Улыбки, скрывающие чувства

Год назад POV Василиса Я вошла в сад и подошла к отцу. Он сидел на стуле белого цвета с витиеватой резной спинкой за столом на одной ножке, на котором стояли чайник с чаем и пару чашек. Правда, в чашке отца был черный кофе. Он смотрел на меня каким то странным взглядом. Что в нем было? Уж точно не любовь. Грустно усмехнувшись, так же внимательно смотрю на Нортона-старшего и спрашиваю: - Что случилось? Он взял в руки чашку с кофе и сделал большой глоток. Поставил чашку на место. Обернувшись на сто восемьдесят градусов, посмотрел на утреннее солнце, только-только входящее из за горизонта. - Ты убила того мальчика. Во время крылатого боя. - наконец сказал он, продолжая смотреть на пока что не очень яркое солнце. - Да, я знаю. - киваю я. - Хочешь меня отругать? Он хотел убить Диану. - вспомнив это, я сжала кулаки. - Да он ещё легко отделался. - Сломанной рукой, вывихом ноги, сотрясением мозга? - удивлённо вскинул бровь отец, повернувшись ко мне. Затем усмехнулся. - А затем с помощью часовой стрелы ты послала черную спираль. - Он бы и так умер. - пожала я плечами. - Я просто сделала все быстро и почти незаметно. Ученики подумали, что я просто вырубила его. Что не так? - Но, твои подруги, - медленно протянул он, облокачиваясь о стол. - Диана, Греза, Римма и Цзия. А также Марк Ляхтич. Они знают, что ты убила его. - И что? - равнодушно спросила я, задрав голову и смотря в небо. - Диана благодарит меня. Считает спасительницей. А другие уважают. Благодарят. Так бы он перебил ещё кучу учеников, пока эти взрослые учителя припёрлись бы со своего обеда. И, как ты знаешь, - я сажусь напротив него. - За своих друзей я убью любого. - Поздравляю, ты убийца. - засмеялся отец. - Теперь тебе будет, о чем болтать с Еленой. Я поморщилась. - Не напоминай об этой тупоголовой. Она мне отвратительна, - делаю гримасу боли. - Долбанная садистка, которая мечтает прыгнуть к тебе в постель. - Какое точное описание. - усмехнулся он и начал смотреть мне прямо в глаза. - Но, я уважаю тебя. Ты доказала, что действительно готова даже убить ради близких. Это достойно восхищения. Что он только что сказал? Нортон Огнев сказал мне, Василисе Огневой, что уважает и восхищается мной? Уголки моих губ слегка поднялись, изображая лёгкую, но искреннюю улыбку. В тот момент нас сфотографировала Сара, так как ещё никогда не видела, как я и отец улыбаемся в один и тот же момент времени. Правда, Сара быстро ушла, решив не мешать нам, и мы не заметили её. - Спасибо, отец. - улыбнулась я чуть шире. - Мне приятно. Жалко, конечно, что, для того, чтобы ты посмотрел на меня, мне пришлось кого то убить, но... - Я всегда смотрел на тебя. -Ожидая, когда я направлю на тебя стрелу? Улыбки вмиг исчезли с наших лиц. Мы пристально и долго смотрели друг на друга, и отец сдался первый, отведя глаза в сторону. - Есть задание. - Что? Я тебе что, служанка, чтобы задания выполнять? - начинала сердиться я. - Нужно кое кого убить. ... Я вскакиваю в кровати, тяжело дыша. Чувствую, как ногти впились в край одеяла, как трясётся все тело. Слышу мирное тиканье часов. Поворачиваю голову. Будильник показывает почти три часа утра. Надо же было такому присниться... Глубоко вдыхаю, затем медленно выдыхаю, одной рукой хватаясь за голову. Понимаю, что вся мокрая от холодного пота. Спутанные волосы лезут в лицо. Убираю их, соскальзываю с кровати и босиком иду к окну, прихватив одеяло. Открываю его, сажусь как всегда на край. Свешиваю ноги вниз и наблюдаю, как уже начинает светать. Небо светлеет, хотя солнца все ещё не видно. Белые сахарные облака медленно