Снова живой

Кирилл просто шел домой, чувствуя неприятное чувство разливается в груди. Он тоже становится монстром. Опять. Опять гложущая темнота в голове. Опять паника.Он так не любил обижать людей, поэтому и говорил редко, но сегодня…. Бледная рука потянулся за телефоном. Парень вообще не понимал зачем ему телефон, но сейчас он был рад. — Ало? Кирилл? — спросил голос матери — Мам я прогуляюсь. Не переживай — ответил мальчик, сразу сбрасывая звонок. Сегодня он не хотел гнать мысли. Парень даже надеялся, что они сожрут его не оставив и следа. Паника накрывала с головой, а он даже не мог понять почему. Может все дело в том, что он шел по тем улочкам из сна, вот только единственным кто был здесь, был он. Крупные капли стали стекать по щекам. Сил идти не оставалось, ибо все уходило на немую истерику. Кирилл просто сел на бордюр под каким-то фонарем смотря на асфальт. — О, а ты чего не дома? -спросил знакомый голос из-за спины Кирилл только обернулся. Посмотрев на мужчину, он сразу отвернулся, стараясь стереть слезы. — Что с тобой? Что случилось? — продолжал человек, садясь рядом — Н-ничего. Все хорошо Голос еще дрожал, а чувство немощности росло. — Кстати на счет твоего вопроса. Да, я думаю в этом городе нет тех кто может ценить меня, но у тебя такие люди есть. Парень посмотрел в такие темные, глубокие глаза. Они внушали уверенности. Странно. — У вас глаза почти черные, первый раз такое вижу — сам не понимая к чему, сказал парень — Ну да. А у тебя голубые, как у самого чистого неба — немного улыбнулся Адиль Кирилл отвел взгляд. Сейчас ему стало спокойно. Так спокойно не было еще никогда. -Кстати ты так и не объяснил как давно ты видишь монстров — Во снах давно. А вот про окружение подумал только у вас. Просто в один момент когда я рисовал, вспомнил монстра, а потом увидел девушку. А еще в школе я познакомился с парнем рисующего таких же. -Как давно тебе плохо? — Я не знаю. Все было хорошо. Я помню как вставал и радовался дню, потому что было солнечно, а потом начинал грустить только увидев хмурые лица людей. Все было так необычайно ярко, но никто не радовался. И я подумал, как давно люди перестали радоваться яркости? Я решил не парится по этому счету, а потом в один момент понял. У нас нет будущего. Все мы умрем. Так смысл что-то делать? Вам не кажется что многие из тех кто кричит о том, что жизнь прекрасна, в глубине души уверены в обратном? — Я думал об этом, но каждый из нас имеет право считать по своему. — Как вы не поймете, в наше время человек, может жить только один день. Когда он выходит из этого прогнившего мира. -Я думаю, что ты не прав. Люди сами по себе очень сложные существа. Они так хотят чувствовать, а когда чувствуют боль, думают о том, что было бы лучше без чувств. Они так боятся умереть, ничего не делая чтобы по настоящему жить. После этих слов они сидели молча. Каждый обдумывая полученную информацию. На улице темнело, а в голове Кирилла, рождались новые строчки. -Извините, у вас нет листочка с ручкой. Адиль просто достал блокнот наблюдая за тем, что сделает мальчик. Парень стал выводить буквы, которые стали преобразовываться в слова, а затем и предложения. «Мы все давно мертвы внутри, Такого раньше не бывало. Мир умирал, но дальше жили мы Мы, скоро смерть с тобой познаем» Оралбекович смотрел на четверостишие. Думая о том, что он обязан помочь этому пацану. Просто не может потерять мир такого человека. Просто он не хочет его потерять. Почему-то он казался сказочным. Не с этой планеты. Не для этого мира. Скорее всего, поэтому хотелось научить жить. — Давно ты пишешь стихи? -спросил мужчина разглядывая бледное лицо — Я не пишу. Просто пытаюсь понять смысл строчек, которые появляются в моем сознании. — Ладно, хорошо. Пойдем — поднялся доктор — Куда? — Я хочу тебя покормить — Я вам что, зверек? — начинал злиться Кирилл — Ну вообще ты похож на