Аггел музыки

      Александра в который раз постучала в дверь ванной комнаты, устало дуя на волосы, что спали на глаза. Эрик снова молчал, заперевшись в уборной добрых пол часа назад. Последнее, услышанное балериной, было журчание набираемой в ванну воды, а после подозрительная тишина. — Эрик, прекратите молчать! — раздражённо прошипела героиня, стуча кулаками по двери. — Я уже в тысячный раз попросила прощение и высказала всю благодарность за сделанный сюрприз! Если вы просто хотите принять ванну, то просто скажите и я уйду отсюда восвояси. Вы просто ведёте себя, как маленький противный мальчишка, занимаясь этим фарсом! Вы там вообще?! Эрик!       Рыкнув, Саша приударила в дверь пяткой, сложив руки на груди. Сколько можно там сидеть вообще?! Он что, один во всём доме что ли?! Девушке тоже нужно привести себя хоть немного в порядок и закончить нарезку к ужину, а этот мнительный паразит просто издевается! «Ей-богу, козёл чистой воды!» «Даже Танька не была насто-о-олько невозможной…» «Так подумаешь: я действительно была бы по гроб жизни должна ему, но он первый начал грубить!»       Хныкнув, бестия в который раз подошла к двери, с силой ударяя по деревяшке. Зашипев от саднящей боли, она потёрла ребро ладони, чуть не плача от собственной незначимости. Окажись здесь Кристина, он непременно выпорхнул бы на перьях любви оттуда! Но за стеной сидит всего лишь вредная, раздражающая балеринка, которую он ни во что не ставит, снова откровенно это подчёркивая.       Александра медленно скатилась по двери, обнимая колени. И почему всегда только она во всём виновата? — Ну Эрик, — тихо выдохнула Саша, упираясь затылком всё в ту же дверь. — Ну любимый мой, сколько можно уже мотать мне нервы, а? Ведёшь себя, как паршивый скунс, не иначе! Неужели так тяжело сказать, что я паршивая девка и должна убраться отсюда немедленно? Как будто в первый раз ругаемся…       Обожаемый ею фантом тем временем безмятежно спал в чуть остывшей воде, согнув длинные ноги, которые, увы, не поместились в аккуратной ванночке. С чуть влажных волос медленно стекали капли, но смольные пряди уже природно вились, готовясь стать ароматной чистой копной. Мужчина отдыхал без маски, лениво разлепляя глаза от звуков штурма его спокойствия. Русоволосая демонесса точно издевается, раз не даёт даже минуты уединения! Медленно выдохнув, Эрик осторожно поднялся на ноги, перешагивая бортик ванной. Он встал так, что чуть запотевшее зеркало показало на себе широкую спину с выпирающими позвонками, узкую талию, по которой медленно стекали капли воды с частичками мыла, блестящего от света масляной лампы. Отражение также выдало подтянутые ягодицы со впадинками по бокам и середину бедра — голову и остатки нижних конечностей не удалось увидеть из-за роста.       Эрик повернулся полубоком, немного изумлённо отмечая тот факт, что на харчах дерзкой балеринки он приятно поправился. Венки больше не проглядывали так явно, став почти невидимыми. Плечо стало толще предплечья, а живот перестал болезненно впадать внутрь, выделяя кости грудной клетки. Тогда Призрак аккуратно пригнулся к зеркалу, чтобы рассмотреть лицо. Носа по прежнему не оказалось, отчего он сатирически усмехнулся. Шрам от недавних баталий ещё, конечно, оставался малоприятным, до конца нормально не зажившим из-за ношения маски. Глаза более менее встали на своё место, не теряясь в глубине глазниц, скулы сгладили свою остроту, а лоб выровнялся. Кожа по-прежнему оставалась бледной, но утратила отталкивающе-серый оттенок. Фантом не без приязни впитывал в себя новый образ, отмечая, что всё может обстоять куда лучше, чем он думал. Правда то ли мужчина на мгновение переставал контролировать количество потребляемой пищи, то ли завтраки, обеды и ужины были настолько сбалансированными, что организм с удовольствием впитывал каждый витамин. Эрик помнил, что Саша ненавидела худеть и очень любила сладкое, однако чтобы держать себя в постоянной форме у неё было специальное меню, которое индивидуально для своего сожителя она втайне немного изменила, направив его порции на питательный набор веса. Примерный список того что можно и чего нельзя ей достался от матери, оказавшись весьма полезной штуковиной. — Ведьма! — тихо шикнул мужчина, начиная переодеваться в чистые вещи.       Завязав чёрные шёлковые ленты маски на затылке, Призрак осторожно перекинул волосы с глаз назад, чтобы они не мешались. Накинув использованную простынь на сложенную ширму, мужчина хотел было привычно резко открыть дверь, но попал прямо по лопатке сидящей на полу Александры. Она зверски глянула на его удивлённый вид, игнорируя протянутую руку. Наконец, мужчина сам поднял молчаливую упрямицу за локоток. — Я очень больно тебя стукнул? — участливо спросил Эрик, касаясь музыкальной пятернёй девичьей спины. — Надеюсь, ты понимаешь, что я не специально, да ведь? — Упырь! — шикнула она, отдёргивая локоть из его тёплых пальцев. — Что ты там только творил?! — Купался… — растерянно ответил фантом, не ожидая такой реакции. — Купался! — поражённо всплеснула руками бестия. — Я тут чуть с ума не сошла, а он просто купался! Так сложно хотя бы пикнуть в ответ, Эрик?! Я просто не понимаю! Мы только что поругались, а твоё сердце пережило не так давно колоссальную нагрузку, после которой месяцами нужно восстанавливаться! Ты осознаешь вообще степень своего риска, этакий упрямец? Грёбаный эгоист, Эрик! Я на стены лезу от волнения, а он просто молчком полоскал свою гриву! Тебе даже невдомёк, что я переживаю за тебя, как за хренову себя… Придурок!       