Сквозь время, минуя вечность.

*Pov* Нап:       - Милашка... - пролепетал Бальзак, тупо уставившись на меня влюблёнными глазами.       Ну всё, приплыли.       Моё сердечко медленно, но верно, грёбнулось прямо в пятки. А ведь Бальзак предупреждал, говорил, а я, дурак, не послушал. Нужно взять на заметку, что в следующий раз, не дай Бог, конечно, надо прислушаться к нему, пока он адекватный. Наверняка, если бы мы приняли во внимание всю его болтовню, то сейчас не охреневали от итогов проделанной работы.       - С ним всё будет в порядке? - неуверенно спросила заплаканная Феда на плече Лины.       - Куда денется, - я скептически хмыкнул, - Сейчас тебе вообще стоит о себе поволноваться. А об этом я позабочусь.       Кивком я указал на Баля и продолжил:       - Лина, ты меня слышала? Бери её, и дуйте в участок. Пишите заяву, мол, пробегал чувак, устроил пальбу, взял в заложники, потом сбежал. Поняла?       Еся участливо кивнула.       - Молодец. А я пока постараюсь привести его в чувства.       Мы разошлись в разные стороны. Хоть я и сказал, что постараюсь привести Баля в себя, но даже не имел понятия, как это сделать. Ладно... Просто прослежу за ним, чтоб не наворотил дел и не навредил себе и окружающим. Поудобнее взяв Оноре в руках, я понёс его в сторону гостиницы, петляя по дворам. Не хватало ещё, чтоб люди на нас косились и подумали невесть что. Баль обхватил мою шею руками и начал нести всяческий бред, опаляя мою кожу на щеке своим дыханием. Я прибавил шагу, переходя на бег.       Через некоторое время такой ходьбы, мы приблизились к гостинице. Перекинув тушку Баля на плечо, я спешно открыл дверь и пулей влетел в комнату.       Я злился. Чертовски злился. И не представлял, что делать дальше. Даже что-то отдалённо ощущалось, как паника, что-ли...       - Рыжик, ты такой красивый... Не морщись, а то морщины появятся. А глаза у тебя красивые, изумрудные... - шептал на ухо Баль.       Меня передернуло от отвращения. Всегда выбешивало, когда меня звали Рыжиком. Однажды отец назвал меня так при Греге, и понеслось: не проходило и дня без издевок и обзывательств брательника. Черт знает, сколько раз мы из-за этого дрались. А сейчас вся ситуация напоминала мне какую-то дешевую комедию, а Баль был одним из тех бесячих детей, которому понравилось какое-то глупое слово. И, раз оно нравится, его надо повторить раз д-цать. Это продлится, пока не услышит другое, которое можно сказать ещё столько же раз.       "Я убью его. Сначала Гюго, а потом и Баля," - в сердцах подумал я, но не осмелился сказать этого вслух. Мало ли что взбредет этому сумасшедшему в голову.       Хотя нет. Баля убивать не буду. Просто отправлю его в долгое пешее эротическое, когда очухается. В прямом смысле. Такой поход он долго не забудет, я уж об этом позабочусь.       Я спихнул Баля со своего плеча на кровать. Тот громко то ли охнул, то ли ахнул, приподнимаясь и опускаясь на лопатках. От такого его стона у меня пронеслась волна мурашек. А вот от моих прикосновений он так не реагирует! Обидно, вообще-то...       Приглядывая за ним краем глаза, я снял с себя куртку и повесил её на крючок. На стол бросил телефон и плюхнулся на, уже ставший мне родным, стул. Баль тихо хихикнул, уставившись в потолок.       Итак, что же мы имеем в итоге: Оноре в ауте, Тео тоже не пойми как себя чувствует, этот придурок Гюго сбежал и чуть не угробил Достоевскую, переполошив весь район...       ...ну просто звездец вселенского масштаба...       Цензурных слов у меня больше не осталось. Только матерные. Страшно даже представить, что будет дальше. Хотя, тут и дураку ясно, что мы так просто не отделаемся. Я запустил в волосы руку и откинулся на спинку стула. Сейчас мне жизненно необходимо собраться с мыслями. Сперва, нужно дозвониться до Джека и узнать, как там Тео. Всё ли с ней хорошо?        И только стоило расслабиться на секунду, как я почувствовал, что на меня сверху навалилось что-то тяжёлое. Я спешно распахнул глаза: на мне сидел Баль, ерзая бёдрами. Его щеки пылали нездоровым румянцем, а глаза блестели одержимый блеском.       - Ты что творишь?! - растерянно от неожиданности я встрепенулся.       Когда он успел снять с себя куртку и обувь?! Неужели я настолько погрузился в свои мысли, что даже не услышал шум его шагов?!       - Я хочу тебя. Давай... сделаем это?       Он с придыханием прильнул к моим губам, утягивая меня в умопомрачительный поцелуй. Мда... Так даже девчонки не клеились ко мне в клубах!       Но всё же вся эта ситуация не входит ни в какие рамки!       - Оноре, слезай...       Но он проигнорировал меня. Баль опустил руки на мои плечи и уткнулся мне в шею, оставляя засос. Я шумно выдохнул, сдерживая себя. Настроение и так ни к черту, а тут ещё и это... Хотя, должен признать, ощущения были довольно приятными.       Оноре, почувствовав свою уверенность и свободу в действиях, начал ещё больше заводить меня. Он обвел руками мои мышцы на спине, параллельно прикусывая мочку уха зубами.       - Баль, я не шучу. Слезь с меня, - я попытался сказать это как можно более угрожающим тоном.       - Пожалуйста... - он прижался ко мне сильнее, игнорируя мои слова.       Чёрт!       - Оноре, с огнём играешь...       