(Не)терпеливый

Хэнк без малейшего стеснения проверял элементы будущей сессии. Для них это был далеко не первый раз, оба уже преодолели скованность и неловкость, тем самым раскрывая все грани удовольствия. Однако отчего-то один сценарий всё никак не удавалось у них довести до конца. Хэнк усмехнулся: Коннор упрямо отказывался упростить его. Ну, может, сегодня у них получится. Тихо открылась дверь, и в комнату вошёл обнажённый Коннор. Хэнку не требовалось опускать взгляд, чтобы удостовериться: Коннор себя подготовил полностью, устранив единственное отличие человека от андроида не секс-модели. Более того, было даже волнительно гадать, какое же приспособление сегодня предпочёл Коннор. Поэтому он смотрел ему в глаза, только в глаза, не давая взору соскользнуть ниже, томя себя предвкушением. Коннор не двигался с места, неспешно разглядывая Хэнка: его рубашку с фрактальным рисунком и подвёрнутыми рукавами, голые предплечья, узкие джинсы с громоздкой пряжкой. Особо его взгляд зацепился за лицо и волосы Хэнка, убранные в хвост и с закреплёнными невидимками непослушными прядями. Всё в точности, как хотел Коннор, и Хэнку откровенно нравилось ему угождать. Тем более, после костюма «похотливого зайца», в котором Хэнку довелось провести, на радость Коннора, целый воскресный день, текущая одежда была вполне себе ничего. Только вот сегодня Коннору не доведётся ничего из этого снять или смять, если они не будут отклоняться от сюжета. — Ну как, начинаем? — Хэнк старательно понизил голос, чтобы звучал чуть грубее. Коннор встрепенулся и посмотрел ему в глаза. На миг создалось впечатление, что Коннор откажется от сессии и предпочтёт Хэнка поиметь в его новом образе. Не то чтобы тот был против, но потом от подтрунивания он бы не удержался. «Когда раздавали терпение, Коннор, ты не дождался своей очереди?» Однако Коннор усмирил своё возбуждение и с мягкой улыбкой уточнил: — Стоп-слово? Хэнк вспомнил, как один раз забыл его, а Коннор отказывался останавливаться, пока он не вспомнит (благо в том сюжете не было никакой особой жести). Поэтому: — Любая фраза из списка: «Мне надоело», «Стоп», «Остановись», «Красный». Ну, или три хлопка раскрытой ладонью, если нет возможности говорить. Коннор кивнул и приподнял брови, безмолвно спрашивая: «Начинаем?» — Начинаем. Хэнк полуприкрыл глаза и из-под век стал разглядывать его с головы до пят, всё ещё избегая смотреть на пах. Всё выражение лица Коннора говорило о сильном удивлении: он хлопал глазами, приоткрывал рот для вопроса, но тут же нерешительно закрывал. Он неловко переступал с ноги на ногу и обхватывал себя руками, закрываясь. Сама невинность, и изумительный контраст с настоящей сущностью вызывал томительное ожидание. Широко улыбаясь, Хэнк поманил к себе пальцем. — Ну же, подойди ближе, — Коннор послушно сделал шаг вперёд и остановился, не решаясь сделать ещё шаг. Хэнк беззлобно посмеялся. — Не бойся, маленький андроид, я тебя не обижу. Смелее! — и раздвинул ноги, намекая. Коннор приблизился к кровати, всё ещё обнимая самого себя за плечи. Так и провоцировал, чтобы его облапали, развратили, лишили скованности. Хэнк поймал Коннора за талию и притянул к себе, заставляя встать между ног, и грубовато погладил большими пальцами, сквозь скин ощущая стыки корпуса. Коннор издал изумлённый возглас, и Хэнк легонько шлёпнул его по ягодицам. — Тише, дорогой мой. Если будешь таким громким, то мне придётся твой чудный ротик чем-нибудь занять, — на последних словах проскользнула игривость, и Хэнк, прижимая Коннора к себе, скомандовал: — Руки на мои колени, — было выполнено без промедления. Чуть мягче сказал: — Открой ротик, я его осмотрю. Коннор словно нерешительно приоткрыл рот — совсем чуть-чуть — и развёл брови, изображая испуг. Хэнк погладил его правой рукой по щеке, левой удерживая на месте, и большим пальцем надавил на губы, заставляя сильнее их раздвинуть. Коннор хотел возразить, но Хэнк лишь прошептал: «Ш-ш» — и проник большим пальцем вглубь рта, остальными удерживая лицо. Жалостливый взгляд, манипуляции со ртом его пугали, но зубы на пальце Коннор не сомкнул: он сейчас послушный