Парадоксы

*8 месяцев спустя* 14 февраля — Яна, — обращаюсь к директору ресторана, которая хотела проскочить к одной из официанток. — Все готово? — девушка останавливается. — Конечно, Варвара Андреевна, — говорит она. — Шеф контролирует, как повара выполняют чек по блюдам, бармен заказал весь алкоголь у поставщиков, все официантки выйдут на смену, даже те, у кого выходной. Как только гости разойдутся, мы начинаем подготовку. Шары и декорации подвезут ближе к вечеру. — Отлично, — смотрю с удовлетворением на полный зал гостей в своем ресторане, а рядом отчитывается его директор, для проведения банкета. Чувствую, как отец касается моего плеча, выражая свою гордость. Вечером мы закрываемся на спецобслуживание, которое заказал один предприниматель. — Я благодарен Дмитрию и Катерине за твое воспитание, — говорит он, осматривая посетителей. Думаю, ему было приятно, когда Яна по ошибке назвала меня с отчеством его имени, а не как у меня в паспорте. — Да, я тоже им за это благодарна, — смотрю на него, улыбаясь. — Это первый банкет в моем ресторане, я не могу в это поверить, — искренне улыбаюсь, поправляя волосы. — Ты большая молодец, — он обнимает меня, проводя рукой по моей голове. Чувствую исходящее тепло от него. Я безумно рада, что у него все налаживается в личной жизни. Папа Андрей и мама Оля сошлись почти сразу же, когда Мария, бывшая папы, покинула его дом. Паша был счастлив не меньше, чем мама, когда Мария выходила из дома с чемоданом, фыркая напоследок. Чуть больше полугода назад, мне позвонил Сережа Попов и предложил обещанную должность его заместителя. Я отказалась. На предыдущего генпрокурора завели уголовное дело и отправили отсиживать срок за решеткой, как и Игнатьева. Я искренне рада, что Попова повысили и он занял должность генпрокурора, о которой так мечтал. Но вновь копаться во всем этом дерьме мне не хотелось. Хотя он и говорил, что к громким делам подпускать меня больше не будет, а то вдруг я еще каких-то родственников найду. Вместо работы в прокуратуре, я продала квартиру, которую завещала мне бабушка Варя. Я все равно там жить не собиралась и бабушка это прекрасно знала. Хотя изначально, я хотела продать ту квартиру, которую купил мне папа Андрей без моего ведома. Но он настоял ее не продавать, так как это будет единственное, что он сделал для меня материально. На эти деньги я открыла свой ресторан «Paradox» и он ничем не хуже, чем Пинч или ресторан из Пашиного отеля. Я хотела все сделать сама, у меня так и получилось. — Ладно, я поехал в офис загляну. — Давай, а у меня еще встреча с организатором свадьбы, — прощаюсь с отцом, который уже уходит со своей охраной и достаю из сумочки телефон, набирая Егора. — Привет, любимая, — слышу родной голос и чувствую тепло внутри. — Привет, — улыбнувшись, говорю. — Где ты? — Заказываю тебе сюрприз на вечер, — улыбка становится еще шире и я усаживаюсь за столик, в ожидании переговоров с организатором свадьбы. — Надо же, — откидываю волосы назад. — Ну теперь это совсем не сюрприз. — Я же знаю, как ты их ненавидишь, — он усмехается и, я уверена, проводит рукой по волосам. — Поэтому устраиваешь их, хитро. — Ну, ты же все равно не знаешь что это, — ухмыляется он. — А где ты? — Я в Парадоксе, — устало говорю ему. — Ты про описание своей жизни? Или про свой ресторан? — Здесь подойдут оба варианта, — поднимаю взгляд и замечаю Марту с организатором моей свадьбы. — Ты главный парадокс в моей жизни, — говорю с насмешкой. — Ладно, я перезвоню, Марта приехала. — Давай, солнце. — Привет, невесте! — отключаюсь от Егора и получаю поцелуй в щеку от Марты. Любезно здороваюсь с организатором Оксаной. Марта сильно изменилась с того момента, как закрутила серьезные отношения с моим братцем. Она выглядит каждый день так, как будто