Немного солнца в зеленой листве

Автор отчего-то посчитал, что флафф – жанр легковесный и поэтому обуснуя в этой главе мало или совсем нет. Майкрофт, в отличие от своего брата, никогда не связывал любовь с одной лишь химией или физиологией. Он воспринимал любовь как вид социальных отношений, которых он удачно избегал. В возрасте Шерлока он просто отказался от них, как от вредной привычки. И право, отказаться от жареного и сладкого было сложнее. Взятый на вооружение пространный лозунг «Неравнодушие – это не преимущество» не подводил до встречи с Молли. Когда он читал ее тонкое дело, его не покидал привкус классической английской литературы. Матери Молли не знала, до пятнадцати лет воспитывалась отцом. После его смерти воспитывалась в интернате, несмотря на широкий круг родственных связей. Поступила в университет Ист Англии. Блестящая студентка, волонтер нескольких исследовательских и благотворительных организаций. Работа в Бартсе. Та история с двумя нападавшими. «Странно, что ее зовут не Джейн», - подумал тогда Майкрофт, захлопывая папку с бумагами. - Для романтичной и благородной мисс Хупер мой братец это идеальный вариант байронического героя». Невольное сравнение с романом Бронте сыграло с Майкрофтом злую шутку – мисс Хупер предстала перед его мысленным взором не профайлом с сухими выписками из различных документов, но живым человеком, достойным уважения. Потом – встречи, время для которых он выкраивал с трудом, но отказаться от которых не мог не только из чувства ответственности за будущего наследника дома Холмсов и желания все контролировать лично, но из-за удовольствия, получаемого от них. Он как губка впитывал эмоции Молли, ее солнечный смех, болтовню, даже манеру морщить нос. Приходя вечерами в казенную квартиру, он с тоской осознавал простейшую мысль. Дом – не четыре стены, а место где ты любишь бывать. Майкрофт полюбил быть там, где находилась Молли Хупер. Обычно люди не могут вспомнить мгновение, когда осознали, что влюблены. Но для Майкрофта то единственное прикосновение к ее животу стало моментом, когда стало глупо отрицать очевидное. Она, такая беззащитная и такая милая, стала дорога ему. Осознание своего чувства повлекло неприятные мысли о заочном соперничестве с Шерлоком. Старший Холмс хорошо понимал, что вполне может составить ему конкуренцию. При всей своей уникальности и гениальности детектив не был создан для семейной жизни. Социопат в качестве супруга и отца – увольте, Молли заслуживала большего. - Молли, вы пропускаете занятия, - вместо приветствия строго начал Майкрофт, встречая ее на привычном месте, в парке. - Между прочим, - в тон ему ответила Молли, - здравствуйте, Майкрофт. Чудесный галстук. Они начали неспешно прогуливаться вдоль аллеи. Забывшая перчатки Молли грела правую руку в кармане пальто Майкрофта. - Я пропускаю только занятия, предназначенные для супругов, - с напускным равнодушием начала Молли. - Таким одиночкам как я там не место. - Не говори так, у тебя есть я, - перебил ее Майкрофт и остановился, уже пожалев о произнесенных словах. - Я хотел сказать, что мог бы ходить с тобой на парные занятия, - осторожно произнес он, краем глаза наблюдая за ее реакцией. Молли улыбалась смущенно, смотря куда-то в сторону: - Да, у меня есть ты. Молли никогда не испытывала иллюзий по поводу той ночи. Она умела трезво оценивать ситуацию и понимала, что могло толкнуть Шерлока на такой шаг. Оглядываясь назад, она могла лишь удивляться своей смелости и его податливости. Но беременность стала для нее полной неожиданностью и самым дорогим подарком. Конечно, она представляла себе Шерлока в халате с их ребенком на руках. Но это были те воздушные замки, которые изредка может позволить себе любая женщина. Все равно, что представить главного героя популярного сериала своим любовником. Шансы что первое сбудется, были примерно такими же, как осуществление второго. И чем явственнее округлялся ее животик, тем больше образ Шерлока окутывался дымкой почти мифических воспоминаний. Зачастую ей казалось, что те несколько лет, проведенных рядом с детективом, не были настоящей жизнью. Нельзя сказать, что Молли была одержима идеей материнства. Но это ведь было нормально – радоваться будущему ребенку. Шерлок бы назвал это «унылой картиной» и «реальной жизнью», да, второе тоже в кавычках. А потом в жизни Молли появился старший Холмс. Не в свое первое возникновение в лаборатории, и не во второе. Человека за строгим костюмом Молли разглядела гораздо позже. Она улавливала в нем черты Шерлока – отстраненность, честолюбие и острый ум, и одновременно открывала то, что старший из братьев, казалось, тщательно скрывал – доброту и отчасти сентиментальность. Он трепал по холке подбегавших в парке собак, был способен оценить красоту заката или мелкие радости вроде горячей чашки чая после долгой прогулки. Это было глупо. Она пыталась анализировать свои чувства, укоряя саму себя, что очень просто влюбиться в человека, который окружил ее заботой и вниманием. Она напоминала себе, что