Бриз.. Брис... Дыхание

Что же ты делаешь со мной? Почему руками ведешь в миллиметре от тела, вызывая толпу мурашек? Почему твоё дыхание опаляет лицо и шею? Почему я не могу тебе сопротивляться? Тебя же всегда тянуло на блондинок-моделей. Высоких, худеньких, хрупких, с длинными светлыми вьющимися волосами. Я ведь не подхожу ни по одному параметру. Так почему же я не могу уследить за твоими руками, путешествующими по моему телу? Мне не стоило позволять тебе приближаться. Не стоило впускать в комнату. НЕ стоило смотреть тебе в глаза. Не стоило соглашаться на просьбу старых знакомых прибыть в Хогвартс. Не стоило даже здороваться с тобой тогда. Ты помнишь? На последнем курсе твоего обучения я вдруг решилась. Просто пройти мимо, когда ты читал книгу и бросить «Привет». Мысли сбиваются, едва твои руки легко проникают под рубашку. Но нет, мне необходимо вспомнить и осознать всё, что привело нас сейчас сюда. Зачем? Кто знает… С того привета началось что-то странное. Твои братья, кажется, Чарли тогда учился на шестом, а Перси на первом курсе, никак не могли понять, куда же ты исчезаешь по вечерам из гостиной. Помнишь те ночи на Северной или Астрономической башне? Я запрещала тебе к себе прикасаться, уходила, едва ты пытался нарушить запрет. Что же изменилось? Нам не хватило того последнего года. Ты уехал в Египет, а я поступила на колдомедика. Я ведь всегда хотела, ты же знаешь. А следующая встреча… Помнишь? Меня вызвали в Хогвартс после той дикой, ужасающей битвы, почти бойни, как лучшего специалиста по укусам оборотня. Только рядом с тобой уже была она… Та, кто стопроцентно вписывается в твой идеал женщины. Флёр. Желтый цветок, сулящий одним богатство, а другим горькое расставание. Почему же сейчас ты сжимаешь в объятьях меня, а губы лихорадочно касаются шеи и плеч? После той встречи я забыла, что такое спокойный сон. Везде меня окружал ты… и она. Я сходила с ума, и коллеги заставили уйти в отпуск. А мне только хуже становилось. В каждом прохожем видеть тебя – это мучительная пытка. Тогда я познакомилась с Фредом и Джорджем. Они, кажется, сразу распознали моё сумасшествие, но промолчали. Только о тебе говорили: «Да, всё с ним отлично, в Лондон переехал, чаще нас стал навещать. Помогает иногда…» О Флёр ни слова, даже странно. Мысли снова сбились от смеси ревности и недоумения. Осознала, что уже минуту ты смотришь мне в глаза, а кажется, что в душу. Молчим оба. - Ты для меня – дыхание, - твой голос разорвал тишину моей квартиры. - А как же… она? – всё же задаю я вопрос. - Она? – Тебе даже не нужно пояснять, о ком я. – Она – попытка забыть и забыться. Неудачная. Я понял это тогда, в нашу… «вторую» встречу. С судорожным вздохом прижалась к тебе. Сегодня всё идет не по плану, не по предполагаемой траектории. С самого твоего прихода, когда без приветствия или иных слов ты прижал меня к себе и втянул носом запах моих волос. А потом началось то безумие. - Кажется, я забыл сказать привет, - будто читая мысли, произнес ты. – Брис… Что мне стоит сейчас оттолкнуть тебя? Но собственное имя, вместе с твоим обжигающим дыханием коснулись уха, и всё исчезло… Я не успевала следить за твоими движениями, сама толком не понимая, что делаю. Лишь до боли хотелось прикосновений. Губы сохли от слишком частого дыхания и требовали внимания к себе. Остановила тебя, лишь оказавшись в горизонтальном положении снизу. Ты поднял взгляд, не стоило. Я ведь потерялась там, растворилась и возродилась вновь, уже измененной, такой же горящей, как ты. Губы требовали поцелуя, и требование было, наконец, исполнено. Кажется, ты сумел разбудить во мне женщину… Довольно хищную, надо заметить… *** Глаза не открывались, хотя настойчивое солнце светило прямо в них. Двигаться не хотелось. Единственным желанием оказалось сохранение чувства исполнившейся мечты, пришедшее во сне. Глупое сознание почему-то до сих пор ощущало чужую руку на талии и тепло за спиной. - Ты уже проснулась, Брис, я знаю, - раздался тихий голос. Не сон?! Я резко развернулась, попав в плен голубых глаз. Рука непроизвольно потянулась прикоснуться. - Я не растаю с утренним туманом, если, конечно, ты не вышвырнешь меня на улицу, - кажется, мои мысли отражаются на лбу. – Я люблю тебя, Брис. Хочу видеть утром только тебя, хочу прикасаться в любую минуту. Иметь право обнять. Быть рядом. Быть твоим. Мужем, желательно. - Ты не умеешь делать классическое предложение, - улыбнулась я. – Но так даже лучше. Потому что я не хочу видеть подле тебя никого, кроме себя. А этого можно достигнуть лишь одним способом – став твоей. Женой. Надеюсь, наши желания сошлись? Потому что я тоже люблю тебя, Билл. Кажется, это наша «третья» встреча. Третий шанс начать всё-таки всё заново вместе. Как там маглы говорят? Бог любит Троицу…