не влюбленность.

      Тэхен почувствовал это как то, что давно затихло и теперь вернувшись, ударило с новой силой по измученной душе, которая дала о себе знать в полной мере. Он вновь почувствовал каково это, когда ты просыпаешься в холодном поту и жгучих слезах после беспокойного сна от незнакомого крика, звучащего, все же, таким родным голосом. Почувствовал, как хочется пойти на неизвестный голос, но тот затихает все стремительнее с каждым проделанным шагом; хочется отозваться, крикнуть громко, но собственный голос пропадает и невозможно воспроизвести ни одного спасательного звука.       Тэхен будто потерялся или его потеряли и теперь зовут, горько оплакивая. Этим ознаменовался приход осознания, что его душа плачет, стонет, потому что не может найти путь домой, нащупать в кромешной темноте руку и сжать ее до побеления и хруста в костях, боясь отпустить.       Страх- следствие от слова "лжец". Тэхен стал лжецом и мирно спал под гадкую, дурманящую, отравленную песнь и теперь кричит во всю глотку, кричит душой и просит небеса об освобождении его от этих мучений, просит повернуть время вспять, чтобы не пойти в книжный магазин, умоляет забрать все это назад, требует вновь слепого сна, лишь бы только не чувствовать раздирающую тоской боль.       Дыхание вновь становится чаще, сердце рвано и глухо отбивает ломаный ритм о вспоротую рыданиями грудь, которая измученно болит и кровоточит о том, что влюбил в себя до беспамятства, до безумия в заплаканных красноватых глазах без единого слова или прикосновения. Одной лишь своей галактикой задел другую, чтобы их звезды сошлись в одно созвездие, сплелись общими нитями, которые через любые туманности поведут друг к другу. И они повели.       Нужно лишь принять себя, принять и простить за вранье, протянуть руки в темноту, захлебываясь от соли на пощипывающих щеках, мысленно прося желанного прикосновения и умирая от мысли, что прошедший по пальцам холодок, предвещает в дальнейшем лишь мелкие осколки последней хрупкой надежды. И Тэхен переступает через себя, ждет, затихнув и только дыхание само собой срывается неугомонно на болезненные всхлипы, а руки вот уже подрагивают от слабого поглаживания и слух резко становится чувствительным.       Опухшие глаза открываются. Сердце рвется в книжный магазин, чтобы в этот раз начать писать собственную историю.

***

      Тэхен вернулся в книжный магазин за книгой, что он купил в тот раз, не глядя. Он долго тянул время, слонялся между полками, осматривая их в поисках тех историй, с которыми он еще не был знаком, что было труднее, чем осознать то, что он здесь не появится просто так.       Какая-то странная грусть и разочарование окатило, как ледяная вода и Тэ неосознанно ежится. Хочется согреться и, желательно, поплакать.       Пойти в парк, предварительно заказав ванильный кофе, с новой книгой оказалось хорошей идеей.       Будь то действительно зов, судьба или простое совпадение, благодарность и любовь в душе Тэ разлились ветвистыми каналами, охватывая каждый уголок, омывая от лжи и грязи, что не ускользнуло от медовых глаз. Он смотрел на него заинтересованно, медленно моргая, заставляя Тэхена снова вытаращиться на подрагивающие ресницы с другого конца той самой беседки. Он вспоминает свои же мысли и фантазии о них в этом месте и заметно краснеет, пробегается глазами по окружению с целью занять себя чем-то другим и успокоиться, но замечает в его руках крекеры и давиться своим ванильным кофе.        - Ты в порядке? - внезапно слышит над своим ухом мягкий голос и поднимает испуганно глаза на подошедшего.        - Д-да, порядок. Просто я немного...- мысли, которые отвечают за адекватность весело шагают из головы вон, кидая на прощание издевтельское "пока" и Тэ непроизвольно сжимает книгу в руках.        - Хороший выбор...        - Что?- не понимает Тэхен и после кивка на книгу, понимает, что слишком сильно сжал ее. Руки успели и побелеть, и покраснеть, как сам Тэ.- Да, наверное...я еще не успел прочесть, ты...        - Помешал, да? Прости? Я могу уйти, если хочешь. Просто...так привык здесь находиться, что-то сюда тянет...я-я уже ухожу, извини.        - Нет. Боже, нет, все хорошо. Не уходи, ладно? Я ждал тебя.        - Ждал меня? - глаза напротив наполнились непониманием и их владелец явно ждал объяснений, но при этом смотрел так, будто все без "пережовывания" понимал. Будто он видел и знал, почему голова напротив стоящего затуманена образом розоволосого и его запахом. Будто понимал почему напротив стоящий не мог думать ни о чем, кроме того, как он выглядит после сна, как взъерошена его челка и помята мягкая щечка от общей подушки, как след от нее тут же был бы зацелован. Он точно понимал, что Тэ хочет наблюдать, как пар от утренней чашки зелного чая оседает каплями на его коже, вспоминая такие же, только в образе прошедшей ночи, где те блестели бы в тонких столбцах света, играя и подыгрывая, разводя огоньки желания внутри не заканчивать это, как минимум, до рассвета,- Может ты мой соулмейт? А?        - Как же тебя зовут?- Тэ подхватывает эту мини-игру и также задорно приподнимает уголки губ вверх, ожидая продолжения и мысленно радуясь, что все же встретил его здесь. Тот заметно удивился, округлив глаза, кажется, не ожидая ответа, но не особо растерялся.        - Чимин. Пак Чимин, - Чимин кивает и поджимает пухлые губы, растягивая в неловкую улыбку, протягивает маленькую ручку и улыбается, когда ладонь загорается ответным теплом, разливающимся по всему телу.        - Ким Тэхен. Для тебя могу быть просто Тэ.       Книга, купленная Тэхеном некоторое время назад наполнена массой абсолютно пустых страниц, которая теперь обязательно возьмет на себе его рукопись о теплых руках, что до сих пор держат бережно и нежно, не желая отпускать.