андроид, не способный навредить человеку. — Умница, — похвалил его Хэнк, играясь с острым языком. — Хороший ротик, но кое-чего не хватает, — сухо: работу химической лаборатории Коннор приостановил, выработку специальной жидкости явно включить должен Хэнк. — Сейчас мы это исправим, — заменил большой палец на указательный и средний и стал гладить по нёбу, по щекам, не давая ему спокойно лежать на месте. Из специальных отсеков начала просачиваться жидкость, которую Хэнк с извращённым удовольствием размазывал по всей полости, пока не осталось ни малейшего сухого места. — Так лучше, ты согласен со мной, сладкий? Коннор нерешительно кивнул, сверкая глазами. Хэнк с деланным вздохом покачал головой и вытащил пальцы. — Какая жалость, что у андроидов твоей модели динамик перекрывает глотку, так что с ней не поиграть. Но у тебя это не единственный доступ к твоей начинке, не так ли? И подмигнул. Коннор слегка нахмурил брови, пытаясь обработать слова. Но промолчал. Хэнк невольно вспомнил, как в первый раз тот не удержался, остановил ролевую игру и стал объяснять, что у него и чем у андроида модели РК800 строение шейного отдела отличается от других. Было познавательно, но сексуальный настрой убило напрочь, ибо Хэнк не мог сдержать смех и ещё пару дней усмехался, вспоминая лекцию от Коннора в латексном костюме. — Садись, будем тебя наряжать. Выпустил из объятий, привстал и усадил Коннора на своё место. Недоумение на лице, хлопающие глаза, а Хэнк задумался, не переигрывает ли Коннор? «Не отвлекайся», — неожиданно шепнуло подсознание голосом Коннора. Куда он только не проник… Хотя от таких мыслей был толк: помогали держать собственное возбуждение под контролем. Скользнул пальцами по талии, бёдрам, следуя линиям стыка и отстранился. Настало время одевания. Костюм висел на стуле, интригующе скрытый чехлом. Хэнк был процентов на девяносто уверен: Коннор уже проанализировал и догадался, во что его будут наряжать сегодня. Слишком уж любопытный. Звук застёжки, и на свет был извлечён женский комплект одежды в бело-синих тонах: короткое платье с облегающим верхом и аккуратными низом со складками, корсет, чулки. Краем глаза Хэнк заметил, как облизнулся Коннор, но стоило ему повернуться, как снова появилось выражение искреннего недоумения. — Извините, мистер… Хэнк предоставил, как Коннор будет стонать, и подобрал имя поаппетитнее: — Зови меня «золотце». — Золотце, я — мужская модель, мне положена другая одежда… — Не переживай, мы никому не скажем, — подмигнул Хэнк и опустился на колени перед Коннором, держа в руках первую деталь костюма. — Подними правую ногу, драгоценный мой. Коннор послушно выполнил указание, всё ещё хмурясь. Хэнк погладил его по бедру и начал неспешно натягивать белый сеточный чулок. В процессе он чувственно гладил Коннора по ноге, под коленом, массировал стопы. А когда достиг бедра, не удержавшись, прижался губами к внутренней стороне и до конца натянул чулок, вырывая удивлённый вдох. Поправил синий бант на боку и приступил к левому. Все действия его были неспешными: не из-за боязни порвать, хотя ткань довольно непрочная, а из-за желания подразнить. Хэнк ладонями и губами ощущал вибрацию тела Коннора, твердившую о возбуждении. Он поднял глаза на пах. Тонкий, средней длины член, очень ровный. Хэнк сомкнул на нём ладонь, ощущая, как от этого действия слегка напрягся Коннор. Провёл пару раз по всей длине и отпустил. Такой член хотелось попробовать на вкус, ощутить его в глотке. Возбуждающе, но цель сегодняшней сессии не в этом. Хэнк сглотнул слюну, потянулся за кружевными трусами под цвет чулков. Тонкая ткань плавно скользила по ногам Коннора, пока Хэнк натягивал её на Коннора. Нежно расправил на ягодицах, средними пальцами слегка надавливая на промежность, а затем с удовольствием помял половинки, вызывая у Коннора судорожный вздох. Вернулся к члену и спрятал его под кружевным бельём. Полувозбуждённый член оттягивал трусики, и выглядело это очень соблазнительно. Хэнк, не удержавшись, поцеловал Коннора в живот, грудью ощущая чужое возбуждение. Коннор слегка хлопнул по плечу, и когда Хэнк поднял взгляд, то