Темнота.

Темнота, слабость, страх окружали женщину. Всё это было похоже на сон. Где же она? В аду или ещё жива? Вероника твёрдо знала, что она не может оказаться в раю, ведь последний год Вестербурга ей зачтётся. Она напрягла свою память и мозг, чтобы вспомнить последние события и выбраться отсюда. Но как бы женщина не старалась, не помнила, как попала в это место. Она помнила всю свою жизнь, но что с ней случилось — определённо нет. — Вероника, — позвали знакомые голоса. — Твоя расплата пришла. Добро пожаловать в наш собственный ад! *** 28 июня, 2004 Городская больница. В одной из палат сидели на стульях два подростка девочки, по имени Изабелла и Мэрион. Возле них на больничной койке лежала женщина. Её лицо было бледно, но врачи находили в ней признаки жизни. Точного диагноза нет, но всё сходится к коме. Из глаз Изабеллы капали прозрачные и невинные слёзы, а Мэрион сверлила взглядом пол, прожигая в нём дыру. Сейчас им было особенно плохо, ведь рядом с ними не было никого. Совсем из другого города, приехали с мамой в Шервуд. А ради чего? Ради смены обстановки... Теперь у них нет не только отца, а возможно ещё и матери! *** 27 июня, 2004 Светило яркое солнце. По дороге в Шервуд, что проложена через лес, ехала чёрная машина. Её вела женщина, которой было за тридцать. В её машине были её дочки-близнецы. По их лицам можно прочитать разочарование. Видимо, не все в машине были настроены положительно на поездку. В автомобиле играла музыка, но ей женщина не очень довольствовалась, ведь считала, то, что играло в её времена настоящим и душевным. Молчание девочек давило, поэтому Вероника вздохнув, решила завести разговор: — Хей, не всё так плохо! Мы сменим обстановку, совместный отдых. — Убеждала Вероника. — Белла и Мэри, во всём есть хорошее. — Мам, постараемся, — сказала за свою сестру Мэрион. — просто мы никого не знаем. — после этих слов она посмотрела в окно. — Да, согласна, — вставила своё слово молчаливая сестра. Вероника грустно посмотрев на своих дочерей из зеркала, спокойно и тихо вздохнула. Затем с надеждой и искоркой в глазах произнесла: — Эй, а если я познакомлю вас с детьми своих подруг? Заставлять дружить не буду, не бойтесь. — Тревога поселилась в душе Сойер, но она не показывала этого. — Что скажете? — О, это было бы хорошо. К тому же едем на лето. — Заразилась оптимизмом от матери Мэрион. Изабелла в ответ лишь одобрительно кивнула и добродушно улыбнулась. В семье она всегда была тихоней и параноиком. Белла всегда чувствовала слежку, хоть и не все ей верили. Но в прятках она была незаменимой водой, может её паранойя была не напрасной? — А знаете что? Я вам рассказывала о крокете во дворе? По моему, нет. — Вероника улыбнулась, заметив удивление детей. — В общем, скучно точно не будет. — Что? Крокет? Мам, ты умеешь играть? — спросила Изабелла. — Если, да, то научишь? — Конечно, — ответила одним словом на все вопросы женщина, — эй, мне надоела эта музыка. Никто не против новостей? Девочки не отказались, честно говоря, им нравилась музыка восьмидесятых. Их современная музыка была недостаточно душевна. Рука женщины переключила радиоканал с музыкальными произведениями на новости Шервуда. — - Шестнадцать лет назад последовала череда самоубийств в Вестербурге. — - Провозгласила женщина. Вероника нервно взглотнула. — Власти города решили объявить этот день, днём траура о детях, которых не понял этот жестокий мир в 1989. Поэтому сейчас мы назовём список тех жертв, что попали под сильное психическое давление их возраста и тех, что чудом спаслись. — - Мама, а это случайно не твой последний год в этой школе? Надо же, какой тогда был тяжёлый год. — заметила обеспокоенная Белла. — Да... Действительно, ужасный год. Но я находила во всём плюсы, хах, — отмахнулась Вероника. Женщина на зло Сойер начала называть имена тех людей, которых она лишила жизни: — Хезер Чендлер — глава знаменитостей школы, что отравила себя очистителем, — Вероника желала, чтобы эта женщина повторила за Хезер и заткнулась — - Рэм Суини и Курт Келли — знаменитости команды Вестербурга по регби, что застрелили сами себя. Марта Даннсток — девушка с лишним весом, что сбросилась с моста, но осталась жива, поплатившись за это ногами. Хезер МакНамара — одна из знаменитостей школы, что попыталась отравить себя с помощью таблеток, но была спасена подругой по имени Вероника Сойер. — Женщина почувствовала на себе восхищённые взгляды девочек. — Вероника Сойер — девушка, что по информации Джейсона Дина убила себя, но пришла в школу позднее. Так и неизвестно, пыталась ли совершить она это, или же это ложь со стороны ученика. — Вероника побледнела, а её дочери напряглись, пытаясь переварить информацию. — Мам... Это ведь ложь, так ведь? Ты ведь... — испуганно сказала Изабелла. — Иза... Это было небольшое недоразумение, — нервно отрезала Вероника, — просто я притворилась мёртвой... — дальше она не продолжила. — Джейсон Дин — совершил самоубийство на футбольном поле, подорвав себя бомбой. — после этих слов, Вероника очень сильно нажала на педаль, и машина помчалась быстрее, но лишь на мгновение. Это очень сильно удивило двойняшек. Тишина. Гнетущая тишина. Это давило на Веронику. Начался дождь. Сейчас ей нужно было проветрить голову. Глубоко вздохнув, она спокойно и холодно сказала детям: — Я выйду, не идите за мной. Девочки это поняли, но испугались холодного тона матери. Вероника припарковалась в хорошем и подходящем месте и вышла. Если честно, она не искала этого места, а остановилась у того места, где стоял грузовик. Она встала неподалёку от автомобиля и начала плакать, скрывшись от дочерей. Ей никогда не хотелось, чтобы её слабость увидели дочери. Затем она собралась с мыслями и села обратно в машину, сделав вид, как-будто сейчас не прозвучали имена многих людей, которых она знала и убила. Нет, такого точно не было. Иза обратила внимание на заплаканные глаза матери, а Мэри на то, как сильно она сжимала руль. Вдруг, они заметили ищущего попутку человека. Вероника спросила у дочерей, взять ли его, и они согласились. Хоть и они много думали о безопасности, но их сердце было не железным. Вероника остановила свою машину и распахнув дверь, спросила: — Вам помочь? Девушка, что ловила попутку, напомнила Веронику в молодости. Эти короткие тёмные волосы, живые глаза, которые были не как у неё синими, а зелёными. Одета она была в кофту в чёрно-белую полоску и джинсы, на её плечах красовалась джинсовая курточка. Запыхавшись, она сказала: — Да, было бы очень мило с вашей стороны, если бы ещё с нами сел мой муж. — Конечно. — Можете, пожалуйста, помочь его дотащить, а то он немного... Ранен. — Девушка была напугана и явно не надеялась на то, что ей помогут. — Оу. Хорошо. — Вероника нахмурилась, представив в своей голове ужасные картины. В зеркале заднего вида отражались озадаченные и напуганные лица двойняшек. Вероника вышла из машины, взглянув на дочерей. — Я скоро вернусь. Девушка завела её в лес. Возле неё лежал мужчина, который был действительно сильно ранен. Ему уже ничего не могло помочь, но он дышал, желая продлить своё существование. На него глядел сверху мужчина, одетый в деловой костюм и маску.