Питер Хэйл/Эллисон Арджент. Волчонок.
15 декабря 2023 г., 00:53
— Ты, — не вопрос, утверждение срывается с губ Хэйла.
Он окидывает дочь охотника тяжёлым взглядом, отмечая, как девчонка изменилась.
Отец может гордиться ею, она достойная преемница: не отвела взгляда, не дрогнула, не отступила.
— Я, — подтверждает она коротко.
Упрямая, злая, способная на что угодно, но не потому, что уже отчаялась, а потому, что все ещё верит в то, что герои живут вечно.
Он мог бы вырвать ей сердце одним небрежным движением когтей — если бы при одном взгляде на её крупный рот ему так отчаянно не хотелось бы накрыть его жестоким поцелуем.
— Зачем пришла? — он стоит в дверях лофта, мешая ей пройти и знает, что она не уйдёт, пока не добьётся своего.
Упрямая, дерзкая, дочь врага и сама — враг ему, но кровь в жилах закипает от её близости.
Он не скажет ей об этом и не выкажет никаким образом своих желаний и чувств, но где-то на глубинном уровне уверен — она и без того знает.
Она в чем-то зверь куда больше, чем он сам.
— Пришла заставить тебя помочь нам, — девчонка вскидывает подбородок, пытается пробить стену его ледяного спокойствия пламенным взглядом.
— Заставить? — Хэйл обнажает зубы в усмешке, которую сложно назвать доброй. Он — чистое зло, пора бы девчонке вспомнить об этом и уносить ноги из логова чудовища, а не совать голову прямо ему в пасть.
Его голос сочится ядом и мёдом, когда он склоняется ближе к ней и почти шепчет, так, что она невольно покрывается мурашками и почитает, наконец, нервничать:
— И как же именно ты планируешь заставить меня, Эллисон Арджент? Думаешь, у тебя есть рычаги давления на меня? Думаешь, мне не плевать на тебя или вообще хоть на кого-то?..
— Думаю, что прямо сейчас нам обоим вообще не стоит думать, — её голос дрожит, но она все ещё дерзит ему.
И делает шаг вперёд.
И закидывает ему руки на плечи.
И призывно приоткрывает свой крупный, так манящий его рот.
В этот момент даже сам Питер Хэйл верит в то, что герои живут вечно.
Герои, которые могут принадлежать ему и которых он может целовать так яростно, что меркнет весь белый свет.