уловил безмолвное: «Если ты продолжишь в том же духе, мы опять не дойдём до конца». Хэнк усмехнулся, покачал головой. Нет, игру хотелось растянуть подольше. Коннор кивнул и вернулся в роль. — Ну а теперь поясок. Как тебе он, дорогуша? Коннор стыдливо свёл ноги вместе, стараясь скрыть себя от чужого взгляда. — Этот пояс не подходит, чтобы удерживать штаны или юбку. Зачем он вам? — Ох, святая наивность, — умилённо вздохнул Хэнк, а у него внутри словно что-то неведомое затрепетало от нежности. Он протянул руку к лицу Коннора и погладил по щеке. — Ты совершенно не знаешь, почему тебя отобрали у хозяев, немного пошалили с твоим программным обеспечением и привели к взрослому дяде? — последнее он прошептал в самое ухо, любуясь «мурашками», пробежавшими по скину на том месте. — Мои хозяева сами меня отпустили к вам. Они всегда относились бережно, они никогда… — Коннор начал возмущённо, но по конец запнулся и опустил взгляд вниз. Хэнк схватил его за подбородок и аккуратно заставил смотреть на себя. — О, мою бережность тебе ещё предстоит оценить. И надеюсь, что после этого ты и думать забудешь, что кто-то может относиться к тебе лучше меня. Хэнк закрепил пояс на талии Коннора, соединил ремешками с чулками и отстранился, чтобы оценить со стороны. Выглядело необычно и так манило потрогать, потискать, подразнить. Жар пробежался по телу от мыслей, и Хэнк облизнулся. Коннор поёрзал на месте, положил ногу на ногу, скрывая интимные места. За что Хэнк оттянул один из ремешков и отпустил. Звук шлепка, ойканье, обиженный взгляд потемневших карих глаз. Да ещё и губы надул так, что Хэнк лёгонько чмокнул их, не проникая, но и без этого ощущая, как жидкость после игры с языком всё ещё вырабатывается. Член заныл, требуя внимания, пряжка ремня несильно давила. Коннор это видел, и в его глазах горело то же самое желание, но продолжал их игру. Хэнк глубоко вдохнул, ненадолго прикрывая глаза, и потянулся за корсетом. — Сейчас мне придётся побыть немного грубым, иначе эта прелесть на тебя не налезет, — Коннор удивлённо наклонил голову вбок и приподнял брови. Прям сама невинность, если не знать о его дьявольской фантазии. Хэнк облизнул сухие губы и скомандовал: — Встань на ноги, спиной ко мне и упрись руками в матрас. Коннор выполнил сказанное безропотно, но стоило ему опустить руки на кровать, как он эротично прогнулся в спине, отопырив задницу в кружевных трусах. Да ещё и ремешки сдвинулись так, что хотелось за них ухватиться и притянуть к себе, вжать в ноющий пах и сделать пару толчков, не снимая одежды. Прогнав воображаемую картинку, Хэнк похлопал Коннора по бедру: — Хороший. Умница. Такой послушный. Коннор от этого млел, напрашивался на поглаживания. Но хорошего понемногу. Хэнк постарался думать не в сексуальных терминах, чтобы сбавить градус, и стал зашнуровывать корсет. Фигура Коннора была отнюдь не женственной, да ещё из-за особенностей модели сквозь скин чувствовался твёрдый материал. Корсет вряд ли что мог бы утянуть, но его предназначение заключается не в этом. Аккуратно, петелька за петелькой, Хэнк стягивал корсет шнуром затем, чтобы в самый конец резко дёрнуть, затягивая потуже. Коннор громко застонал и сильно вцепился в кровать. Он начал слегка извиваться, чтобы каждым сенсором почувствовать, как корсет его плотно, жёстко, немилосердно сжимает. Хэнк дёрнул ещё раз и, удовлетворившись результатом, завязал. — Хорошо справляешься, прелесть, — прошептал Хэнк, наклонившись над ухом, вжавшись в Коннора. Тот прильнул, и по вибрации Хэнк понимал: Коннор получал искреннее удовольствие от этой сцены. В груди расплылось приятное тепло от осознания, что именно он доставил его любимому. Хэнк провёл руками по талии, пальцами ощущая волнительную дрожь Коннора. Пора было натягивать платье и приступать к следующему этапу, не менее будоражащему. Ткань идеально скользнула по телу, облачённому в корсет, не доходя и до середины бедра и оставляя небольшую полоску скина между подолом и чулками. С характерным звуком Хэнк застегнул молнию на спине, огладил руками силуэт, расправляя платье, особое внимание уделяя пышным складкам