Все герои? Я стану убийцей

Всему хорошему приходит конец

Зеркало, напротив стоит отражение самой Цзыюй. Она смотрит на себя, у которой снова эти жёлтые глаза и…слишком тонкие зрачки. Она протянула руку к отражению, что тут же затянуло её, расплываясь словно вода. Она упала с громким хлюпом в прозрачную жидкость, что подсвечивалась где-то внизу. На удивление себе, ведь она никогда не умела плавать, Цзыюй поплыла в сторону этого света, где вскоре появлялись очертания самой её сидящей на полу в туалете и плачущей. Это было после экзаменов. Она наблюдала за этим от третьего лица, словно с потолка. Тут же в кабину заходит Чимин и начинает смеяться с неудачи девушки, а Цзыюй начинает плакать сильнее. Что-то тёмное, вроде тени в воде, проплывает мимо с большой скоростью и толкает её, но она не обращает внимания на это, или не может отвлечься от картины, что уже сменилась кабинетом, что назывался учебной частью. Директриса кидает в её лицо её же экзаменационные бланки, где везде стоят красные галочки, что означают неправильность вариантов ответа. Она падает и ударяется головой, но они продолжают закидывать её бумагой, после обливают чернилами от тёмной красной ручки, она смотрит на свои руки, что были словно облиты кровью. После поднимает взгляд снова на директрису и её подопечных, но никого уже нет кроме первой-названной. Появляется запах железа, запах той же крови. Запах того дня, когда Цзыюй отвели к директрисе из-за её непослушания и протеста в сторону завуча и учителей. — Тебе не хватило убийства своей матери? Хочешь расправиться со всеми? — Что? Нет!  — Цзыюй начинает зажмуриваться, громко плакать и стараться вытереть руки о свою школьную юбку, что становится до жути короткой, а к страху от всего происходящего присоединяется страх наказания, что давит тяжелым грузом на девушку и её сердце в целом. — Нет! Боже, прекратите! Грудь сдавливает боль и ощущение, что Чжоу задыхается, захлёбывается. Она кричит, но вода начинает заглушать её крики. После она начинает ощущать указательный палец на своих губах, что словно призывал молчать. Она открыла глаза, что до этого были закрыты. На неё смотрела в точности такая же светлая Цзыюй, но она была не отражением. Она была реальной. Голос словно эхом отдавался по всей воде: — Всё это время они издевались над нами, пора проучить их. Мы не должны страдать от их ошибок. — Но… Что? Кто ты вообще? — Здесь нет никого, кроме тебя, Чжоу Цзыюй. Я это ты. Внутренняя ты. Резкий вздох и девушка открыла глаза, ощущая себя тревожно выспавшейся. Она частями лишь запомнила весь этот запутанный сон, что колкой болью ударяла куда-то внутри груди. — Г…где я… Последнее трезвое, что помнила девушка — был клуб. Празднование сдачи экзамена, который Цзыюй не сдала. Было ли это вчера? Вдруг это было пару часов назад. Чувствую себя отдохнувшей, не смотря на паршивый сон. Ощущение, словно проспала целые сутики. Она открыла глаза и увидела чистые белые стены. Они имели тот же оттенок, что и потолок…и полы и ковер на белоснежном полу. Всё было в один тон, словно подбирали эту мебель и оттенок лучшие профессионалы своего дела. Она поднялась и села на кровати, потирая виски. Голова уже не болела, но она словно чувствовала, что вчера было что-то…неприятное, какая-то дикая боль. Сейчас же от неё остались только слабые воспоминания. Она оглядела себя. Меня кто-то переодел? На Чжоу была белая майка и широкие штаны. Всё, на удивление, было под её размер. Всё вызывала дикие сомнения и испуг. Оно и было понятно. Она сразу встала с кровати. Покрутившись вокруг и осматриваясь, Цзыюй словила себя на мысли, что впадает в панику. Что-то внутри подсказало, что дверь находилась прямо напротив самой кровати. Она голыми ногами прошлась вдоль ковра подходя к стене. Страх начал управлять ею. Если конечно это было страхом Она коснулась стены, проводя рукой в правую сторону, как тут же прищурилась, словно концентрируясь и задумываясь.

Ударь.