Героиня уже хотела уйти в ванную, но ловкие пальцы успели ухватить за плечо. Призрак быстро развернул её к себе, чуть встряхивая. — Ты волновалась за меня? — удивлённо переспросил он, смотря на неё как-то даже по-детски. — Да пошёл ты, — прошипела Саша, вырываясь из новой хватки и громко хлопая дверью в уборную.       Она волновалась за него… Мужчина задумчиво погладил подбородок, делая свои выводы. Ещё раз глянув на дверь, за которой сидела разъярённая мадемуазель, страшная просто в своём недовольстве, что уж там говорить о явном гневе, он отвёл взгляд в сторону. Подозревающе сузив глаза, Эрик запустил руку во влажную россыпь чёрных, кудрявых волос, что ещё немного и достигли бы ключиц своего хозяина. Хмыкнув вспыльчивости своей сожительницы, он ушёл на кухню, интуитивно решая закончить начатую нарезку. Пока Призрак занимался делом, его сознание никак не могло привыкнуть к мыслям о том, что за него волновалась чья-то душа. Конечно, возможно, за фантома переживает где-то в подземельях кошка, боясь, что больше её не угостит щедрый хозяин добрым куском мясной вырезки. Точно так же скучает Айза, отказываясь верить в жизнь без крошек на столе, разводящихся Эриком в тех странных порывах своего творческого периода. Мужчина не замечал практически ничего, живя в своём мире за комнатным органом. Но ведь балеринке даже нечего по-сути взять с натуры эгоцентричного фантома. Узнать о его скопленных состояниях она никак не могла, лица тоже не видела, да и в целом по её оскорблениям Призрак для неё ну очень неприятный, раздражающий фрукт.       Эрик чуть не поранил палец, откладывая нож на доску, где безжалостно расправлялся с куском какого-то овоща. Машинально скинув нарезанное в предоставленную миску, он схватил огурец, нож и принялся вновь резать ровные диагонали для того, чтобы разложить их по кругу тарелки в виде лепестков. Наверняка Саша оценит подобную инициативу. Отпустив маленький кусочек в рот, мужчина неторопливо пожевал его, пробуждаясь от шипения на плите. — Бездарная овечка! — выругался он, быстро переставляя какие-то тушёные яства на другую сторону. — Интересно, а что было бы, если бы я не пришёл на кухню?!        От брани Призрака отвлёк дивный запах. Он нагнулся, увидев в духовке какие-то частички выпечки. По аромату мыслитель догадался, что девчонка решила испечь не что иное, как сладкие булочки с корицей и сливочным сыром с сахаром. Эрик ещё не видел последнее творение Александры, но уже рвано вдыхал воздух, пропитанный частичками волшебства, что доходило своё в горяченном ящике. Если это пышное чудо окажется действительно таким вкусным и сможет побаловать привередливые рецепторы, доведя до гастрономического оргазма, то мужчина просто сойдёт с ума. Сладкое и острое — главные причины для фантома жить на этом свете.       Героиня тем временем с улыбкой наблюдала за картиной взрослого, крупного ребёнка, смотрящего на подходящую выпечку, как на сокровище. Он показался в эти минуты ей особенно милым, когда янтарные глаза поверх их необычного блеска озарялись играющим в них огнём печи. Что-то было в этом такое, что упрямца снова захотелось сжать до жалобного писка, зацеловывая до смерти. Теперь девушка чувствовала нечто более нежное по отношении к своему дону, нежели обычную страсть со вкусом виски, перца и пряной карамели. Сейчас, скорее, кончик языка дразнила воздушная сладкая вата или же тёплый чай с ромашкой. Алекса сама удивилась своей непостоянности рядом с этим черноволосым чёртом, готовая всего несколько обстоятельств назад переломать ему пальцы. Хотя, навряд ли, любовь к нему будет сладкой ватой, — слишком приторно. Лучше теплый чай с мягким привкусом цветка и нежной горчинкой в конце. Да, пожалуй, так намного лучше. Эрик не создан для воздушных чувств, больно уж тяжёл. С ним будет уютно, интересно, местами спокойно, но никак не радужно-легко.       Мадемуазель осторожно прошла внутрь, но от её сожителя это не ускользнуло. — Ты печёшь булочки с корицей? — медленно оборачиваясь к ней, спросил Призрак. — Даю гарантию, что ты попробуешь их самый первый, — невозмутимо ответила пришелица, улыбаясь лишь уголками губ. — Эрик… — Да? — он произнёс это так, что всё внутри девушки точно перевернулось. Она уверена, что если бы они сейчас сидели на какой-нибудь скамейке, то спинка завибрировала бы от гармоний тягучего баритона, упоенного донной хрипотцой. — Я просто хочу сказать… — балеринка на минуту потеряла дар речи, рассматривая внимательное лицо напротив. Глаза цвета виски по-кошачьи светились, хотя вряд ли фантом об этом догадывался. Саше очень нравились волны его смольных прядей, упрямо спадающие на лоб. Наконец, она не выдержала, тяжело выдыхая. — Тебе безумно идёт такая причёска. Я ничего не могу с собой поделать, как-то само вырвалось, но не сказать было