внизу. — Развернись, — скомандовал Хэнк, и Коннор повернулся к нему лицом. — Вот теперь ты у нас совсем красавец, — сказал Хэнк, отступив на шаг, оглядывая и любуясь. Коннор залился румянцем и опустил взгляд на пол. — Всё? — спросил Коннор, смущённо улыбаясь. Хэнк покачал головой: — Это только начало. Расслабь руки, солнышко. Хэнк взял Коннора за руки, чувственно прошёлся от плеч до запястий. Прижал их друг другу, обхватив ладонью, ощущая внутреннюю дрожь от того, как изящные запястья смотрятся в его руке. Коннор же завороженно глядел на Хэнка, ловил каждую эмоцию. От этого пристального взгляда замирало сердце. Хэнк второй рукой потянулся к своему хвостику и единым движением сдёрнул ленту. Пряди развалились, удерживаемые только невидимками у лица. По телу Коннора пробежалась волна, руки дёрнулись в кольце пальцев Хэнка, но тот его удержал и подмигнул. Коннор словно окаменел, лицо замерло в пустом выражении, скин пошёл рябью, система вентиляции взревела. Хэнк не выпускал Коннора, поглаживая его запястья большим пальцем, лаская рукой с лентой по шее, рукам, по груди, скрытой тканью. Коннор прикрыл глаза и дёрнулся в последний раз. Потом быстро-быстро заморгал, внутренние системы приходили в норму. Мимика ещё не активизировалась в полную мощность, но Хэнк по глазам видел нежность, направленную в его сторону. От того, как Коннор быстро испытал оргазм, что уже эти действия вызвали у него бурную реакцию, Хэнку было охрененно до звёзд перед глазами, словно это он кончил, не трогая себя. Но нет, его возбуждение ещё ощущалось тянущей болью. Хэнк залез под платье, пальцами прошёлся по скину под ремнями, чуть оттягивая, и накрыл руками опавший член Коннора под трусиками. Скользнул рукой по промежности до места, где должно было быть анальное отверстие. Сухо и там, и там: значит, эта комбинация, которую выбрал для сегодняшней сессии Коннор, не имеет функции выделения жидкости. Необычно, но зато спасает одежду. — Ты само очарование, знаешь? — Хэнк погладил по щеке. — Но ручки я свяжу. Эта синяя лента шикарно завершит образ… Не считая сюрприза. Хэнк пошло усмехнулся, и Коннор, ещё не совладав со своими системами, кокетливо притупил взгляд. Хэнк связывал руки Коннора аккуратно, как если бы обращался с человеком, но крепко, чтобы лента случайно не слетела в процессе. — Сегодня ты — мой подарочек, — промурлыкал Хэнк, завязав свободные концы ленты бантиком и глядя Коннору прямо в глаза. В которых углядел еле заметный блеск, из-за которого очень сильно захотелось Коннора слегка шлёпнуть по заднице: что он говорил ему насчёт фотографий исподтишка? Но тут Коннор облизнул верхнюю губу, медленно, по всей длине, вызывающе. Хэнк развернул его, вжался всем телом и жарко шепнул: — Опустись на локти и прогнись в спине. Вот так, — немного настойчиво надавил на Коннора, вынуждая принять как можно более удобную позу. Коннор немного посопротивлялся и, тихо всхлипнув, высоко оттопырил задницу. Подол платья съехал, открывая вид на ягодицы, едва прикрытые трусами. Хэнк проверил, что в таком положении Коннор может трижды хлопнуть по матрасу, затем раскрытой ладонью погладил по бёдрам и опустил руки на ягодицы. — Не надо тревожиться, драгоценный: я просто познакомлю тебя с моими игрушками, и мы немного поиграем. Нарастающий гул подсказал: Коннор готов продолжать в полном объёме, и Хэнк приступил. Большим пальцем сдвинул в сторону ткань, открывая плотно сжатое аккуратное отверстие. Указательным пальцем обошёл вокруг и надавил на вход. Узко, явно отличался от тех, которые у Коннора были ранее. Новое приобретение. И сегодня они впервые его опробуют. Хэнк непроизвольно издал рык, от которого Коннор слегка вздрогнул. Исправляясь, Хэнк погладил, потискал ягодицы, куда более мягкие, чем остальное тело. — С тобой твои хозяева в этом месте не играли? — мягко проговорил Хэнк, возвращая пальцы к отверстию. — Не доставляли тебе удовольствие? Коннор отрицательно замотал головой и бросил взгляд, полный непонимания. — Ясно, — ответил Хэнк и подтащил ящик с секс-игрушками ближе. — Значит, я буду первым. Решил начать с узкого вибратора. Прислонил