готова выходить на красную ковровую дорожку. Она счастлива, что у нее все прекрасно в личной жизни. Паша ее безумно любит и, о боже, как же она светится. Ее отец счастлив их с Пашей союзу наверно больше, чем они вдвоем вместе взятые. Мы встретились, чтобы обсудить нюансы моей с Егором свадьбы, которая будет в конце марта. Это разобьет сердца всем его поклонникам, уж извините. За 9 месяцев пока мы вместе, я ни разу не пожалела о том, что начала с ним отношения, что согласилась выйти за него замуж. С каждым днем я понимаю, что все больше и больше люблю его. Он меняется ради меня, я меняюсь ради него. Это, пожалуй, лучшее, что мы делаем друг для друга. — Сделаешь так, чтобы букет невесты поймала я, — настойчиво говорит Марта, касаясь моей руки. — Надеюсь, ты шутишь? — сдвинув брови, смотрю на подругу, а Оксана усмехается. — Я так долго жду от Паши предложение и надеюсь, что букет, который прилетит в меня, заставит его задуматься об этом. — Ты думаешь букет заставит Пашу задуматься? — А может ты поговоришь с ним? — загорается подруга, сдвинув ладошки вместе. — Кажется, мы здесь мою свадьбу обсуждаем, — говорю ей и она, опустив плечи, возвращает свое внимание в каталог. За час, который мы потратили за обсуждением свадьбы, мы сделали пару решений. Первое — свадьба будет в Подмосковье, в одной из резиденции стиля английского барокко. Я буду чувствовать себя как настоящая принцесса. Главное, чтобы все закончилось не как у принцессы Дианы и принца Чарльза. Сама свадьба будет так же в английском стиле, чтобы все соответствовало по стилю с особняком, который будет забронирован на торжество. У резиденции будет выставлена арка, для выездной регистрации. Уже выбран тип свадебной флористики, а вот букет невесты мне ни один не понравился. Все остальное мы разберем на следующей встрече, когда будет и Егор. *** — Алло? — выхожу из ресторана, осматривая туфли. — Я подъезжаю с Максом, стой где стоишь, — тараторит Егор и подняв взгляд, замечаю его новенький Мерседес. Ну как новенький, он взял его в августе того года. — С Максом, что? — спрашиваю его, сдвинув брови, но в ответ только гудки. Резко подъехав, он тормозит прям в шаге от меня и открывает окно, в которое высовывает голову мой младший брат Максим. — Егор, какого черта он сидит впереди, без кресла и не пристегнут? — ругаюсь на Егора, открывая переднюю дверь. — Да мы буквально квартал так проехали, не кипишуй, — говорит он, наклоняясь, чтобы мы видели друг друга. — Максим, а ну быстро назад сел, — строго говорю брату и тот обиженно перелазит через сидения, игнорируя открытую дверь. Усаживаюсь вперед и поправляю длинный хвост. — Как здесь оказался Максим? — спрашиваю Егора, а тот резко выезжает, от чего мы все дергаемся. — Господи, ты никогда так резко не ездил, к чему эти понты? — Мама попросила его забрать, покататься с ним, пока она отдыхает в спа с Олей, — игнорирует он мой последний вопрос, концентрируясь на дороге. — Мама в Москве? — Да, мы приехали, потому что твоя новая мама Оля позвала нас в твой новый дом, — обиженно говорит Максим и у меня портится настроение, из-за его такого решения. Во-первых, у меня нет нового дома, а во-вторых: — Максим, у меня не появилась новая мама, я все так же люблю и ценю маму Катю, поэтому закрой рот и мы наконец поедем развлекаться, — оборачиваюсь назад и вижу ехидную улыбку Максима, когда речь зашла о развлечении. И когда он успел стать таким наглецом? Егор усмехается и делает музыку в машине на полную катушку, от чего у меня внутри все идет ходуном. Хочу возразить, но заметив реакцию Максима, который кайфует сзади, передумываю. Мы подъехали к ЦУМу и по пути Егор купил Максу огромное ведро мороженого «Баскин Роббинс», который мальчик уминает за обе щеки, гуляя по торговому центру. Он