Жизнь за Нер'Зула.

      За две недели оставленные без присмотра орки не успели «пойти вразнос», вернувшись, Тенфариал пробил лишь пару самых буйных черепов, после чего на его авторитет никто не покушался. Как и много раз до этого, он опять уединился в своей лаборатории. Да и видеть свой народ в таком состоянии мне было неприятно. Уж очень это напоминало Дренор, когда орки окончательно впали в дикость, практически отринув все заветы предков. Сын Смертокрыла – это джокер в моей колоде, но «светить» его раньше времени нельзя. По большому счёту это не просто тактическая победа, обезопасившая башню Медива от посягательства чёрного дракона, это стратегическое оружие! С ним будет проще договариваться с другими стаями после гибели Архимонда в Ашенвале. Пусть репутация чёрной стаи подпорчена, но они всё равно остаются драконами. Разве что Малигос был бы рад сторицей отомстить за предательство, но понять его легко: практически всю синюю стаю истребили в Войне Древних – тут у кого угодно ум за разум зайдёт от горя. Меньше всего понесли потерь бронзовые и зелёные, да красные после пленения Алекстразы во многом пополнили свою численность. Пусть дракончики пока под влиянием орков. Но рано или поздно остатки, пережившие поражение Орды, вырастут и поумнеют. Нечеловеческие эксперименты (хотя Нефариан и так не был человеком) следует прекращать – многие обработанные кровью других стай чёрные дракончики гибнут во время инициации, да и после хроматические имеют ограниченный срок жизни. За способности всех стай в одном теле нужно платить, и, с моей точки зрения, это неприемлемая цена.       Лучше после войны подгрести под своё влияние остальную чёрную стаю, а этих крошек воспитать в правильном ключе. Вопрос, правда, в том, позволят ли мне это сделать остальные Аспекты? Одно дело внутренние разборки среди драконов, и совсем иное – целая стая в подчинении неизвестно у кого. Придётся к тому времени набрать достаточное могущество, чтобы со мной считались. Ну и разумеется, предоставить план, по которому я впишусь в ряды Хранителей. У меня много имён, чем плохо Хранитель Мёртвых? После второго вторжения Пылающего Легиона даже Аспекты могут задуматься, а не стоит ли контролировать короткоживущих, чтобы они в очередной раз не устроили какой-нибудь катастрофы, или снова в ходе внутренней магической войны не поспособствовали очередному вторжению демонов?       Пусть они напрямую не вмешиваются в дела прочих рас, но практически за каждым значимым событием так или иначе торчат их чешуйчатые морды. Прикинем начерно, кто может быть против? Бронзовым – всё равно, лишь бы никто не пытался создавать временных парадоксов. Изера со своим Изумрудным Сном – величина неизвестная. Но по некоторым данным, она обычный мир воспринимает как иллюзию. Не лезть в её епархию, и можно надеяться на нейтралитет. Чёрных можно не рассматривать – они и так почти уже мои. Остаётся Алекстраза и Малигос. Последний – самый непримиримый враг, и силы у него большие, но и его можно нейтрализовать. И пусть это сделают остальные стаи, следует лишь выставить его действия против чёрных как подрыв обороноспособности Азерота. Ну а королева красных драконов, на мой взгляд – самая вменяемая. Всё же она – Аспект Жизни, и зря губить эту самую жизнь не станет.       Но нельзя забывать и о Древних Богах. Эти узники Азерота уже не раз преподносили неприятные сюрпризы, и каждый новый катаклизм, влияющий на целый мир, бил и по их темнице. И с каждым разом они всё больше влияли на мир, сводили с ума смертных и бессмертных, усиливая хаос и разрушения. Им-то любая битва в радость – больше шансов освободиться из узилища. Но будем решать проблемы по мере их поступления. Кладка яиц находилась в своеобразном стазисе – их «размораживали» по мере надобности, пусть сейчас так пока и останется. Я же при помощи своего нового приспешника пока разберусь в магическом наследии драконов, «вспомню» остальных драконов и их взаимодействие, и постараюсь разработать стойкий к неожиданностям план действий.

