***
Сириус посмотрел прямо в золотистые глаза чудовища. В них мелькнуло что-то знакомое, давно забытое. Так на него смотрела мать, когда он в очередной раз что-нибудь натворил. Так смотрела Беллатриса на жертву, перед тем, как её убить. Его кузина была профессиональным убийцей. В общем, в этих глазах были все отрицательные качества человека. В эту секунду Сириус вспомнил песню, что постоянно насвистывал Джеймс. Почему-то именно сейчас эта мелодия вспомнилась и будто сама просилась наружу. Блэк закрыл глаза и начал напевать знакомый мотив. Чудовище завопило с новой силой. Мужчина чувствовал, что оно приближается гораздо быстрее и начал напевать громче. Он вспомнил всё: смех, шутки с Джеймсом, их улыбки, все розыгрыши, те редкие минуты, когда родители на него не кричали и обнимали, вместо привычной ругани. Сердце больно сжалось. Он услышал свист, стал петь громче. В один момент все оборвалось. Дикая боль пронзила тело. Сириус полетел. В эту секунду он вспомнил первый полет на метле, матч по квиддичу, первую победу. Хруст. Еще одна волна боли и пустота. «Шалость удалась…» -Подумалось Сириусу и он впал в вечный, беспробудный сон. По щеке скатилась одинокая слезинка, затерявшись в густой траве.***
Чудовище завопило с новой силой. Гарри прижался к Снейпу. Тот закутал его в свою мантию и обнял. Люпин лежал рядом и тоже схватился за них. С места где они лежали было видно происходящее. Чудовище наотмашь ударило Сириуса.Тот отлетел в сторону деревьев. Послышался громкий, ужасный хруст. Тварь подошла к месту где должен был лежать Блэк, посмотрело несколько секунд и, протяжно завыв, начало уходить прочь. Троица пролежала в убежище еще несколько минут, а затем пошла к месту, куда улетел Сириус. Нервно оглядываясь, они наконец-то дошли. Блэк лежал на траве в неестественной позе, вокруг полуоткрытого рта, что растянулся в улыбке была кровь. Глаза были закрыты. Ремус наклонился и послушал сердце, скорее для проформы, чем для уточнения. Всё было понятно без слов. -Он мертв. -Северус отвернулся. Было такое чувство, что он давно знал правду, а сейчас просто убедился в этом. Гарри взял его за руку. Снейп сжал его руку, Поттер же уткнулся в его плечо и тихо заплакал. Зельевар приобнял его. -Северус, -Обратился Люпин. -Какая теперь разница кто с кем?! -Перебил преподаватель, будто читая мысли оборотня и поглаживая Гарри по спине. -Ты прав. Её нет. -Пойдемте, до свободы несколько метров.-Северус посмотрел на видневшуюся оградку -Мы оставим его здесь? -Уже успокоившись спросил Гарри. -У нас нет выбора. Мы не покинем Ларкспур с его телом. -Ответил Люпин. -Да и без него… Покинем ли? -Ремус уже распрощался с надеждой на спасение.Каждый из них отдал дань уважения Сириусу. Через несколько минут, также озираясь, они пошли по траве до гравийной дороги. Холодный ночной ветер пронизывал до костей. Каждый думал о своем. Ремус вспоминал все моменты с Сириусом и глупо улыбался, он все еще надеялся на то, что это просто кошмарный сон и утром он проснется в своей постели, пойдет на улицу, освежится, сделает себе кофе и забудет о ночном видении, но другая часть сознания говорила: это не конец. Это не сон. Всё наяву. Северус обдумывал все произошедшее с ними. Почему именно они? Как так вышло что он сблизился с сыном Поттера? Влияние ли это Ларкспура, или его собственное желание? Но больше всего он думал о том, что будет делать когда они выберутся отсюда. Наверное это главное отличие слизеринца от гриффиндорца — слизеринец говорит «когда», а не «если». Гарри, забравший у профессора мантию размышлял о том, что через каких-нибудь двадцать минут они выберутся, Ларкспур останется позади, как и воспоминания о нем. Сириус останется лежать, не подавая признаков жизни, поместье будет стоять и дальше, продолжая заманивать тех, кого выберет. Почему-то это его не волновало на данный момент. Они наконец-то вышли на гравийную дорогу. Она была широкой и ровной. По обоим ее сторонам был лес. Все трое глубоко вздохнули и пошли дальше уже быстрей.Желанная свобода находилась так близко. Они подошли к ограждению поместья. Оно было не очень высокое. Люпин со Снейпом помогли Гарри забраться. Следом залез Ремус, а потом они подняли туда зельевара. И замолчали.