плывут по небы, тихий ветер трепет мои и без того спутанные волосы. Вытаскиваю пачку, беру сигарету и закуриваю, делая затяжку. В воздух вышло кольцо дыма, тут же унесённые и растворимое ветром. Улыбнувшись ему вслед, поглубже укутываюсь в одеяло, поднимая голые ноги и заворачивая и их в одеяло тоже, благо одеяло большое и тёплое. Ещё одна струя дыма улетает в сторону, исчезая в воздухе. Исчезая вместе с моими тревогами. Чувствую, как сердце замедляет ритм, идя в нормальном темпе, как спокойно поднимаются и опускаются плечи, как на губах играет улыбка. Как уже парестает дрожать рука, плавно опускаясь и поднимаясь в воздухе. Вдох. Выдох. Все страхи улетают вместе с последним кольцом дыма и потушенной сигаретой, брошенной вниз. Сижу ещё несколько минут, наблюдая, как солнце начинает выглядывать из за горизонта. Уголки моих губ, прямо как в тот день, слегка поднимаются. Спокойный взгляд. Мне нравится наблюдать за рассветом и закатом. Эти переломный моменты как нельзя хорошо показывают медленное и размеренное течение времени. Как прошлое становится настоящим, а настоящее - будущим. Улыбнувшись, напоследок бросаю взгляд на чистое небо, забираюсь обратно к себе и закрываю окно, поворачивая ручку. Бегу обратно и прыгаю на кровать. Та отвечает довольно громким скрипом. Обратно кутаюсь в одеяло, поворачиваюсь на бок, кладя сложенные ладони под голову и закрывая глаза. Успокойся, Василиса. Фэш все поймёт и не будет винить тебя. Но простит ли? Закусываю губу, ещё больше подтягивая колени к животу, сворачиваясь клубком. Всё ещё прохладное после сиденья снаружи одеяло охлаждает кожу, от чего по телу пробегает волна мурашек. Как одеяло может одновременно греть и охлаждать?.. Словно со стороны слышу свое дыхание и вновь погружаюсь в сон... ... - Нужно кое кого убить. Я в изумлении приоктрыла рот, во все глаза смотря на отца и пытаясь осознать, что он только что сказал. - Ты смеёшься? - воскликнула я, вскакивая с места, и стул упал на землю. - Я что, когда нибудь шутил? - спросил он, тоже поднимаясь и опираясь ладонями о стол, приблизился ко мне. - Я серьёзен, как всегда. - И ты хочешь, чтобы это сделала я? Почему не сам? Струсил? - нервно спросила я, теребя подол сарафана.- Не переваливай с больной головы на здоровую. - Просто, мне нельзя пока что даже быть под подозрением в совершении каких либо преступлений. - спокойно начал объяснять отец. - А если свидетель подтвердит, что убийца - явно особь женского пола, то на меня подозрения не лягут. - Так побеги к своей Мортиновой, зачем тебе я? - все ещё не понимала я. - Её будут подозревать в первую очередь. - терпеливо продолжил он. - А ты ниже её, цвет волос другой. Да и вы в принципе разные. - Я не стану никого убивать! - крикнула я, громко стукая ладонью о стол, но отец даже не шелохнулся. - Сам разбирайся со своими проблемами! Зачем меня в них втягивать?! - Убивать будешь не ты. Но все должны подумать на тебя. А точнее, подумать, что это была просто какая то наемная часодейка, вот и все. - И кто же будет убивать? - Выходи. - сказал отец, переводя взгляд на кого то позади меня. Я обернулась и встретилась взглядом с тем, кого ожидала увидеть меньше всего. Маркус Ляхтич. Пепельные волосы, светлые глаза, высокие скулы. Высокий, спортивного телосложения. Умный. Но слишком любвеобильный. - Кто как никак лучше справится с убийством кроме Елены Мортиновы, как не её ученик? - отец встал и пожал руку новопришедшему. Я лишь вновь приобрела равнодушный вид. - Привет, Василиса. - говорит Марк, усмехнувшись и с интересом смотря на меня. - Что, даже не улыбнёшься? Тогда, во