Он запустил свои дрожащие пальцы мне под футболку, неуклюже поглаживая меня по груди, спускаясь вниз по животу...       Не выдержав такого напора, я поддался искушению. Перехватив инициативу, я несильно оттянул его за волосы и начал покрывать поцелуями его шею, обводя языком острые ключицы, оставляя на них алые отметины. В ответ на мои действия, Бальзак громко застонал, прогибаясь в пояснице.       От такой его реакции, мою башню снесло окончательно. Я подхватил его за ягодицы, крепко сжимая их, и встал с места. Стул, кажется, скрипнул и пошатнулся, с грохотом падая на пол. Оноре ногами обхатил меня за торс.       Мой мозг в предвкушении и восторге совсем перестал соображать. Я грубо сбросил Бальзака на кровать, устроившись поудобнее между его бёдер, нависая сверху. Его чёрные вороные волосы разметались по кровати, локонами напоминая расползающихся в разные стороны змей. Тонкое тело извивалось, вставало на лопатки.              Дьявол, какой же он сексуальный...       Я от нетерпения чуть не разорвал эту несчастную растянутую футболку на его теле. Готов поклясться, что услышал, как она затрещала по швам. Баль тоже не отставал от меня: ему удалось стащить с меня одежду. Моя рука спустилась вниз к ремню и ширинке джинс...       - Наполеон...       Моё полное имя, сказанное таким тоном, остро резануло мой слух, и я поднял на него глаза.       Баль смотрел на меня затуманенным взглядом, даже как бы сквозь мою фигуру. Его худая грудь быстро поднималась и опускалась, а в уголках глаз... Да, мне это сейчас не показалось: его глаза и правда были влажными от слёз, которые стекали по лицу и падали вниз. Меня как холодной водой окатило. Я ощутил весь ужас и мерзость своего поступка.       Нет... Это неправильно..! Какого чёрта я сейчас творю?!       - Ты змей искуситель, Баль. - я злобно прошептал ему и отстранился на край кровати.       Он непонимающе взглянул на меня, хлопая глазами. Я осознал, что вся ситуация слишком близка к изнасилованию. Пофигу, что Оноре там хочет: он же сейчас попросту невменяемый! Страшно даже представить, как он отреагирует после этого, когда придёт в себя. Будет ли доверять? Я с таким трудом расположил его к себе, чтобы он хоть что-то начал транслировать в мир. А сейчас? Конечно, ломаю всё то, чего так долго и упорно добивался!       Я поспешно поднялся и направился к столу, где одиноко лежал телефон.       - Подожди! Нап, не уходи... - Баль сделал неловкую попытку взять меня за руку, - Не уходи, пожалуйста..!       Меня переклинило от его интонации. В ней было столько боли и отчаяния, как тогда, когда он сорвался и у него случилась истерика. Всё это возбуждение от его ласк моментально сошло на нет.       - Да здесь я, здесь. Куда я от тебя уйду, пока ты в таком состоянии? - сдержанно я буркнул ему в ответ и взял в руки телефон.       Раздались громкие стоны и оханье. Он будто в горячке начал метаться на кровати. Моё сердце сжалось от жгучей боли. От отчаяния ситуации, я мысленно ещё раз поклялся, что собственными руками убью этого Гюго, чего бы мне этого ни стоило.       Нужно было переключиться на что-то другое, поэтому я быстро, иногда промахиваясь, набрал Джека и стал вслушиваться в гудки. Через несколько минут мне ответили.       - Алло, Нап! - радостно ответил Джек, - Ты нашёл его? Где вы сейчас?       - Да, нашёл... - я сухо ответил, поглядывая в сторону Оноре, - А ты что-то чересчур радостный для сложившейся ситуации.       - Драй пришла в себя! Она сейчас выглядит намного лучше.       Я тихо выдохнул. С сердца будто упал камень.       - Слушай, я копаюсь в документах и вещах этого гада, и тут столько всего! - восхищенно продолжал говорить он.       - Вы вызвали скорую или полицию? - я перебил его.       - Да, конечно! Но учитывая, сколько времени они будут добираться, я сам могу пока посмотреть в них. Кстати... - он осекся, - Ты так и не ответил: вы сейчас где?       - Мы в гостинице, в номере.       - А? А какого хрена вы там делаете? - явно удивившись, опешил Джек.       - Понимаешь, у меня возникла большая проблема: Баль сейчас, так сказать, не в самом лучшем своём виде, и мне неизвестно, что с ним делать...       В трубке послышалось тягучее молчание.       - Нап, что случилось? - он осторожно поинтересовался у меня, - Все нормально?       - Сперва сам ответь, вам нужна моя помощь? - я оборвал его поток вопросов, - Мне нужно прийти к вам?       - Да вроде бы нет, мы сами тут всё уладим, но... Что произошло?       - Это... Короче, этот хмырь, перед тем, как смыться, походу дела накачал Оноре чем-то. Так что Баль сейчас находится в экстазе и хрен знает, сколько он так ещё проваляется.       - ...очешуеть, - совсем тихо, будто про себя ответил напарник.       - Это ещё мягко сказано. Ты знаешь, что у этого мамкиного химика был ствол? Так вот, откуда-то вышли наши девчонки с института, и он взял Феду в заложники. Он чуть не прострелил ей голову.       На том конце всё затихло. Краем уха я уловил, как Баль начал что-то говорить. Правда, должен признать, я совсем не разобрал его бред, когда прислушался.       - Это... Я виноват, - растеряв весь задор пробубнил Джек, - Нап, я осмотрел здесь всё и... Баль был прав: нам следовало понаблюдать за Виктором. Здесь всё же был запасной выход, только он снаружи замаскирован под лист железа, и если не знаешь об этом, то фиг его найдёшь. Я... Я был неправ, Нап. Это моя ошибка...       - Уже поздно что-то говорить... Дай-ка Тео. Хочу убедиться, что с ней всё хорошо. Если найдёшь что-нибудь, то сообщи, хорошо?       - Ты стебёшься?! У меня уже весь телефон забит фотками, хоть сейчас могу прислать всё необходимое! Ладно, одну секунду...       Из динамика послышался скрип и шуршание. Или это скрипнула кровать из-за дёрганья Баля?       - Кто там..? - где-то в глубине динамика, эхом прошелестел усталый голос девушки.       - Нап с тобой хочет поговорить. Вот...       Не дождавшись, пока Драй ответит, я обеспокоенно спросил в трубку.       - Тео, ты как? Жить будешь?       - Конечно буду, не кричи... - она сказала это слишком мрачно.       - Хорошо... Боже, хорошо, что всё обошлось! - я сказал это на одном дыхании чересчур громко, - Я переживал за тебя! Черт... Тео, больше ты с нами никуда не пойдёшь!       От сердца будто отлегло. Причём настолько, что вмиг от облегчения закружилась голова. Пришлось опереться об стол рукой, сохраняя баланс.       - Ну, это мы ещё посмотрим, - она ехидно ухмыльнулась, - Если со мной что-то случится, то кто за вами, шалопаями, будет приглядывать? Пропадёте же! Только одна надежда на Оноре останется... Надо потом, кстати, извиниться перед ним, что не послушали его советов...       - Насчёт этого... - я перебил её, думая, как преподнести то, что с ним происходит, - Я не уверен, что в ближайшие сутки от него будет хоть какой-то толк.       На другом конце послышалось молчание.       - Нап, что случилось? - она осторожно ответила, - Что-то с Балем? Ну же, скажи хоть что-то!       - Короче говоря, он сейчас под наркотой. Его отволок Гюго в угол и что-то с ним сделал. Теперь Баль вон: лежит на кровати и с ума сходит.       Тео замолчала, тяжело вздохнув. Я уловил, как Баль начал уже в открытую и во весь голос разговаривать сам с собой. Правда, говорил в основном какую-то тарабарщину, которую я ничерта не понял.       - Нам определённо стоит извиниться перед ним за то, что не послушались, - наконец, Драй снова выдохнула, - В этот раз мы определённо переоценили свои силы.       - Согласен... - я неосознанно кивнул, несмотря на то, что Тео здесь не было в комнате.       Оноре вдруг заржал в голос, прикрыв руками глаза. Он хватал ртом воздух, одновременно продолжая говорить что-то. Тео, видимо, тоже это услышала:       - Ты там что, комедию на французском смотришь или что?       - А, так это французский... - хмыкнул я, а потом сообразил, - Погодь, чего? Французский?       - Ну да... - неопределённое подтвердила Тео, - Мама довольно часто их смотрит, так что я уже по горло сыта этим французским.       - Знаешь, я бы согласился, если бы это был фильм. Но вот это вот то, что ты слышишь, это Баль так лепечет.       Мы оба зависли.       - Он же с нами на английский ходит, - недоуменно размышляла Тео, - Неужели в школе на французский ходил? Я даже завидую...       - Тебе ж он не нравится?       - Это так, но было бы здорово на нем поговорить... Тем более, язык сам по себе довольно романтичный...       Тео продолжала говорить, но я её не слушал. Всё моё внимание сейчас устремилось к Бальзаку, который снова ворочался из стороны в сторону, но... Что-то было не так. Он больше не смеялся, хотя, лучше бы ржал дальше. Нахмурив брови, он говорил что-то. Но неожиданно для меня, Баль резко раскинул руки в стороны и замолчал на какое-то время. В его глазах отразился испуг, а губы мелко задрожали. Казалось, что он хочет что-то сказать, но у него не получалось. Я замер, так и недослушав подругу.       - Ау, Нап, у вас там всё хорошо? - окликнула меня Драйзер.       - А... Что? - я пристально уставился на Баля, не отрывая взгляд.       Сейчас мне стало жутко не по себе из-за этого. Вся злость сошла на нет. На моей памяти было всего лишь несколько раз, когда я так сильно переживал за кого-то, пока не появился Оноре. Я и сам толком не понимаю, почему к нему привязался, почему люблю этого колючего недотепу, но... Что-то было в нем такое, что казалось родным до боли. Да и чего греха таить: меня привлекала его загадочность и колкая неприступность. Его хотелось покорять, раскрывать эту природную таинственность. Это иногда изрядно бесило, конечно, но... С ним это было интересно.       Мои мысли разом испарились, когда Оноре резко дернулся всем телом и вскрикнул, схавившись за сердце. Громко хватая ртом воздух, он приподнялся на лопатках, запрокидывая голову назад. Я вздрогнул вместе с ним, чуть не выронив телефон.       - Твою же..! - я выругался, еле успев схватить смартфон.       Из его заплаканных покрасневших глаз снова ручьём потекли слезы. Он начал что-то говорить, но сейчас я понял, что это был за язык.       - Нап?! Что у вас там происходит?! - Тео повысила голос, явно переживая.       Баль говорил, чуть ли не задыхаясь и плача.       А это больно - видеть его таким.       - Наполеон Бонапарт, ты меня слышишь?! - Драй начала не на шутку переживать.       - Да, я здесь... - я тихо ответил ей, стараясь удержать себя в руках.       - У вас все нормально? Я слышала крик.       - Нет, Тео, не нормально... Прикинь, он ещё и на немецком болтает... - я добавил это, как бы в шутку.       Баль продолжал говорить, иногда замолкая и часто дыша. Рукой он сильно сжал кожу на груди около сердца, рассцарапывая её ногтями и оставляя красные отметины.       Я сделал несколько шагов в сторону Баля.       - Тео, ты же немецкий в школе учила, да? - я решил уточнить у подруги.       - Ну... Ну да... - она растерялась от моего вопроса, - А зачем ты спрашиваешь?       - Мне просто сейчас очень надо... Сможешь понять, что он говорит?       Я поднёс телефон поближе к Балю, который уставился в потолок. Всё его тело было напряжено и натянуто, как пружинка. Оноре продолжал говорить, пока я старался взять его за руки и удержать, чтобы он не навредил себе ещё больше. Его хватка была стальной: он крепко взял меня за руки, чуть ли не до побеления костяшек. Драй внимательно слушала на том конце, что шпрехал на дойче Баль, не смея перебивать.       Наконец я услышал, что она что-то начала говорить. Я спешно высвободил одну руку.       - Да-да, я здесь... - я зажал плечом мобилу, - Повтори, что ты сказала?       - Поставь на громкую, быстрее пожалуйста. - она будто не обратила на меня внимания.       От такой интонации мне стало не по себе. Я редко слышал у неё такой голос. А когда слышал, то становилось страшно. Видимо, она что-то поняла, и я выполнил её приказ.       Какое-то время все было тихо. Видимо, Тео собиралась с мыслями. Затем, начался какой-то сюр из психоделических фильмов: Драй заговорила властным, ровным голосом (хотя, я всегда считал немецкий грубым и немного бесовским языком), не поднимая и не опуская интонацию, а Оноре, как мне показалось, начал говорить гораздо тише, словно вслушиваясь. Но я окончательно обомлел, когда Бальзак резко замолчал. Он широко распахнул глаза, почти не дыша, а потом что-то ей ответил. Такая дискуссия между ними продолжалась несколько минут, но не особо долго.       Через некоторое время, Баль с ужасом взглянул на руки и пару раз сжал их. Наконец, под голос Драйзер, он облегченно выдохнул и ослабил руку, расслабляясь всем телом. Оноре сказал ей что-то ещё, на что Драй ответила ему длинную, замысловатую фразу. В конечном счёте, он пару раз свободно, глубоко вздохнул и закрыл глаза. Его грудь размеренно поднималась и опускалась.       Порядком офигев от произошедшего, я осторожно взял телефон и переключил режим:       - Только что... Что это было?!       - Тише ты, - шикнула Тео, - Не дай Бог разбудишь!       - Что ты ему сказала? Слушай, научи меня так же, а?! - я сказал это чересчур вдохновленно и искренне.       Она молчала.       - Так о чем вы говорили? - я не унимался, - Интересно же! Расскажи!       - Это... - она замялась, - Нап, я правда не была уверена, что эта идея сработает но... Черт...       Мне кажется или...       - Тео, ты там плачешь? Что он тебе сказал?       - Нет-нет, но... - её голос дрожал, - Я... Я не знаю... Нап, он думал, что умирает...       Я выпал.       - Он говорил, - продолжила Тео, - Что ему очень больно, что он не хочет ещё раз умереть. Ему страшно снова испытывать эту боль, или, как он дословно сказал, "агонию", что он не переживёт, если ещё раз умрёт. Говорил, что это мучительно: умирать каждый раз. А ещё страшнее, если не откроет глаза после смерти, ведь это означало бы, что это была последняя попытка прожить жизнь нормально, достойно. Он жаловался, что устал, и что наконец хочет исчезнуть из этого мира. Говорил, что не хочет больше ничего чувствовать...       У меня ухнуло сердце куда-то вниз.       - И что ты ему сказала? - в моём горле встал ком.       - Я спросила его, от чего он умирает. Он сказал, что в него стреляли и сейчас он истекает кровью. Начала спрашивать, почему он так решил. Оноре ответил, что ему очень больно и чувствует, как течёт кровь по его рукам. Он паниковал, Нап... - её голос дрогнул, - Он говорил, что не может остановить кровь. Жаловался, что лучше бы выстрел пришёлся в голову, чтобы не было так страшно...       Повисла пауза. Внутри будто похолодело от её слов. Лучше бы сдержался и ничего не спрашивал.       - ...И что было дальше? - я наконец смог ответить ей.       - Я сказала, что это галлюцинации. А чтобы он смог убедиться, то предложила взглянуть на руки и сжать их. Если бы это всё было реально, то руки были бы влажными и липкими. В итоге, когда Баль САМ сказал, что это ему всё кажется, - она специально сделала акцент, - Я приказала ему поспать и что это всё скоро пройдёт. Сказала, что это фантомная боль и с ним всё хорошо. Вот и всё.       Мы оба замолчали.       - Тео, я... - я устало потёр висок, - Я теперь тебе по гроб жизни обязан. Не думаю, что справился бы с этим сам.       - Знаешь, я бы в любом другом случае записала этот должок, но, учитывая обстоятельства, ты мне ничего не должен. Я хотя бы не там, не рядом. Наверняка ты видел все это. Так что тебе определённо хуже. Он ведь... - она понизила голос, - Баль ведь нравится тебе, да? Ты его любишь?       - С чего ты взяла?! - мои щеки вмиг стали пунцовыми от возмущения, но я спросил как можно тише, - Как... Как ты догадалась...?       Тео хохотнула.       - Сам же с потрохами себя выдал, когда Оноре пропал. А когда нашёлся, ты стал такой...       Она замолчала. Готов поставить сотку: она там улыбается!       - Короче, сами прокололись.       - Ах ты..!       На заднем фоне послышался шум мигалок и вой сирены.       - Прости, но мне пора бежать. Если захочешь поговорить об этом, то пиши-звони в любое время. Будь осторожен, Нап. И присмотри за Балем, хорошо?       Она сбросила звонок. Я же остался сидеть на краю кровати, взяв за руку Оноре. Видеть его таким расслабленным мне доводилось нечасто. Поэтому какое-то время я очарованно смотрел на него.       И вот что мне с ним делать? Как заставить его раскрепоститься? Как завоевать его доверие так, чтобы он понял, что другим тоже можно доверять? Почему... Почему ты никому ничего не говоришь? Ты настолько не доверяешь мне? С грубой силой мне не заполучить твоё расположение. То, как ты отреагировал, когда мне позвонила Альмеда и я пришёл... Я напугал тебя, не так ли?       Я прикусил до боли губу. Ненавижу это ощущение, когда не можешь помочь ближнему. Особенно, если он не доверяет и тянет до последнего.       Вдруг телефон в руке начал разрываться от сообщений. Пришли файлы, фото и прочая хрень, которую переслал Джек. Все так же сжимая руку Баля, я начал просматривать документы.       А посмотреть там было на что: закупка, товарооборот, отмыв бабла, счета и транзакции... Фамилии. Я не узнал ни одну из них. Но это уже не мои проблемы. Пусть легавые сами пробивают и смотрят их по базам. Хотя, сам список имён я сохраню. На всякий случай.       Баль под боком тяжело вздохнул. Его чёрные, смольные ресницы мелко вздрагивали. Видимо, ему снилось что-то беспокойное, страшное. Я провел рукой по его щеке и задержался на секунду.       И вот что бы я делал без Тео? Без ребят... Что бы было без них?       Я наклонился к Оноре и коснулся губами его лба.       Люблю его. Чёрт, я так сильно люблю его... Вывернусь, через себя перейду, в лепешку расшибусь, но он будет моим. Никакая сволочь больше его и пальцем не посмеет тронуть! Я до сих пор чувствую, как оставшиеся тревога и ужас, скопившиеся за две недели, наполняют мою голову. Я должен его защитить, хочет он этого или нет.       Нехотя, я поднялся с места и подобрал раскиданные по полу футболки. Хотелось в душ, да погорячее...       Время медленно близилось к двум часам ночи. Я сидел в полудреме и иногда посматривал за Балем. Он снова начал беспокойно ворочаться, сминая руками простыни.       Неожиданно, Баль то ли всхлипнул, то ли охнул. Свернувшись на боку, он мелко дрожал, как осиновый лист.       - Баль, ты как? Ты в порядке? - я был уверен, что он ответит мне, и почти не ошибся.       - Иди нахер... Да пошёл ты знаешь куда? - Баль злобно, чуть ли не прорычал мне в ответ.              Эм, не понял?       - Ты сейчас злишься что ли? Что я такого сделал?       - Захлопнись. Просто завали хлебало.       - Эй-эй, да что я такого сделал? Ты чего ругаешься?       - Ты...! ОХ!       Он, видимо, хотел подняться, но что-то пошло не так: вместо этого он сильно вздрогнул и обхватил себя руками, подтягивая ноги к груди.       - Ты в порядке?       - Иди ты знаешь куда со своим "в порядке"?! - он шипел и злился.       Не, я конечно по натуре своей пацифист, но сейчас готов с ним поругаться и даже подраться!       - Слушай, день и так пошёл по одному месту, так что не выводи меня из себя... - я угрожающе просипел ему.       - Тогда не мельтеши перед глазами. Можешь проваливать на все четыре стороны! Боже, как же ты достал со своей недалекостью! Тупой осёл!       Я поддаюсь дикому порыву и попросту наседаю на него сверху. Я с огромной, неконтролируемой силой разворачиваю его из скрученного состояния.       - Ну-ка повтори, что ты там сейчас сказанул не подумав? - я чуть ли не рычал на него, сдерживая истинную ярость.       Но, к моему удивлению, он резко охладил свой пыл и, кажется, резко побледнел.       - Ах! - он жалобно вскрикнул, широко распахнув глаза, - Больно! Нап, больно! Пусти!       Видимо, боль и правда резкая, раз на глазах навернулись слезы. Он начал отчаянно вырываться из моих рук, но я не позволил ему.       Что ж, хотя бы сейчас он не врёт.       - Что болит?       - Живот..! Пусти, я тебе говорю!       Баль начал судорожно хватать ртом воздух. Я соизволил отпустить его, и он снова свернулся на боку, мелко вздрагивая. Вскоре, дыхание Баля более-менее выровнялось, но не осталось спокойным. По всей спине выступил пот.       - Н-ненавижу тебя...! - заикнулся он.       - Боже мой, какие мы обидчивые! - я с долей сарказма едко ответил этой колючке.       - Это всё из-за тебя! Этого всего бы не случилось из-за тебя!       Он вдруг громко выдохнул и сжался сильнее так, что выступили позвонки на его влажной спине. Я не удержался и едва ли коснулся их, проводя пальцами по ним.       - Какой ты мокрый, - я специально решил позлить его.       Не, ну а чё он первый начал?! Я всё понимаю, но нельзя же настолько выёживаться! Тем более, я честно терпел и следил за ним!       Но реакция Баля заставила меня мигом умерить свой гнев: он прогнулся и развязно выдохнул, спешно закрывая рот ладонью.       - Ты..! Хватит! Не трогай меня вот так!       