уверенно шагает впереди нас, а мы с Егором немного отстаем. Сжимая мою руку крепче, Егор умиляется с Макса. — Какой ты представляешь нашу свадьбу? — вдруг спрашиваю его, отвлекая от Максима. — А? Свадьбу? — переспрашивает он, задумываясь. — Самую масштабную в истории, — уверенно говорит парень, представляя. — Там должно быть человек 300, — добавляет он, а я демонстративно откашливаюсь. — Сколько? Человек 300? — резко останавливаюсь. — Ты что, весь российский шоу-бизнес хочешь позвать? — Ну не весь, большую часть можно, — спокойно говорит он. — Или же узкий круг людей и ни одного журналиста, — задумывается он и выглядит уже не таким уверенным. — Вообще было бы здорово сделать две церемонии: одна только с родственниками и близкими друзьями, а вторая на полную катушку. Чтобы она вошла в историю, — шагаю по плитке как зачарованная, впитывая его предложение. — Ты уверен, что это хорошая идея? Я почти никого не знаю… — Зато все знают тебя, — перебивает он меня. — Можно даже пригласить моих друзей из США, а еще позвать кого-то из мировых исполнителей, как музыкальный подарок гостям и самой прекрасной невесте, — говорит он не останавливаясь. — Кого хочешь? — На следующей неделе пойдешь со мной на встречу с организатором! — отбиваю ему в грудь кулачком и он, усмехнувшись, притягивает меня к себе, нежно касаясь моих губ. — Да ладно тебе, вообще у меня сейчас такое странное чувство… — начинает он и сразу замолкает. — Какое чувство? — спрашиваю его, заглядывая в голубые глаза. — Да, не важно, — отмахивается он, но мой настойчивый взгляд оказался сильнее. — Егор… — Ладно, ладно, только не смотри на меня так, — усмехнувшись, он отворачивается и в миг становится серьезнее. — У меня сейчас было такое ощущение, как будто мы гуляем семьей… полной семьей, — добавляет он, а у меня опускаются плечи. — Вот, шагает мой сын, рядом жена и я чувствую… умиротворение? Как будто мой жизненный долг выполнен, — осторожно говорит он, зная, что это не самая лучшая для меня тема. Да и по моей реакции это сразу стало заметно. Он тяжело вздыхает и нервно проводит рукой по волосам. — Я больше жизни мечтаю, чтобы ты подарила мне сына, не кто-то другой, а именно ты, — чувствую неописуемую тяжесть и неприятный осадок, но переборов себя, отвечаю ему тепло. — Сына? — смотрю на него, сдвинув брови, а у самой подступает ком к горлу и пелена слез. Я тоже об этом мечтаю, Егор. — Ну или дочь, ладно, — сдается он, пытаясь разбавить натянутую атмосферу. — Я тоже хочу сына, — спокойно говорю в пустоту, а Егор резко поворачивается, ожидая, что я что-то еще скажу. — Правда? — оживляется он. — Хочешь мы сходим к лучшим врачам? Сделаем все возможное. Вдруг тот… аборт никак не повлиял на… — Егор, — перебиваю его, тяжело вздохнув. — Даже если и не будет никаких осложнений с этим, я не хочу сейчас… — Я понял, — расстроено говорит он, давая понять, что тема закрыта. — Егор… я не хочу, чтобы все думали, что у нас с тобой свадьба по залету, понимаешь? — говорю ему, заворачивая в Луи Виттон за Максимом. Знает куда идти, засранец. — Да какая тебе разница, что подумают другие, мать твою? — останавливает он на пороге бутика, взрываясь. Смотрю сначала на консультанта, у которого улыбка спадает с лица, потом на Егора со звериным взглядом. — Перестань орать, немедленно, — шепотом кричу на него, но выглядит это достаточно смешно. — Возьми себя в руки и давай поговорим об этом дома, ладно? — начинаю раздражаться и шепчу ему так громко, что мои глаза чуть не выкатились от напряжения. Он еще не видел мое лицо настолько разъяренным, поэтому молча заходит в магазин. Подойдя ко мне, он поглаживает голову и целует меня в лоб. — Извини, — нежно шепчет он. — Я был не прав, — говорит он и заглядывает глубоко в мои глаза, проводя большими