хорька, но нет, просто я не хочу чтобы умер голодной смертью — А если я только этого и добиваюсь? — тихо пробубнил парень, уже плетясь за мужчиной — Тогда у тебя это не получится. Кирилл первый раз чувствовал, что не все так плохо, как может показаться. Он рассказал свои мысли, и его не стали осуждать и сразу лечить, а просто поговорили с ним. Такое ощущение, что он человек. Что он все еще живой. Сегодня я снова живой Сегодня я снова живой Сегодня я снова живой Ведь сегодня я снова живой, сука Они зашли в просторную квартиру, обставленную в светлых тонах. --Ого, неплохо -проговорил мальчик, оглядываясь по сторонам. -Спасибо-усмехнулся казах -Пойдем, у меня есть лазанья Мужчина положил блюдо на тарелку, поставив ее в микроволновку. А затем поставил на стол перед гостем. Юноша принюхался и схватив вилку принялся поедать столь вкусную пищу. -Как это вкусно -Спасибо Кирилл ел не часто и немного, но сейчас почему-то было так спокойно, что захотелось поддерживать жизнедеятельность своего организма. Конечно на большое количество еды, его не хватит. Поэтому съев одну четвертую, и так маленькой порции, он отставил тарелку. -Спасибо большое, это было вкусно Казах скептически смотрел на мальчика, переводя взгляд с его лица на тарелку, а затем и на руки. Он понял одну страшную вещь еще при первых минутах их сеанса, парень режется, и это надо прекратить. Из раздумий и воспоминаний вытаскивает звонок. -Да, здравствуйте. Не переживайте, он у меня. Я с работы шел, и его увидел. Все будет хорошо. Сейчас уже поздно и темно, пусть у меня на ночь останется, а завтра домой придет. Хорошо, до свидания- проговорил Адиль -Мама? -Ага Парень опустил провинившийся взгляд на пол. Он опять ее разочаровал, заставил беспокоится. Это съедало что-то, что осталось от сердца. -Кирилл, могу ли я посмотреть твои руки? Скорее это был риторический вопрос, но он должен был спросить. Мальчик нервно натянул рукава, но протянул конечности вперед. Оралбекович закатал чужие рукава, рассматривая алые порезы на молочной коже. Было непонятно. Непонятно, почему этот человек так ненавидит себя, почему так не любит говорить с людьми, и почему он так боится показать любовь, хотя бы к матери. --Зачем ты это делаешь? -Вы скорее всего не поймете, но это помогает мне почувствовать себя живым. Просто я иногда иду по улице, и так плохо, как будто это не я. То есть я хожу, мыслю, что-то делаю, но это не я, а кто-то другой. Боль же возвращает меня обратно. Помогает найтись. -Как давно ты начал? -Первый раз это получилось после расставания с девушкой. Она сказала, что я отвратительный, а я так долго об этом думал, но никому не говорил. Я просто пришел домой посмотрел в зеркало, и увидел нечто отвратительное, никому не нужное… Я разбил зеркало кулаком, почувствовать возвращение в реальность. И после этого в моей комнате никогда не ставили зеркал. -Почему ты думал, Что отвратителен? -продолжал спрашивать казах. — — Просто я ехал в метро, осознавая, что так устал, а уставать то не от чего. И возникла мысль, что все мы отвратительны, но по разному. Даже я отвратителен. -Кирилл, запомни, это не так. Одним словом мы можешь помочь человеку познать себя. Ты просто должен поверить. Поверить, что не все так плохо, что не все отвратительны, и что не все хотят сделать тебе морально. Ты еще молод. Жизнь хороша, и ты поймешь это.-проговорил мужчина, смотря на изменения в столь манящих глазах. -Чем же она хороша? Тем, что мы все умрем? Тем, что всех нас ждет один и тот же сценарий? Мы все рождаемся, существуем для кого-то, работая на благо других, а потом нас ждет неумолимая смерть… На самом деле, жить — это весело. Весело впахивать за копейки, Весело состариться в избитой провинции, Весело танцевать под телевизор под пение канареек, Весело забивать на свои принципы, Весело спиваться, наверное, от счастья, От большущего счастья.