Чёрно-белая радуга

Младшая школа небольшого городка под названием Каракура встретила своих маленьких посетителей распахнутыми воротами и легкой суетой. Привычно цвела сакура, словно символизируя начало учебного года. Ичиго скорчил самую недовольную мину, на которую только был способен, и слушал речь директора. Справа стоял кузен, изредка поправляя очки и тихо шепча себе что-то под нос. Разобрать, что именно, мешали шепотки взбудораженных детей, хотя, если бы Куросаки действительно хотел узнать, о чем там бормочет его родственник, то с легкостью бы прочел по губам.  — На этом наша церемония завершается, прошу вас разойтись по своим кабинетам на классный час. Первоклассники, подождите своих учителей, — нудная речь закончилась, и мужчина поспешил скрыться у себя в кабинете. Все-таки в актовом зале весьма душно, так что в желании директора уединиться с кондиционером не было ничего странного. Герой мира мертвых отстраненно наблюдал за распределением кучки детей по классам, сделав наболее нейтральное выражения лица. Рыжику не очень хотелось попасть к психологу вот так скоро. А ведь он прекрасно помнил, как те работали с маленькими детьми, только пришедшими на обучение. Тот разговор, произошедший в далекой прошлой жизни ничуть не помог ему влиться в коллектив, а после на это все закрыли глаза. Они свою работу сделали? Сделали. А то, что это никоим образом не повлияло на ребенка… ну так не наша вина. *** Уроки прошли вполне обычно, если так вообще можно выразиться. Все, что связано с этим шинигами никогда не было обычным, так что здесь стоило насторожиться. Дети гомонили, пытались завести дружбу, хотя некоторые и так были между собой знакомы. Учителя делали попытки утихомирить малышню, но сильно не наседали - первый день, как-никак. На все попытки завести разговор Ичиго отвечал крайне туманно, иногда цитируя своих старых знакомых или любимые фразы из аниме. От него отстали, правда, кажется, ненадолго. И вот сейчас, сидя за обеденным столом рядом с дезориентированным брюнетом, Куросаки анализировал свои действия, как когда-то его учил небезызвестный шляпник. «Вел себя обособленно, спишут на стресс и резкую смену окружения. Странно говорил — подумают, что слишком увлекаюсь аниме и подражаю некоторым героям. Случайно поставил диагноз учительнице. В голос. Шизоидное расстройство личности. Ну… в целом не все так плохо как могло быть.» Кусочек рыбы прожеван и проглочен. С тоской оглядев заставленный различными блюдами стол, вайзард решительно встал и, тихо обронив благодарность матери, вразвалочку поплелся к себе в комнату. «Какой идиот вообще придумал эти лестницы?» Внутренний мир отозвался тихим скулежом и сдавленным кашлем. Это его внутренние обитатели пытались не слишком явно смеяться. *** Небольшой кабинет выполнен в теплых пастельных оттенках. Мягкий диван, пара кресел, шкаф и стол со стулом - вот и все, что было в кабинете у школьного психолога. Рыжик устроился на вполне удобном диване, слегка качая ногами в воздухе. В одном из кресел сидел высокий мужчина с короткими темными волосами и ярко-зелеными глазами. Светлая кожа приятно оттеняла темные вихри, в целом, он был весьма красив и даже несколько обаятелен. И будь Ичиго менее опытным, он бы повелся на добрую улыбку и веселые искры в чужих глазах. Но он больше не был наивным, не был добрым или доверчивым. Он был слишком уставшим от всего этого мира. И слишком опытным. Яркая зелень затягивала, манила, просила довериться. Подчиняла. Куросаки чуть дернул уголком губ, сбрасывая с себя чужую сеть, столь привычно и не принужденно, что знающий человек ужаснулся бы. Однако Фукуса Дороти не был столь умен и опытен, как герой мира мертвых. Он даже не заметил, что хищник ловко обогнул ловушку, загоняя самого охотника в угол.  — Итак, Ичиго-кун. Как тебе в школе? Уже освоился? — добрая улыбка все не покидала его лицо, слова лились сладкой патокой. Куросаки даже не удивится, если окажется, что все дети, что побывали или побывают на приеме у этого человека, будут ему безоговорочно доверять, раскрывая все свои секреты.  — Все хорошо, Фукуса-сан, я уже вполне освоился. Уже нашел себе друзей, да и уроки вполне интересные, — рыжик мастерски изобразил смущение, которое мужчина принял на свой счет и довольно сощурился. Это не укрылось от шинигами, однако тот только пожаловался своим внутренним обитателям на примитивность некоторых людей. В ответ раздалось громкое ржание, по-другому это не назвать, и тихий шлепок. Видимо олицетворение его сил квинси не удержался и приложился ладонью об лицо.  — Вот как? Это хорошо, я надеюсь тебя ничего не беспокоит? В случае чего, можешь смело обращаться ко мне за помощью, — его занпакто вновь рассмеялся, представляя, как его хозяин в пафосно развивающемся плаще, с мощным клинком в руках плачется этому человеку в плече и жалуется на обидевших его хулиганов. Подобной картины не выдержал и старик, все-таки начавший тихо смеяться. О том, что он добавил в эту фантазию грозного Кучики Бьякую в костюме медсестры, что ассистирует психологу, мы умолчим. ***  — Куросаки-кун, подожди пожалуйста! — рыжик остановился, с легким раздражением глядя на запыхавшуюся девочку. Длинные рыжие волосы, серые глаза. Орихиме Иноэ собственной, уменьшенной, персоной.  — Ты что-то хотела, Орихиме-сан? Я немного спешу, — если честно, Куросаки никуда не спешил, просто хотелось уединиться в тихом месте, а в данный момент этим местом был старый музыкальный класс. Девочка смущенно потупила глаза и покраснела. Несколько долгих мгновений она собиралась с силами и выпалила:  — Куросаки-кун, давай дружить? — в серых глазах плескался страх. Шинигами выразительно приподнял бровь, не совсем понимая, чем он мог привлечь эту девчонку, с которой в этой жизни он ни разу не контактировал. Мальчик прищурился, более пристально разглядывая старую-новую знакомую, и разочарованно вздохнул. От хрупкой фигуры тянуло легкой неприязнью, злостью и недоумением. Словно девочка сама не понимает, что здесь делает и почему сейчас это говорит.  — Прости Орихиме-сан, но я незаинтересован в друзьях… — мальчик невольно вспомнил ее в прошлой жизни. Упрямая, добрая, верная девушка, что готова броситься в пекло ради друзей. Лживая, притворная и эгоистичная, когда это касалось именно его. Школьная красавица, а после и ученица педагогического, все не оставляла надежду захомутать странного парня, что никогда не смотрел на нее так, как другие парни. Это раздражало и, пожалуй, слегка разочаровывало. «Особенно в таких» окончил он фразу мысленно и продолжил свой путь. До звонка еще много времени, как-никак обеденная перемена. *** Исида Урю со смешанными чувствами наблюдал за своим новоявленным братом. Симпатичный мальчик, что своей неординарной внешностью и странным поведением притягивал к себе внимание. От него исходили странные волны чего-то необъяснимого, древнего, жуткого. Брюнет желал разгадать своего брата, и, несмотря на свою природную скромность, пытался построить с ним нормальные отношения. Хотя, глядя на его родителей, подобные отношения вряд ли вероятны. В школе за ним наблюдать было еще более интересно, чем в доме его семьи. Именно так Урю узнал, что рыжик предпочитает тишину и одиночество, любит читать, а также проявляет интерес к весьма сложным наукам. Физика, например. Для первогодки младшей школы это было крайне странно, однако его это абсолютно не волновало. И тогда, когда все его одноклассники учились считать и разучивали кандзи, Ичиго, спрятав очередную заумную книженцию за учебником, с крайне сосредоточенным видом читал. Это нервировало. Дети его возраста не должны быть такими, убеждал себя маленький квинси. Даже инцидент с одной из одноклассниц не заставил его брата вести себя более нормально. Вот только… поход к директору на следующий день заставил Исиду усомниться, а так ли нормален их мир?