бы преступлением. — Правда?.. — медленно переспросил мужчина, ожидая немного других слов. — Я просто ещё не успел их убрать, однако… Ты говоришь, что так л-лучше?.. — Лично мне так нравится намного больше, чем когда ты делал обычную укладку, — Алекса чуть ближе подошла к нему. — Единственное, я бы кое-что изменила…       Эрик молча кивнул головой, аккуратно наклоняясь вперёд, чтобы девушка смогла внести своё мнение. Из-за разницы роста почти в голову с шеей, пришлось упереться руками в колени. Фантом чуть не столкнулся с ней нос к носу, но барышня не отшатнулась, с радостью зарываясь пальцами в чернявые волосы. Она с детским восторгом перекинула объёмную копну на левую сторону, а остатки правой заправила за ухо, чтобы они не особо мешались. Из-за этих движений шёлковые ленты маски очень невовремя начали развязываться. У Призрака чуть не остановилось сердце, когда он почувствовал свободное пространство между фарфоровой личиной и своей кожей. На мгновение в его глазах застыл неописуемый страх, девичий крик и дикая истерика, потому что наверняка в полумраке кухни безносый лик испугает впечатлительную девочку из кордебалета ещё больше. Эрик до непрошеных слёз прочувствовал колкий удар в самое сердце, однако солёной воде не суждено было пролиться.       Александра совершенно спокойно придержала маску за холодные скулы, нащупала скользкие ленточки среди волнистых прядей и, не отнимая ни миллиметра фарфора от безобразного лица, провела пальцами по тесёмке, завязывая плотный бант на затылке мужчины. Она мило улыбнулась, прикусывая нижнюю губу. Довершив некоторые поправления, бестия опустила руки, любовно рассматривая теперешнее положение призрачных локонов. Героине безумно понравилась пара перекидов, мягкость его ароматных волос и то, что, оказывается, возлюбленный был чуть менее кудрявее барана. Уж есть у девушки один пунктик пожеланий относительно своего кавалера, в который под некоторым «хочу» стояли именно естественные кудри. — Спасибо, — медленно выдохнул Эрик почти в самые её губы, едва хмелея от близости лиц.        Вместо ответа юная демонесса кокетливо улыбнулась, проводя пальцами по открытой коже его лица. Снова идеальный момент для поцелуя, которого не случилось. Вновь чувство пустоты, где должно было встать робкое касание уст, пусть даже и пропитанное послевкусием редкой пульсации сожаления. Мужчина уловил кроткий лавандовый шлейф от женской кожи, наверняка мягкой и бархатной, как шёрстка только что стриженного ягнёнка. Но фантом не успел подумать более, как девушка уже от него отошла, залазия в духовку. Целый противень с ароматнейшими булочками спас обоих. Одного от мучительного соблазна, а вторую от нелепых слёз, после его слов об ошибке, невероятности связи и просто банального помешательства. — Я тебе, кажется, кое-чего обещала, — тихо выдохнула Саша, продолжая улыбаться меланхоличному приятелю и попутно смазывая выпечку приятным слоем крема, дополнительно посыпая его щепоткой вдохновляющей корицы. — Ты первый должен попробовать их…       Мужчина взял из её пальчиков тарелку с одной прелестной булочкой, дуя на горячую сладость. Откусив маленький кусочек, он закрыл от удовольствия глаза, еле удерживаясь от протяжного мычания. Балерина всё поняла, довольно улыбаясь своей работе. Трудно даже поверить в то, что каких-то несколько недель назад она боялась в руки взять горстку муки, а все её прошлые творения горели адским пламенем, потому что девушка зачитывалась романом или нежилась в ванной с сугробами ванильной пены. Призрак по-итальянски выразил руками своё восхищение, продолжая наслаждаться яством. — Отдай мне весь этот лист, — попросил он, облизывая кончики пальцев, испачканных кремовой массой. — Умоляю тебя, барашек! Что ты хочешь за них? — Даже если бы ты был в силах отдать мне свою душу за противень с булочками, я бы всё равно не смогла выполнить твою просьбу, — смеясь, ответила героиня, составляя выпечку на большое блюдо. — Мой брат обожает их не меньше твоего, да и Надир, я более чем уверена, тоже не откажется от пары штучек… — Дьявол! — прошипел Призрак, ненавязчиво подходя к перекладывающей ароматную вкуснятину Саше. — Я бы понял, если бы ты, как заботливая девчонка, решила отдать мою прелесть своему недокормышу-братцу, но делиться с персом я не желаю! У него ничего там не послипается от пары штук? — А у тебя от всей тарелки? — Mais, mon agneau! — Так всё, Эрик, — деловито ответила девушка, сцапывая поднос с расставленными на нём булочками. — Я сказала, что ты получишь их остатки только после того, как мы все попробуем хотя бы по одной!       С этими словами Алекса направилась в сторону выхода из кухни. Фантом дождался пока она зайдёт за косяк двери, чтобы как следует насупиться. — Ты не барашек, — прошипел он. — Ты — овечка! — Я вообще-то всё слышала, — невозмутимо ответила барышня, неожиданно выглянув из-за косяка. — Ещё слово и тебе не достанется ни грамма со всего блюда!       Рыкнув, мужчина взял более тяжёлый поднос, на котором стояла пара салатов, небольшая нарезка и первая тарелка с основным блюдом. Взгромоздив его, он направился вслед за квартиранткой, покачивающей бёдрами уже у самой их комнаты.

