче. — Но какой из меня правитель? Я слабый и ничтожный, за мной не будет идти народ, меня не будут слушаться, я бесполезен! — принижая себя, Россия еще больше расстроился, поджав к себе ноги. — Знаешь, а когда-то я думал так же… Когда моя сестра ушла навсегда, я не знал, что делать, я тоже боялся, что я буду никчемным правителем… Я до сих пор боюсь. Народ бунтует, я пытаюсь все изменить, а им всё мало свободы… — РИ смотрел в пол и иногда поглядывал на республику. — Вы и я — две разные части света. Я слаб и меня легко спутать с дамой, меня не воспринимают всерьёз, — Россия рассказывал, смотря на императора. — За твоей матерью и её императрицей шли люди… В правлении не важен пол, важна адекватность и рассудительность правителя, правитель не должен показывать свои слабости, он не должен падать духом, он должен стоять, даже если опозорен, и самое главное — он должен улучшать жизнь своего народа, — РИ рассказывал это мягким и достаточно приятным голосом. Россия не стал ничего говорить, а просто кивнул в знак согласия. — А теперь, ты можешь рассказать про отношения с моим сыном? — уже с улыбкой спросил царь, поглядывая на племянника. — Ну… у нас хорошие отношения… — нервно ответил Рос, не ожидая такого вопроса. — «Хорошие», а я бы дал другое определение — «любовные отношения», — с ухмылкой РИ повернулся к республике, который был очень сильно нервничал. — А, вы убьёте меня или Союза за это? — смущенно спросил Роса, волнуясь от данного диалога. — Конечно, нет. Я конечно удивлен, что Союз так долго тянет всё это. Когда я только зашел на трон, в любви могли признаться при встрече и уже на следующий день просить руки, — высказывал РИ негодование в сторону сына. — Ну, раз мы, о таком заговорили… Дядюшка РИ, вы с ГИ любовники? — немного угарая, спросил республика, ожидая, что его с этим вопросом пошлют. — Любовники? Ну, можно и так сказать, — без капли смущения произнес император и посмотрел на часы. — Время быстро идет. Я засиделся с тобой, пора уже и идти своей рутиной заниматься, — сказал монарх, вставая с кровати и подходя к двери. — Хорошо. До свидания, дядя РИ, — напоследок сказал Рос и начал думать об этом веселом диалоге.