***

      Кел’Тузед вернулся в Нортренд, исследование павшего чёрного дракона и дальнейшее его поднятие позволили архимагу встать на новую ступень некромагического искусства. Здесь его ждали новые заботы, исследования и котёнок. Всё это время за ним присматривал тролль, и если бы не их регенерация, был бы весь в шрамах от кошачьих когтей. Сейчас этот маленький комочек ярости опять расположился у Кел’Тузеда на плече, под мантией, и мурчал, тыкаясь мокрым носом в шею.       Нер’Зул развернул исследования во всю ширь, Порча уже плотно вошла в арсенал некромантов Плети, и сейчас на её основе разрабатывались ритуалы для возведения построек. Слабые сами по себе, послушники и некроманты могли посредством преобразования жизненной энергии возводить потребные в будущей войне зиккураты. За основу этих сооружений были взяты нерубианские технологии. Паукожуки тоже не блистали силой, а оттого сделали ставку на ликвидацию утечек или преобразование их в нужное магическое воздействие.       Портировавшись из Наксрамаса в подземные пещеры, Кел’Тузед наблюдал, как низшие умертвия стаскивают в кучу стройматериалы – камни, брёвна - и уже копают яму под фундамент. Досада от задержки в исследованиях была прервана размышлениями о своём будущем бессмертии. Определённо, для его нового тела пригодятся драконьи кости – так он сможет сразу после преобразования полнее и лучше использовать возросшую силу. Но и их следует подготовить к будущему ритуалу, ошибок быть не должно! Бывшие тролли с выпавшими клыками наконец справились с подготовкой, и архимаг, подойдя поближе к месту будущего фундамента, бросил на растущую траву пятно Порчи. Он был в силах накрыть им весь полигон, но к чему переводить столько трудов, если будет достаточно и небольшого участка? Поддерживаемый некромантическим фоном, ритуал перетёк на приготовленные брёвна и камни, они зашевелились, заполняя яму. Несколько брёвен по краям взвились вверх, преобразуясь в подобие рёбер летающих гигантов. Зелёное марево завертелось между ними. Вспыхивали напитанные силой символы, и смесь камней и дерева стала преображаться, выстраивая невысокую башню.       Приходилось контролировать строительство, но с подпиткой от пятна Порчи его сил практически не требовалось, камни выстраивали покрытые ступенями стены, проход обзавёлся массивной дверью, а внутри сооружения стал формироваться алтарь смерти. По своей сути это сооружение будет гигантским универсальным артефактом. Надо – сможет наносить магические удары по войскам противника, не делая разницы между сухопутными и летающими. Если требуется – станет распространять пятно порчи на новые участки, аккумулируя некроэнергию в своём накопителе. Внутри, на алтаре смерти, можно будет быстро поднимать нежить, или же питать стоящих неподалёку личей.       Здание было практически законченным – последними появились четыре «рога» на вершине, а между ними стал формироваться летающий кристалл – аналог тех, что присутствуют в посохах магов Даларана. Теперь это не просто башня, а магическое сооружение, способное как отразить атаку вражеских воинов, так и «починить» собственную армию нежити. Пришло время подправить ритуал, убрать из него ненужные участки, чтобы следующее строение можно было возводить быстрее и с меньшими затратами сил.