***

      Переодевшись из домашней пижамы в самое приличное домашнее платье, Александра вышла в гостиную, зачарованно рассматривая Эрика. Он тоже немного приоделся, сменив свободный комплект на обыденный костюм с белой рубахой. Её накрахмаленный воротник был чуть расстёгнут и раздвинут, позволяя увидеть часть ключиц и безволосой груди. Шёлковый шейный платок красного цвета можно было заметить не сразу и только при близком расстоянии. Он неловко торчал кончиком в узком месте снизу, где была уже другая застёгнутая пуговица.       Девушка осторожно подошла к сожителю, вставая на носочки и больше вытаскивая красивое украшение. Она просто улыбнулась, получив в благодарность краткий кивок головой. Отчего-то Саша чувствовала некий мандраж со стороны Призрака, который он тщательно пытался скрыть, поджимая губи и редко перекатываясь с пятки на носок. Аромат прекрасного парфюма, расходившегося шлейфом при подобных телодвижениях приятно дразнил обоняние балерины. Наконец, устав от мельтешений, наблюдаемых ей периферическим зрением, героиня закатила глаза, беря в свою аккуратную руку большую кисть фантома. Эрик удивлённо посмотрел на неё, но остановился и не вынул пальцы, чуть сжимая их в ответ. «Слава богу, — перестал!» «Я думала, что просто с ума сойду от его перекатов! И так сама переживаю, ещё терпеть заскоки этого ребёнка в теле большого мужчины…» «Ты изначально знала, моя дорогая, что с ним не всё в порядке, однако упрямо лезла дальше. Чего ты сейчас хочешь?» «Чтобы ужин уже закончился, и мне не пришлось оттирать пятна крови с пола…» — Почему ты волнуешься? — открыто спросила мадемуазель, спокойно взирая на мужчину. — Мы с тобой итак чуть не перегрызли глотки друг другу, а тут ещё и твоя кровь в мужском обличии, — не смотря на неё, ответил Призрак. — Но если тебя вызвать на дуэль я не вправе, барашек, то твоего брата это даже позабавит… — А я думала, что ты беспокоишься за то, достанутся тебе булочки с кремом или нет… — кокетливо шепнула девушка, вызвав на губах Эрика непрошенную улыбку, которую он попытался скрыть, но напряжением скул выдал ещё больше. — Ну раз так, то… — И это тоже, — деловито заявил Призрак, уверяюще сжимая запястье Саши. — За твои булочки я готов переломать кости. — Скажи, что ты шутишь, — цокнув, девушка тяжело посмотрела на фантома. — Возможно, — уклончиво ответил мужчина, хитро сверкая глазами.       Стук в дверь прервал следующий упрёк Александры, предоставив Эрику прекрасную возможность избежать распилки заживо. Он сообщил девушке, что сам справится и откроет дверь, удалившись в тени коридора. Тряхнув головой в знак своего отчаяния и безвыходности, страдалец медленно выдохнул, раскрывая врата торжества перед двумя гостями.       Миша обманчиво-сладко сузил глаза, охотно пожимая руку показавшемуся фантому. Надир же просто мягко улыбнулся, хлопая приятеля по плечу. Оба пришельца были одеты довольно опрятно, но без лишнего пафоса. Один пришёл к старому доброму другу бывалой молодости, а другой к прямой родственнице, заложив руки за спину, двигаясь прямо к встречающей мадемуазель. Алекса радостно обняла брата, как следует повиснув на шее молодого военного, превосходящего её ростом на половину головы. Месье Хан же мирно подождал в сторонке своей очереди поприветствовать саму хозяйку дома. Саша также добродушно приняла его невесомый поцелуй, оставленный на запястье, а после осторожно позволила приобнять за плечи. Перс вручил ей маленькую коробочку с индийским листовым чаем, купленную специально для этого вечера в приличной лавке с подобной шелухой. Девушка смущённо приняла презент, виновато пожимая плечами. Она, к большому сожалению, ничего не приготовила ему.       И пока Надир рассматривал чудесную балерину, искренне краснеющую от самых нежных к нему чувств, за этой идиллией милующихся господ пасмурно следила янтарная пара глаз. Эрик исподлобья, украдкой, метал молнии в сторону пришедшего дароги, то и дело поддерживающего их общую подругу за плечо или концы тонких пальцев. Миша сидел в шахматном порядке от Призрака, подперев рукой подбородок. Он пристально смотрел на черноволосого сожителя сестры, совершенно его не замечающего. Хищно улыбнувшись, парень прочистил горло, обратив на себя внимание одного единственного человека. Брат героини всё так же настойчиво встретился с обращёнными к нему глазами фантома, однако мужчина быстро опустил взгляд вниз, делая вид, что ничего не произошло. Хмыкнув, младшенький скрыл улыбку за двумя пальцами, потирая губу, но от Эрика этот жест не ушёл. Он недовольно сжал скулы. — Ну как вы тут? — Александра мило улыбнулась двоим гостям, пока Надир помог ей присесть за стол.       Она выбрала место напротив квартиранта, рядом со своим братцем. Хану осталось вполне ожидаемое расположение — по левую руку от мрачного друга. — Прекрасно! — искренне ответил Михаил, любя разглядывая сестру. — Великолепно… — натяжно-любезно процедил фантом.       Героиня обеспокоенно на него посмотрела, но тот лишь непроницаемо стрельнул ей глазами, вновь опуская их вниз.       