Никогда не

      Вова никогда не думал о любви. Вот такой, которую в книгах классики описывают, которую в ноты облекают, чтобы скрипка плакала. Слишком возвышенно, он такого никогда не испытывал, так зачем зазря тратить время на размышления?       Вова вообще много чего никогда не делал. Не прыгал с парашютом, не бывал у океана, не видел Эйфелеву башню. Никто не осуждает, больше половины страны таких же вот «никогда не».       Элджей вон один пункт уже вычеркнул из мысленного списка, и когда Вова спрашивает, как, собственно, так вышло, он лишь пожимает плечами, прикусывает губу и смотрит на Федю, который на балконе записывает очередное дурацкое видео в инстаграм на фоне солнца. Вова взгляд его прослеживает, хмурится и не понимает. Вроде же все как на ладони, вертится на кончике языка это ебучее понимание. Но то ли ему просто не дано, то ли старается плохо.       Въедливые мысли не оставляют даже во время очередных кутежей. Алкоголь, пусть и путает буквы в словах даже мысленно, но настойчиво и бурляще, как шампанское в бокале, шепчет: «посмотри, поищи, подумай». Лёша к нему наклоняется с улыбкой до ушей, счастливый до невозможного, что-то кричит, но Вова не слышит, только взглядом упирается в шевелящиеся губы. Пацан как всегда одет во все мешковатое, скрывающее худощавое тело. Вове кажется, что он может взять Лёшу за руку, обхватить запястье и коснуться средним пальцем большого, да еще и место останется. Отчего-то до скрежета зубов хочется проверить прямо сейчас, но Вова лишь берет бокал и выпивает до дна. Пузырьки газа искрятся в голове вместе со смехом Лёши над ухом. Кажется, его совсем ничего не заботит. Уж точно не мысли о любви и чего он никогда не делал.       Лёша вроде красивый. «Почему вроде? Точно красивый. По-любому», — Вова хмурится на каждую мысль и ответ на неё, пока залипает на четком абрисе челюсти парня и выделяющихся скулах, когда тот курит. Есть в этом определенная эстетика, и Вова наслаждается каждым увиденным мгновением.       Дифирамбы петь отчего-то не хочется. Любовь оказывается совсем не такой, какой он ее представлял, о какой читал, какую слушал. Любовью оказывается просто Лёша в своей этой мешковатой модной одежде. Любовью оказывается работа вместе над очередным треком. Любовью оказываются совместные походы на перекур и неотрывный взгляд, следящий за губами, выпускающими красивыми завитками дым. Любовью оказывается карандаш, который удается пропихнуть между запястьем и обхватившими его пальцами.