его головку ко входу и нажал на кнопку: выделилось небольшое количество смазки. Тихий вздох Коннора, и Хэнк продолжил. Проникал аккуратно, сегмент за сегментом, растягивая стенки и не забывая про смазку. На последнем сегменте Хэнк включил вибрацию. Коннор вздрогнул, чуть ли не выпрямляясь, но Хэнк его удержал, положив руку на поясницу и прижав к матрасу. Раздался тонкий вздох. — У тебя всё в порядке, солнце? — Да, золотце, — простонал Коннор. — Хорошо, — сказал Хэнк хриплым от возбуждения голосом, делая несколько толчков вибратором. — Но пока не привыкай: даже мои пальцы толще этой игрушки. Хэнк выключил и вытащил вибратор, тут же заменяя его своим пальцем. Стенки сжались, но уже не могли препятствовать проникновению. Хэнк сгибал палец, лаская Коннора изнутри, ощупывал каждую неровность. Добавил второй палец, не без сопротивления. Хэнк двигал ими, толкался, раздвигал на манер ножниц, не забывая проговаривать, какой андроид послушный, какой молодец. — Ты превосходен, солнышко! Тебя так приятно трогать изнутри пальцами. Как же хочется тебе вставить, чтобы ощущать всю твою упругость. — Но я… — голос Коннора оборвался, когда Хэнк добавил третий палец, — не специализированный андроид. Хэнк завороженно смотрел, как раскрывается отверстие, пальцами ощущая силу искусственных мышц. И от мысли, что будь желание Коннора, пальцы Хэнка сломались бы (вообще делать что-то с Коннором против его воли — гиблое дело, не позволит), было охренительно хорошо. От того вспомнить детали ролевой игры удалось не сразу. Благо Коннор дал возможность подумать. — Ты этого не чувствуешь? То, как в тебя проникла сторонняя программа, перестраивая, настойчиво проникая? Ты уже в её власти, и именно она дарует тебе новые ощущения, — с каждым словом Хэнк проникал на всю длину, овладевая, вырывая стон за стоном. Было очень жарко, одежда прилипла к телу, член настойчиво требовал внимания, из-за чего приходилось усиленно думать о чём-то отвлечённом. Ещё бы не кончить от самой ситуации. «В следующий раз воспользуюсь кольцом», — решил Хэнк и добавил четвёртый палец. Коннор тяжело задышал, а следом начала реветь система вентиляции. Хэнк положил руку на бедро, скользнул под чулок и помассировал. Коннора трясло, но несильно, недостаточно. Хэнк прикусил щеку: очень хотелось ещё раз довести его до грани. Они же не договаривались на количество оргазмов? Ох, Коннор ему потом «отомстит». Пальцы замерли. — Что ты чувствуешь? Желание прильнуть поближе? Насадиться на пальцы? — Хэнк растопырил пальцы и по дрожи Коннора понял: нашёл самую чувствительную точку. Хорошо. — Или хочешь, чтобы тебя приласкали в других местах? Хэнк сменил позу, чтобы склониться и провести ладонью по груди Коннора, забраться в вырез платья, пройтись по скину у края корсета. — Я… Я… — дыхание Коннора остановилось, динамик засбоил. — Ну-ну, — Хэнк обхватил Коннора за подбородок, пальцем надавливая на нижнюю губу. — Думается мне, что твоему язычку тоже нужна игрушка. Замри. Хэнк отстранился, вытащил пальцы, хоть Коннор явно был против: пару секунд удерживал, прежде чем выпустил из себя. Короткий тихий свист — звук тихого недовольства. И проникновенный взгляд из-за плеча. Который изменился, стоило Хэнку взять коробочку. Не желая долго томить Коннора, Хэнк достал оттуда шарик-кляп и подмигнул. — Я знаю, у тебя есть функция анализа во рту. Так что… — Хэнк, не прерывая зрительного контакта, вобрал шарик в рот и от души смочил своей слюной. Глаза Коннора сверкали и чуть ли не умоляли о том, чтобы эта игрушка оказалась на законном месте. Прекрасно. Хэнк рукой заставил Коннора отвернуться и с удовольствием ткнул шариком в рот. Подразнил приветливо открытые губы, растянутые на кляпе, а затем застегнул. Коннор издал звук, похожее на мурлыканье: его лаборатория стала анализировать, и он почти полностью сосредоточился на этом. Хэнк опустил руку на шею Коннора и словно ощутил, как работает система, перегоняя импульсы и тириум. Очень скоро Коннор начал неприлично вертеть задницей, и Хэнк сочувствующе сказал: — Чувствуешь себя недостаточно наполненным? — достал следующий элемент. — Поскольку