пальцами по лицу. — Вам что-то подсказать? — аккуратно спрашивает молодой человек, отвлекая нас. — Да, нам нужно… — Егор задумчиво осматривает меня, а потом пробегает взглядом по магазину. — Шарф, большой и теплый, — усмехнувшись, стукаю его в плечо. — Егор! — Могу вам предложить вот эти модели, — говорит парень и проводит нас к шарфам. Он показывает десятки шарфов и первое, что пришло мне в голову: почему вещи, которые стоят как месячная зарплата, выглядят как для клоунов? — Покажите вон тот, — говорит Егор и ему передают белый шарф, приятной на ощупь текстуры, со светлыми логотипами бренда. — Нравится? — спрашивает Егор, обматывая меня шарфом, поверх моего пальто. — Егор… — шепчу ему и взглядом даю понять, что это дорого. — Мы берем, — он снимает шарф и передает его консультанту и тот, относит его к кассе, упаковывая. Достав карту, Егор рассчитывается и ему вручают огромный оранжевый пакет. Зачем для шарфа выдавать такие пакеты, да еще и коробку как из-под обуви. Ладно, видимо, я просто еще не понимаю этого. Хоть прибыль с ресторана и приличная, я могу позволить себе такого рода вещи, но установки в моем подсознании мне мешают. Пока я тут хожу и покупаю шарфы за 60.000 рублей, какая-то семья из Костромы, Перми, Уфы нуждается в средствах для операции своего ребенка. Я понимаю, что всех не спасти и всем не помочь, но я хотя бы пытаюсь вносить в различные фонды суммы, выражая свою поддержку и сочувствие нуждающимся. Это никакая не показуха, хоть мои шаги и весьма обсуждаемы в СМИ, поскольку являюсь невестой самого Егора Крида и, внезапно выжившей, дочерью самого Андрея Смоленского. Я неактивно веду соц. сети и не стараюсь выставлять себя тем, кем не являюсь. Все это уже давно поняли, когда я всячески отказываю в интервью и совместных с Егором съемках. И ему это нравится. Ему нравится, что я не лезу в его нишу, а занимаюсь своими делами, которые приносят мне удовольствие. — Я тоже хочу что-нибудь, — возмущается Максим, когда опустошил баночку. Как я вообще допустила покупку этого мороженого, если сейчас февраль. — Максим, имей совесть, — наклонившись, шепчу брату, но Егор решил поступить по-своему. — С тобой мы пойдем в другой магазин, я покажу тебе, где одеваются настоящие мужчины, — говорит Егор, присаживаясь на корточки перед Максимом. Закатываю глаза и вздыхаю. Только мы собираемся уходить, как парень просит сделать фотографию с Егором, на что он соглашается и они быстро делают фото. *** — Ну и тяжелый был денек, — вздыхаю я, как только переступила порог квартиры Егора. Замечаю дорожку из свечей на полу, которая ведет на кухню и одновременно снимаю туфли. — Егор? — оборачиваюсь на него и встречаюсь с этим пристальным взглядом и легкой искренней улыбкой, от которой у меня идут мурашки по телу. — Это все… для меня? — Нет, для соседки напротив, — наклонив в бок голову, издевается он. — Ну конечно для тебя, — усмехнувшись, говорит он. Обвив вокруг его шеи свои тонкие руки, прижимаюсь к нему ближе. Нехотя оторвавшись от него, иду вдоль дорожки и попав на кухню, прикрываю в изумлении лицо. На потолочных плинтусах мерцает красная гирлянда, освещая всю кухню. На столике стоит изящный канделябр, освещая все содержимое стола. Рядом стоит бутылка красного вина, в тарелках изысканные блюда. Везде разбросаны красные и белые лепестки и много шаров в виде сердец. — Это просто… шикарно, у меня нет слов, — бормочу я и чувствую, как сзади подошел Егор, касаясь моих бедер своими теплыми руками, которые даже через ткань прожигают меня. — Именно этот сюрприз я имел в виду днем, — говорит он, резко разворачивая меня к себе, из-за чего я ахаю от неожиданности. — Я просто обожаю тебя, — шепчу ему и он быстро чмокает меня, отстраняясь. Подойдя к стулу, он его выдвигает, чтобы у меня