my angel

Стены камеры режут едкой белизной, равномерный свет почти ощущается чувствительными датчиками. Ты всё спишь. Хрупкое изломанное тело, покрытое желтоватыми пятнами синяков, местами переходящими в бордово-фиолетовые отёки. Даже так, опутанная сетью разноцветных проводков, дышащая лишь благодаря кислородной маске и только кажущаяся живой, ты выглядишь привлекательно, хотя красивой и эталонной тебя назвать не поворачивается… Ах да, у меня же нет языка. Жаль. Им можно было бы стереть ветвящиеся по смуглой коже кровоподтёки, слизать с разбитых губ засохшую багровую корочку. Мне всегда было интересно, какова на вкус твоя кожа. И если бы это было бы возможно, сейчас мне выпал бы отличный шанс это узнать. Сомкнутые веки с серо-синими прожилками капилляров подрагивают, кажется, видно даже, как под тонкой, словно размоченная в воде бумага, кожей беспокойно двигаются глазные яблоки. Что-то мешает тебе спать. Истерично, на одной высокой ноте пикают приборы, ежесекундно один из дисплеев расчерчивает зелёный зигзаг — лживое подтверждение того, что ты, мой ангел, ещё жива. …Это так странно. Я никогда не видела ангелов и не знаю, что это такое. Но это слово определённо подходит тебе. Оно такое же хрупкое, как ты. Мне ведь совсем не составило труда тебя переломить. Зато теперь ты спокойна. Умиротворена. Вот только… этот писк. Эти приборы мешают тебе спать, я это вижу. Так что я просто отключу их. Спи спокойно, мой ангел.