ты так вертишься, тебе обязательно надо попробовать вот эту прелесть. В ладонях с характерным стуком столкнулись два чёрных шара: один плотный, а внутри второго перекатывались шарики меньшего размера. Хэнк оттянул ягодицу и погрузил один за другим оба, пока первый из них не оказался в нужной точке. Коннор издал приглушённый механический звук и завибрировал сильнее. Хэнк дёрнул его на себя и, одной рукой поддерживая за бедро, а другой — за шею спереди, низким голосом сказал: — Двигайся. С приглушённым стоном Коннор дёрнул бёдрами, а потом ещё и ещё. Второй шар, под воздействием своего наполнения, буквально вдалбливал первый в чувствительную зону. Хэнк скользил рукой по телу, наслаждаясь тем, как сквозь ткань платья и корсет ощущается сексуальная жажда. Хэнк прихватил скин у шеи, оттягивая, пока не обнажился корпус, и прижался губами, вылизывая малозаметный стык пластин. Коннор дёрнулся, словно его прошибло током, мелко задрожал, переживая второй оргазм. Эту дрожь Хэнк ощущал всем телом, и от этого перед глазами потемнело. — Молодец. Хороший мальчик. Коннор без сил опустился на матрас, а Хэнк перевернул его на бок, чтобы заглянуть в лицо. Быстрое моргание говорило без слов: Коннор снова раскладывает у себя по полочкам пережитые ощущения. С губ, растянутых кляпом, стекала жидкость, которую Хэнк стёр пальцем и облизнул. От очумелого взгляда Коннора усмехнулся, но продолжать дразнить не стал. Аккуратно вытащил из растянутой дырочки анальные шары, ощупал стенки, пока не способные на это реагировать. На ощупь всё в порядке, только надо бы смазку обновить. Но это после короткого перерыва, необходимого им обоим. Хэнк глотнул воды, прикрыл глаза, успокаиваясь, выравнивая дыхание и усмиряя возбуждение. Это ещё не конец, если кто-то из них не остановит преждевременно. Он прижался лбом к шкафу, в последний раз глубоко вздохнул, повернулся в сторону кровати и встретился с осмысленным взглядом, прикованным к возбуждённому члену Хэнка. Как он подозревал, Коннор умеет видеть сквозь одежду, чтобы тот ни говорил. Взгляд Коннора был манящим, жаждущим, хоть остальное тело ещё казалось расслабленным после второго оргазма. Платье помялось, его нижняя часть задралась, открывая вид на ремешки, всё ещё удерживающие сексуальные чулки. Да ещё и этот шарик, влажный от жидкостей Хэнка и Коннора. Сам соблазн. Хэнк облизнул губы, прикрыл глаза и подумал о йоге. О ноющем теле и чувстве безысходности. О двух часах мучения и унижений. О тренере, определённо нашедшем в Хэнке идеальную жертву. «Мистер Андерсон, у меня раньше никогда не было такого клиента, как вы!» Мороз по коже пробежал. Жуть. Зато стало легче дышать. Ну, хотя бы в этот раз он не станет причиной остановки из-за сильного возбуждения. Открыл глаза. Коннор жалобно смотрел на него, беззащитно лежал на смятых простынях, трогательно прижав связанные руки к груди и поджав ноги. Иногда дёргал уже растревоженным задом. Андроид, которого привезли в незнакомое место, одели в непривычную одежду и довели до оргазма, дважды. Но до конца ещё не осознавший цели «золотца», и напуганный этим. По сюжету, андроид вполне может представить развитие событий, неблагополучных для его целостности (не столько вариантов, как РК800, но достаточно). Эту информированность Коннор включал в образ на своё усмотрение. Значит, сегодня предстоит ещё и развеять тревогу. Хэнк подтащил коробку с игрушками ближе, положил на простыни и забрался на кровать. Коннор слегка дёрнулся, но лишь слегка, и Хэнк взял его за щёки, поглаживая большими пальцами. — Ты боишься, солнышко? — Коннор словно нерешительно кивнул. — Понимаю. Но задумайся, сделал ли я тебе больно хотя бы раз? — Коннор помотал головой. — Я и дальше не планирую ничего подобного. И никто другой не посмеет этого сделать. Слышишь? — Коннор медленно прикрыл глаза и кивнул, но тревога ещё не ушла. — Ничего, я буду делать тебе хорошо, пока ты совсем не расслабишься в моих руках. Раздвинь ножки и откинься на подушки. Хэнк слегка помог. Низ платья опять задрался, обнажая пах. — Ты уже недостаточно мокрый снизу, поэтому я тебя снова смажу, — Коннор, как