была возможность сесть. — Я бы попросил все это сделать в каком-нибудь дорогом ресторане, но передумал только из-за того, что не смог бы взять тебя прям на столе, — говорит он низким голосом, который мне так нравится. присаживаюсь на стул и Егор его задвигает, после чего садится сам. — Хотя меня бы это не остановило, я знаю, что ты бы на это никогда не пошла. Он берет бутылку вина и ловко открывает его штопором, как будто делает это каждый день. Разливая вино по бокалам, он ставит бутылку обратно и поднимает свой бокал, взглянув на меня. Также поднимаю свой бокал, облизывая губы. — За нас, — говорит Егор и коснувшись своим бокалом с моим, отпивает из него. Делаю глоток и чувствую, как сладкий вкус оставляет свое сладкое послевкусие. — Я хочу тебя, — говорю ему и вставая, забираюсь ему на колени. Он смотрит на меня, ожидая моих действий с приоткрытым ртом. Его руки опускаются, касаясь моих бедер, поглаживая их. — Я так сильно хочу, чтобы ты отымел меня прямо на это столе, — шепчу ему на ухо, слегка прикусывая ухо, отчего он еле слышно постанывает. — Варя… — шумно выдыхает он. — Я хочу, чтобы ты это сделал прямо сейчас, — говорю еще тише, оставляя на его шее влажную дорожку поцелуев. — Сделай это. Сейчас. Он ловко подхватывает меня за бедра и одной рукой двигает тарелки, усаживая меня на стол. Стянув с меня платье, я остаюсь в одном кружевном нижнем белье черного цвета. Осмотрев меня, Егор сглатывает и, не теряя ни секунды, припадает к моим губам. Вдруг мы оба чувствуем вибрацию телефона в его кармане. — Не отвечай, — через силу говорю ему, сдерживаясь от ласок, которые он мне доставляет. Телефон перестает звонить и когда я снимаю через голову футболку Егора, отбрасывая ее в сторону, он опять зазвонил. — Твою мать, — ругается Егор, отстраняясь. Цокнув языком, я закатываю глаза. Замечаю, как глаза Егора становятся шире. — Кто это? — спрашиваю его, поправляя волосы. — Ангелина, — другим голосом отвечает он, показывая экран телефона. Далее он проводит пальцем по экрану, отвечая на звонок. — Слушаю, — устало говорит Егор, усаживаясь на стул. Наблюдаю за его лицом и вижу, как он бледнеет, а после резко встает и одевается. Спускаюсь со стола и смотрю на Егора, ожидая каких-то объяснений. Но этих объяснений нет, он просто обходит меня и обувается. Дождавшись, пока он сбросит трубку, смотрю на него, скрещивая руки. — Куда ты? — Ангелина рожает, — говорит он и мои руки опускаются вниз, а взгляд истерически забегал по квартире. — Мне надо ехать, — он целует меня в щеку и дальше, что я услышала: хлопок закрывающейся двери. Закутавшись в атласный халат, я падаю на кровать, не сдерживая слез. Ангелина может разрушить наши отношения по щелчку пальцев. Больше всего я боюсь именно этого. У нее, без пяти минут, общий ребенок с Егором. Простыми алиментами она не успокоится, ей будет нужно его внимание. Я уверена. Этот год крысы подложил мне серьезную подставу. Но я так просто не сдамся. Час за часом, а его все нет. Уже светает, а он с ней. — Прости меня, я скоро буду. Только не сердись, целую. P.S. У меня дочь, — читаю вслух смс от него и засыпаю с телефон в руке. Ненавижу Ангелину и то, как Егор трахал ее в туалете Пинча. *** 25 марта, 2020 — Не волнуйся, — касается моей руки отец, выражая свою поддержку. Набираю полные легкие воздуха, потом выдыхаю. Руки трясутся, а ног я вовсе не чувствую. Поднимаю взгляд в окно автомобиля и понимаю, что мы подъехали к резиденции. С большим количеством людей и флористики, это место кажется еще сказочнее, чем тогда, когда я впервые увидела этот особняк. Все ожидают только меня, поэтому когда мы подъехали, сотни голов повернулись в сторону машины. Отец выходит первый и обходит машину, открывая дверь и подавая мне руку. Из-за того, что фата