Его лицо вмиг стало румяным. Боже, какой же он милый, когда вот так смущается! Я даже невольно улыбнулся.       - Как? Вот так?       Я снова, намеренно издеваясь, провел по выступающим позвонкам. Как кошка, он снова выгнулся и громко простонал, стараясь сдерживать себя.       - Я ЖЕ СКАЗАЛ, ПРЕКРАТИ! - он обиженно выкрикнул, стараясь скрыть свое лицо от меня.       Я прям в восторге! Не подумал бы, что он может быть таким стеснительный и робким.       - Баль, посмотри на меня... - я протянул свою руку к его щеке.       Его лицо было заплаканно, но... Я по его взгляду и реакции понял, что он возбужден: угольные ресницы вздрагивали, губы стали розовыми и слегка влажными, а взгляд не мог долго сфокусироваться на мне. Он тяжело дышал, руками сжимая и разжимая простыни.       Какой же он...       - Баль, тебе не говорили, что ты прекрасен, аки Дьявол?       От моих слов, его глаза округлились чуть ли не до пятаков, а я не замечаю, как облизнул уголок нижней губы. Мне хотелось взять его прямо сейчас, несмотря на все возмущения или же, наоборот, желания.       Но, вместо этого, я лишь завлек его в долгий поцелуй, беря контроль над ситуацией на себя. Оноре хотел было что-то возразить, но не успел. Я почувствовал сквозь футболку жар его тела, которое обычно холодное.       ...Безумно хочу его...              Я не выдержал и с силой притянул к себе Баля. Он простонал, то ли от боли, то ли от удовольствия.       - Так и быть, я помогу тебе с твоей проблемой. Пойдём!       Я поднял его с кровати и перекинул через плечо. Наслаждаясь его возмущениями, я потащил его в ванную.       Спихнув Баля на стиралку, я раздвинул его бедра и прижал спиной к кафельной стене. Вместо красивого графитового цвета глаз, на меня глядели два бездонных чёрных омута.       - Что ты делаешь?! - вскрикнул Оноре, всячески стараясь отодвинуться от меня.       - Сиди спокойно...       Я свободной рукой начал расстегивать его джинсы, поглаживая пах. На долю секунды он завис, а затем начал сопротивляться.       - Стой... - с долей непойми откуда взявшегося ужаса, он пролепетал мне, но затем с силой дернулся, - Нап, не делай этого! Перестань!       Я взглянул в его лицо. Искреннее непонимание и неподдельный страх отразились в его глазах. Губы мелко дрожали, он часто задышал...       - Баль, успокойся, пожалуйста. Я не буду действовать, если ты сам не захочешь этого. Если что, ты можешь остановить меня. А если уже я зайду слишком далеко, то ты в полном праве злиться и ненавидеть. Ты понимаешь меня?       - Я уже сейчас не хочу, - прошептал тихо Баль, - Прекрати, оно само пройдёт...       - Может и само, но так будет намного легче. Просто расслабься, ты слишком напряжен.       Я накрыл его губы своими, стараясь сделать поцелуй максимально мягким и нежным, однако особого эффекта от этого не было. От напряжения он схватил меня за плечи, сжимая их. Мне пришлось навалиться на него сверху, чтобы Баль ненароком не упал или не оттолкнул меня.       Наконец, я разорвал поцелуй и начал медленно водить рукой. Баль втянул воздух сквозь стиснутые зубы и напрягся всем телом. Я старался сделать всё осторожно, намеренно расстягивая процесс. Хотя, конечно, мне безусловно хотелось устроить более горячее и острое развлечение, но... Ситуация, скажем так, не позволяла: Оноре был уж слишком напряжен. Даже не сколько физически, сколько психологически. Конечно мне хотелось надавить на него, заставить подчиниться, однако такой приём попросту сейчас не подойдёт. Неожиданно для себя, я понял, что таким методом попросту сломаю его хрупкую оболочку, раня ещё больше.       Он еле заметно вздрогнул, громко выдохнув.       - Хватит. Перестань...       Но я проигнорировал его просьбу. Мне пришлось немного ускорить темп, чтобы он хоть немного расслабился. Свободной рукой я очертил замысловатый узор на его груди, задевая чувствительный сосок. На мои действия последовала незамедлительно реакция его тела. Баль, стараясь унять свои развязные стоны, прикусил костяшу большого пальца, но это не особо помогло. Через некоторое время, он прикрыл глаза и, кажется, расслабил плечи, откидываясь голой спиной на кафель. Свободной рукой я провел длинный путь по его телу: очертил худое плечо, затем спустился ниже по его талии, чуть задерживаюсь на его бедре. Затем медленно провожу ладонью по его бедру, очерчиваю пальцами его дрожащее колено и возвращаюсь обратно.       Подобные действия возымели эффект: Баль немного успокоился и, вроде бы, немного расслабился. Его пролегающая складка на лбу выровнялась, как и вечно нахмуренные брови.       - Ну как, приятно? - я тихо спросил его, боясь нарушить атмосферу.       Баль хотел что-то сказать, но, видимо, он потерялся в нахлынувших ощущениях своего тела. Но я все понял и без его слов: Оноре начал изредка, понемногу, поддаваться вперёд навстречу моим движениям. Такая ответная реакция меня более чем устраивала. Я даже улыбнулся.       Но мне хотелось большего. Немного большего. В конце концов, хотя бы сейчас, неужели мне нельзя быть хоть немного жадным?       Я притянул Оноре к себе и завёл руку, поглаживая колечко мышц. На мои действия, Баль вздрогнул всем телом.       - Нап, подожди... - через сбитое дыхание, прошептал Баль.       