мог, прикрыл румяное лицо, а Хэнк приступил к озвученному. Узкий вибратор теперь входил очень легко, и Хэнк не стал затягивать процесс: как только посчитал количество смазки удовлетворительным, отложил в сторону и схватил вибратор побольше. Коннор сквозь пальцы посмотрел на размеры игрушки, и они заставили его вздрогнуть. Даже сделал попытку уползти подальше, но Хэнк его удержал и вернул на место. Ласково погладил по колену. — Не пугайся его размеров, больше, чем ты способен принять, я не засуну: не хочу делать тебе больно. Понимаешь? Коннор отвернулся, а Хэнк со вздохом поднёс головку к отверстию, неспешно проникая. Лёгкие толчки, никакой грубости, только ласка. Глубже, чем проникновение пальцев, вибратор всё больше и больше погружался внутрь. Коннор слегка подрагивал тазом, непроизвольно насаживаясь на растягивающий его объект. Вибрации Хэнк не ощущал, скорее, Коннор слегка притупил чувствительность сенсоров. Ничего, после будет расширитель, а он равнодушным не оставит. Вибратор в какой-то момент перестал продвигаться дальше, и Хэнк зафиксировал длину с помощью специальной насадки. Затем закрепил коробочку под резинкой чулка и отодвинулся, чтобы оценить со стороны. Вид торчащего вибратора доставлял удовольствие. Но это не конец. Отыскал пульт и начал представление. Нарастающая скорость, вибратор извивался, отвоёвывая больше пространства. Коннор замычал, запрокинул голову и двигал бёдрами, стараясь поймать темп. Но стоило только приспособиться, как Хэнк вероломно менял режим, заставляя выгнуться чуть ли не кольцом. Коннор мял простыню, сбил подушку на пол и извивался от удовольствия. Хэнк усмехнулся и погладил себя сквозь джинсы. Не касаясь, он ощущал, как вибрирует тело Коннора, как он отзывается на каждое действие. Восхитительно. Не зря Хэнк приобрёл именно эту модель, полностью учитывающую особенности андроидов. Но этого, чтобы кончить в третий раз, не хватало, и это было понятно. Вот если с него начали бы… Хотя он вполне Коннора помучает перед следующей игрушкой. Когда Коннор потянулся руками к своему члену, натянувшему трусы, Хэнк установил режим постепенного отключения и прижался, одной рукой хватая за руки и задавая резкий темп движений, другой обхватив Коннора за волосы, прошёлся цепочкой поцелуев по лицу, по шее. Хотелось ласкать, тискать, сжимать. Но и этого было недостаточно. Член Коннора слегка обмяк, вибрация перестала нарастать. Намёк: пора переходить на следующий уровень. Расширитель Хэнк нашёл почти на ощупь, перед глазами плясали тёмные точки от возбуждения. Но он упрямо отказывался заканчивать прямо сейчас. — Последняя игрушка, с которой я хочу тебя сегодня познакомить, — хриплым голосом произнёс Хэнк, переворачивая Коннора и заставляя его встать на локти. Вибратор вынул осторожно и отложил в коробку, — широкая, поэтому сейчас тебя ещё растянем. Так растянем, чтобы твоя дырочка была такой же послушной, как и ты сам. Коннор выдохнул, морально готовясь к проникновению новой игрушки. Хэнк обвёл кончиком растревоженный вход и разом толкнулся узким расширителем внутрь. Коннор застонал, когда игрушка резко, по велению кнопки в руках Хэнка, увеличилась в размерах, заполняя изнутри. Но это лишь десять процентов от её истинных размеров, для подготовленного фаллоимитатора необходимо хотя бы восемьдесят. Хэнк то увеличивал, то уменьшал расширитель, прекрасно представляя, что чувствует сейчас Коннор. Он прижался губами к пояснице, забрался в кружевные трусы и начал ласкать член, другой рукой не забывая про кнопку. Коннор стонал сквозь кляп, вибрировал, всё не кончал, не переступал границу. А на мощности в шестьдесят процентов отчётливо хлопнул ладонью трижды по матрасу. И сразу же Хэнк остановился. Пробежал холодок по коже: он в чём-то ошибся? Уменьшил и аккуратно вытащил расширитель. А затем растянул кляп. Наклонился, чтобы спросить Коннора о самочувствии, когда тот неожиданно извернулся и яростно впился в губы Хэнка. Затем выдохнул в губы: — Я хочу ощутить внутри тебя, — и интонацией выделил последнее слово. — Твой член, твою сперму, твою ДНК, — прорычал Коннор, когда Хэнк