Навылет

      Так прошло больше полгода. Каждый вечер Чимин находился у Юнги. Иногда он готовил, позволяя тому ещё немного помечтать, а иногда они заказывали еду и просто болтали. За эти полгода оба крепко убедились и признались самим себе:

«Я люблю его»

      И вот, Юнги решил, что пора бы все решить. В Чимине он видел ответные чувства, боятся было нечего. В тот день как раз был выпускной Юнги. Он специально не пошёл на него, чтобы прибрать квартиру, сходить в магазин и приготовить самый лучший ужин. Ведь это для Чимина. Для него ни времени, ни сил, ни денег не жалко. Чимин ничего о сюрпризе не знал. Поздравил хёна по телефону с выпуском рано утром и вновь бухнулся спать. Весь день у него было приподнятое настроение и ожидании чуда.       Чимин не опоздал. Чимин переступил порог секунда в секунду. В коридоре его уже ждал Юнги. Белая футболка, рваные голубые джинсы. Ни чем невозможно было выдать грандиозность этого вечера. Но грандиозным он должен был быть только для двух человек, которым удалось найти друг друга сквозь толпы людей.       Войдя на кухню, Чимин обомлел: такого богатого стола он не видел с тех пор, как уехал от родителей. Юнги отмахнулся, сказав, что это в честь его выпуска. Парни уселись есть.       Разговоры в этот вечер были чересчур тихими. Парни будто пытались скрыться от мира, что-то шептали друг другу, наверное, комплименты, приглушённо смеялись, смотрели друг другу в глаза... Внезапно Юнги понял, что вот он - его шанс. Он аккуратно взял руку Чимина, которая покоилась на столе почти рядом с чужой рукой, заглянул в глаза и мягко улыбнулся, увидев удивленный и смущенный вид младшего.        - Чимини, сегодня такой замечательный день, поэтому, я бы хотел сказать тебе кое - что. Я...- Только Юнги захотел закончить самую главную фразу, как его перебил телефон, противно пищащий оповещениями. Юнги нервно прикрыл глаза, оскалился, выдохнул и попытался продолжить, но телефон не унимался.        - Может, все-таки ответишь? -Мягко начал Чимин, видя, как Юнги был раздражён, - Вдруг там что - то важное?        - Да, важное. Опять не знают, в какой цвет обои переклеить, - себе под нос прошипел Юнги. Его отвлекли от самого главного, испортили волшебный момент... Юнги нервно разблокировал телефон. Хосок. [Хоби] 18:23 АО ТОЛЬКО ЧТО ПЕРЕСЕКЛИ ГРАНИЦУ И ВЗЯЛИ НЕЙТРАЛЬНЫЙ АНГАР! БОСС, ТЫ НАМ НУЖЕН, СРОЧНО!

[Я] 18:23 Блять... держите их, я сейчас буду.

      Юнги бросает телефон в карман джинс, уже готовый убежать, но внезапно наткнулся на пару обеспокоенных глаз.        - Что-то случилось?       «Блять, случилось! Моих людей сейчас поубивают!»        - Все нормально, Чимини. Просто нужно кое - что уладить, - как можно более убедительно постарался ответить Юнги, положил руку на плечо Чимина, заглянул в глаза ,- я очень быстро приеду. Час, максимум два! Обещаю!       С этими словами Юнги клюнул Чимина в щёку и выбежал из квартиры.       «Солнце, пожелай мне удачи».       Он, конечно же, не услышал, как робкий голосок за массивной дверью прошептал:       «Удачи, хён».       И Чимин остался в квартире Юнги в полном одиночестве.       Он ждал. Каждую секунду смотрел на дверь, ожидая, что вот сейчас запыхавшийся хён настежь откроет дверь, улыбнётся и скажет слова, которые так хотел услышать Чимин.       Чимин надеялся.       Чимин ждал.