Надир продолжал улыбаться, отпивая разлитое Призраком вино из своего бокала. Затеяв какую-то лёгкую беседу, мужчина смог тепло отвлечь всех от оценивающего созерцания друг друга. Он поднял незатейливый тост за прекрасную и единственную спутницу их чисто мужской компании, которая несравненно становиться украшением любой их сходки, будь то душевный ужин с близкими людьми или же опасное приключение со спасением чьей-то жизни. Александра помогла дароге, продолжая с ним аккуратный диалог во время перерывов между едой, пытаясь хоть немного втянуть в него молчаливого родственника. Миша лишь пару раз вставил своё слово, осторожно продолжая поглядывать на кудрявый фрукт, что сидел рядом с общительными месье Ханом. Перс ему сразу понравился, когда они только столкнулись у дверей самого дома. Мужчиной он оказался приятным и располагающим. Совсем другое дело, нежели мрачный дружок Алексы. Молодому человеку всё невтерпёж хотелось с ним заговорить, но поводов отыграться практически не находилось. Пришлось тактично выжидать удобного момента, наслаждаясь приготовлениями Саши. — Очень вкусно, — промокая рот салфеткой, начал парень. — Насколько я помню, в недалёком прошлом ты чуть не отравила кота своей готовкой, милая сестричка, а теперь даёшь целый ужин… «Блять, спасибо большое, братец!» «Эрик аж оживился, глядя на нас…» «Ещё бы! Ты бы тоже оживилась и не так, если бы узнала, что стала предметом гастрономических экспериментов!» — На здоровье, младшенький, — выделила она, дополняя дерзкий ответ игривым нахмуриванием носа. — А ты чего такой хмурый? — Надир мягко толкнул локтём коматозного Эрика. — Имидж сменил, как я погляжу. — Всё нормально, — ровно отозвался фантом, отпивая вина. — Что касается внешнего вида, то да, ты прав. — Интересно смотрится, — кивнул Хан, — свежо. — Спасибо, — не поднимая глаз, ответил Призрак. — Взгляд у вас тоже поменялся, — приулыбнулся Миша, на что мужчина удивлённо посмотрел. Он недоверчиво нахмурил брови под маской, ожидая продолжения. — Стал совершенно другой, не такой, как при той нашей встрече… — Это плохо? — всё в том же тоне продолжал Эрик. — Как для вас — не знаю… — хитро обошёл его парень. Черноволосый сожитель Александры понял, куда он клонит, но учитво улыбнулся, склонив голову в знак заинтересованности. — Наше первое знакомство не выдалось особо дивным, но я предлагаю забыть его и начать всё сначала. — Очень опрометчиво, молодой человек. Я сомневаюсь, что вёл бы себя по-другому, если бы вновь столкнулся с вашим хамством. — Вы вышли с настроением убить меня, — кротко рассмеявшись, парировал Михаил. — Что я ещё должен был делать? Я приезжаю и узнаю, что моя единственная и горячо любимая сестра проживает с неизвестным, взрослым мужчиной! Ситуация не вызвала восторга и, полагаю, понятно почему… — Не могу знать. У меня нет родственников.       Далее последовала череда быстрых вопросов и ответов, от которых девушка теряла все слова, чувствуя пятой точкой предстоящую перепалку. Надир же просто посмеивался, пока мог. В конце концов, только он и сможет разнять этих баранов, так и рвущихся столкнуться друг с другом. Что же, надо дать павлинам возможность похвастаться хвостами, иначе они так и продолжат кусаться на ровном месте. — Жена? — Я не женат, иначе вряд ли жил бы здесь. — Может быть дама сердца? — Не думаю. — Поклонница? — Нет. — Оно и видно, — искренне улыбнулся младшенький. — Запасную жизнь вам на службе выдают? — прошипел Эрик, начиная закипать. — Или новые кости прилагаются, когда надеваешь гусарскую форму? Очень жаль, если это так и на вас нету спасительного мундира, молодой человек. Осторожнее… — Вы настоящий француз, Эрик? — спустя некоторые мгновения тишины, продолжил юноша. — Чистокровный. — У вас очень интересный парфюм, — обманчиво ласковым тоном заметил брат балерины. — А правда, что истинные французы придумали туалетную воду, чтобы заглушить запах немытого тела?       Оба оппонента резко встали со своих мест так, что у одного стул и вовсе упал назад, а у другого отъехал с противным скрипом. Надир почти моментально среагировал, поднимаясь вслед и касаясь плеча разъярённого друга. Он силой отвёл его от стола, на который тяжело опирался Призрак. Героиня потянула брата за руку, заставляя обратить внимание на себя. Выразительным взглядом девушка буквально приказала Мише, сжав челюсть, отойти от поля битвы. — Мы пойдём покурим, — вежливо сообщил месье Хан и удалился вместе с психованным фантомом, сжигающим взглядом стройную фигуру юноши.       Двое взрослых мужчин весьма своевременно удалились из комнаты. Саша инфернально глянула на брата, устало опуская голову на раскрытые ладоши. Ужин просто удался на такую славу, что можно было продавать на этот спектакль билеты, и зеваки с большой охотой бы всё раскупили! Просто дешёвая игра двух напыщенных, самолюбивых, мнительных петухов, бессовестно ругающихся в такой вечер. Больше всего Алекса ненавидела себя за всё случившееся, мысленно понурая за бестолковую неосмотрительность. Самые действительно близкие для неё люди собрались вместе, чтобы, как дворовые собаки, перекусаться друг с другом! Роднее брата вряд ли кто-то есть, что уже там говорить про милого сердцу квартиранта. Надир тоже уже стал своим, в какой-то части даже милее собственной матери. Александра поняла, что вряд ли стоит дожидаться от родившей её женщины человеческого снисхождения.       