Сквозь время, минуя вечность.

      Солнце по-весеннему светило за окном. Нежные лучи коснулись моего лица, заставляя проснуться.       Тепло... Нет, я бы сказал, что жарко. Непонятная тяжесть давила на меня, не давая пошевелиться. Я с огромным трудом повернулся на бок...       Нап мирно спал, прижимая меня к себе. Его лицо было умиротворенным. Его ресницы иногда вздрагивали. Он дышал ровно, спокойно. Никогда не видел его таким раньше...       Стоп!!!       Остатки сна слетели, будто я и не спал только что. Непонимание и ужас закрались ко мне в грудь. Воспоминания о сегодняшней ночи начали лезть ко мне в голову.       * - Потому, что я люблю тебя, Бальзак...       Его слова прозвучали утробным, тихим голосом. Нап ещё какое-то время так и сидел, уткнувшись в мой лоб, дыша чересчур спокойно и ровно. Я же затаил дыхание, боясь пошевелиться.       Повисла неловкая пауза. Он ждал моего ответа на признание?        "Ч-что же делать?!"              - Прости... Забудь то, что только что слышал, - холодно бросил мне Нап, прерывая молчание, - Тебе следует выспаться, сегодня будет трудный день.       Этот тон пугал. Холодок пронёсся по моей спине. Невольно, я правда не хотел этого, но отметил, что он сейчас чем-то похож на Грега.       Нап встал и хотел было уйти на своё место на стуле, но я схватил его за руку.       - Баль?       - Включи свет, пожалуйста... - я сказал это тише, чем хотел.       - А? Нафига? - он как-то устало и непонимающе переспросил меня.       - Нап, пожалуйста...       В темноте послышался вздох. Через секунду раздался щелчок ночника около кровати. Резкий свет неприятно резал глаза, но я сразу же, игнорируя неприятные ощущения, взглянул в лицо Напа.       Я не ошибся, когда отметил, что он вымотался из-за меня. Но более того, меня волновал его взгляд. Я не могу передать словами, точнее, могу, но только лишь часть того, что в них выражалось. Можно ли назвать в них всё это печалью или болью?       Сердце сжимается от невыносимой тоски. Какой же я эгоист, придурок. Из-за меня он столько переживал и волновался. И как он мог влюбиться именно в меня после всего?!       Точно!!! Он же, только что, сам признался в своих чувствах! Нап... Ты любишь меня?!       Я нервно сглотнул. В голове слетели все предохранители. Не понимаю, что за сила двигала мной в тот момент. Я, не сдерживаясь, кинулся на него, как голодная дворняга на кусок мяса. Не сдержанно, я впился в его до одури мягкие губы. Некоторое время, Нап не реагировал, но после того, как всё осознал, перехватил инициативу, давая понять, что только он может быть главным. Его руки крепко, но несильно, вплелись в мои волосы, не больно стянув их. С моих губ слетел стон, и, видимо, это раззадорило Напа ещё больше. *       Моё сердце замерло, чтобы снова начать биться с новой силой. В виски стукнула неприятная боль. Из-за накативших воспоминаний я сдавленно вскрикнул и выскочил из крепких объятий Напа, с грохотом падая прямиком на пол.       * В конечном счёте, мне не хватало воздуха, поэтому пришлось разорвать поцелуй. Я вдыхал воздух глубоко всей грудью, не в силах отдышаться. Однако только сейчас осознание пришло в мою голову.       - Только что... Я... - я неосознанно высказал это вслух, с трудом выговаривая слова, - Нап, прости. Прости, я... На меня что-то нашло...       Спину накрыла толпа мурашек.        "Что я наделал?!"              Нап стоял напротив меня, приходя в себя. Он непонимающе смотрел мне в глаза, облизнув нижнюю губу.       - Прости... Прости, Нап... - я продолжал бормотать, - Прости, прости меня, я не должен был...       - Баль, успокойся, - он медленно положил свои руки на мои плечи, - Нормально! Ты слышишь? Всё нормально!       - Нет! Я не должен был! Это неправильно! Только не так!       Паника начала завладевать мной. Я же потерял всё оставшееся самообладание. Нап осторожно обнял меня, опустив руки чуть ниже дозволенного.       - Баль, выдохни, - он сказал это совсем тихо, - Я не имею ничего против того, что произошло.       Он легко коснулся губами моей шеи, будто пробовал. Они обжигали, заставляли меня расслабиться. Постепенно, Нап опускался ниже к ключицам, оставляя приятные ощущения, заставляющие легонько вздрагивать.       - Нап, я... - он не дал мне договорить, чуть сильнее прикусывая кожу, заставляя меня издать тихий стон.       - Когда я говорил, что я тебе не безразличен, - он наконец оторвался от меня, - Я и не думал, что настолько. Могу ли я считать, что мои чувства взаимны, Баль?       Глаза Напа дьявольски блестели неведомым для меня светом. Он лукаво улыбался, больше не скрывая своих эмоций. *              Я поднялся на руках и быстро отполз к стене, привалившись к ней голой спиной. Память подкидывала всё больше новых воспоминаний. Я закрыл лицо руками и подтянул ноги к себе.       * Раз за разом я прокручивал слова Напа и никак не мог поверить тому, что услышал. Тот же, в свою очередь, никак не мог остановиться, всё больше и больше вызывая желание и возбуждение.       - Нап, пожалуйста... - шепчу ему, судорожно хватаясь за него руками, - П-подожди, п-пожалуйста...       Он отрывается от меня и смотрит. На миг, его лицо меняется. Но потом он коротко ухмыляется и нежно проводит рукой по щеке, будто успокаивая.       - Знаешь, - он вдруг стал серьёзным, - Только тебе решать, как далеко мы зайдём. Если ты не готов, то мы можем остановиться прямо сейчас.       Я прикрыл глаза и покачал головой, сжимая дрожащими руками плечи Напа. Для меня было всё ещё удивительно, что я позволял ему делать это.       Он осторожно посадил меня на кровать. Я, даже с каким-то восторгом, глупо смотрел на Напа, отмечая, какой же он привлекательный. Тот лишь облизнулся и стянул с себя водолазку, оголяя мощное тело. *       - М... Баль? - я слышу сонный голос Напа.       Ещё немного, он шарит руками по простыням, а я не решаюсь взглянуть на него или подать хоть малейший голос. На секунду, всё затихает.       - Баль!       Нап громко восклицает и спрыгивает с кровати, быстрыми шагами приближаясь ко мне.       * Я уже не сдерживаюсь. Мои стоны становятся всё громче, развязней. Я извивался в руках Его высочества, забываясь, утопая в нём. Он наверняка оставил на мне свои следы, но я не сопротивлялся. Сейчас, мне было всё равно. Его касания, проникновения - сладко одурманивали мой голос разума, заставляя биться моё сердце быстрее. Его бешеный ритм не давал даже надежды на передышку. Я осознавал, что мы поступаем неправильно. Окажись мы в другой ситуации, в другое время, я был бы невероятно счастлив. Но сейчас, когда столько произошло...       Постепенно, дело близилось к разрядке. Моё тело начала сводить приятная судорога, отдавая дрожью в коленях. Нап начал водить рукой, доводя меня до грани. *       - Баль, посмотри на меня!       Нап уселся напротив меня, взяв за запястья рук. Я постарался высвободиться, но его хватка оказалась крепче, чем я думал. В конечном счёте, мне пришлось взглянуть на него, но продержаться больше двух секунд я не смог.       - Я сказал, - Нап резко сменил тон на приказной, - Посмотри на меня, Бальзак.       Я вздрогнул. В конечном счёте, мне пришлось подчиниться.       - Ты переживаешь из-за случившегося, не так ли? - догадался он.       Я коротко кивнул, не отрывая глаз.       - Мы... Мы не должны были этого делать, Нап. Или, по крайней мере, не сейчас. Прости, Нап, я не хотел этого...       Его взгляд сразу помрачнел.       - Тогда зачем, Баль, - он говорил это холодным тоном, - Зачем ты переспал со мной? К чему был этот секс? На что ты рассчитывал, поступая так на моё признание?       Я потупил взгляд. Он прав: ведь инициатива была с моей стороны, и я мог попросту отвергнуть его или принять. А я...       - Нап, прости, я ужасен. Мне не стоило... Вот так...       - "Ужасен", - Его высочество будто с издевкой пробует это слово на слух, медленно расстягивая гласные, - Это мягко сказано. Ты жесток, это больше тебе подходит.       - Нап, я...       Он покачал головой и сказал:       - Иди, тебе нужно прийти в себя и привести в порядок.       Когда я закончил и вышел из ванной в комнату, Нап сидел на кровати, оперевшись на руки головой. Вся его поза была напряжена, отчего казалось, что малейшая вибрация воздуха - он сорвётся. Он прав: я жесток. Даже слишком. За что я так с ним? Нап этого точно не заслуживал, только не такого отношения к себе. Боже, как же больно видеть его таким разбитым.       Я подошёл к нему и опустился на колени, обнимая руками.       - Нап, я люблю тебя. Я должен был сказать тебе это до того, как всё произошло. Прости, что я так жестоко с тобой поступил. Ты должен был услышать мой ответ раньше. Пожалуйста, прости меня. Мне очень больно видеть тебя в таком состоянии, так что прости, если сможешь.       Его спина вдруг стала расслабленей, плечи опустились, а дыхание стало более глубоким.       - Да, Нап, - продолжил я, поглаживая его по затылку, - Даже такое чудовище, как я, тоже может чувствовать. Могу повторить тебе ещё раз: я люблю тебя, Нап, до глубины своей проклятой души. Но поверь, ты заслуживаешь большего, чем отбитого на всю голову меня. И то, что случилось между нами, я не знаю, как объяснить. Но это должно было произойти точно не сейчас. Я понимаю, что это был как плевок в твоё сердце на чувства, но это только моя вина, я это признаю и никак не оправдываю. На самом деле, я хотел бы извиниться за многие вещи, что натворил. И за то, что незаслуженно причинил тебе столько боли.       Руки Напа обхватили меня. Он прижал меня к себе.       - Баль, я никогда не считал тебя чудовищем! И в том, что мы переспали, есть и моя вина: я должен был пресечь все попытки, а вместо этого давил на тебя ещё больше. Ты же сам понимаешь, из какой передряги ты выбрался вчера, а ещё я тут нарисовался со своим признанием. Лучше бы я молчал в тряпочку, а не лез к тебе со всей этой розово-ванильной чушью!       - Нап, это не чушь! Ты не представляешь, как для меня это важно!       Он нежно поцеловал меня. Умопомрачительный поцелуй. Будто извиняющийся, но сколько же в нём было тепла и любви. Почему-то мне хотелось думать, что он никого ещё так не целовал до меня.       Но нас прервал телефонный звонок. Нап быстро разорвал поцелуй и бросился к телефону.       - Привет. Где ты?       - ....       - Ага, скоро будем! Давай, пока!       Наполеон взглянул на меня лукавым взглядом.       - Кто это был, Нап?       - Увидишь на месте, - он хитро прищурился, - Собирайся, у тебя на сборы десять минут.