накрывает мое лицо, я вижу все не так четко, как мне бы хотелось. Выхожу из машины и уже слышу эту свадебную мелодию, под которую невесты с отцами шагают к алтарю. Я думала, что от страха буду смотреть только себе под ноги. Но когда мне поправили длинный шлейф белоснежного платья и шепнули, что мы можно идти, поднимаю взгляд и вижу его. Он стоит так далеко, возле арки, и смотрит на меня. Даже отсюда я вижу, как он на меня смотрит и как он нервничает. Таким важным и растерянным одновременно я его еще не видела. Передо мной идет Максим, Миша и какая-то девочка, разбрасывая лепестки мне под ноги. Я иду и чувствую сотни взглядов, тяжелую руку отца и то, как подкашиваются мои ноги, но смотрю на него, смотрю в его голубые бездонные глаза. Слышу, как всхлипывают родители. Отец передает меня Егору и я становлюсь рядом с ним. Он нервничает не меньше меня, возможно даже больше. Его руки потрясываются, а глаза бегают по мне. Взяв меня за руки, он нежно удерживал мои тонкие пальцы, боясь их отпустить. — Ты такая красивая, — шепчет он, а я краснею. — Дорогие жених и невеста! — начинает свою речь регистратор. Мы даже не оборачиваемся на нее, мы смотрит друг на друга, любуясь. — В судьбе любого человека случаются памятные дни, которые оставляют глубочайшее впечатление. И именно сегодняшний день сохранится в вашей памяти на всю жизнь. Настоящий день — это день создания вашего семейного очага. С этого дня вы пойдёте по жизни рука об руку, вместе переживая и радость счастливых дней, и огорчения. Создание семьи является добровольным действием. Поэтому для того, чтобы узаконить ваши отношения, я должна спросить вас, является ли ваша готовность создать семью подлинной, откровенной и свободной. Егор сжимает мою руку крепче, тяжело вздыхая. — Прошу ответить вас, жених, — обращается она к Егору. — Да, — не задумываясь, отвечает он. — Прошу ответить вас, невеста, — обращаются ко мне и я замечаю, какая тишина вокруг. Все даже громко вздохнуть бояться. — Да, — вижу, как Егор облегченно вздыхает. — С вашего взаимного согласия, выраженного в присутствии свидетелей, ваш брак регистрируется. Своими подписями скрепите ваш семейный союз, — она выставляет ручку и только тогда, впервые, мы обратили на нее внимание. Она кладет свидетельство на подобие высокого табурета и передает ручку Егору, показывая, где ему расписаться. Далее он передает ручку мне и девушка показывает, где нужно расписаться уже мне. Трясущейся рукой касаюсь листа и оставляю свою подпись. Отдавая ей ручку, смотрю на Егора. — Прошу вас, в знак любви и преданности друг другу, обменяться обручальными кольцами, — Марта передает подушечку с кольцами регистратору и Егор берет оттуда мое кольцо. Взяв мою руку, он судорожно надевает его на безымянный палец правой руки, где уже красуется помолвочное колечко. Тянусь к подушечке и беру Егора кольцо, едва его не роняя. Надеваю его ему на палец, доказывая всем, что он мой официально. Так странно на этом завидном женихе всей страны видеть обручальное колечко. - В полном соответствии с Семейным Кодексом Российской Федерации, объявляю вас мужем и женой. Ваш брак узаконен. Поздравьте друг друга! - все встают со своих стульчиков и начинают так аплодировать и кричать "горько", что я слегка усмехаюсь. Егор касается моей фаты и убирает ее назад, открывая мое лицо. Он сглотнув, раскрывает рот, после берет себя в руки. Наклонившись, он накрывает мои губы своими, углубляя поцелуй. Уже кричат четыре, пять и далее, но мы не обращаем внимания. Мы наслаждаемся друг другом. - Я люблю тебя, Варя Булаткина, - отрываясь, шепчет Егор, тяжело дыша. - Я люблю тебя, Егор, - искренне говорю ему, воздерживаясь от окончания "Крид", куда я постоянно вставляю, чем вызываю у него раздражение. Но сегодня же особенный день.