Молодой человек спокойно прошёлся по комнате, доставая из внутреннего кармана своего костюма портсигар, которым раньше пользовался их отец. Выудив оттуда папиросу, он вставил её между губ, придерживая зубами. Чиркнув спичкой, родственник неторопливо выпустил дымок, раскрывая форточку окна. — Ты куришь? — еле-еле прошептала балерина, тяжело отрывая лоб от влажных пальцев. — Мама знает? — А сама ты как думаешь? — выдохнул молодой гусар. — Дай мне тоже… — массируя виски, попросила балерина. — Только матери не рассказывай. — Вот уж не думал, что тебе можно курить, — он послушно угостил сестру скруткой, подставляя огонь. — А мне и нельзя, — героиня встала со своего места, подошла к окну и, подняв юбки выше колен, уселась на прохладный пол, скинув кучу тряпок между ног. — Вот скажи на милость, — после нескольких молчаливых минут курения, начала девушка. — Это так тяжело, — не устраивать здесь цирк? Ты же первый начал, если честно. Что опять не так?       Брат не ответил, запуская пятерню в короткие курчавые волосы. Юноша встал у окна, замечая двух переговаривающихся мужчин у входа в сам дом. Черноволосый противник о чём-то говорил персу, зажимая тощими фалангами сигару. Надир молча кивал, завернувшись в своё пальто и спрятав часть лица в тёплую вещь. Эрик же стоял хоть бы что, даже расстегнув тонкий пиджак. Оторвавшись от созерцания оппонента, родственник балеринки внимательно на неё посмотрел. Саша едва сдерживала свои слёзы, утирая глаза дрожащими руками. — Почему он носит маску? — вдруг спросил Михаил. — Это очередной припадок или… — Прекрати, — железно отчеканила Алекса. — Ещё хоть слово про него, и мы с тобой сильно поругаемся. Ты нарочно старался испортить ужин? — парень не ответил. — Я вообще тебя не узнаю… Что происходит? Тебе настолько не нравится Эрик, что из-за этого должны страдать другие, включая совершенно чужих тебе людей? Надир, вообще-то, единственный его друг, так что я нисколько не удивлюсь, если после твоего спектакля месье Хан вовсе не захочет больше встречаться с нами. — Меня бесит твой Эрик, если ты так хочешь знать, — спокойно выдохнул юноша. — Это я тебя не узнаю с тех самых пор, когда ты переехала в Париж и, по всей видимости, начала жить с ним. Ты хоть слышишь, как он с тобой разговаривает? — Причём тут я и он? — раздражённо выпалила девушка. — Речь идёт о тебе и твоём ужасном поведении! Я, как последняя овечка, знакомлю тебя со своими близкими друзьями, готовлю мать его вкуснейший ужин, чтобы мы все хорошо провели время, а получаю в благодарность растерянного дарогу, отчаянно разнимающего вашу идиотскую стычку, которую, к моему стыду и сожалению, устраиваешь именно ты; рассерженного Призрака, свою собственную истерику и брата-наглеца! Здорово, спасибо большое! И к тому же, — Алекса поднялась со своего места. — Просто так, чтобы ты знал, — разговариваю я с ним не лучше, чем он со мной!       Героиня быстрыми шагами достигла стола и опрокинула в себя добрый бокал с вином. Закусив куском жареного овоща, балерина выдохнула, падая на стул. Миша помялся, некоторое время дыша прохладным воздухом. Он сам не мог понять от чего ревновал любовь своей сестры к малознакомому мужчине. Во-первых, они сами чётко и ясно дали понять, что друг другу не более чем приятели, а уж дальше его вовсе касаться не должно. Во-вторых, наверное у Сани первый раз в жизни появился возможно первый, настоящий друг, который был ей дорог. Ну и в-третьих, кроме быстрой вспыльчивости, наверняка у этого антагониста приятного общения есть кое-что хорошее, иначе вряд ли девочка Покровская стала бы с ним водиться.       Вздохнув, молодой человек приобнял героиню за плечи, присаживаясь рядом на корточки. Отодвинув передние пряди, Михаил осторожно чмокнул её в висок, поглаживая по голове. — Ладно, — тихо шепнул парень. — Твои слёзы самое худшее для меня… Прости, я не подумал, что по итогу страдать будешь ты, моя любовь. Я извинюсь перед ним, хорошо? — Что толку, — прошипела балерина, смотря покрасневшими глазами в изумрудные напротив. — Ты через несколько минут снова начнёшь заниматься этим же кошмаром… — Даю тебе слово, моя любовь, что не стану. Если так резко реагируешь на подобные выходки, то я обещаю тебе на коленях: такое больше не повториться.       Алекса тяжёло кивнула головой, обнимая младшенького за шею. Она отметила, что последнее время всё больше и больше нуждается именно в мужской поддержке. «Действительно, почему бы это?..» «Так, попрошу не начинать часовую тираду про наши с Эриком взаимоотношения. Хотя бы от самой себя я не хочу слышать одно и то же»

Несколько минут назад