потянулся за презервативом. — Мы потом… замучаемся чистить этот… костюм, если что-то пропустим, — с остановками ответил Хэнк, всё равно желая дотянуться. Коннор зарычал и, резко перевернувшись на спину, обхватил ногами за талию и притянул Хэнка к себе. Перекинул связанные руки за шею, впился жадным поцелуем, не давая и шанса перехватить инициативу. Хэнка от этого напора вело знатно, он буквально свалился на Коннора, не имея сил сопротивляться. — Трахни меня, — зашептал Коннор на ухо, когда сделал перерыв, и прикусил кончик уха. — Или я сам тебя трахну. Эта фраза вызвала чувство ностальгии, и Хэнк чуть не хихикнул. Но тут Коннор снова атаковал его губы, а членом вжался в пах Хэнка. И ему сорвало крышу. Хэнк стянул с себя джинсы, не прерывая поцелуя, наконец-то освобождая свой член. Коннор, освободившись от ленты, расстегнул рубашку Хэнка и засунул под неё руки, жадно лаская и притягивая всё ближе к себе. Казалось, что стоит только головки коснуться растревоженного входа, как Хэнк кончит, но этого не случилось: Коннор, предвосхищая это, сжал член рукой у основания и резко насадился. Выдохнул: — Ну наконец-то. Хэнк же ничего не смог сказать, лишь начал толкаться в рваном темпе. Пару раз он подходил к грани, но этот апгрейд оказался с сюрпризом: он почти изливался, когда его член придавливало в нужной точке, откладывая оргазм и продляя им удовольствие. Коннор вцепился ему в волосы, окончательно разрушая причёску, и целовал, и оставлял засосы, и кусался. Хэнк в ответ на это мял ягодицы под руками и яростнее вдалбливался. Один из ремешков растянулся, и чулок сполз до колена, и Хэнк, пригнувшись, прихватил зубами скин с внутренней стороны, вынуждая оголить корпус. И ласкал открывшиеся кусочки белого тела. Скин сбоил, сползал, мимика практически пропала, но по жестам и глазам Хэнк понимал: Коннор на пике удовольствия. И, ещё несколько раз толкнувшись в чувствительное место, излился внутрь Коннора. Не успел подумать, что тот замается чистить апгрейд, как стенки плотно сжали член, не давая двигаться, и завибрировали, выдаивая последние соки. Хэнк обессиленно рухнул на Коннора, лишённого скина и дрожащего. Тяжело дышал, закрыл глаза, ощущая, как всю его сперму высасывает какая-то система внутри Коннора. «Предусмотрительно», — подумал Хэнк и опустил голову, расслабляясь. Около минуты Коннор приходил в себя, а Хэнк его не торопил: самому бы найти в себе силы хотя бы скатиться в сторону. Кажется, он даже умудрился задремать, когда ощутил пальцы Коннора в своих волосах. Хэнк обнял Коннора крепче и заглянул ему в лицо, всё ещё лишённое скина. От тепла и любви, которые излучали глаза, хотелось петь. Или бежать помогать всем и каждому, раз мир подарил ему такое чудо. — Ты невероятен, — сказал Коннор, и Хэнк улыбнулся. — Ты тоже бесподобен: только с тобой я… — Хэнк сбился, но смог продолжить: — Чувствую себя таким живым. Коннор потянулся к нему, затягивая в нежный ленивый поцелуй. Когда они прервались, Хэнк усмехнулся: — И опять мы не дошли до конца. — Ты слишком возбуждающе опытный, чтобы я мог долго терпеть, — Коннор подмигнул. — Даже ревность берёт, откуда у тебя взялись такие умения. Хэнк хотел ответить, что это только для Коннора, никто другой такого желания у Хэнка не вызывал и всё лучшее — для него. Вместо этого сказал: — Смотрю на тебя и так и хочется удерживать тебя в кровати и заласкать, пока не забудешь имя создателя. Коннор механически усмехнулся. — Одного ты добился: в ближайшие как минимум минут десять я никуда не денусь. — Что, я тебя затрахал? — засмеялся Хэнк и перевернул обоих на бок. Коннор слегка задумался и ответил: — Можно и так сказать. Я ж не секс-робот, в этой сфере менее выносливый, чем в беге на длинные дистанции. Но голос звучал сыто, довольно. Хэнк прикрыл глаза и прижал своего андроида к себе. — Всё равно ты единственный шикарный андроид. Через десять минут Коннор заставит Хэнка принять ванную. Через пятнадцать минут обработает синяки, ибо секс с андроидом его модели пока несёт в себе некие трудности (к которым Хэнка прямо тянет). А пока они оба лежали на кровати, опьянённые любовью.