Цзы с силой, не подходящей для человека, ударила по стене и какая-то часть хрустнула. Сразу же вокруг голограмма из белого цвета начала будто рассыпаться и показывать то, что было вокруг. Она сломала какой-то пульт, что контролировал эти фальшивые углы и обои, фальшивые цвета. В каждой из четырёх стен были по зеркалу почти по всю стену. Такие чаще всего являлись окнами и использовались в каких-нибудь комнатах для допросов у полиции. С этой стороны было видно лишь отражение находящегося внутри, но по ту сторону стены зрителям открывался вид на внутренности комнаты. Как ей и подсказало её внутреннее «Я», дверь была немного слева от неё, но как открыть её: Цзы понятия не имела. Под её рукой было треснутое стеклышко размером со стандартный лист размера А4. Она убрала осколки голыми руками. Ну, а кожа, которая, по счастливой случайности (по мнению Чжоу, конечно же), подвергалась такому риску, ни в каких местах не была порезана или хотя бы задета. Под стеклом она увидела около трёх мини рубильников и несколько проводов. Только девушка потянулась к ним с желанием вырубить всё, что тут есть, чтобы выйти (ведь дверь наверняка заперта?), как что-то её остановило… Я не глупая, наверняка тут стоит какое-то защитное средство. У полиции точно не будет таких технологий, как здесь с этими…иллюстрациями белого. Да и дверь я не открою, ручки никакой нет. Цзыюй отошла на середину, уже не белой, комнаты и начала медленно рассматривать окна по все четыре стороны. За место привычного цвета, что напоминал снег (за исключением блеска), ей показался один бетон. Над дизайном здесь, как было понятно, особо работать не стали. — Выходите. Вы явно сильнее меня, я ведь девушка. — спустя пару минут и спустя даже 5 минут ничего не происходило. Цзыюй начала злиться. — Какого чёрта? Это, по-вашему, нормально, держать девушку в какой-то странной комнате, при этом переодев её без её разрешения?! Дважды просить не пришлось, раздался щелчок и в комнату вошёл Человек-Паук. — Привет, Цзыюй. Девушка отшатнулась от него. Она чувствовала опасность от этого человека. Что-то внутри съёжилось при виде его.

Враг.

— Не подходи… — она выставила руки перед собой, — я за себя не отвечаю.

— Неужели она боится? — раздался тихий голос в головном дисплее Чонгука. — Чимин, ты видел её реакцию, она не понимает, что произошло. — раздался голос, что заметно шепелявил. Не дожидаясь ответа младшего он дал команду пауку, — Чонгук, выведи её на разговор. Мы должны узнать все подробности, чтобы устранить проблему раньше, чем она перерастёт в катастрофу.

Хосок, что всё это время также сидел в наушниках как и Чимин с Юнги и Намджуном, лишь молчал, хмурясь. Парни впервые видели, чтобы он так долго сидел и молчал, ничего не произнося. Чжоу Цзыюй, ты же на самом деле не плохая…что происходит с тобой? Они, со вторым главой — Кимом, переглянулись, тот словно понял, что тревожит Чона и слабо пожал плечами, отводя взгляд. В этот момент на разных мониторах во владении Юнги, или как его звали по прозвищу: «Шуги»; высветились изображения одной комнаты, но с разных ракурсов. На все них был один человек — Цзыюй. — Цзыюй… — паук только хотел сделать шаг вперёд, как Чжоу отошла на два назад, выпячивая руки ещё дальше, чтобы Чон и не смог подойти. — Да погоди ты! Цзыюй, кажется немного удивилась, поэтому и уставилась на Человека-паука. Чонгук продолжил уже выпрямляясь и складывая руки на груди, когда Цзыюй также не убирала их и держала перед собой: — Почему ты боишься меня? Ты же заешь, что я неплохой. Я спасаю людей и спас тебя тогда с перестрелки… — Почему тогда я сейчас здесь?! — она повысила голос и опустила руки, запуская их в тёмные длинные волосы, — я ничего не помню, и это меня ужасно путает и пугает! — Я понимаю, но… — пауку жестоко не дают договорить тем, что перебивают. Перебивает Цзыюй, которая, кажется, скоро впадёт в истерику. — Ничего ты не понимаешь! Я то слышу голос, то прилив сил, то ярость на тех людей, которых люблю… — она скучала по прежней жизни. Имя само сорвалось с губ, — Чимин… — повалилась на колени и вдруг ощутила резкую слабость в теле. Воспоминания о школьных днях, когда всё было хорошо и тихо, разом ударили в голову, заставляя на пару секунд провалиться в свои мысли. Она вспомнила, как они бесились с Чимином на физкультуре, после чего их оставили на дополнительные по этому же уроку…