— Если бы это был не её брат, то я бы свернул ему шею в этот же момент! — рыкнул Призрак, ударяясь от гнева спиной о стену. — Перестань, — смеясь, ответил Надир, доставая две сигары. — Все мы прекрасно знаем, что ты намываешься по полтора часа чуть ли не каждый день, Эрик. — Дело не в чистоте, перс! — фантом так всплеснул руками, что месье Хан чуть не выронил протягиваемую ему сигару. — Спасибо, — строго перебил себя мужчина. — Дело совершенно в другом, и я более чем уверен, что… — Он бы и не продышал на этом свете больше минуты, если бы не был родственником той девки из кордебалета, которой ты даровал своё снисхождение несколько недель назад, но это далеко не повод для меня снова вас сводить в своих грязных мыслях персидского глупца, — на одном дыхании отчеканил темнокожий приятель. — Да-да, Эрик, все мы знаем. — Девки из кордебалета? — удивлённо переспросил успокоившийся мужчина. — У неё вообще-то имя есть. — Да что ты говоришь! — изумился Надир, чуть не подавившись дымом втягиваемого курева. — Давно? — Не неси ерунды, дарога, — небрежно бросил Призрак, инфернально рассматривая друга. — Имя тебе дают с рождения. — Мать твою, а я и не знал, — сплёвывая частички сигары, что попали в рот, парировал Хан. — Думал, что имена дают в процессе общения такие эгоцентрики, как ты, — увидев, что упрямец хочет вставить своё слово, Надир небрежно махнул рукой в сторону фантома. — Оставь этот вздор. Не хватало тебе за сегодня ещё и со мной закуситься на такой мелочи. Лучше скажи, что значит это твоё уклончивое «нет» на вопрос о даме сердца? Разве там не нагрето тепленькое местечко для души некой мадемуазель Даае? — Больше нет, — спокойно ответил Эрик. — Я требую объяснений, — поражённо подняв брови, вскрикнул перс. — Да не ори ты так, прошу, — массируя виски, выдохнул мужчина. — Нет, я всё ещё люблю, но теперь в этом больше нету смысла, чтобы ставить её на постамент. Кристин теперь невозможно получить, а делать девушку предметом своих непостижимых мечт мне не хочется. — Это не тот ответ, который я ожидал. Что произошло на той вашей встрече? Ты ведь к ней ходил после того, как получил письмо? — Несомненно. — Так что же? — Ну начнём с того, что мы действительно встретились на крыше Опера в тот вечер, — устало проговорил Призрак, продолжая медленно покуривать сигару. — Она была одна, так что никакой противный юнец не смог нам помешать. Тогда-то Кристин и сообщила об их тайной помолвке с мальчишкой де Шаньи, поплакала на моей груди и попросила помощи. Дарога, я так обожал её всё это время, настолько нежно лелеял надежды на наше совместное будущее, но при этом я не почувствовал ни единого укола в сердце… Невероятное чувство. Я чётко понимал, что я искренне переживаю за мою птичку, однако не ощущал больше себя её настоящим плечом, подлинным супругом, который должен быть с ней и в горе, и в радости. «Хвала Аллаху», — мысленно взмолился перс, еле сдерживая улыбку. — Думаешь это потому, что она рассказала о своём почти замужестве? — невозмутимо предположил месье Хан, касаясь своих губ двумя пальцами, чтобы не выдать случайного счастья. — Знал бы я, почему это происходит, — покачал головой мужчина. — Но я не за тем тебе всё это говорю. Я нужен ей, а ты мне… — Так и думал, что не просто так ни с того, ни с сего выступаю в роли твоего личного врача! — Заткнись, Надир. Мне действительно нужна помощь. — Что ты хочешь, чёрт тебя дери? — Как только пойдут первые корабли, — тихо проговорил Эрик. — То есть уже через два-три месяца при удачных обстоятельствах, нам нужно будет кое-что провернуть. Именно нам, Надир. Один я впервые не справлюсь…

***

      Дальнейший вечер продолжился в относительном спокойствии. Миша, как и обещал, со смиренным видом протянул фантому руку, а тот со скепсисом в глазах пожал её, недоверчиво разглядывая Сашу. Девушка с более менее живым видом помогла своим гостям возобновить ужин. Эрик всё так же большую часть вечера провёл в молчании, редко улыбаясь какой-нибудь прибаутке своего друга. Брат героини лишь осторожно поддерживал беседу, однако так быстро былой азарт в глазах сестры возвращаться не хотел. Алекса как будто была здесь, но при этом словно на другой планете. — Кстати, — начал юноша. — Ты мне обещала показать театр, любовь моя.       Балеринка, дёрнулась, встречаясь с теплыми, шоколадными глазами месье Хана, а после и с любимым виски. Призрак внимательно ожидал её ответа. — Да… — неуверенно пролепетала мадемуазель. — Правда ближайшие дней пять у меня просто завал, младшенький. Если только минимум через них, то я смогу это сделать. Однако лучше всего сходить туда в воскресенье, когда никого не будет, и мне не придётся идти домой, а после снова в театр. Увы, но я не могу сразу после тренировки так же свежо и весело показать тебе это огромное великолепие. — Понимаю, — медленно кивнул молодой человек. — Я правда собрался в воскресенье к приятелю, так что освобожусь позже твоего часа на полтора. — Так, а в чём проблема, — вмешался перс. — Я, конечно, прошу прощения, что влезаю к вам со своим уставом, но мне не кажется особым затруднением устроить экскурсию и в субботу. В это воскресенье Гранд Опера могут закрыть, как я слышал. — Простите? — переспросил Михаил. — У них там собирается