он понимает ее лишь потому, что обладает информацией, собранной агентами. К тому же всегда есть вероятность, что у такого человека как Майкрофт всегда найдется тайный мотив. И все же ее сердце начинало биться чаще, когда она замечала его чопорный силуэт в конце аллеи. Майкрофт снял пиджак, растянул узел галстука и устало опустился в кресло - сегодня днем он вернулся из дипломатической поездки в Соединенные Штаты. Не стоило соглашаться на радушное приглашение Молли на чашку чая - он слишком устал, а от чая, выпитого на ночь, утром появятся мешки под глазами. Майкрофт откинулся на спинку кресла, борясь с соблазном прикрыть глаза. Однако когда Молли вошла в комнату, неся поднос с чашками и бисквитами, мужчина, уронив голову на плечо, дремал. Она протянула руку и легонько коснулась его плеча. Ох, до чего жаль будить его. Но если он уснет в этом кресле, то проснется не только не отдохнувшим, но и изрядно помятым. К тому же, внизу, в лимузине, ждет шофер. Молли похлопала Майкрофта по плечу. Он вздрогнул и поднял на нее слегка затуманенный взгляд. - О, прости, - Молли мгновенно устыдилась своих действий и продолжила, не задумываясь. - Постелить тебе на софе? Майкрофт непонимающе моргнул раз, два. Потом в его взгляде промелькнуло удивление вперемешку с весельем. - Польщен таким предложением, - произнес он беззлобно. Молли почувствовала что краснеет – вечно она ляпнет какую-нибудь глупость. Майкрофт тем временем достал из внутреннего кармана пиджака телефон и набрал номер: - Джек, отправляйся домой. Сегодня я ночую у мисс Хупер, - идея оказалась насколько абсурдной, настолько же притягательной. Мгновение оба в тишине раздумывали над случившимся. Потом Молли отправилась за постельным бельем. Майкрофт, полностью одетый, - в брюках, рубашке и жилете – возился у плиты. - Доброе утро, ты прекрасно выглядишь, - поприветствовал он Молли. - Я похожа на утку, - усмехнулась она, - а вот ты выглядишь неплохо для человека, коротавшего ночь на диване. Что ты готовишь? - Свои фирменные блинчики, - мужчина сделал жест в сторону сервированного стола, - присаживайся, все будет готово с минуты на минуту. - И часто ты готовишь по утрам? – Молли налила себе молока. - Это первый раз за восемь лет, - повернувшись, ответил он, - не готовил с тех пор, как от меня ушла последняя постоянная любовница. - О, я не знала, - Молли неловко дернула рукой – на столе образовалась молочная лужица. - Не предполагала, что я могу с кем-то встречаться, - Майкрофт стал затирать пролитое кухонной тряпкой. - Не знала, что невинный вопрос приведет к такой откровенности, - парировала женщина. - Я ночевал в твоей гостиной, - Майкрофт усмехнулся. - Думал, мы перешли на новый уровень отношений. - Ну, мне-то нечего тебе сказать, ты и так все обо мне знаешь, - Молли отпила из стакана. - Не все, - через минуту он подал на стол две порции блинчиков, политых кленовым сиропом и сел напротив Молли. Некоторое время они молча орудовали ножом и вилкой. - Ммм, - Молли отправила в рот очередной кусочек, - не представляю, как можно уйти от человека, который готовит что-то подобное. Будь я на ее месте, я бы трижды подумала и… Майкрофт отложил приборы и сложил руки замком, поставив локти на стол. Он пристально смотрел на свою собеседницу. - Выходи за меня, и я обещаю готовить их раз в неделю, по воскресеньям, - его голос звучал мягко, будто он обещал конфету ребенку, если тот съест брокколи. Молли оторвала взгляд от тарелки. - Не стоит делать такое предложение беременной женщине, ведь она может согласиться, - она попыталась обратить все в шутку, но голос дрогнул. - Значит, назначаем дату? – мужчина не изменил тона заботливого родителя. Молли порывисто встала из-за стола. - Это не смешно, Майкрофт, - она нервно провела рукой по волосам. Мужчина тоже поднялся с места. - Хорошо, может мне стоит сделать это более романтично, - он опустился перед ней на колени. - Майкрофт! – Молли казалось, была раздосадована еще больше. На ее щеках заиграл горячий румянец. Он положил свои ладони ей на бедра и посмотрел снизу вверх, заговорил спокойно, не выказывая подступающего к горлу трепета – сказывалась профессиональная деформация политика: - Никогда и никому я не говорил таких слов. Возможно, я сейчас испорчу наши отношения навсегда, но я не буду молчать. Я люблю тебя, Молли Хупер. Тебя и твоего ребенка. Я все сделаю ради вас, вы ни в чем не будете нуждаться. Ты знаешь, что это правда. И сейчас я в твоей милости – ты можешь послать меня на все четыре стороны, а можешь…полюбить меня, переехать ко мне и выйти за меня замуж. Последовательность может варьироваться. - Предложение истинного дипломата, - на глазах выступили слезы. - Ты поставила на колени британское правительство, - попытался улыбнуться Майкрофт. - Ни одной женщине это еще не удавалось. - Встань, пожалуйста, - Молли сделала несколько взмахов руками. Майкрофт прикрыл глаза. «Идиот, - мысленно обругал себя, - теперь все прахом». - Знаешь, если ты не поднимешься, я не смогу тебя поцеловать.