***Flashback***

— Ого-го, Цзыюююй. А с кем это у нас сегодня физкультура? Со вторым страшим классом! — Что?! — Да-да, там будет твой любимый Сокджин. — Чимин хихикал, подначивая девушку, что уже после его слов имела глаза по пять рублей. Она забежала в женскую раздевалку и тут же начала: приводить волосы в порядок, проверять подошвы кроссовок на чистоту. После положила в рот пару пластинок мятной жвачки. Остальные её одноклассники уже стояли на перекличке, как она вышла последней и поняла, что прокололась. Оба класса уставились на опоздавшую девушку, а та медленно поклонилась, извиняясь. Мысленно она поблагодарила бога, когда учитель не заставил делать ничего страшного, наподобие: проводить разминку для двух классов, или приседать перед всеми; он просто подозвал встать с остальными. Цзыюй почти бегом направилась к своим ребятам, пробегая мимо класса 3-2 (где находился Сокджин), как её старание понравиться парню и неловкость показали свои плоды. Шнурки, что так небрежно были завязаны, тут же вылезли: девушка запнулась и полетела прямо вниз, падая и ударяясь лбом о деревянный пол. Все, включая старший класс, начали смеяться и только три человека тут же побежали в сторону пострадавшей. Чимин и учитель Пак почти добежали через зал к Чжоу, когда её уже аккуратно поднял Сокджин и посадил на настил. — Ничего не поломала? Двигаться можешь? Цзыюй было настолько стыдно, что она хотела расплакаться, но приятный тонкий запах одеколона Сокджина дурманил и заставлял визжать что-то вроде «он рядом, он совсем рядом!». Одна его рука всё ещё лежала на её плече. И она была уверена, что если бы она даже сидела в самой тонкой одежде где-то на севере, то это место, где её коснулся Ким, горело бы огнём и никогда не замерзало. Она опустила голову и шмыгнула носом, Сокджин тут же прервал её переживания, подняв её подбородок, касаясь его тонкими пальцами. — Хэй, каждый может упасть, но не каждый может встать, Цзыюй. Он знает моё имя…

***Конец Flashback***

Пак, что также сидел за одним из стекол вокруг комнаты, где находилась виновница торжества, резко встал, от чего офисный стул откатился назад с негромким шумом. Тэхён, что сидел рядом с ними прикладывал к щеке пакет со льдом (драка с Минхо в клубе дала свои плоды), повернулся в сторону старшего: — Чимин, успокойся. И мне тяжело, но мы ей не причиним вреда, если она не будет предоставлять никакой угрозы для всех. — вышеназванный сжал губы и опустил голову, глаза его пропали за чёлкой. Чимин сел, не представляя, что именно его Цзыюй стала каким-то… предметом для убийств. Ведь он видел по видеозаписям с камер то, что она творила в том здании с Хираи Момо — опасной преступницей. В его голове просто не укладывалось это всё. Он сжал обе руки в замок и прижал их к губам. Красные, то ли от напряжения, то ли от слёз глаза неотрывно следили за девушкой, что в той комнате сидела уже на коленях на холодном полу. Она боялась. Не смотря на то, что раньше она всегда могла постоять за себя, и словесно и от части физически, сейчас она боялась, боялась скорее даже не Чонгука в роли Человека-Паука, а себя: того, что она может. Сразу же в динамике раздался голос Чонгука, что также пытался завести нормальный трезвый разговор с Чжоу:

— Чимин? Хочешь его увидеть прямо сейчас?

— Какого черта, Чонгук? Ты подставляешь его под дуло сейчас, — уже послышался голос Намджуна, — это слишком рискованно! Спустя пятисекундную тишину все услышали шепелявый голос их главного инженера в плане гаджетов и техники — Юнги: — В этом есть смысл. Она его не тронет, он её друг детства. Наоборот Чимин сможет успокоить её. Если она впадает в состояние X* в гневе или страхе: так будет безопасно для всех. Для неё в том числе. Все выдохнули, Намджун напряжённо молчал и посмотрел на Хосока, который почти с таким же состоянием смотрел на Цзыюй. Спустя пол минуты и оторвался и кивнул: — Давайте сделаем это. Если что Чонгук сможет подстраховать Чимина в случае беды. — Хосок тоже встал со стула, — Чимин ты готов? — Готов.

***

— Ч…Чимин? О…он тут? — она подняла красивые глаза на Человека-Паука, что невольно признался себе, что та очень красивая, даже не смотря на размазанный макияж и такую скромную одежду. На следующую фразу Чжоу тот удивился. — Нет. Я могу ему навредить. Звучало это совсем не уверенно, поэтому в следующую секунду дверь, что не имела ни одной ручки, поднялась куда-то наверх. В комнату вошёл Чимин, вид у того был разбитый. Проход за парнем снова оказался заблокированным. — Ч…Чимин… — Цзы… Девушка кинулась в объятья парня, почти падая. Тот словил её и осел на пол, обнимая девушку, что начала громко рыдать в такое родное плечо. — Где я, Чимин? Что это за место? — Я пока что сказать не могу, но в одном ты можешь быть уверена, вреда тебе здесь не причинят. Она не отстранялась, так и обнимая парня.