***

      Доводить до ума ритуал постройки зиккурата будут другие волшебники, Кел’Тузед же отправился обратно в Наксрамас. Благодаря поддержке от Порчи, он ничуть не устал, и не захотел откладывать на завтра следующий эксперимент. Он не сомневался в успехе – если ему удалось поднять чёрного дракона, то и с драконьим костяком должен справиться. В отличие от других проектов Плети, это не было массовым и рассчитанным на слабосилков. Уж слишком специфическим был материал, чтобы допускать срыв поднятия некродракона. Только такой опытный архимаг, как он, был способен на такое. Нерубианская нежить смогла вытащить с десяток целых костяков с драконьего кладбища. По размерам это были скорее дракончики, но всё равно после поднятия должны были стать грозной силой. Много ли навоюет людская конница против огня, льющегося с неба? Вторжение Орды показало, что даже молодые драконы способны топить корабли и превращать порядки храбрецов в выжженную пустыню.       Просторная лаборатория была залита светом, все кости уже сложены так, как они располагались при жизни, и вокруг них уже расчерчен нужный рисунок. Кроме того, тут же два десятка коровьих туш – без них было трудно нарастить некроплоть. А без некроплоти, на одной магии, будет слишком большой расход сил, чтобы держаться в воздухе. Кел’Тузед, поправив котейку на плече, вздел вверх костяной посох. В делах некроманта он был куда предпочтительней, чем его Даларанский. Магическая сила стала наполнять линии ритуала синим светом, костяк зашевелился, стягиваясь в единое целое. Безголовые туши «поплыли», наращивая бледно-синее «мясо» на скелет и заново формируя перепонки крыльев. Плоть подёрнулась плёнкой, покрытой линиями проступающей чешуи, и вскоре она превратилась в полноценную шкуру. Чешуйки формой походили на ледяные кристаллы, переливаясь синим отливом. Интенсивность ритуала нарастала, управляющий конструкт, опираясь на восстановленный отпечаток разума, внедрялся в структуру некродракона. Когти процарапали в каменном полу борозды, издавая неприятный скрежет, крылья пару раз взмахнули, заставив его мантию колыхнуться, и вскоре первый ледяной змей открыл глаза, повернув голову в его сторону. – Отличная работа, Кел’Тузед, – раздался в голове ледяной голос Нер’Зула. – К сожалению, этот малыш не внесёт большого вклада в победу Плети. – Почему, Повелитель? – Уж слишком их мало. Это будет наш ударный кулак, на самых ответственных направлениях.

***

      Как бы ни был силён ледяной змей, обойтись только ими Плеть не могла. Даже со всей магической мощью их будет немного, а у рас Азерота есть, что им противопоставить. Когда Орда подчинила Алекстразу, в войсках орков появились драконы. Тоже детёныши, но что сухопутным, что морским силам людей нечего было противопоставить им. Зато дворфы на грифонах внесли свою лепту в победу над орками, выигрывая не в голой мощи, а в маневренности. А Солнечные эльфы, не имевшие воздушных сил, учли свою слабость и создали дракондоров. Маг, сидящий на подобном летуне, способен создать проблемы. А если взять Калимдор – и там небо не пустует. Гиппогрифы с лучницами-наездницами, двухголовые химеры – в общем, без воздушных сил Плети придётся очень непросто. Основным воздушным юнитом будут горгульи. Благодаря совмещению знаний по големостроению, принесённых Кел’Тузедом, и собственных разработок по некромантии, я уже представлял будущую конструкцию. Или это леность ума, когда знаешь будущее развитие событий? В любом случае, то, что известно о горгульях, очень хорошо ложилось на стратегию Плети. Уступая всем вышеперечисленным летунам, они смогут обеспечить преимущество в воздухе благодаря своей массовости. Но не только количество будет преимуществом горгулий – они, в отличие от живых, не будут нуждаться ни в дрессировке, ни в выращивании, ни в снабжении. Даже получая повреждения, они смогут потом восстановить их на земле.       Что ни говори, но создавать такие изделия на стыке некромантии и големостроения будет чрезвычайно сложно что для послушников, что для личей. Возможно, с опытом они сумеют с этим справиться, но необходимо обеспечить массовость, в ином случае они будут не столь эффективны. А потому требуется целый завод с конвейерным производством. Нечто подобное я организовал, когда ставил троллиные мумии в строй армии Плети. Опыт есть, хотя многие этапы будут сложнее. Всё же это будет летающее существо, и примитивными алгоритмами тут не обойдёшься. Впрочем, некоторые полётные рефлексы можно попытаться скопировать с королей неба – драконов.       От расчётов будущей авиации меня отвлекли морские дела. Ару’Тара, втайне от меня, послала пять десятков нерубов в Нортренд. Тут были и плавунцы-прядильщики, и даже десяток воинов. Как быстро растут мои крошки! Уже заговоры начали плести! Стараются сами во всём разобраться, подозревают в манипулировании! Это хорошо, что не верят никаким источниками, перепроверяют данные, особенно критически важные. Плохо лишь одно – считают свои архивы непогрешимыми. Впрочем, пускай ищут – это развивает мышление, а преодоление трудностей закаляет.       Ещё одним не столь радостным событием было прибытие десятка мур-гулов наблюдателей. Кроме того, ещё сотня мурлоков, в качестве их снабженцев. На этом сильно настаивали наги, и я, в конце концов, согласился. Но аванпост морских жителей будет один, и в нём присутствуют уже мои наблюдатели. Расположились они возле эльфийских земель, и почему так, можно лишь гадать. Первая причина – что-то знали о готовящемся взрыве Солнечного Колодца. Версия весьма вероятная, особенно в свете того, что леди Вайши предложила союз Келю Солнечному Скитальцу. Как-то ведь они прознали о бедах, настигших эльфов! Вторая причина – ещё один попаданец. На что он рассчитывает – непонятно, возможно снять «сливки» с будущих событий, или разобраться в отклонениях от канона: Нер’Зул в море не лез, предпочитая обходиться сушей. Думаю, что не только его, но и наг интересуют мои возможности.

