Остерегайся озорного кота

      Снежинки медленно опускались на землю. Ночные улицы города были пусты, словно все живые существа вообще испарились. Так же исчезнуть из этого мира хотелось Антону. Печальный и измученный, парень брёл в сторону дома, еле переставляя свои тяжёлые ноги. На его щеках блестели капли — то ли от снежинок, то ли от слёз.       — Почему? — пронеслось в голове парня. — Так не бывает! Как такое вообще могло произойти со мной? — мысленно задавал вопрос Антон. Достав из кармана куртки сигарету, он быстро зажёг её и сделал первую глубокую затяжку.       — Я хочу испариться вместе с ним… — произнёс Шастун, наблюдая, как в холодном воздухе рассеивался горький сигаретный дым. — Я просто уеду. Уеду домой. В кои-то веки нужно поговорить с родителями. Только вот вопрос… Куда мне идти сейчас?       Вот уже и три часа ночи. Стоя в ванной комнате с голым торсом, Серёжа пытался отстирать пятна крови со своей белой праздничной рубашки. Разглядывая в зеркале глубокие кровоточащие раны, оставленные Арсением на плечах, Матвиенко задумался о том, что произошло этой сумасшедшей ночью.       — Арсений… Сможет ли он…? — подумал про себя Сергей. — Хах… Смешно… О чём я вообще думаю? Как он сможет полюбить такого, как я? Я ведь не смазливый, как Шастун, и даже не красивая девушка, как Ира. Внезапно в зеркале появилось ещё одно отражение. Конечно, это был Арсений. Он аккуратно взял за плечи Серёжу, взглянул в отражение его печальных карих глаз, а затем приблизился губами к его уху.       — Прости меня, Серёг, — полушёпотом произнёс Арс.       — Да это ерунда, — ответил Матвиенко, — мне даже не больно.       — Прости за то, что не мог заметить раньше…       — Что?       — Я был слишком занят мыслями об Антоне, что не замечал, как ты страдал из-за меня. Я — ужасный монстр.       — Ты не монстр, Арс. Не говори глупости. Арсений на секунду закрыл глаза, медленно и аккуратно прикоснулся влажными губами к плечу Серёжи, а затем прошёлся своим шершавым языком по ране.       — Арс… — вздрогнув, выдал Серёжа. Попов продолжал медленными и плавными движениями вылизывать глубокие раны, словно мама-кошка, умывающая своих котят.       — Арс, не надо… Стой, — приказным тоном сказал Серёжа. Мурашки пробежали по его коже.       — Я всего лишь хочу залечить твои раны, — ответил Попов, продолжая вылизывать обнажённые загорелые плечи Матвиенко. — Просто расслабься и позволь мне это сделать.       — Нет, Арс, нет! — с этими словами Серёжа вырвался из рук Попова и метнулся в комнату.       Оксана набирала номер телефона Антона снова и снова, пока в трубке наконец-то не раздался грустный и слегка грубоватый голос парня.       — Антон! — выкрикнула Фролова прямо в трубку. — Где ты?!       — В парке, — донеслось короткое из динамика.       — Мы уже идём к тебе. Оставайся на месте! — добавил встревоженный Макар. Ребята переживали за своего друга и не хотели оставлять его одного. Не сейчас. Не сегодня. Не в этот день. Антону нужны друзья, а друзьям нужен он. Оксана и Макар быстро рванули в парк, в тот самый, где на заснеженной скамейке сидел поникший парнишка, такой потерянный и запутавшийся.       — Антон! — подбежав к парню и крепко обняв его, прокричала Оксана. — Как хорошо, что ты в порядке!       — Спасибо, Окс, — сухо произнёс Шастун, обняв девушку в ответ.       — Антон, — сказал Макар, заглядывая другу в глаза. Оксана тоже взглянула на Шастуна. В его голосе слышалось безразличие, что вызвало подозрение у ребят.       — Тох, ты в порядке? — спросил Илья.       — Я… конечно, в порядке, — ответил Шаст, опустив голову вниз, а затем, вновь подняв её, взглянул на друзей. — Что может быть не в порядке? Антон улыбнулся, так натянуто и фальшиво. Отвратительная актёрская игра. Слёзы ручьём пробились из прикрытых глаз и пробежали по щекам, оставляя мокрые дорожки.       — Антон, не надо, — выдавила из себя Оксана, прикрыв ладонью рот. — Не плачь, пожалуйста. — не сдержавшись, девушка тоже заплакала.       — Так, не надо тут разводить сырость! — строго приказал Илья, прижав к себе подругу. Антон закрыл руками лицо. Послышались тяжёлые прерывистые всхлипы.       — Никогда не видела его в таком состоянии, — шёпотом сказала Оксана, вытирая слёзы со своих румяных щёк.       — Заберу его к себе, — предложил Макар. — Выспится, поговорим. Не спрашивая у самого Антона, ребята затолкали парня в такси и доставили прямо в квартиру к Илье. За всю дорогу Шастун не проронил ни слова. Он то плакал, то сидел с безразличным лицом, залипая в свет от уличных фонарей.       Арсений прошёл вслед за Серёжей в комнату. Накрытый стол, сверкающая гирлянда и оглушающая тишина. Матвиенко сидел на стуле, выпивая стопку коньяка и запивая колой. Попов подошёл к нему, сел напротив и заглянул в стеклянные глаза.       — Серёг, — начал Арсений. — Как давно ты это чувствуешь?       — Уже около полугода, — ответил мужчина, заливая в себя очередную стопку крепкого алкоголя. Попов молча устремил свой взгляд под ноги.       — Арс, — после минутного молчания начал говорить Серёжа. — Ты ведь никогда не полюбишь меня так, как любишь этого паренька?       — Я смогу его забыть, — ответил Попов, — но ты... к тебе я всегда буду относиться, как к лучшему другу.       — Знаешь, а я думал об этом. Наверное, я всегда останусь единственным другом, с которым ты никогда не переспишь. И, забыв Антона, ты найдёшь другого, но никогда не посмотришь так на меня. Ведь мы просто близкие друзья.       Антон сидел на диване, поджав к груди свои длинные ноги. Всего пара мыслей и воспоминаний заставляли его прослезиться, а то и вовсе разрыдаться. Как ребята не пытались успокоить друга, у них это не получалось. Шастуну всё же удалось уснуть, правда только ближе к утру. Антон проснулся с мыслью о том, что нужно ехать домой. Как можно скорее. Убежать от всего этого. Остаться с самим собой наедине. Подумать обо всём и разобраться в себе.       — Алло, Ира? — произнёс в трубку хриплым голосом Антон.       — Да? — донеслось в ответ от девушки.       — Я хочу, чтобы ты поехала со мной в Воронеж.       — Почему я?       — Там мои родители. Они ждут меня вместе с тобой. Я не хочу расстраивать и их тоже. Зачем всем портить Новый год?       — Хм, а что мне будет за это?       — Что ты хочешь?       — Какой ты глупенький, Антошка. Конечно же я хочу быть твоей девушкой.       — Мне казалось, что тебе уже было плевать на меня.       — У меня была ночь, чтобы осознать, что я всё ещё люблю тебя. Так что, ты согласен вернуться ко мне?       — Хорошо. Ты победила. Вечером мы едем в Воронеж. Не забудь о подарке для родителей.       — Выберем вместе, котенок, — съерничала Ира и положила трубку.       — Котёнок? — произнёс Антон, глядя на трубку. Из глаз вновь проступили слёзы. Что же ты делаешь, Антон? Неужели прошлый горький опыт тебя ничему не научил? Вечер. До поезда около трёх часов. Антону нужно забрать сумки с вещами из квартиры Арсения и успеть купить подарки родителям. Погода не радовала совсем. Мокрый снег залеплял глаза. Всё таяло, повсюду грязь, словно наступила весна. И всё это в разгар зимы. Весь взмокший, Шастун стоял возле знакомого и уже породнившегося ему подъезда. Парень пустыми глазами смотрел вперёд, словно сквозь дома и пространство.       — Спокойно, Антох, — говорил он сам себе. — Соберись, нужно просто зайти, взять сумки и быстро свалить. Парень теребил в руках запасной ключ, который ему при переезде вручил Арсений. Ладони от волнения вспотели, но нужно было собраться с духом. Давай Шаст, ты сможешь. Его ведь может даже и дома-то нет. Глубоко вздохнув, Антон всё же решился войти в квартиру, из которой так быстро и нелепо сбежал прошлой ночью. К счастью для парня, хозяина не оказалось дома. Собирая свои вещи, глаза вновь на мокром месте, а в груди защемило. Сидя на полу, Шаст сжал рукой ворот своей толстовки и зажмурил глаза. Хотелось громко завыть, закричать. И он, наверно, сделал это, если бы звук щелчка входной двери не спугнул его. Вернулся Арсений.       — Антон? — вопросил удивлённо Арс, заходя в комнату, где застал растерявшегося парня, сидевшего на полу в окружении дорожных сумок. — Я так рад, что ты вернулся! Позволь я объясню…       — Я уже ухожу, — поднявшись с пола и отряхнув колени, перебил Антон.       — Прошу, выслушай, — снова попробовал объясниться Попов. Шастун поднял глаза и взглянул на Арсения. Он хотел увидеть его ещё раз. Возможно, в самый последний раз.       — Антон, ты плакал? — удивился Арс, увидев воспалённые красные глаза парня. Антон больше ничего не сказал. Вытерев влагу с лица и подхватив сумки, он прошёл мимо мужчины, словно мимо прохожего на улице, и даже не обернулся. В этот момент Арсений понял, что потерял. Потерял всё, что было ему так дорого. Но обернуться, догнать Антона и остановить всё это, просто не хватало смелости.       Душный обшарпанный вагон поезда. Задумчивый печальный парень, смотрящий в окно и провожающий взглядом вокзал. А рядом девушка, безуспешно пытающаяся успокоить своего молодого человека. Несколько часов — и вот Воронеж. Тот самый. Такой же серый, как и всё вокруг. За всю поездку ребята ни разу не поговорили друг с другом. Первыми словами, за всё это время, стали приветствия с отцом и матерью. На удивление Антона, они очень хорошо восприняли Иру. Всё выглядело так, словно самая нормальная семья очень рада приезду своего сына и его невесты. Что-то тут не так?       Квартира родителей Антона выглядела вполне обычной. Не очень-то богатой да и вообще не очень уютной. Словно тепла семейного не хватало. Так подумала и Ира, увидев комнату, в которую их проводила мама и оставила наедине.       — Тут, конечно, не так уютно, да и мебель старая вся, но чем богаты тем и рады, — выдал Антон, кидая сумки на пол, а свою пятую точку на кровать. — Чувствуй себя как дома.       — Ты бы хоть разделся сначала, — состроила недовольную мордашку Ира. — Нам же потом спать на этом.       — Мне спать на этом, — возразил Шастун. — А ты будешь спать на диване.       — Почему? Я думала, мы встречаемся.       — Да, но я не могу так сразу принять тебя снова. Кузнецова приняла этот факт и решила, что так действительно будет лучше. Пройдёт время, он всё забудет, а у них всё будет хорошо. Каникулы длились очень медленно. Ира даже очень сильно сблизилась с родителями Антона. Только вот настроение парня не улучшалось, а становилось хуже и хуже с каждым днём. Он скучал, скучал по Арсу, по коту… По этому необыкновенному существу, появившемуся в его жизни так внезапно, перевернувшему весь его маленький мир с ног на голову и так же неожиданно покинувшему его. Антон не мог поверить в это, ведь Арсений насытил его жизнь яркими воспоминаниями, как хорошими, так и плохими. Скрывать своё отвратительное настроение становилось всё сложнее, а родители стали подозревать что-то неладное.