***

      Но Юнги не вернулся. Прошёл час, два, три, в свои владения вступал четвёртый, а в квартире все так же не хватало одного человека.       Сначала Чимин метался из угла в угол, не выпускал из рук телефон, ежеминутно проверяя сообщения и звонки. Он не решался звонить и писать самому: вдруг действительно что-то важное. Отвлекать хёна парень не хотел. Он хотел лишь убедиться, что все с Юнги замечательно.       Время шло. Напряжение нарастало. Чимин уже не мог просто ходить туда-сюда по квартире, где, можно сказать, давно уже стал хозяином. Он рыдал, надумывал себе самые страшные исходы и ситуации. Чимин выматывал себя. И, наконец, вымотал.       На пятый час отсутствия Юнги Чимин заснул. Он ещё долго лежал на чужой кровати, его тельце подрагивало от всхлипов, слезы бесцеремонно лились на чужие подушки, оставляя соленые следы. Чимин уже не соображал ничего. То ли он чувствовал обиду за то, что его кинули в такой важный момент, то ли парень боялся за хёна. Верить в то, что нет ничего серьёзного было бы запечатлено, но Чимин слышал крики звонящего. Не раз ещё его сердце сжималось...       Наконец, Чимин уснул. Спал он долго и крепко. Так крепко, что даже не заметил, как кровать немного прогнулась под новым весом, как чужие руки гладили его голову...       Но вдруг что-то кольнуло сердце. Чимин резко распахивает глаза и видит перед собой Юнги...        - Хён...        - Да, солнце, я тут. Прости за испорченный вечер, - Юнги отстранился, но руку с головы младшего убирать не стал, а лишь сильнее зарылся пальцами в локоны, внимательно смотря на открытое и немного наивное лицо с широкой улыбкой и припухшими глазами от слёз. Он как будто бы пытался выгравировать этот образ в мозгу и на сердце, чтобы никогда не забывать. Юнги готовился.       Парни пробыли в таком состоянии несколько минут, как Чимин разрушил тишину робкими словами:        - Я так переживал за тебя. Надеюсь, все уладилось. Ты вернулся только под утро, так что я не успел прибрать со стола и...       Юнги не позволил Чимину договорить. Сердце разрывалось на маленькие кусочки от оттягивания неизбежного. Юнги бы заплакал от безысходности, но он лишь крепче прижался к Чимину лбом и прошептал:        - Мне срочно нужно покинуть страну. Ты не можешь лететь со мной. Я не хочу подвергать тебя опасности. Но прежде чем мы расстанемся... - Юнги приподнялся, желая ещё раз увидеть глаза Чимина. Серые глубокие озёра, наполненные слезами...       Юнги легко прикоснулся к давно уже желанным губам. Лёгкий поцелуй, за который Чимин вцепился, как в спасательный круг. Он обвил руками чужую шею, притягивая к себе, безысходно ближе, неумело позволял Юнги углубить поцелуй, чему тот был несказанно рад... Но воздух в легких не бесконечен. Влюблённые отстранились друг от друга. Юнги наконец-таки разглядел в глазах напротив стоящие слезы, хотя сам еле сдерживался. Он нежно коснулся чужой щеки, стёр большим пальцем только-только проступившие ниточки слез и прикоснулся своим лбом ко лбу Чимина. Оба слышали бешеные удары сердец, которые были готовы раздробить грудь и вырваться наружу. Чимина слегка потряхивало. Дрожь передавалась Юнги.        - Чимини...-прошептал Юнги,-пожалуйста, береги себя. Парень в ладони взял родное лицо и посмотрел прямо в глаза, - Я обещаю тебе, что мы ещё встретимся. Я вернусь. Ты вернёшься. Я не могу сказать тебе, что происходит, потому что не хочу втягивать тебя в это. Я очень люблю тебя. С самого начала любил, но не хотел спугнуть тебя. Каждый день проведённый с тобой был для меня утешением. Я сохраню эти секунды в сердце. Я буду их перематываться в своей памяти до того момента, пока мы не встретимся вновь. Обещай ждать и верить в меня.        - Верю. Жду...- Чимин сжался и машинально уткнулся макушкой в грудь. - Но и ты пообещай, что сделаешь все, чтобы я дождался тебя...       Юнги приподнял голову Чимина за подбородок и снова поцеловал.       Прощальный поцелуй.       Юнги снова уложил Чимина в постель, укрыл одеялом и в последний раз дотронулся до мягкой копны волос. Входная дверь с шумом закрылась, от стен квартиры отскочил заглушенный стон боли вперемешку с частыми всхлипываниями.       Юнги не слышал этого. Он ничего не слышал. Кровь стучала в ушах, глаза застелила серая пелена, а слезы предательски катились по щекам. Юнги обещал себе не плакать, но что он мог сделать?       Ничего.       Он вышел из подъезда своего уже бывшего многоэтажного дома, присел на почти сломанную и облезшую лавочку и закурил. Только на улице сознание вернулось к парню. Он испуганно провёл по щекам, нервно стирая слезы и матеря самого себя, пытался перевести себя в порядок. Дрожащие пальцы раз за разом подносили сигарету ко рту. Никотин медленно проникал в клетки, расслаблял и успокаивал.       Через 10 минут напротив Юнги остановилась чёрная дорогая машина. Дверь открылась, из неё выскочил немного растрёпанный Хосок. Юнги безразлично поднял взгляд, потушил сигарету о лавку и выкинул окурок.        - Босс, надо ехать.        - Значит, хватит трепаться. Сажай свой зад в тачку. Ты и так опоздал.       Юнги даже не посмотрел Хосока. Каменное и абсолютно бесстрастное лицо обдавало холодом. Таким он должен быть для подчиненных. Никакой жалости, сострадания, слез, соплей. Ничего. Среди хищников самый жестокий получает уважение. Проявление слабины равносильно самоубийству. Либо ты убиваешь, либо тебя. Юнги усвоил эти правила с самого детства.