***

      По мере обучения число лекций всё сокращалось, заменяясь практикой. Денис уже умел сносно вызывать сразу несколько элементалей, виртуозно владел телекинезом и хорошо расчерчивал ритуальные фигуры. Дальше упор в занятиях шёл уже на технику безопасности и высшую магию. На заре обретения эльфийских знаний по волшебству, необдуманное применение привело к тому, что в Азероте стали появляться демоны. Мало того, они порой воплощались прямо на улицах Даларана! Сейчас подобного нет, повлияла отгремевшая война с Ордой и несколько чисток от самых одиозных магов, излишне увлёкшихся демонической магией.       Джайна за это время несколько раз уезжала домой, отпускали и других учеников, кого с посохом, а кого и без, и лишь ему было некуда ехать. Не возвращаться же домой, радовать родителей в родную деревню? Этих людей он не воспринимал как родню. Лишь Эльриэль скрашивала его досуг, с эльфийкой было интересно поговорить. Послушать про леса и города, красоты Кель’Таласа. Узнать про историю создания Солнечного Колодца и гадать про себя, когда же он погибнет. Гробить целый магический источник ради одного архилича казалось ему пустым расточительством. – Нер’Зул, у меня есть вопросы, – обратился он к своему незримому куратору. – Спрашивай, – отозвался равнодушный ледяной голос.       Денис уже слышал рассказ, что случилось с его соотечественником, и порой удивлялся, как он может оставаться таким спокойным. Самому же себе такой судьбы не хотелось – даже несмотря на невероятную магическую мощь. Та же Джайна была примером того, что подобные силы можно обрести, оставаясь человеком. – Ты взорвёшь Солнечный Колодец, чтобы он не достался демонам? – Не я. Это сделает красный дракон, по озвученной тобою причине. – И ничего нельзя сделать? – Если ты не знал, останется ещё и Анвина – воплощение сил Солнечного Колодца. С ней можно будет поработать после войны. – Думаешь, она послушает тебя после всего, что ты сотворишь с её народом? – Если ей не безразлична его судьба – вполне допускаю подобное. Тебе нечем заняться, или начинаешь строить планы на будущее? – Ты меня в них не посвящаешь! – Их слишком много, чтобы обсказывать все. Поверь, не только демоны имеют несколько сценариев для будущей войны.       Денис на некоторое время замолчал, действительно став размышлять о будущем. Плотная учёба, посиделки с Эльриэль, служанки и прочий быт так выматывали, что времени задуматься о будущем просто не было. Знал он и историю похождений Нер’Зула. Пусть этот вполне вменяем, но и он доказал, что утопит весь мир в крови, лишь бы добраться до главных демонов. С его знанием послевоенных реалий будет нетрудно помешать Иллидану завладеть Оком Саргераса, и что тогда будет угрожать его власти? – Многое будет зависеть уже от тебя, – вновь произнёс Нер’Зул. – У тебя отличный потенциал, и до войны ты сумеешь его развить ещё больше.       И словно предугадывая вопрос Дениса, Нер’Зул продолжил: – Я нашёл способ осчастливить твою эльфийку.       Бессмертие! Парень вспоминал, обговаривали ли они способ его обретения? Вроде, он хотел оставаться живым, личизация – это если ничего иного не получится! – Но тебе придётся поработать. – Потратить двадцать лет на культивацию над ледяным троном? – Нет. Я раздобыл ритуал создания Хранителя Тирисфаля. Прошедший его сможет жить, пока не передаст свою силу другому. Но «выпить» десять «добровольцев» будет уже твоим решением.