время боя, твоя безумная улыбка поразила меня до глубины души. - Зачем мне тебе улыбаться? - спросила я, садясь обратно на стул и отпивая глоток из чашки. - Нас даже знакомыми сложно назвать. Отец лишь наблюдал за нашей беседой. Но, увидев, что дело шло к ссоре, поторопился и перебил нас: - Итак. - он положил перед нами два листа А4 с фото и множеством печатных строк мелкого шрифта. - Ваши жертвы: Диаман и Селена Драгоции. - А что такого они тебе сделали? - спросила я, беря в руки лист с фото красивой женщины лет сорока. - Задолжали кое что важное. - лишь это ответил мне Нортон. - Когда выходим? - спросил Марк, мельком глянув листы. - Желательно, завтра. На след день Карета, запряженная малевалами, летела от замка Змиулан, находящемуся на Остале. Мы с Марком затаились у края деревьев мрачного и гигантского леса. С часовым стрелами наготове, мы наблюдали, как карета пролетает над нами. - Пора. - прошептали мы одновременно и, переглянувшись, расправили крылья. Я выпрямила стрелу, направив её на кучера, шепчу: - Боль. Спираль летела в мужчину, и тот не успевал уклониться. Синии искры исчезли в нем, и он начал кричать, хватаясь за ворот рубашки. Я схватила его за шиворот и, ракетой спустившись на землю, опустила его у дерева. Эфер пройдёт через несколько минут,мы с Марком успеем улететь к тому времени. К тому же, из за боли у кучера все расплывалось перед глазами, да и темнота сыграла свою роль. Вряд ли он сможет сказать что то кроме того, что напала девушка. Подлетев к карете и увидев Марка, я посмотрела на трупы мужчины и женщины, которые даже не успели среагировать на нападение. Они сидели с закрытыми глазами, взявшись за руку. Малевалы продолжали нестись вперёд, но я чувствовала, как мой мир перевернулся. Марк уже полетел к другому краю леса, где мы установили зеркало с переходом обратно на Эфлару. Я задержалась всего лишь на секунду. - Простите. - шепнула я и, последний раз посмотрев на них, полетела за Марком... ... Слезы льются из глаз. Я вновь вскакиваю в кровати, вытирая щеки ладонями и пытаясь заглушить громкие всхлипы и вой. Зачем... Зачем я это сделала тогда, год назад? Все таки, пару всхлипов вырываются из моей груди. Я пытаюсь спокойно дышать, но получается лишь какими то рывками и перерывами. В горле застревают слезы, не давая что то сказать. - Прости меня, Фэш... - говорю я сквозь плач. - Пожалуйста, прости... POV Фэш Утром за завтраком вижу, что глаза Василисы припухли и покраснели. И это помимо тёмных теней под глазами. Она что, плакала? Ем яичницу с беконом, даже не смотря в тарелку. Меня интересует лишь причина. Что случилось? Её кто то обидел? Казалось, никто больше этого не замечает. Даже Чёрная и Белая Королевы продолжают наслаждаться трапезой, не замечая страдальческого вида Василисы. Или они просто делают вид? Заканчиваю есть, благодарю всех и направляюсь обратно в башню. Останавливаюсь около двери в её комнату, ожидая того, когда она поднимется обратно. Проходит не меньше десяти минут прежде, чем я замечаю рыжую макушку на лестнице. Василиса поднимается и, видя меня, останавливается в метре. - Что случилось? - спрашиваю я, подходя к ней, но она делает шаг назад. - Прости меня. - говорит она, устало и натянуто улыбнувшись. - Просто кошмар приснился... Скоро девчонки приедут, давай вечером с тобой поболтаем? Это что, причина от меня отделаться? - Ладно... - все таки я подбегаю и обнимаю её, крепко сжав в своих руках. - Приходи ко мне, когда они уйдут, хорошо? - Конечно. Василиса заходит к себе, закрывая дверь. Раз ты не хочешь мне ничего рассказывать, я выясню это сам.