«Я не имею права быть как ты, отец. Презирая тебя, я стану лучше. Я добьюсь того, чего ты не смог».

      Когда Юнги сел в машину, его внезапно накрыли воспоминания об отце.       Ничего в нем необычного не было. Обычный клерк, обычная пешка, которая один раз выдала неплохую идею и чудом стала главарем мафии. Да, все знали, что отец Юнги - мафиози. Мать не вмешивалась и занималась воспитанием мальчика, старалась оградить сына от работы отца. Не получилось. Когда Юнги было 5 лет, его мать убивают. Очень просто, даже смешно. Хотела пойти за покупками, чтобы приготовить ужин, в её прямо рядом с домом пристрелили...       «Отец был слабым и недальновидным. Шаги соперников нужно прочитывать не на ход, а на 10 вперёд».       Отец долго горевал, стал нервным, бутылку виски из рук не вынимал. При пешках и приближённых плакал, распускал сопли, но плана мести предложить не смог. Через некоторое время консильери* отца забирает Юнги в поместье группировки. А через день отца пристреливают. Но уже не враги, а собственные пешки. Слишком слабый. Он был для группировки балластом. Внутри неё самой начались разногласия. Консильери хотел занять место покойного отца, но и его пристрелили. Пешки, полностью разочаровавшись в верхушке, разбрелись к конкурентам, мафия развалилась... А Юнги чудесным образом оказался у тетки, сестры покойного отца. Она была хорошей...       Из воспоминаний Юнги выныривает почти моментально, когда слышит обеспокоенный шёпот с двух сторон:        - Босс, ты в порядке?       Намджун, высокий блондин с выбритыми висками и проколом в носу, тоже был консильери Юнги. Как и Хосок, легко дернул Юнги за плечо.        - Да, все нормально. Почему - то, вспомнился отец... - После небольшой паузы он продолжил. - Известно что - то новое по Ао?        - Да, - Намджун кивнул и передал запечатанный конверт в руки босса, - пришло письмо от Хан Ву. Он предлагает перебраться в Дэгу. - Дэгу? С чего это вдруг? С самого начала разговор шёл про Китай, - приподняв бровь, спросил Юнги.        - Да, но Хан просто струсил. Оказалось, у него нет там никакой поддержки. А за взяточничество - смертная казнь, - вмешался Хосок, - он предложил Дэгу, потому что хочет укрепиться в этом городе. Чуть больше трети правительства-это политики из Дэгу. Он хочет купить их всех, чтобы потом было проще купить остальных.       Юнги развернул письмо:        - Малолетке никто не продастся. Излишне амбициозных не любят. Он просто хочет, чтобы мы выполняли грязную работу.       Юнги пробежал глазами по тексту письма. Ничего нового. Его консильери точно все пересказали.        - Очень странные условия: «работайте со мной, я обеспечу безопасность». О чем это он?       Намджун слегка поджал губы и произнёс:        - У него есть какой-то материл на нас. Он сказал, что этого полиции хватит, чтобы посадить нас на 5 пожизненных сроков. Ещё добавил, что выкупить судей не получится, так как они уже куплены им. Выше такой суммы нам не собрать.        - Сукин сын! - Взорвался Юнги и смял письмо так сильно, что она прорвалось в некоторых местах. - - Когда этот сучёнок успел?!       Юнги согнулся и опустил голову в ладони:        - Вот кто просчитал на 10, нет, на 100 ходов вперёд. Блять... Умная сука ставит нас к стенке. Либо мы соглашаемся и становимся их шавками, либо каждый за решёткой...        - Хен, не вини себя, - Хосок положил руку на плечо Юнги и несильно сжал, взглядом намекал Намджуну сделать то же самое, - никто из нас даже подозревать не мог о таком ходе. Мы ведь вместе просчитываем все. Все будет хорошо.       Юнги шумно выдохнул, выпрямился и хрипло произнёс:        - Раз уж эта сучка решила взять меня за яйца, то должна понять, что все не так просто, - Юнги развернулся к Намджуну, - скажи ему, что я согласен. Он слишком труслив. Я найду его слабые места и позже мы разнесем его в щепки. Хан Ву даже не подозревает, с кем связался.       Консильери синхронно кивнули.       Аэропорт.       Юнги смотрел на улетающие самолёты, рядом Хосок сидел стуле рядом и листал журнал, ожидая рейса на Дэгу.        - Приставь охрану к Чимину.        - Уже сделано, хён... - лениво протянул Хосок, не отрываясь от журнала.        - Пешки будут в открытую его охранять. Я хочу, чтобы свой человек делал это не так заметно.        - Я знаю, поэтому живым щитом я выставил Тэхена.       Юнги резко развернулся:        - Его?! А со мной советоваться? Он хоть что-то умеет? Кто отвечал за его обучение?        - Мы все. Но больше всего времени на него потратил Чонгук.        - Мелкому нельзя было доверять обучение защиты, - почесав переносицу, произнёс Юнги, - он молод и импульсивен. Даже слишком.        - Но Тэхен действительно хорош. Схватывает на лету, а в плане незаметность - идеальный вариант. Сам посуди - лучшие друзья, у Чимина даже не возникнет ни капли сомнения.       Юнги немного помолчал.        - Да. Ты прав.       В парням подбегает взволнованный Намджун:        - Ао только что убили пятерых наших пешек возле граничного пункта.        - Зачистка, значит... Решили попугать, - словно рассуждая сам с собой, произнёс босс, - Очень хорошо. Намджун, позвони Хан Ву и скажи, что мы уже вылетаем. А пешек пусть наших не трогают. Они будут поддерживать бизнес, пока мы не вернёмся.        - Ао займут весь рынок, пока нас не будет, босс, - не унимался Нам.        - Пусть. Если подделка кодов и номеров угнанных тачек их потолок, то пусть и продолжают возиться с этим дерьмом. В Дэгу криминал давно в моде. У меня есть парочка идей теневого заработка. Но Хан Ву мы будем помогать только с политиканами, черт с ним. Я даже знаю, как подмять весь спектакль под себя. Терпение, парни. Нам необходимо терпение...       Воцарившаяся тишина была разрушена сообщением о прибытии самолёта.       Но перед тем как сесть, Юнги достаёт телефон и набирает короткое смс на один очень важный номер.

[Я] 18:23 Береги себя, солнце.