Пользуясь наличием естественной смазки, я начал осторожно надавливать, боясь причинить Оноре лишний дискомфорт...       - СТОЙ! Не надо, пожалуйста!       Он с силой упёрся в мои плечи, отталкивая меня. Я непонимающие уставился на него.       - Что..?       Я даже договорить не успел, как он начал дрожащим голосом, словно в бреду, повторять, игнорируя мои слова:       - Не надо, прекрати... Перестань...       - Баль, что такое? Что случилось?       Я попытался прикоснуться к нему, но он вскрикнул и ударил меня по руке:       - НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ!!!       Всё моё нутро будто бы куда-то ухнуло. Какого хрена сейчас произошло?! Мы ведь уже целовались, даже переспали, так с чего бы...       Мою голову посетила нехорошая догадка. Очень нехорошая. Если честно, я даже спрашивать не хочу, но...       - ...Скажи мне, - я взглянул на него, ожидая самый худший ответ, - Гюго... Он прикасался к тебе?       Видимо, Баль не понял намёка. Он пару раз моргнул, будто не разобрал, что я сейчас сказал. Но моя догадка оказалась верной:       - Я... Я не понимаю, о чём ты...       Я вдохнул и попытался унять собственное волнение.       - Я спрашиваю о том, не переспал ли он с тобой? Или может он прикасался к тебе так же, как я сейчас?       Моментом его глаза округлились, и, кажется, он забыл, как дышать. В воздухе повисла неловкая пауза. Я, конечно, не психолог, но по одному лишь его движению понял, что дело дрянь: Баль инстинктивно обхватил себя руками, стараясь как можно сильнее сжаться. Мне было этого достаточно, чтобы догадаться, почему сейчас он так протестующе себя ведёт.       Однако я решил в этот раз не давать заднюю и добиться хоть какого-то ответа от него.        - Ну же, Баль, я жду.       Он только сильнее вздрогнул и впился ногтями в свои плечи. Баль отвёл от меня взгляд куда-то в сторону и вниз:       - Он... - промямлил Оноре, - Он ничего не сделал. Ничего... Ничего не было...       - Ты в этом уверен? - я не отступал.       - Да... Ничего не было. Ничего...       Тут и дураку понятно, что это сплошь и рядом враньё. Но меня задевает тот факт, что он мне не договаривает и... Боится, что ли? Чтож, тогда пойдём другим путём. Я подошёл к нему и, стараясь сильно не давить, заставил посмотреть мне в глаза.       - А теперь повтори мне свой ответ. Ты уверен, что между вами ничего не было?       Реакция не заставила себя долго ждать: Баль ощутимо вздрогнул и плотно сжал губы.       - Я... - тихо прошептал Оноре.       Он судорожно вздохнул, стараясь отодвинуться, но я не позволил ему этого сделать. Мне нужно было узнать этот чёртов ответ на мой вопрос.       - Я слушаю, Баль.       Он запаниковал. Видимо до него дошло, что в этот раз он не сможет отделаться так легко, и соскользнуть с темы не получится. Баль будто бы ещё сильнее побледнел.       - Я... Я не знаю, Нап...       На долю секунды, я даже растерялся.       - В смысле? Как это ты не знаешь? - я повысил на него голос.       - Я правда не знаю! - он смело взглянул мне в глаза, - Я не знаю! Не знаю! Я ничего не помню, Нап! После того, как он накачал меня, я ничего не помню!       Баль выпалил это на одном дыхании. И если его сейчас отпустило, то я наоборот начал, кажется, выходить из себя.       - Тогда постарайся вспомнить. На его месте, я бы воспользовался шансом и трахнул тебя.       Он непонимающе взглянул на меня.       - О чем ты..?       Я не дал ему даже продолжить мысль. Сделав поцелуй грубее, чем было до этого, я развёл его колени в стороны. За подобное своеволие и грубость, Баль больно укусил меня за губу, разрывая поцелуй.       - К-какого чёрта ты творишь?! - вскрикнул он, запыхаясь.       Я облизнул проступившую кровь. Похоже, трёхбуквенное турне начнётся прямо сейчас, а не позже, как запланированно. Я со всей силы постарался зафиксировать руки Баля над его головой.       - Нап, стой! Хватит!       В этот раз я не стал церемониться и задал приличный темп, даже, возможно, немного перестарался. Баль сильно прогнулся, упираясь лопатками в стену, и громко простонал.       - Хва.. Ах! Хватит, Нап, перестань!!!       Я начал покрывать его ключицы довольно болезненными поцелуями, прикусывая нежную кожу. Баль постарался отстраниться от меня и заглушить боль. Но я не давал ему поблажек.       - Нап, послуш... А!... Кхх... - он прошипел от боли, но продолжил, - ...Да послушай же меня!!! НАП!!!       Я перевёл на него взгляд.       - По... Послушай... - Баль тяжело дышал, с его глаз текли слезы, - Пожалуйста, послушай меня...       Неужели я перестарался?              - Вещай, я слушаю, - я коротко отозвался.       Он прикрыл глаза и пару секунд старался привести своё дыхание в порядок.       - Думаешь... - Баль, наконец, собрался с мыслями, - Думаешь, мне самому нравится? Думаешь, я сам бы хотел всего этого? Будто... Будто сам рвался быть...       Он запрокинул голову, сдерживая слёзы.       - Нап, я... Я не шлюха, Нап... Я не хотел... Не хотел этого... - Баль сильно вздрогнул всем телом.       - Баль...       Я хотел хоть что-то ему сказать, но слова не находили места.       - Если у меня и правда что-то было с Виком, то я этого не хотел, - Оноре, сдерживая эмоции, продолжал, - Он просто воспользовался мной. Тогда сейчас чем ты лучше него?              А ведь он прав. Чем я тогда лучше?       - Баль, я никогда не говорил, что ты шлюха... - промямлил я.       - Но ты сейчас поступаешь со мной именно так.       ...       - Прости, Баль... Я, кажется, и правда погорячился.       Я отпустил его запястья. Зуб даю, завтра на них будут красоваться сизые следы от моей руки. Дрожащими пальцами, Баль закрыл руками лицо.       - Прости. Баль, иди ко мне...       Я обнял его, поглаживая по спине. Хорошо, что он сейчас не сопротивлялся в моих руках. Даже как-то наоборот, немного расслабился. Уткнувшись лбом в моё плечо, Баль тяжело дышал, иногда вздрагивая.       - Ты мне нравишься. Нап, ты мне очень нравишься, - немного успокоившись, признался вдруг Оноре, - Так что я бы никогда... Я ни за что не стал бы вот так... Так... Я бы сам не простил себя, если бы...       Он снова начал путаться в своих мыслях, захлебываясь в собственных эмоциях.       - Я понял тебя, так что не дави на себя больше, хорошо?       Как же паршиво! Какой же я сейчас мерзавец! Чёртов эгоист.       - Баль, прости меня. Мне не стоило так жестоко делать это с тобой, правда. Прости...       Оноре поднял голову. Он смотрел на меня своими красными, заплаканными глазами. Похоже, придётся запастись полотенцем и льдом, чтобы снять отёки...       Но неожиданно для меня, он прикоснулся к моим щекам кончиками пальцев и прильнул к губам. Его поцелуй был такой неуклюжий, но такой отчаянный, что ли? На кончике языка я почувствовал солоноватый привкус его слёз. Как можно мягче, нежнее, я ответил на его действие. Осторожно, еле уловимо, я провел руками по его спине, вызывая у него толпу мурашек. Наконец, он отстранился, смотря мне прямо в глаза.       - Раз уж на то пошло, - начал я, - Тогда может продолжим, на чём мы остановились и закончим?       Баль молча качнул головой, соглашаясь, и привалился к стене, разводя дрожащие колени в стороны. Я приблизился к нему, уперевшись руками по разные стороны от него.       - Ты и правда хочешь закончить начатое? - на всякий случай, я решил уточнить у него, - Не будешь потом сожалеть?       Он кивнул, давая мне зелёный свет. На этот раз я смелее, но без особого усердия, начал совращать и без того уже возбужденного Баля. А он, в свою очередь, не сопротивлялся и полностью доверился мне и моим действиям. Сейчас я полностью изменил подход к нему, чтобы довести дело до конца.       В скором времени, по его телу пронеслась приятная судорога.       - Нап... Ох, черт...! Я... Я не могу... Я сейчас...!       Я не дал ему договорить и попросту заткнул его поцелуем, на что тот громко простонал мне в губы. Ещё немного подразня его, я всё же дал ему желаемую разрядку. С громким стоном, он поддался бёдрами вперёд и запрокинул голову, сжимая мои плечи. Он быстро и часто дышал. Не долго думая, я отстранился от него, любуясь полученным результатом.       - Сейчас, погодь секунду... - я отвернулся от Баля.       Пошарив немного по ванной, я нашёл большое полотенце. Чтобы было лучше, я решил смочить его в тёплой воде, изредка поглядывая за Балем в отражении зеркала над раковиной: он шумно дышал, а его тело иногда вздрагивало от приятного окончания процесса. Одной рукой Баль закрыл лицо, а вторая рука безвольно висела вдоль его туловища.       Не знаю, что произошло у него в голове, но он убрал руку с лица, на котором практически ничего не выражалось. Пару секунд потупив в потолок, Баль то ли попытался встать, то ли ещё что-то сделать, но он немного согнулся вперёд и обнял себя за плечи.       Я поторопился и, кое как отжав полотенце, подошёл к Оноре, отодвигая его роскошную черную шевелюру:       - Запачкаешься же, - я неосознанно цокнул языком, осторожно перехватывая его запястье - Я сейчас всё уберу, так что посиди спокойно, хорошо?       Он безвольно кивнул, даже не сопротивляясь. Баль молчал, что в принципе напрягало. Лучше бы он хоть как-то отреагировал, или что-то сказал, неважно, что конкретно. Сейчас он выглядел безвольной куклой, которая сидела на витрине. Даже понять, о чем Оноре думает, сейчас просто было невозможно.       Я тяжело вздохнул. Убрав жидкость с рук, я чистым уголком полотенца начал промакивать его испачканную щеку. Внезапно, он как-будто бы отмер и неуклюже коснулся моих пальцев.       - Постой, - Баль придержал мою руку с полотенцем около лица, - Можно я так посижу немного?       Не дожидаясь моего ответа, он прильнул к моей руке, прикрыв глаза. Его дыхание выровнялось, а его плечи размеренно то поднимались, то опускались в такт. Хорошо, что полотенце было длинным, поэтому пока Оноре нежился, я успел убрать семя с его груди и живота.       Как только всё было готово, я легонько коснулся его плеча.       - Баль, пойдём...       Но я осекся и замолчал. Похоже, он задремал прямо так, используя мою руку в качестве подушки. Тёмные волосы взмокли и прилипали к его спине и лицу, губы приобрели розоватый оттенок, а на щеках выступил еле заметный румянец. Такой его вид невольно вызвал у меня улыбку.       - И вот после такого, я ещё и "милашка"? - припомнил я ему тихо, ухмыляясь, чтобы не разбудить, как он назвал меня днём.