целая партия, чтобы решить, как изловить Эрика, — небрежно пояснил Надир. — Правда? — удивился сам Призрак. — Я и забыл, что они пригласили каких-то жандармов… — Увы, мой дорогой, — улыбнувшись, месье Хан легко хлопнул его по плечу. — Поэтому ваше посещение может сорваться. Всё-таки настаиваю на субботу, так как это очень удачный день. У вас, моя душа, будет последняя недельная тренировка, короче обычной на целых два часа, так что вы закончите в пять и сможете преспокойно переждать нас у господина фантома, если завершите ещё раньше. Вас, молодой человек, я могу лично проводить в самые театральные катакомбы. К тому же, когда представится возможность рассмотреть это чудо архитектуры настолько филигранно? — А это удобно? — спросила героиня. — Эрик? — дарога предоставил слово приятелю. — Что? — мужчина невинно разглядывал сидящих людей. — Ах, да, прошу прощения. Не думаю, что это вызовет особых затруднений.       На том и порешав, компания ещё немного провела времени вместе. Гости разошлись, когда на улице уже смеркалось. Наконец, Саша осталась одна со своим квартирантом. Черноволосый упрямец любезно помог ей убрать со стола, находясь в особенно пасмурном, задумчивом настроении. Девушка закончила мыть посуду одна, возвращаясь в темноте общего коридора до своего жилища. Заглянув в гостиную, Алекса нашла Призрака возле окна, неслышно подойдя его стойкую фигуру сбоку. Никогда Эрик не выглядел старше своих лет, но именно сейчас это можно было отметить: его глаза серьёзно сосредоточились, что-то выискивая во мраке парижского дворика, обычно мягкие губы поджались в единую «резиночку», а перекаты сжимаемых скул, казалось, говорили о дурном расположении духа.       Впервые героиня поняла, что столько времени жила с действительно взрослым мужчиной. Она увидела его только что своими собственными очами, находя в подобной холодности свою скрытую страсть. Даже столь опасный образ строгого господина стянул изумрудный взор Саши проволокой. Ради интереса барышня решила кое-что проверить. Где-то внутри себя мужчина полыхал необузданными эмоциями, скрывая их в прочной коре ледяного разума, как вулкан скрывает лаву. Правда стоило балерине прикоснуться ладошкой к широкой лопатке, как выражение лица тут же смягчилось. В янтарном аду снова медово заблестели нотки детскости, с которой Эрик кратко посмотрел на подошедшую кошечку. Александра мысленно улыбнулась от этого, а её женское существо ласково нырнуло в бассейн с чувствами к стоящему упрямцу, задыхаясь от новых обожаний. Положив на первую руку вторую, бестия поставила на них остренький подбородочек. Однако для этого действа пришлось встать на носочки, но оно того стоило. Как бы балеринка желала, чтобы прямо сейчас крупная ладонь, упрятанная в карман брюк, мягко коснулась её талии, проскользила дальше и прижала к тёплому торсу своего хозяина. Саше ужасно захотелось уткнуться носом в мужскую шею, осторожно прикусить место, где бьётся беспокойная жилка артерии, а после долго-долго дышать ароматом волнующего парфюма. Перебирать руками пряди смольных волос, как несколько часов назад, и целовать каждый миллиметр напряжённого тела вообще ощущалось несбыточной мечтой, что уже говорить о смеси вина и пепла на недоступных губах.       Девичье сердце сжалось настолько, что она еле удержалась от нетерпеливого хныка и слёз мучительного, просто головокружительного желания обладать невозможным. — Прости его, — тихо шепнула героиня, когда смогла немного успокоиться, сжираемая собственными демонами. — Барашек? — переспросил хриплый баритон, от которого в бестии поднималось что-то невероятное, оставаясь почти приятным осадком внизу живота. «Держи себя в руках, Шурка! Держись, мать твою!» «Я хочу укусить его губу… Я очень хочу укусить его губу» «Нет, Саша. Фу, я сказала. Терпение, только терпение и самообладание, моя девочка. Не смей его трогать» «Укусить… губу… его…» «Нет, нельзя!» «Хочу… хочу его…» «Укуси себя, мать твою!» «Хочу всего…» «Только посмей, девка, и он нас вообще на гильотину скинет!» — Не злись на Мишу… — только один господь бог знает, с каким трудом далась ей эта просьба и способность продолжать диалог. — Ах, ты об этом, — крошащиеся частички хрипотцы от полушёпота едва не оказались смертельными для героини. — Я и забыл уже. Не могу долго возмущаться ни по поводу тебя, ни твоего брата.       Мадемуазель почти невесомо потёрлась подбородком о сильное плечо, делая это своей маленькой победой. — У меня для тебя кое-что есть, — томно прошептала молодая женщина, многозначно прикусывая губу.       Взгляд Эрика вернул былую стойкость, добавив в себя подозрительный прищур. Но все его опасения полетели в тартар, когда по подоконнику скользнула желанная тарелка с булочками. — Я должен тебе душу, — прошептал мужчина, осторожно целуя сожительницу в висок.       Героиня душевно просияла, борясь с диким порывом сжать всё ещё немного худощавую талию в тисках безжалостных объятий. Загадочно улыбнувшись, Алекса ушла в свою комнату, перекручивая момент его нежности в голове, казалось, пока из носа не пойдёт кровь.