Этот мастер холоден

Луй Юн Шень легко смирился с мыслью о переселении, а вот привыкнуть к миру ему так и не удалось. Вполуха он слушал возмущение системы, насчет его беспомощности. Она ругала его за то, что тот истратил почти все имеющиеся талисманы, нихрена не делал столько времени и вообще ушел в запой! Си Си долго ругала его, пока речь не зашла о протагонисте. Они долго спорили на его счет, но за системой осталось последнее слово. [Кто обещал нам позаботиться о мальчике?] — надулась овце-дракон и свирепо посмотрела на бессмертного своими голубыми глазами с кроваво-красными зрачками. Юн Шень вздохнул и закрыл книгу, поднимаясь и проходя к столу со свитками, специально приготовленными для протагониста. «Да помню я, помню... Я не настолько придурок, чтобы от своих же слов отказываться», — недовольно пробурчал первый ученик и почесал затылок. У него и так полно дел в секте, так ещё на голову упала ответственность за одного талантливого мальчишку с нелегкой судьбой. И пусть бы только это. Все настолько было плохо, что Юн-эр успел задолжать этому протагонисту, и теперь ему не просто придется обучить его, но и воспитать, и в мире устроить. Проследить за его благополучием на жизненном пути, пока сам парень не отпустит мужчину. Уж что-что, но честь, что бы кто не говорил, у Луй Юн Шеня имелась. Просто мало кто был способен вызвать в нем муки совести. А ошибок он избегал, как адского огня, ведь их потом разгребать замучаешься. ... ... Когда Юн-эр пришел в себя, и дни, заполненные бесконечной выпивкой, остались позади, Си Си скрыто выдохнула, радуясь, что друг в норме, и все планы на мир, да и сам мир, в порядке. Система не спешила рассказывать мужчине, что теперь они управляют этим миром и его обитателями. Как бы близко они не общались, но тщеславие людского рода славится во всех мирах. Си Си не хотелось терять, а ещё больше разочаровываться, в таком хорошем друге. Ему и так выпала непростая доля. Пусть он просто живёт, заботясь о проблемах насущных, параллельно выполняя маленькие просьбы Си Си. Кстати, об этом придурке... [Ты когда это обзавелся сединой?] — она подплыла в воздухе к седой пряди в шелковистых волосах друга и приподняла ту. «Наверное, после нервного срыва», — безразлично произнес заклинатель, читая очередную книгу. [И тебя не смущает, что ты, в свой тридцатник, сверкаешь сединой?] — покосилась на этого остолопа, который только может щелкать дынные семечки, Си Си. «Мне так даже привычнее», — пожал плечами он, перелистывая страницу. [В каком смысле?] — удивилась система и отодвинула лапками новеллу, заставляя Юн-эра посмотреть на нее. «Так в прошлой жизни я был крашенный, — усмехнулся феникс, любуясь ошарашенной мордочкой подруги, — Не знаю, когда она впервые появилась, но краситься я начал еще в юности», — а пока Си Си не могла найтись с ответом, Юн Шень продолжил читать, сопровождаемый сложным взглядом. ... ... Решив, наконец, явить свой бессмертный лик внешнему миру, Луй Юн Шень пару раз приложился лбом о ближайшую вертикальную поверхность, желая остаться в своем одиноком и уютном уединении. На улице уже во всю властвовала весна, и в секту прибыли новые ученики. Маленький Вэнь пытался не тревожить лишний раз учителя, видя его неадекватное состояние. Братья, сестры и мастер тоже решили пустить всё на самотёк. Им уже надоело слушать самоедческие монологи пьяного первого феникса. Когда протагонист в очередной раз направлялся культивировать по последнему наставлению мастера полугодовой давности, он наткнулся на своего обожаемого учителя, мирно сидящего на своем любимом месте, в своей любимой позе. От мастера простиралась аура умиротворения, почти такая же, как до «Безумия культиватора», но намного чище и приятней. Мальчик пораженно замер, восхищаясь тем, что мастер пробился на следующую ступень. Восторг от того, что Учитель поборол безумие, очистил мысли от негативной энергии и просто вышел из запоя, заставила его сломя голову нестись к боевому дедушке рассказывать столь счастливую для всех новость. — Боевой дедушка, — почтительно поклонился уже юноша одиннадцати лет. Он за время запоя Луй Юн Шеня подрос и вытянулся. Благодаря достатку в еде и непрерывным тренировкам, его тело совершенствовалось семимильными шагами, что невероятно радовало Юй Шэн Ли, который на время взял обучение протагониста на себя. — Этот ученик пришел поделиться радостным известием. Мастер Луй Юн Шень пришел в себя и прорвался на следующую ступень. Новость, как и предполагал мальчик, боевой дедушка воспринял положительно и тут же приказал своим младшим ученикам позвать старших. ... ... Удивлённого, но не подававшего вида, Юн Шеня завели в просторный зал, где собрались все боевые братья, сестры и сидевший во главе мастер, рядом с которым располагалось место для самого Юн-эра. Место Винь-эра же было первым от Луй Юн Шеня. Оказалось, что Юй Шэн Ли как-то узнал, что его старший ученик пришел в норму, так ещё и возвысился в культивации. Юн-эр поблагодарил Лорда секты и занял свое место. Он грустно смотрел на нектар, заменявший вино, оплакивая в душе сей удручающий факт. Смотря на постную еду, подаваемую сектой, Луй Юн Шень еле сдерживался, чтобы не поморщиться, но послушно ел. Очередные изменения в первом ученике заметил каждый, радуясь, что на этот раз изменения были к лучшему. Ведь пьяный первый ученик, даже не покидая своих комнат, успел изрядно надоесть членам секты. Теперь же, ко всеобщему облегчению, он снова сидел в прекрасных белых одеждах и источал величественную холодную ауру. В свое время сильно упавшая репутация стала улучшаться. Его легкая томность и ленивые движения вызывали восторженный переполох среди младших соучениц, от восхищения которых Юн Шэнь довольно сильно отвык. ... ... Новой встречи с Вэнь Вэнь Мином Юн Шень одновременно ждал и боялся. Ему ещё ни разу за две жизни не приходилось быть нормальным учителем. Юн-эр пытался составить хотя бы примерный план занятий, но ничего не выходило. То он слишком мудрил, то чересчур все упрощал. В итоге он решил, что нужно получше узнать своего подопечного и уже потом составлять график. Ведь осталось всего четыре года до первой арки. Нужно и мальчика приготовить, и самому морально настроиться. С расписанием помогала отзывчивая система, она же его поддерживала и подбадривала в начинаниях, давала советы и просто включала расслабляющую музыку, когда мужчине было не до игры на гуцине или чтения книг. Она же не скупилась на оплеухи, когда бессмертный тянулся к вину. ... ... Встреча с протагонистом не заставила себя ждать, но и застала Луй Юн Шеня, не успевшего морально к ней подготовиться, врасплох. Величественной походкой старший феникс прохаживался по территории внутренней секты, размышляя о высоком. О его выздоровлении уже знала вся секта, и каждый считал своим долгом поздравить его. Белые одежды вновь делали его образ недосягаемым и божественным. Прямые волосы, частично собранные короной в хвост, ниспадали ниже поясницы, а седая прядь придавала ему ауру мудрости и возвышенности. Облачённый в традиционные одежды секты, Луй Юн Шень чувствовал себя на свой старческий возраст и гордо ее носил. Всё-таки самовнушение — великая вещь. Хоть он только начал выходить из запоя и апатии, Юн-эр уже напоминал прилежного культиватора. Мужчина стал себя чувствовать как-то свободнее. Знание, что с мальчиком уже все в порядке, а его обидчики более-менее наказаны, успокаивало его жесткую суть. Встреть он вновь этих сволочей, то непременно бы запытал. Они бы точно не отделались столь незначительным наказанием. Наверное, старейшины и лорды секты это понимали, оттого и изгнали детей из секты. Проходя второй круг вокруг своих апартаментов Юн-эр услышал завораживающю мелодию флейты. Она была оригинальна и прелестна, хотя и выдавала юную неопытность играющего. Боясь спугнуть начинающего музыканта, чья игра так его зацепила, Юн Шень не стал близко подходил, а просто вытащил из закромов своей комнаты гуцинь, аккомпанируя незнакомцу. Любимое сочетание инструментов сделало свое дело и унесло мысли заклинателя далеко-далеко. Он вспоминал все хорошее, что с ним происходило, ибо мелодия была о счастье. Мужчина не заметил, как флейта замолчала, и мелодия гуциня продолжала литься. Тонкие пальцы легко перебирали струны, почти не прикасаясь к ним. Умиротворение сгладило резкие черты на лице вечно холодного первого феникса, озаряя его яркой, пусть и еле заметной, улыбкой. Веки опустились и густые ресницы отбросили тень на ледяные глаза культиватора, согревая их и придавая мужчине некую тягучую томность. Даже ветер не смел нарушить столь волшебный момент, а солнце, словно боясь упустить хоть миг чудесного представления, светило только на него. Первый феникс поднял голову и встретился взглядом с протагонистом. С его стороны послышался шорох и удивленный вдох. Юн Шеню совсем не хотелось сейчас возвращаться в реальность из своих грез, его глаза подёрнулись белесой дымкой, а на губах играла лёгкая затейливая улыбка. Все мышцы были расслаблены, и сама аура бессмертного стала такой мягкой, что можно в ней утонуть. Вэнь Мин смотрел на улыбающегося учителя и розовел. Он и не думал, что мастер может быть ещё прекраснее. Сейчас старший феникс был таким безмятежным, что протагонист боялся сделать лишнее движение. Однако не только это взволновало героя, заставляя сердце биться чаще. Мастер играл с ним! Гуцинь учителя и флейта, которую тот подарил ему на день рождения. Самому мальчику тоже было легко на душе, но, похоже, на расшатанную ауру мастера игра легла как-то иначе. — Приятная мелодия, ученик, — наконец подал голос улыбающийся мужчина. И в его тоне было столько тепла и одобрения, что колени Вэнь Мина слегка подогнулись. — Думаю, тебе стоит заняться игрой в свободное время. Этот мастер рад, что ты используешь подарок, — одарив героя очередной улыбкой, Луй Юн Шень вернул себе холодное выражение лица и добавил, — Завтра явись в малую гостиную, в которой мы проводили занятия. У мастера есть к тебе разговор, — на этом старший феникс решил закончить и ушел, взмахнув напоследок рукавами. ... ... [Как давно этого не было... Симпатия протагониста повысилась +50 очков. Отношения от «незнакомцев» перешли на уровень «знакомых». Число очков симпатии превысило сто пятьдесят. Поздравляю! ✧\(>o<)ﾉ✧] — длинное тело Си Си закрутилось в воздухе, и она приложила лапки к мордочке, скрывая насмешку над Юн-эром. «Как давно я не видел твоих смайлов, Си Си, хотя у тебя уже есть тело, ха-ха, — поддерживая ее настроение, ответил мужчина, — Я рад, что все теперь в порядке».